37 ЖНЕЦ

— Я могу… вам помочь? — спросил парень, вытаскивая из уха наушник.

«Хантер» — гласил его бейдж.

Я стоял в конце прохода между высокими стеллажами и хмурился на него дольше, чем следовало, не произнося ни слова. Просто…

— Она не говорила мне, что ты еще ребенок, — произнес я.

Теперь он вытащил второй наушник.

— Простите, что? Мне восемнадцать. И какая еще «она»? О ком вы вообще говорите — и кто вы такой, если на то пошло?

Восемнадцать? Технически это уже не ребенок. Но… в каком-то смысле все равно пацан.

Флора забирала восемнадцатилетних. Это был ее возрастной порог. Именно поэтому он казался мне особенно молодым, учитывая, что мой возраст сбора начинался с девятнадцати.

Неважно. Сейчас не до этого. Я пришел сюда не за ним и вообще ни за кем — только поговорить.

— Ты помнишь это? — Я поднял серую книгу о Мрачном Жнеце, которую нашел в квартире Хелены.

— Где ты ее достал? — спросил парень, но почти без всякого интереса. Он даже вернулся к расстановке книг, которые сгрузил с огромной тележки, стоявшей между нами в проходе.

— Как по-твоему, где я ее достал? — спросил я его. — Хелена мне ее отдала.

— Я понятия не имею, кто ты черт возьми такой, — огрызнулся он. — А вдруг ты серийный убийца, который прикончил ее и спер эту книгу?

— Я не серийный убийца, — прорычал я сквозь зубы, опуская книгу.

— Ну, выглядишь ты, блять, именно так.

Он издевался? Может, мне стоило прийти пораньше и позволить Хелене самой вести здесь все разговоры. И, пожалуй, так бы я и сделал, если бы знал, что этот «коллега-друг» все еще ходит пешком под стол.

— Я ее парень, — заявил я.

Это привлекло его внимание. Медленно он снова посмотрел на меня, в свою очередь нахмурившись — сузив один видимый глаз, пока второй был скрыт прядями черных волос.

— Она говорила, что должна найти эту книгу для друга, — сказал он.

— Так и есть, — огрызнулся я. — Для парня.

— Она с тобой встречается? — Он скептически окинул меня с ног до головы, прежде чем запихнуть на полку очередную книгу. — Расскажи это кому-нибудь другому.

Этот мелкий ублюдок.

— Мне нужно узнать про того странного чувака, о котором ты говорил, когда Хелена пришла ее искать. — Я снова поднял книгу.

— Докажи, — бросил парень, изучая корешок очередной книги, прежде чем вставить ее между двумя другими на полке.

Я нахмурился.

— Доказать что?

— Если ты парень Харт, докажи это, и я скажу тебе, у кого была эта книга.

Доказать?

— Какого хрена я вообще должен это доказывать?

— Не мои проблемы.

Не его…?

Я размял шею, пальцы одной руки сжались в кулак и разжались. Я мог бы устроить ему встряску души, как тому ублюдку из библиотеки, но он все же был подростком и технически не входил в мою юрисдикцию. К тому же он был другом Хелены или типа того.

Надрать задницу бывшему в астрале — одно дело. Выбить душу из друга — за это меня точно по головке не погладят.

— Она катается на моей машине, — сказал я.

— О, — протянул Хантер, — так вот где она раздобыла эту тачку качка.

Я сделал шаг к нему, и он выронил книгу, попятившись назад.

— Стоять на месте, — пригрозил он, указывая на меня одной рукой, пока вторая шарила по заднему карману в поисках телефона.

— Какого черта ты делаешь? — спросил я, разводя руками, когда он начал набирать номер. — Ты что, серьезно вызываешь копов?

— Вроде того, — ответил он, поднося телефон к уху.

Я упер руки в бока и стал ждать, но тут услышал на том конце знакомый голос:

— Алло?

Блять. Он позвонил Хелене.

— Харт, ты мне нужна в книгохранилище, срочно. Восьмидесятые классы. Твой сталкер, то есть бойфренд, пытается выбить из меня информацию в стиле плохих копов насчет той книги, которую ты заставила меня раздобыть. Кстати говоря о пугающих вещах, от него жутко несет кринжем, и мне срочно нужно подкрепление. Тащи сюда охрану.

— Чего? — раздался в трубке пронзительный голос Хелены, от которого я зажмурился. Ведь я как раз пытался разобраться со всем этим без нее. — Я сейчас же буду. Никуда его не отпускай — что бы ни случилось.

Будет здесь? Она вообще-то не должна была работать.

— Эм, ну, насчет этого, — протянул в трубку Хантер, бросая на меня косые взгляды. — Можешь просто… оставаться на линии? Твой парень выглядит слишком в духе студии Blumhouse, мне от этого не по себе. Короче говоря, вайбы здесь дико странные, и мне совсем не бе-е-ес…

Он моргнул, глядя на меня, опустил телефон, тяжело сглотнул и озвучил то, что я и так уже понял.

— Она бросила трубку.

— Она не должна сегодня работать, — сказал я.

— Ты продолжаешь нести какую-то жуткую дичь, да? — заметил Хантер.

— Просто скажи мне, кто спрашивал книгу, и я уйду, — сказал я. — Это важно.

— Вообще-то, в чем твоя проблема, чувак? — спросил Хантер, указывая на меня рукой. — Как можно носить футболку Dungeon Druids и одновременно эполеты Thornz on Fire на куртке?

Обе группы были метал-группами. Надо признать, я был впечатлен, что этот парень знает хотя бы одну из них.

Между этими двумя коллективами была вражда — яростное и затяжное соперничество, на которое мне было глубоко наплевать. Я приходил только ради музыки. А когда наступало время — ради душ.

— Наверное, можно сказать, что я со всеми на короткой ноге, — ответил я.

И словно по команде, между стеллажами мелькнула знакомая фигура.

Не Хелена, а Питер-лжец.

— Послушай, Хантер, — произнес он, глядя в собственный телефон, а затем поднимая глаза. — Я на сегодня сваливаю, но завтра, как думаешь, ты смог бы…

Он замер на полуслове, заметив меня. Его лицо мгновенно побледнело, а я, как и вчера, уставился на него тяжелым взглядом. Широко раскрывшимися глазами парень, Хантер, переводил взгляд с одного на другого.

По крайней мере, до тех пор, пока Питер не дал задний ход, не повернулся и не бросился бежать.

— Брат, — протянул Хантер, возвращая всё свое внимание мне и кивая через плечо. — Что ты сделал с архивариусом?

— Дружеский шлепок, — ответил я.

Ну, или скорее духовная пункция спинного мозга, но… детали.

— Э-э-э, — пробормотал Хантер, отступая от меня еще на шаг. — Честно говоря, я сейчас жутко хочу к мамочке.

— Если честно, — монотонно произнес я, — если бы у тебя начались проблемы, даже будь она здесь, она бы ничем не помогла.

Он нервно хохотнул и сделал еще один шаг назад.

Но меньше всего мне хотелось, чтобы он сейчас сбежал.

— Послушай, — сказал я, медленно моргая. — Просто расскажи мне о парне с той книгой, и ты больше никогда меня не увидишь. Или… по крайней мере, какое-то время. Надеюсь, ради твоего же блага, долгое время. Но говори быстрее. Пока не пришла Хелена.

В этот момент запыхавшаяся и прекрасная Хелена вынырнула из-за поворота в конце прохода.

Черт побери.

— Слава богу, ты здесь, — выдохнул Хантер, прячась за ее спину и озираясь по сторонам в поисках торцов стеллажей. — Подожди… а где охрана?

— Смерть, — выпалила Хелена, направляясь прямо ко мне, и ее невероятные глаза пытливо вглядывались в мое лицо.

Волна тоски захлестнула меня, когда она приблизилась, и мне потребовалась вся выпивочная капля самообладания, чтобы не схватить ее, не притянуть к себе, не обнять, не прижать к груди и не вдыхать ее запах.

— Смерть? — переспросил Хантер, скривившись.

— Это… прозвище, — тут же нашлась Хелена, быстро соображая по ходу дела и продолжая приближаться, пока ее щеки заливал густой румянец.

— Извращенцы, — хмыкнул Хантер.

Но он даже не представлял себе масштаб.

— Так, погоди, — произнес парень, указывая на меня пальцем, — это значит, что этот тип и вправду твой парень?

Хелена резко повернула голову к Хантеру, а затем обратно ко мне, и ее хвост из волос качнулся из стороны в сторону. Когда она вопросительно изогнула брови, я лишь пожал плечами.

Она поспешила сократить оставшееся между нами расстояние, и одна моя рука ухватила меня за локоть — так, словно она думала, что я прямо здесь и сейчас рассеюсь дымом. Словно она верила, что, ухватившись за меня, она сможет — действительно сможет — остановить это, даже если бы я это сделал.

— Да, конечно, — бросила Хелена в ответ Хантеру.

Мое горло сжалось от ее подтверждения моей лжи. От этого «конечно», чтоб его.

Заявив права на меня, как на своего. Вот так просто.

Это ранило.

Чертовски сильно.

Я не был ее парнем. И не мог им быть.

— Твоя коллекция кружек с «Моим маленьким пони» в курсе? — с недоверием спросил Хантер.

— Ты… должен был прийти раньше, — произнесла Хелена, снизу вверх заглядывая мне в лицо.

— Ты же знаешь, он только что напугал Уинстона до мокрых штанов, — заметил Хантер. — И ведь всё, что он сделал, — это просто посмотрел на парня. Хотя, честно говоря, это было… в общем-то круто, если подумать.

— Почему ты не подождал, пока я вас познакомлю? — спросила Хелена, и ее голос звучал мягко, неуверенно и лишь едва уловимо упрекающе — к моему облегчению.

— Я пытался во всем разобраться сам, — ответил я, решив быть честным. — И я не думал, что ты все еще будешь здесь.

— Я… должна была остаться сегодня допоздна, — сказала она. — Было экстренное собрание. Насчет… насчет книгомобиля.

Ох. Черт. Книгомобиль. Я совсем забыл про эту рухлядь.

Я отвел взгляд, покосившись в сторону.

— А что не так с книгомобилем? — спросил Хантер. — Погодите. Что, они выяснили, кто его угнал и устроил на нем покатушки по трассе 71? Чувак, потребовалась вечность, чтобы расставить все эти книги по местам. Кто бы ни был этот псих, его надо засадить пожизненно.

— Совершенно согласен, — пробормотал я себе под нос.

— Нет, — произнесла Хелена, переводя взгляд с одного на другого. — Его коробка передач… скончалась.

— Стоп, — сказал Хантер. — Гас-Автобус того? Ого. Давно пора было. Эта штука была престарелым ископаемым.

Когда Хелена посмотрела на него в ответ, у Хантера глаза полезли на лоб.

— То есть… примите мои соболезнования?

— Нет, — коротко фыркнула Хелена, сдерживая смешок, — это… к лучшему. До нового года у нас появится новый. Судя по всему, пара спонсоров раскошелилась, да и в бюджете осталось достаточно на остаток суммы. В нем будут и отопление, и кондиционер, и новые ступеньки. Детям… он безумно понравится.

Пока она говорила, Хелена смотрела на меня, но я не мог заставить себя встретиться с ней взглядом. Помимо того факта, что, когда она стояла так близко, я не мог выбросить из головы то, как она выгибалась, стонала и дрожала подо мной меньше двадцати четырех часов назад, я не хотел, чтобы она догадалась, что я нанес визит этому корыту в один из прошлых вечеров между сбором душ.

У автобусов не было душ, но, как и у большинства вещей, работавших на энергии, у них была своя жизненная сила. А Гас был стар как мир.

Ей не нужно было садиться за руль этой развалюхи прямо сейчас, да и дети не заслуживали мерзнуть этой зимой в попытке добраться до книг. И, может быть, я рискнул, рассчитывая на то, что новый транспорт ей всё равно купят, но суть в том, что я хотел сократить количество потенциальных смертельных ловушек в жизни Хелены — пусть даже всего на одну.

— Так к чему вообще этот цирк? — спросил Хантер. — С какого перепугу меня затащили в эту серию шоу «Как Молли встретила Пита-лжеца»⁹? Я даже не знал, что у тебя есть парень, Харт. Не говоря уже о парне из актерского состава «Пропащих ребят».

— Хороший фильм, — заметил я. — Даже если он про вампиров. Удивлен, что ты его знаешь.

Парень оскорбленно фыркнул.

— Я бы бросил перчатку за это заявление, если бы, во-первых, у меня была перчатка, а во-вторых, была бы хоть какая-то уверенность, что у тебя найдется чем ответить.

— Хантер, — прервала его Хелена. — Смер…, я имею в виду, мы хотели зайти и спросить тебя о том парне, который, по твоим словам, попросил отложить ту книгу до того, как я пришла ее искать. Кажется, мы знаем, кто это, но не уверены. Ты ведь общался с ним? И ты говорил, что он показался тебе… странным?

— С чего бы? — спросил парень, снова окинув меня взглядом с ног до головы. — На него что, открыли охоту?

— Я просто хочу с ним поговорить, — сказал я.

— Поговорить, — повторил Хантер, слегка приподняв брови. — Знаешь, раньше в ходу были такие термины, как «мочить» и «убрать». Сейчас чаще услышишь «ликвидировать» и «обнулить», но «поговорить» — это что-то новенькое.

— Смерть никого не собирается ликвидировать, — поспешно заверила Хелена. — Он просто… хочет сделать новую татуировку. С изображением… своего тезки. Мрачного Жнеца. И… этот парень вполне может оказаться тем мастером, которого мы ищем. Он… специализируется на татуировках с жнецами.

Я хмуро посмотрел на Хелену. Какая же она все-таки паршивая лгунья.

— Новая татуировка, — пробормотал Хантер, снова прищурившись. — И куда, черт побери, ты ее собираешься набить? — Он быстро поднял руку. — Знаешь что? Не отвечай.

— Пожалуйста, Хантер, — взмолилась Хелена, — нам очень важно установить личность этого человека. Просто… не мог бы ты описать, как он выглядел?

— Да нормально он выглядел, — пожал плечами Хантер. — Как обычный… старый хрыч.

— Старый хрыч? — переспросила Хелена, бросив на меня быстрый взгляд, а затем снова переведя внимание на Хантера. — Я… Ты же говорил, что он странный.

— Ну да, — подтвердил Хантер. — В смысле, вел себя странно.

— У него была борода? — спросил я, сразу вспомнив Йохана — единственного «старика», которого я вообще знал. — Длинная?

— Как у Гэндальфа? — добавила Хелена.

— Не, — отмахнулся парень, — короткая. Как у Оби-Ван Кеноби.

Я склонил голову набок, и мое хмурое выражение лица стало еще мрачнее. Среди моих знакомых — будь то друзья или враги — не было никого, кто подходил бы под это описание. По крайней мере… до сегодняшнего утра. Впрочем, это наверняка просто совпадение.

— Он что-нибудь говорил? — спросил я.

— Что-нибудь из ряда вон выходящее? — подхватила Хелена.

— Ага, я об этом и толкую, — сказал Хантер. — Он дал мне записку по Дьюи и спросил, смогу ли я достать эту книгу. Сказал, что она ему нужна, потому что он собирается умереть в Айдахо.

— Что? — рявкнул я, и по моей спине пробежал самый настоящий холодок.

— Хантер, это бред сумасшедшего, — запротестовала Хелена. — Почему ты не позвал охрану?

— Потому что! — возмущенно развел он руками. — На случай, если вы забыли, это бесплатная публичная библиотека. И напомню вам, что на взрослой стороне этого вымощенного книгами ада всё обстоит куда суровее. Если бы я дергал охрану каждый раз, когда какой-нибудь странный посетитель говорит мне глупости, Рик, наверное, приставил бы ко мне личного охранника. А у меня и так хватает проблем с тем, что он дышит мне в затылок из-за наушников, графика, микроменеджмента моей техники расстановки книг — да, у меня есть своя техника! — и его зависти к чужим залысинам.

— Честно говоря, справедливо, — согласилась Хелена, заглядывая мне в лицо. Но мое беспокойство, должно быть, отразилось на моем лице, потому что она встревоженно нахмурилась. — Смерть?

— Мне нужно идти, — бросил я ей, возвращая книгу, которую она автоматически подхватила.

— Подожди, — окликнула она. — Что? Куда?

Назад в Священные Чертоги с моим уловом душ — одну из которых, судя по всему, придется извлечь и попытаться допросить. Потому что всё это не имело никакого смысла.

Я пришел сюда, будучи уверенным, что этот Хантер подтвердит мои подозрения: записку подбросил Седрик.

Вместо этого он подтвердил мой худший кошмар. Что здесь замешано что-то гораздо более серьезное.

Что в дело вступили силы, неподвластные мне. Выходящие за рамки моего нынешнего понимания.

Что кто-то другой, помимо Седрика, играет со мной. И использует для этого Хелену.

— И пожалуйста, не забудь сказать «спасибо», — бросил мне вслед Хантер, когда я прошел мимо него и выбрался из прохода.

— Смерть, прошу, — произнесла Хелена, спеша за мной. — Не уходи. Или… позволь мне пойти с тобою.

Остановившись, я обернулся к ней и схватил за запястье. Затем, заметив дверь на лестницу, толкнул ее, затягивая Хелену за собой.

На лестнице, ведущей как вверх, так и вниз, никого не было.

И слава богу.

Пока она растерянно моргала, глядя на меня, я оттеснил ее назад, пока ее спина не уперлась в стену. А затем поцеловал ее так же, как прошлой ночью. Так, словно у меня больше никогда не будет такой возможности.

Хелена испустила удивленный и блаженный стон, и ее свободная рука попыталась обхватить мое лицо.

Но я перехватил ее запястье, опустил руку вниз, прервал поцелуй и посмотрел ей прямо в глаза.

— Я больше никогда не возьму тебя с собой, — пообещал я сквозь сжатые зубы.

— Жнец, — полувзмолилась, полузаплакала она, пытаясь дотянуться до меня.

Но я отступил от нее.

И затем, когда она бросилась за мной, я растворился — превратился в дым и выскользнул из поля ее зрения, на этот раз окончательно и бесповоротно… из ее жизни.

Если от меня хоть что-то зависело — в ее долгую жизнь.

Туда, где мне изначально никогда не суждено было оказаться.