"Мейсон Райан Риз", - прочитал Уилбур, и мы пронеслись сквозь мир, пока не остановились на дороге в густом сосновом лесу, где-то на Тихоокеанском северо-западе или, возможно, в Канаде.

На дороге в темноте лежала светящаяся фигура молодого человека. Была ночь, и единственный свет, казалось, исходил от фар автомобиля, скрывавшегося там, где мир становился размытым. Мейсон был в плохой форме - очевидно, поэтому мы и оказались здесь.

Он выглядел так, словно вылетел через лобовое стекло. Должно быть, он врезался во что-то - возможно, в оленя - и его выбросило вперед. Он слегка перевернулся, протягивая руку, словно моля о помощи.

Я попытался сглотнуть комок в горле. Уилбур неловко заерзал рядом со мной, не менее взволнованный. Мы оба наблюдали, как Мейсон медленно истекает кровью. Отчаяние смотрело на нас с такой же силой, как и его брат, Смерть.

Думаю, одним из самых тяжелых моментов в наблюдении за смертью этих людей было то, что я знал, что надеяться не стоит. Надежды не осталось, если мы были здесь. История уже написана, КОНЕЦ приближался, каждая оставшаяся секунда была лишь последней нотой в их лебединой песне. В сказках некоторые из тех, кому грозит опасность, выживают. Но никто не избежит Мрачного Жнеца, когда он придет за ним.

"Поммогиите, - голос Мейсона эхом пробился сквозь пелену, когда он слабо поднял голову и, казалось, уставился прямо на нас. "Пожалуйста". У меня по рукам побежали мурашки, когда я понял, что он меня видит. Но он все еще светился, все еще был жив. Инстинктивно я сделал шаг к нему, но Уилбур поднял руку, останавливая меня на полпути.

"Не надо", - тихо прошептал он. "Ты ничего не сможешь сделать".

"Пожалуйста", - снова выдохнул Мейсон, его голос задевал меня за живое.

"Ничего?"- спросил я, отчаянно глядя на Уилбура.

"Мы мертвы, а он еще нет. Ты не можешь даже прикоснуться к нему". Неохотно кивнув, я расслабился, и он опустил руку. Когда слезы снова потекли по моему лицу, я вспомнил пожилую женщину, которая разговаривала с кем-то, кого я не мог видеть перед тем, как умерла в ту ночь, когда Драконьи Доны напали на нас в ресторане. Видела ли она кого-нибудь из моих новых коллег? После сегодняшнего вечера я был в этом уверен.

Силы Мейсона начали угасать, и он опустил голову на асфальт. Оставалось недолго. Отчасти мне хотелось, чтобы конец наступил поскорее, лишь бы избавить его от ненужных страданий. Если ему уже суждено умереть прямо сейчас, зачем затягивать боль?

Мир вокруг нас, казалось, становился все темнее по мере того, как истекало его время. Фары его машины потускнели, и мгла стала затягиваться вокруг нас, как петля. Вскоре единственное, что мы могли ясно видеть, была его светящаяся фигура, ожидающая смерти. Сбитый с толку, я поднял глаза на Уилбура; раньше такого не случалось.

"Косы наготове", - резко бросил он, и его теневое оружие прыгнуло ему в руку. Я последовал его примеру, призвав свое, и сжал его обеими руками. Не говоря ни слова, мы встали спина к спине. Что-то было явно не так.

Издевательский смех донесся из-за пределов круга, отдаваясь эхом, как будто мы находились в центре глубокого каньона. Мы с Уилбуром начали медленно кружить, поворачиваясь и вглядываясь в расплывчатую темноту в поисках того, что могло появиться.

"Что это?"- прошептал я, крепче сжимая оружие.

"Незванный гость", - мрачно ответил он.

"Мы требуем эту душу, Жнецы", - раздался голос из-за пределов размытого пространства. Он отразился отовсюду вокруг нас, как будто множество голосов говорили одновременно. "Уходите, и мы позволим вам уйти с вашими жизнями". Я удивленно моргнул. Похоже, мы были не единственной службой доставки, предлагающей самовывоз.

"Боюсь, мы не можем этого сделать", - ответил Уилбур твердым голосом, но я почувствовал скрытый страх. "Мы здесь, чтобы забрать его душу, это наше право". Мое уважение к новому другу сразу же возросло. Я понятия не имел, что скрывается за пределами нашей видимости, но предчувствовал, что оно не будет легкой добычей. Тем не менее, Уилбур без колебаний вступился за того, кто не мог постоять за себя. Это люди моего типа.

"Он наш!" - закричали голоса, полные ярости.

"Душа этого человека находится под защитой Смерти", - крикнул Уилбур в ночь. "Договор о Смерти дает нам исключительное право забрать и доставить эту смертную..."

Тысяча воплей разочарования расколола ночь. Сердце подпрыгнуло в груди, когда размытая стена искривилась, словно сквозь нее что-то протискивалось. Через мгновение стена с треском вернулась к своей первоначальной форме. В круге по другую сторону от несчастного Мейсона стоял кошмар.

Он был голым, с телом, почти человеческим, но слишком большим и рослым. Монстр был покрыт опухолями, как жаба, и стоял, согнувшись, словно под тяжестью лишнего веса. Но дело было не только в этом. Пока я смотрел, его лицо замерцало, черты исчезли и появились новые. Теперь было лицо светлокожей женщины, цвет кожи которой не соответствовал остальному телу. Еще одно мерцание, и теперь это было лицо старухи.

Мерцание.

Мерцание.

Каждый раз, когда лицо менялось, мертвые глаза твари светились тем же ярко-оранжевым светом, что и у Мейсона, когда его тело цеплялось за душу с отчаянием зависшего на льду альпиниста.

"Мы - Легион, и пришли, чтобы пополнить ряды нашего воинства", - прокричало оно, делая шаг к Мейсону. Даже не взглянув друг на друга, мы с Уилбуром прыгнули вперед, преграждая монстру путь к умирающему. Внезапно я почувствовал себя на новой работе как дома.

Легион зарычал и замахнулся одной из своих длинных, неуклюжих рук на Уилбура, тот отпрыгнул влево, чтобы уклониться от атаки. Я тут же рванул вправо, заставив незванного гостя разделить свое внимание, чтобы следить за нами.

Холод косы горел в руках, когда я размахивал ею, как бейсбольной битой, рассекая воздух. Быстрее, чем я предполагал, монстр развернулся, и его когтистая рука поднырнула под древко моего оружия, заставив его подняться и пролететь над его головой.

Я отшатнулся в сторону, потеряв равновесие из-за потраченного впустую импульса. Я слишком привык размахивать мечом. Уилбур атаковал с другой стороны, не позволяя Легиону воспользоваться тем, что я потерял бдительность.

Проклиная себя за идиотизм, я принял более удобную стойку. Я никогда раньше не использовал в бою оружие в виде шеста. Но знал, что не стоит так сильно размахиваться и терять контроль над своим центром. Если бы здесь не было другого Жнеца, я был бы уже мертв. Меня почти порадовало, что Орион не видит моей жалкой атаки. Он бы покоя мне не дал вечно.

Сжав плечи, я направился через дорогу, чтобы прийти на помощь Уилбуру. Другой Жнец отступал, но у него явно было больше практики в обращении с косой, чем у меня. Отступая, он крутил оружием, блокируя атаки Легиона, а затем, использовал инерцию, чтобы нанести монстру молниеносные удары.

Несмотря на свой дряхлый вид, Легион был быстр. Существо расплывалось, бессвязно крича от ярости, пытаясь пробиться сквозь защиту Уилбура. Его внимание было полностью сосредоточено на моем друге, поэтому я поднял свое оружие с мрачной решимостью палача с топором в руках.

Существо, должно быть, услышало мои шаги. В последний момент оно развернулось на месте с искаженным лицом. Но даже нечеловеческая скорость не спасла его от моего удара. Чернильно-черный кончик моей косы вонзился не в спину, а в грудь.

Мои руки онемели, а температура косы упала с фригидной отметки до чего-то похожего на абсолютный ноль. Легион запрокинул голову и издал ужасающий вопль боли и ярости. На мгновение мы замерли, застыв от силы Смерти, проникающей через мое оружие в монстра.

Как раз в тот момент, когда я подумал, что мои руки вот-вот превратятся в лед и разобьются вдребезги, коса исчезла, словно дым. Крик Легиона оборвался, и он опустил свое постоянно меняющееся лицо, уставившись на меня глазами девочки-подростка.

Черная рана зияла на его груди в том месте, где в нее вонзилось лезвие моей косы. Рука Легиона мелькнула в яростном ударе слева, от которого я рухнул на спину.

"Глупый Жнец, - прогремел его гулкий голос. "У тебя нет власти, чтобы убить меня. Я древний, и меня много. Ты всего лишь маленькая личинка".

Черная коса Уилбура вонзилась ему в лодыжку, перерубив ее с такой легкостью, словно та была сделана из гнилого фрукта. Легион издал еще один ужасный вопль и опрокинулся навзничь, из его ампутированной культи брызнула темная жижа.

Отчаянно пытаясь воспользоваться тем, что монстр упал, я потянулся к своему разуму и попытался призвать косу обратно в свои ледяные руки. Но, сколько бы я ни призывал ее, оружие не появлялось.

Зарычав, я бросился к упавшему существу, надеясь, что, возможно, смогу удержать его, пока Уилбур не прикончит его. То, что оно было ранено, не означало, что оно не было опасным. Я не сомневался, что у Легиона в запасе еще много трюков. И действительно, чудовище снова встало на свою единственную ногу, подпрыгивая вверх-вниз, как демонический фламинго.

Уилбур занес косу для второго удара, но Легион отпрыгнул назад, оказавшись вне досягаемости, и его лицо переменилось на юношеское. Секунду он смотрел на все еще светящуюся фигуру Мейсона с оттенком тоски. Затем его мертвые глаза уставились на меня.

Я посмотрел в ответ, мои руки сжались в бесполезные кулаки. Без косы я мало что мог сделать. Я бы все отдал за то, чтобы огонь Уиллоу откликнулся на мой зов, но был еще мертв, и пламя находилось вне моей досягаемости. Уилбур подошел и встал рядом со мной, крепко сжимая свое оружие.

"Я знаю тебя", - удивленно прошипел монстр. "Ты отмечен. Мы помним тебя. От нас нигде не укрыться, мы..."

"Легион, мы знаем", - прохрипел я, прерывая его монолог.

Он зашипел и сделал шаг ко мне, сгибая свои когтистые лапы. Я пригнулся и приготовился поднырнуть, чтобы оказаться вне его досягаемости. Может быть, мне стоит прекратить ругаться с монстрами, если у меня нет оружия. Уилбур поднял косу и двинулся навстречу, заставив монстра замешкаться. Похоже, оно не хотело терять вторую ногу. Из черной раны на груди, нанесенной моей косой, текла кровь. Несмотря на то, что нам не удалось убить тварь, она была немного потрепана.

"Отмечен", - снова прорычала она, после чего присела и отпрыгнула назад, выходя из пузыря размытости в окружающий мир. Холодок пробежал у меня по спине, когда я понял, что это были те самые слова, которые разгневанная богиня сказала мне в Междумирье.

"Простите..." - раздался голос за моим левым плечом. "Вы можете сказать мне, что, черт возьми, здесь происходит?" Повернувшись, я обнаружил, что рядом со мной стоит Мейсон и с ужасом в глазах смотрит на свое уже не светящееся тело, лежащее на дороге перед нами.

"Извините, - прохрипел я, опираясь на колени и пытаясь отдышаться. Как я мог задыхаться, если мне даже не нужно было дышать? Быть мертвым - это просто обман. "Добро пожаловать на ту сторону. Мы здесь для того, чтобы убедиться, что вы доберетесь туда, куда должны".

Мейсона пришлось немного уговаривать, чтобы он прошел через разрыв и попал за Завесу. Я ничуть его не винил. Единственное, что может быть более травмирующим, чем смерть, - это умереть и обнаружить двух клоунов, сражающихся с монстром рядом с твоим телом.

Моя коса все еще отказывалась выходить и играть, поэтому Уилбур повел нашего подопечного в приемные покои, оставив меня одного в лесу. По рукам побежали мурашки, когда я понял, что если Легион все еще скрывается, то у меня нет возможности от него отбиться. Что мешало ему вернуться на второй раунд?

Чтобы отвлечься, я подошел и стал изучать оставленную им ногу. Присел на корточки в нескольких футах от отростка, с отвращением разглядывая его. Вонь гнили и серы захлестнула меня, когда я подошел ближе, и мне едва удалось удержаться от рвотных позывов.

Мне стало ясно, что Легион намеревался украсть душу Мейсона. Возможно, он каким-то образом поглощал души - ведь лицо было неплохой подсказкой. Но это тоже казалось слишком простым. Из своего пребывания в Землях Фейри я знал, что души имеют сложное применение. А еще я знал, что кто-то взял за привычку грабить Смерть, что казалось невероятной глупостью. А еще была сера. Если я чему-то и научился после того, как у меня украли душу, так это тому, что демоны всегда все усугубляют.

"Значит, ты уже столкнулся с одним из Заблудших. Полагаю, это неудивительно", - заметил спокойный голос в тишине моего пузыря. Задохнувшись, я вскочил на ноги. Призвал косу к себе, но оружие проигнорировало меня. Я был один и безоружен. Оказалось, что это спорный вопрос, когда стало видно, кто пришел поговорить со мной. Если уж мне не удалось убить с ее помощью какого-то монстра, то против ангела она вряд ли поможет.

Азраил, член Совета Смерти от Небесного Воинства, стоял напротив меня на поляне, одетый в черный пиджак и темные брюки. Его руки были засунуты в карманы, а белые глаза смотрели на меня с непринужденным любопытством. Если бы мы учились в старших классах, я бы сказал, что он театрал и считает себя очень крутым.

Что-то подсказывало мне, что это не просто светское знакомство.

Сердце пропустило пару ударов когда поняло, что это тот самый момент, которого я ждал с того самого дня, когда Дэн украл мою душу.

"Заблудший?"- нерешительно спросил я.

Он вытащил одну руку из кармана и жестом указал на конечность у моих ног. "У него много имен, но Легион - самое подходящее, я думаю. Когда-то он был кем-то другим, но теперь он Заблудший".

"Спасибо, теперь я все понял", - саркастически фыркнул я. "Вполне логично".

"Вместо того, чтобы выбирать сторону, некоторые существа предпочитают жить во Тьме, - продолжил он, сделав ударение на последнем слове. "За пределами Реальности есть только..."

"Я видел Ничто", - перебил я, на мгновение забыв, что это ангел и мне следует быть вежливым.

"Для смертного ты проделал долгий путь". Его голос был настолько нейтральным, что в нем можно было бы найти сыр проволоне.

"Неприятный побочный эффект от кражи моей души". Я ухмыльнулся, показав слишком много зубов. В зарывании леде (означает спрятать самые важные и релевантные части истории среди другой отвлекающей информации - прим.пер), не было ничего утонченного, но не каждый день у меня возникает возможность рассказать ангелу о своих проблемах.

"Да, ты что-то упоминал об этом, когда говорил с Советом". Глаза Азраила слегка сузились, пока он наблюдал за мной. "Как они это сделали?" Я сглотнул, когда он заглотил наживку. Это было похоже на один из тех знаменательных моментов, настоящий эффект бабочки. Наконец-то я могу рассказать свою историю кому-то, кто мог что-то сделать. Я вытер вспотевшие ладони о гидрокостюм и посмотрел в его сверкающие белые глаза.

"Ко мне обратился демон, продавец низкого ранга, который предложил мне сделку. Я отказался, но он подделал мою подпись на контракте". Я пожал плечами так непринужденно, как только мог. "Теперь я здесь".

"Демон предложил тебе сделку", - повторил Азраил сухим тоном.

"Верно".

"Дай угадаю, ты смог отклонить это предложение только из-за своей глубокой веры?" В его словах был явный сарказм. "Отойди от меня, Сатана, и все такое?"

"Э-э, не совсем", - признался я, и в горле у меня пересохло. "Я никогда не интересовался всей этой литературой. Хотя моя бабушка была ее большой поклонницей".

"Если ты не принадлежишь к пастве, то где ты нашел в себе силы сопротивляться этому предложению ради спасения своей души?" О да, он определенно издевался надо мной. Не знаю, зачем я продолжаю рассказывать эту историю, даже если это правда. Никто никогда мне не верит.

"Честно говоря, я и раньше читал книги", - начал я, пожимая плечами. "Я не имею в виду... вашу книгу. Просто любую книгу. Кроме того, это было не такое уж хорошее предложение".

Ангел несколько мгновений непонимающе смотрел на меня, прежде чем его лицо медленно расплылось в улыбке. "Не такое уж хорошее предложение?"

"Да, Дэн - это демон - сказал мне, что у него не хватает квоты, и, честно говоря, я ему верю. Он не был силен в продажах". Азраил долго смотрел на меня. Я почти чувствовал, как он взвешивает мою историю, решая, стоит ли мне верить. Пока он размышлял, мои мысли неслись вскачь. Я знал, что его имя мне знакомо, но не мог вспомнить, почему. Оно не давало мне покоя с тех пор, как я предстал перед Советом Смерти, но не мог его вспомнить. Мне следовало быть внимательнее, когда бабушка в детстве таскала меня на мессу.

"Это хорошая история, - сказал он после долгой паузы. "Возможно, лучшая из всех, что я когда-либо слышал. Я почти поверил тебе. Но даже Люцифер знает цену нарушения этого правила". Ангел повернулся и стал удаляться в темноту.

"Азраил, - позвал я его, и в голове у меня наконец-то что-то щелкнуло. "Орион поверил мне".

На секунду он застыл на месте - так, как Бессмертные демонстрируют чистый шок, когда они словно выпадают из Времени и перестают функционировать. Затем повернулся и уставился на меня, его белые глаза сузились так, что стали похожи на рассветы.

"Откуда ты знаешь Охотника?" - требовательно спросил он, в его голосе сквозило подозрение.

Я не ответил. Мое несуществующее сердце билось так высоко, что я боялся, что оно попытается вырваться, если я открою рот. Вместо этого я поднял правый кулак и медленно разжал его, позволяя ангелу увидеть то место, где рукоять меча Ориона оставила на мне клеймо, когда я держал его в руках в первый раз. Ангел уставился на мою руку в холодном, абсолютном молчании. Он знал, что означают мои шрамы. Потому что я вспомнил, где раньше слышал его имя.

Заган говорил, что Азраил отдал Ориону свой меч.

Этот ангел лично проследил за тем, чтобы у Охотника был клинок, способный убивать Бессмертных. Это было не то, о чем можно забыть. В мгновение ока ангел преодолел расстояние между нами, выйдя из Времени и Пространства и вновь возник передо мной.

Его рука в черной перчатке сжала мое запястье железной хваткой, и он пристально посмотрел на мою ладонь. Через минуту он отпустил меня, на его резко очерченном лице появилось обеспокоенное выражение.

"Ты убил Лилит". Это был не вопрос.

"Я".

"Она была замешана?"

"Она пыталась убить меня и замять это дело". Я пожал плечами. "Я отказался".

Ангел стоял неподвижно так долго, что я начал думать, не превратился ли он в соляной столб. Наконец он дернулся и посмотрел на пустое место, через которое Уилбур провел Мейсона.

"Пора идти", - пробормотал он, что, как я понял, означало, что мой коллега уже возвращается.

"Кстати, что привело тебя именно на эту поляну сегодня вечером?"- спросил я, прежде чем он успел уйти. Неприятное подозрение подсказывало мне, что ангел пришел поговорить со мной. Но зачем ему это делать, если он ничего не знает?

"О." Губы Азраила изогнулись в подобии виноватой улыбки. "Я был поблизости и решил проведать нового Жнеца". Его белые глаза сверкнули так, что я понял: он знает, что я на это не куплюсь. Затем отвернулся от меня и зашагал в расплывчатую темноту.

"Эй, а в чем заключается твоя работа?" - крикнул я ему вслед.

"Моя работа?" Он не повернулся ко мне, но я услышал в его голосе весёлые нотки.

"Да. Я знаю, что Заган - финансовый директор Ада. А ты кто такой, ангел?"

Азраил поднял руку и рубанул по воздуху, открывая один из уже знакомых разрывов в Завесе. На мгновение я подумал, что он не собирается мне отвечать, но, переступая порог, он сообщил через плечо тем же тоном:

"Смерть".