В воде блеснул гигантский световой трезубец.

Его держал крупный маг, издалека похожий на человека. Верхняя половина его тела была человеческой: длинные чёрные волосы, широкие плечи, мощная грудь в панцирном доспехе. А вот нижняя состояла из гигантских щупалец длиной метров по сто каждая.

Это был сын Матамару, полубог Син.

Он управлял морем вокруг себя, будто игрушкой. Но самое страшное, что Син поднял на водяном столбе ещё и контейнер с людьми. Оборванные цепи болтались и гремели о стальные бока, а морской маг поднимал контейнер всё выше.

— Он собирается утопить его у нас на глазах! — закричал Рой.

Отец посмотрел на меня.

— Это ловушка! Он приманивает тебя, чтобы убить! И один ты с ним не справишься!

— Знаю! — Я быстро вынул заряд из патронташа на ремне. — Поэтому подготовился!

Сунув патрон в барабан револьвера, я взвёл курок и выстрелил в небо.

На этот раз заряд заклинания был намного мощнее. Его сделали специально под максимальный резерв, поэтому заклинание улетело так высоко, что его бы увидели через полмира.

Над морем прогрохотало. Сверкнули сиреневые молнии, небо окрасилось в лиловый, затем почернело и взорвалось мириадами звёзд.

Это было не просто заклинание. Это было послание одной рогатой девушке.

Наша колесница тем временем неслась к обрушенному причалу и магу Сину, который поднялся уже высоко над поверхностью моря. Его держали сверкающие воронки воды, а исполинские щупальца обхватили контейнер и приготовились швырять его в бездну.

Но Син всё ещё выжидал и наблюдал, как на бешеной скорости к нему по воздуху мчится боевая колесница. Такая маленькая по сравнению с огромными столбами воды и сотнями воронок.

Море бурлило внизу, волны пытались нас достать, из воды беспрестанно летели световые трезубцы морских магов, но мы были слишком высоко.

— Пока не снижайся! — приказал я Рою.

— Я что, совсем дурак?! — крикнул тот. — Они же нас точно потопят!

Я переглянулся с отцом, и мы поняли друг друга без слов. Он кивнул и растёр ладони, приготовившись к атаке телекинезом.

Морской маг Син тем временем поигрывал контейнером с людьми: щупальца подкидывали его, ловили, переворачивали и снова подкидывали.

Господи... я даже не представлял, что творится там внутри, и остался ли хоть кто-то живой в этом стальном гробу.

И вот, когда до встречи с Сином оставались считанные секунды, его трезубец вспыхнул ярче. Маг замахнулся и уже собрался метнуть его точно в колесницу, но внезапно загудел ветер.

Он принёс с собой вой и музыку, будто играли на лютне.

Син так и замер в замахе с трезубцем. Он поднял голову, вслушиваясь в мелодию. Его щупальца обхватили контейнер крепче и сдавили его, с хрустом сминая сталь, водовороты вздыбились выше, море забушевало и ударило в скалистые берега острова.

— А ВОТ И ТЫ, МАЛЕНЬКАЯ ВЕДЬМА!!! — захохотал Син.

Его хохот заглушил вой ветра. С неба на мага налетели мощные потоки Эфира, а вместе с ними появилась и воздушная ведьма Санидаг.

* * *

Она прибыла верхом на большой крылатой лисице.

Такого зверя я в жизни не видел. Белая лиса с крупными крыльями и соляным знаком Форхо на лбу. Символ Сферы Эфира сиял вместе с глазами зверя и придавал ему невероятной силы.

Санидаг держала в руках лук и уже целилась стрелой в Сина. И пока она готовила удар, ветер вокруг неё собирался в исполинский вихревой кулак, копил мощь, как сдавленная пружина, чтобы выстрелить во врага вместе со своей хозяйкой.

Лиса рычала на всю округу и неслась над бушующим морем прямо на Сина, а тот продолжал сминать контейнер щупальцами и наблюдать за Санидаг. Он ждал, когда та ударит первой, и пока ничего не предпринимал.

Мне сразу вспомнились слова царицы Заварры:

«Син всегда идёт в обход. Скользкий, как морской угорь. Ты даже не заметишь, что он подплыл незаметно и встал у тебя за спиной, готовый вонзить свой трезубец тебе в затылок».

Воздушная ведьма тоже его отлично знала и должна была всё предусмотреть, но сейчас я смотрел на неё и видел, как гнев туманит её разум. При виде своего обидчика Санидаг рванула напролом.

Её лук издал уже знакомую мелодию лютни и выпустил стрелу. На лету та увеличилась до гигантских размеров, завертелась сверлом, расправила хвост, вспыхнула узорами и устремилась к цели.

Вместе с ней в Сина метнулся и вихревой кулак.

— Быстре-е-е-ей! — рявкнул я Рою, вцепившись в поручни боевой повозки. — Догоня-я-я-яй!

Рой рванул следом за вихревым кулаком и стрелой.

— Снижа-а-а-йся!

Колесница начала снижение.

— Ниже!

Воздушный маг спикировал ещё. Из глубин моря в нас тут же ударили световые трезубцы. Я отшвырнул их щитом Стража и заорал во всю глотку:

— НИЖЕ! ЕЩЁ НИЖЕ!

— Нас же потопят, псих!! — крикнул Рой, но колесницу всё равно опустил. Бурлящее море почти коснулось колёс.

Трезубцы продолжали бить по кузову, а я отшвыривал их щитом.

— Ниже-е-е-е-е-е! Ещё! Ниже!

— Куда-а-а ма-а-а-ать твою-ю-ю-юу-у-у-у! — взвыл Рой, будто летел на смерть.

Его вопль подхватили вихри. В ушах загудело, ну а я вытянул из ножен меч и снова принялся высчитывать расстояние до цели. Колесница приближалась точно к гигантским щупальцам Сина и почти черпала воду кузовом.

Сам же морской маг в это время отвлёкся на ведьму Санидаг и не глядел на маленькую повозку, которая мелькала где-то у поверхности воды.

— Пап, приготовься! — выкрикнул я, не глядя на отца.

Одна моя рука цеплялась за поручень, а вот вторая крепко сжимала рукоять меча. Клинок наполнился резервом — я отправил сразу сто тысяч единиц, чтобы уж наверняка ударить как надо. Образ Следопыта придавал мощи и ловкости, а броня Витязя защищала от ударов световых трезубцев, градом бьющих из моря.

Когда до цели оставалось совсем чуть-чуть, я крикнул Рою:

— Поворачивай к побережью! — А сам вскочил на поручень колесницы и прыгнул прямо на щупальце Сина.

На то самое щупальце, которым он держал злосчастный контейнер.

Когти Следопыта впились в скользкую плоть, я вскочил на ноги, размахнулся и рубанул Световым Лезвием. Удар был настолько сильным, что световая полоса от меча срезала не одно, а два щупальца сразу.

Раздался хруст, будто переломало кости. Кажется, это была защита Сина.

Что было потом, я не смог бы сказать наверняка.

Меня накрыла морская буря, еле успел меч в руке удержать. Вокруг завыло, будто застонала сама вода. Вместе с обрубленными щупальцами моё тело закрутило в водовороте, швырнуло в одну сторону, потом — в другую, подкинуло вверх, как щепку.

А дальше... дальше всё поглотила пучина.

Син рухнул в море, похоронив под водой и часть острова, на котором стояла пятая башня Бутона. С грохотом обвалилась часть здания, всё обрушилось в воду. Скорее всего, к этому приложила руку ещё и Санидаг — этого я уже не увидел, потому что осознал себя на глубине.

Вокруг меня заметались скользкие щупальца, на этот раз живые и невредимые, они бешено искали что-то среди обломков и камней. Возможно, меня вместе с моим мечом. А может, контейнер.

Рывками я погрёб к поверхности. Замирал, когда щупальца проносились мимо, после чего снова рвался наверх. Воздух заканчивался, а вот бой — ещё нет.

Внезапно щупальца исчезли, будто их кто-то отвлёк.

Вынырнул я далеко от острова, но всё, что надо, увидел даже издалека, откашливаясь от воды. Пятая башня была почти полностью разрушена, а остальные полыхали огнём от бомб.

Море продолжало бушевать. Син отбивался от атаки Санидаг, уходил под воду, потом резко выныривал в другом месте, чаще за спиной противника, и бил по воздушной ведьме трезубцем. Рогатая девушка уворачивалась на своей лисице, но та всё равно получала раны. Зверь взмахивал крыльями, рычал от боли и снова налетал на врага.

В пылу боя летели перья, брызги воды и крови, но схватка только набирала обороты.

Санидаг метала в Сина стрелы, её вихревые кулаки прошибали поверхность моря, как вздутый барабан, и вспарывали его, пытаясь достать врага, но тот постоянно ускользал. Он атаковал мощными потоками воды снизу и хлестал ими не менее сильно, чем Санидаг Эфиром, будто рубил топором.

Вода и ветер гудели, бились лоб в лоб, разбивались друг о друга с громом и воем — и тогда дрожало не только море, но и земля.

Небо почернело от грозы.

Над водой летали колесницы, с них беспрестанно атаковали бомбами. Стоило Сину вынырнуть, как в него били заряды заклинаний. По морю грохотали взрывы, горели вспышки света и пламени, волны пенились и рокотали. Всё заполонил едкий дым.

Подземный маг Бахадур тоже нападал на Сина.

Старик швырял здоровенные глыбы льда, заставляя врага всё чаще скрываться в глубине. И вот один раз он снова нырнул и... пропал.

— ГДЕ ТЫ, ТРУ-У-УС?! — взвыла Санидаг, зависнув над поверхностью моря на своей лисице и целясь в воду из лука. — ТРУС! ТЫ СБЕЖАЛ ОТ МЕНЯ!! ПОДЛЕЦ! ЭТО НЕДОСТОЙНО СЫНА БОГА!

Она колотила вихревыми кулаками по морю, стреляла в воду и кричала:

— Трус! Трус! Несчастный трус! Ты позоришь имя своей матери Матамару!..

Внезапно за её спиной из воды метнулись два щупальца. Одно молниеносно обхватило Санидаг за шею и сдёрнуло с лисицы, а второе скрутило животное и утянуло под воду.

Воздушная ведьма не успела даже отбиться, как её поглотила гигантская воронка.

— Госпожа-а-а-а-а! — Колесницы с воздушными магами заметались над морем.

Но внезапно всю воронку сковало льдом, и на несколько секунд море замерло в тишине, будто остановилось время. Это было влияние Цуо и бога мрака Сидха, но такое точно не смог бы сделать Бахадур, каким бы сильным он ни был.

И тут со стороны границ с Котлованами, скользя по морю на ледяной остроносой лодке, появилась царица Заварра.

Покрытая белой бронёй, она взмахнула рукой, и замёрзшая воронка воды затрещала, раскололась на льдины и раздвинулась. Оттуда, прямо из глубины, вылетела освобождённая Санидаг верхом на лисице.

Море успокоилось.

Маг Син больше не показывался, скрывшись в глубине, да и Санидаг перестала орать «Трус!», она не била воду воздушными кулаками и не целилась из лука. Воздушная ведьма безотрывно смотрела на царицу Заварру.

Та с уважением кивнула ведьме, развернула лодку и отправилась обратно к границам своих пустынь.

Санидаг посмотрела ей вслед, взлетела выше и крикнула:

— А ты оказалась не так труслива, подземная мерзавка!

Меня тем временем подхватила одна из колесниц. Вместе с воздушным магом на ней стоял и Лёва.

— Контейнер!! — заорал он мне в лицо, как только я вскарабкался в повозку. — Где контейнер?! Он утонул?!

Я повернулся к воздушному магу.

— Лети к побережью! Я покажу куда!

Лёва всю дорогу не мог найти себе места, да и я тоже. Колесницы Роя вместе с моим отцом нигде не было. Это значило, что либо они не успели увернуться от удара Сина и погибли, либо...

— Глупая надежда. — Лёва опустился на колени на пол повозки. — Там невозможно было выжить, ты же сам понимаешь.

Я всё понимал, но продолжал всматриваться в густые джунгли на побережье...

* * *

Мы полетели вглубь материка.

Сверху было видно, как в сторону атакованной тюрьмы несутся верхолёты пограничных войск со всего Янамара, а по побережью уже рыщут отряды императора.

— Кирилл! Смотри! — закричал Лёва, вцепившись мне в локоть. — Вон та-а-а-ам!

Он показывал на переломанные верхушки деревьев.

— Туда! Быстрее! — велел я воздушному магу.

Колесница спикировала вниз и устремилась в чащу. Я до боли всмотрелся в заросли джунглей, выискивая глазами большой контейнер и боевую повозку Роя, но первое, что увидел, поразило меня настолько, что я замер.

Внизу, среди деревьев, шёл бой. Два пограничных отряда в императорской форме атаковали только одного человека.

Это был Страж.

Он отчаянно отбивался и не давал отрядам пройти дальше в заросли. Парень дрался с такой силой, что его таранные волны валили с ног не только людей, но и ломали деревья, сминали и крошили кусты в щепки.

Страж стоял насмерть, как каменная стена.

— Это же Горо Исима! — ахнул Лёва. — Это же Горо!!!

Да, это был Горо Исима.

Я окинул взглядом заросли и наконец увидел заваленный ветками контейнер. Именно к нему Горо и не подпускал пограничные отряды.

Наша колесница подлетела к парню, и я сверху тоже ударил щитом по солдатам императора. Тех отшибло дальше, Горо задрал голову и посмотрел на меня, а потом бросился добивать противников. Лёва спрыгнул на землю и кинулся ему на помощь, ну а я рванул к контейнеру.

Колесница доставила меня прямо к ней.

Стальной гроб, иначе не скажешь. Его смятые бока до сих пор опоясывало отрезанное щупальце морского мага. Уже мёртвое, оно содрогалось, сочилось слизью и воняло тиной на всю округу. Ни отца, ни Роя рядом не было. Но ведь контейнер не сам сюда прилетел, его перенесло мощнейшим ударом телекинеза, а это мог сделать только отец.

Я подбежал к контейнеру и мечом сшиб цепи и засов на двери, в два удара рубанул по петлям и дёрнул на себя. Искореженная железяка рухнула на землю.

Сердце пропустило удар.

Внутри могло быть всё, что угодно. От смертельной ловушки до горы переломанных трупов. А может, вообще ничего.

— Господи... — выдохнул я.

Из темноты на меня смотрели десятки глаз.

Да! Это были мои ребята! Двадцать человек. Их приковали цепями к стенам, за счёт этого они и выжили в адском водовороте. Все выжили!

Правда, нескольким срочно требовался Целитель — даже в темноте я увидел, что есть серьёзные переломы. Не повезло тем, кто оказался прикован в середине боковых стен контейнера.

Я заскочил внутрь и мечом сбил все цепи, после чего сразу же приступил к лечению, прямо не выходя их контейнера. Целитель из меня был так себе, я никогда не претендовал на звание лучшего Божественного Врача, как Джанко, поэтому делал всё, как умел, зато с большим резервом.

— Командир! — Хромая, ко мне подошёл один из парней.

Я не сразу его узнал, он был слишком грязный и бледный. Это был младший брат Платона Саблина, Тарас. Его я здесь вообще не ожидал увидеть.

— Волков вернулся! Вернулся! Вернулся! — А это завопил его лучший друг, Яков Вьюгин. — Он своих не бросает! Я же говорил!

— Кирилл, где мой брат? — раздался из темноты хриплый голос Игната Зверева.

— Воюет, — просто ответил я, не отрываясь при этом от лечения одной из девушек с переломом руки.

Были здесь и сёстры Аверьяновы. Они старались меня не отвлекать, но маячили рядом.

— Кирилл, почему так долго?!

— А можно, я тебя поцелую? Кирилл, ну пожалуйста!

Все ребята заголосили кто на что горазд. Кто-то не сдерживал слёз, кто-то орал матом от счастья, кто-то просто молча стоял рядом или обнимал товарищей.

Каждому я помог выбраться наружу.

— Быстрее, надо уходить. Давайте-давайте!

Я не дал им и минуты, чтобы как следует осознать, что они на свободе. К нам уже подлетели остальные колесницы, а с ними — Саблин, Исидора и Бахадур.

— Воздушные маги?! — открыл рот Яков Вьюгин, оглядывая рогатых воинов на боевых повозках. — Папаша точно не поверит, когда я расскажу!!

Платон Саблин, увидев младшего брата, целого и почти невредимого, кинулся к нему, сгрёб в объятья и никак не хотел отпускать.

— Ты мне рёбра доломаешь, — простонал Тарас, а потом рассмеялся и добавил: — Меня там немного вырвало. Жуткая была качка!

Исидора и Бахадур помогли ребятам подняться на повозки, но перед самым взлётом из зарослей выскочил Лёва.

— Отряды уничтожены! — крикнул он на бегу, а сам во все глаза разглядывал тех, кого освободили.

В итоге не выдержал и заорал:

— Игнат! Игна-а-а-ат! — А потом следом: — Стефана! Стефа-а-а-на!

С одной из повозок спрыгнула рыженькая девчонка. Она с восхищением и удивлением уставилась на парня в броне и с мечом наперевес, бегущего ей навстречу.

— Лев?..

Он воткнул меч в землю, крепко обнял девушку, а потом поцеловал. Кажется, он и сам от себя такого не ожидал.

Я кашлянул.

— Эй! Лёва! Давайте потом!

— Да, командир! — Он схватил Стефану за руку, забрал меч и вместе с девушкой заскочил в колесницу, где уже стоял его брат Игнат.

Они обнялись прямо там.

— Да ты крутой воин, Лев! — со слезами на глазах заулыбался Игнат.

— Кирилл, а где твой отец? — Исидора вертела головой и в панике осматривала округу.

И тут вдруг в зарослях мелькнула ещё одна колесница. Она переломала кусты, смяла высокую траву и рухнула прямо передо мной. Рой был ранен, но всё ещё мог управлять своей повозкой, даже покорёженной и без одного колеса.

Он глянул на открытый контейнер, потом — на освобожденных ребят и облегченно выдохнул.

— Значит, всё не зря.

Я кинулся к нему.

— Рой, где мой отец? Где он?

Сердце заколотилось, заболело внутри, готовое рухнуть вниз. Воздушный маг улыбнулся и показал за мою спину.

— Не паникуй, брат. Он сделал невозможное, но остался жив. Мощный у тебя папаша.

Я обернулся и увидел, как из джунглей выходит отец. Он сильно хромал, из его глаз сочился фагнум, красные капли стекали по щекам...

— Папа! — Я бросился к нему. — Живой!

Мне было плевать, что на меня сейчас смотрят все. Я обнимал отца так крепко, как мог. Он улыбался и бормотал, что всё в порядке, просто из-за удара телекинеза его и самого отшвырнуло, и он упал с повозки прямо на высоте.

Я помог ему дойти до колесницы, и пока мы шли, все освобождённые ребята аплодировали моему отцу.

— Всё! Отправляйтесь! — сказал я Рою, затем положил ладонь на плечо отца. — Спасибо, пап. Как прибудешь в Атифу, сразу скажи Джанко, чтобы убрала из тебя фагнум. Нельзя больше тянуть.

Он улыбнулся мне и ответил совсем не про фагнум:

— Я горжусь тобой, сынок. Будь осторожен.

— Ты тоже.

Когда колесницы взлетели, я проводил их взглядом и мысленно пожелал удачно долететь до границ с Котлованами. Сейчас в джунглях я остался один. Хотя... не совсем один. За моей спиной бесшумно появился человек.

Не оглядываясь, я уже понял, кто это.

Горо Исима.

— Я рад, что ребята выжили, — сказал он.

Мы посмотрели друг на друга только нам понятными взглядами.

— Спасибо, — я крепко пожал ему руку и сразу же отправился в чащу. Надо было срочно уходить отсюда, но у меня ещё остались в Янамаре дела.

Горо остался позади.

Пройдя приличное расстояние, я остановился в одной из глухих рощ и мысленно призвал Демона. Зверь должен был услышать меня за много километров, тем более, он ждал, когда хозяин его позовёт.

Присев на корягу, я посмотрел на заросли.

— Ну и долго ты будешь за мной идти, Исима?

Тот вышел из кустов, подошёл ко мне и тоже уселся на корягу.

— Буду идти столько, сколько потребуется, чтобы ты наконец взял меня в свой клан. К тому же, ты бы давно скрылся от меня в лесу, если бы захотел. Ты же знал, что я за тобой иду.

Тут он был прав. Всю дорогу я ощущал его взгляд и слышал тихие шаги.

— Ты же восстановишь Янамар после войны? — спросил вдруг Горо, внимательно наблюдая за моим лицом. — И Ютаку? И нашу школу? Ты сделаешь так, как было раньше?

Я поднялся с коряги.

— Если ты мне поможешь.

В эту секунду рядом со мной появился Демон. Волк с подозрением уставился на Горо и оскалился.

— Это еда? Или опять нет?

Горо медленно поднялся и протянул руку к волчьей морде. Демон клацнул зубами, и рука парня замерла на полпути.

— Этого пока есть нельзя, — я почесал волка под подбородком. — Он к нам в стаю просится.

Волк тоскливо вздохнул.

— Пусть тогда мне пожрать принесёт, а то от тебя же не дождёшься.

Демон пригнулся, позволяя взобраться к себе на спину. Я посмотрел на Горо Исиму, на его крепкий щит и на его суровое лицо, забрызганное грязью и соком листьев.

— Ну и долго тебя ждать? Или ты волков боишься?

Тот сжал кулаки, будто не веря моим словам. Правда, его заминка была недолгой.

— Боялся бы волков, то не пошёл бы в лес. — Он торопливо вскарабкался на зверя, сев позади меня, вцепился в шерсть Демона и добавил: — Можешь мне доверять, Оками-кин. Я не подведу.

— Знаю, — ответил я и наклонился к уху Демона: — Отправляемся к Чародейке. Она нас уже заждалась.

Зверь замер на мгновение, втянул носом воздух и повёл лохматой башкой. По его телу пронеслась дрожь нетерпения.

— Чародейка так Чародейка! — Он рванул через кусты, набрал скорость и исчез в пространственном рывке...