Немелодично насвистывая себе под нос, я прогуливался по выцветшему серому ковру Междумирья, изредка подбрасывая в воздух ключ старого доброго Портунуса, забытого бога порталов, прежде чем поймать его и надежно спрятать в карман джинсов.

Глориана подарила мне ключ бога на день рождения, как раз перед тем, как ее убила дочь Таня. Любая дверь, которую я отпирал этим ключом, приводила меня сюда. На первый взгляд коридор выглядел так, словно принадлежал офисному зданию, построенному в 1970-х годах и забытому. С потолка свисала паутина, подсвеченная ужасными лампочками накаливания, которые слабо гудели, отбрасывая свой нездоровый свет на горчично-желтые обои. Потолок был выложен из белой обшарпанной плитки, которая есть в каждом здании, когда-либо построенном. Даже воздух был спертым, как будто здание долгое время было опечатано.

Коридор простирался передо мной насколько хватало глаз. По обеим сторонам через каждые несколько футов располагались белые двери. Из предыдущего расследования я знал, что каждая из них имеет матовое стекло, намекающее на мир, ожидающий за ней. За некоторыми дверями горел яркий свет и двигались тени фигур. Другие были пустыми, мертвыми мирами, провалившимися в Ничто, бесконечную тьму, поглощающую все сущее.

На каждой двери было написано название царства из мифов и легенд. Я проходил мимо дверей Олимпа, Асгарда и даже Атлантиды, хотя последняя была влажной и прогнившей, и не думаю, что ее безопасно открывать. Другие были закованы в толстые черные кандалы. Когда я проходил мимо одной, чья табличка уже давно потускнела и стала нечитаемой, дверь приоткрылась на несколько дюймов, вырываясь из оков, словно бешеная собака.

Я издал очень достойный писк и отпрыгнул в дальний конец коридора, уставившись на дверь, которая теперь была приоткрыта на волосок. В щель подул холодный, шепчущий ветер, и мне потребовалась секунда, чтобы взять себя в руки. Все еще непривычно, когда они так поступают.

Раздраженно рыча, я пнул дверь носком ботинка, захлопывая ее, вновь отгородившись от мира, поглощенного Ничто.

Тот, кто установил эти цепи, должно быть, сделал это для того, чтобы они оставались закрытыми. Насколько я знаю, чтобы открыть что-либо здесь, вам понадобится Ключ Портунуса. Я был слишком труслив, чтобы пытаться открыть какую-либо дверь, кроме Земель Фейри, но заметил, что в "падших мирах", похоже, не все замки заперты. Шум от их открывания и закрывания придавал всему этому месту жутковатую атмосферу, что мне совсем не нравилось.

Таинственный смотритель давно ушел. Пробираясь по коридорам, я не видел ни одной живой души. Насколько знаю, я единственный человек во вселенной, у которого есть ключ. Пусть здание плачет и стонет, но я теперь его хозяин - или, по крайней мере, нынешний арендатор.

Когда мы с бандой бежали от Доун и ее новой смены режима, я и представить себе не мог, с каким препятствием столкнусь при возвращении в мир смертных. Моим главным преимуществом в бою со сверхъестественными существами был доступ к пламени Уиллоу. А оно, как и любой огонь, требовало топлива.

Жизнь в Землях Фейри была магическим эквивалентом подключения к источнику энергии. Я мог черпать столько силы духа огня, сколько мог. С тех пор как вернулся на старую добрую Землю, я практически сидел на голодном пайке.

Когда я впервые соединился с Уиллоу, забрав ее сущность у минотавра, дух надолго застрял на Земле; его запасы были почти исчерпаны. Я сжег их за несколько минут, ввязавшись в бой. На полном баке мы с Уиллоу сможем продержаться гораздо дольше, если, конечно, я не потрачу все, что у нас есть, на существо с иммунитетом к огню.

Когда я впервые попал в Земли Фейри, Уиллоу приравняла пребывание в этом царстве к возможности снова дышать. Магическому огню нужен магический кислород. С тех пор я обнаружил, что каждый раз, когда возвращаюсь, чтобы помочь духу сделать еще один вдох, мы можем вместить больше магического кислорода, чем в прошлый раз. Если пловец может тренировать свои легкие, чтобы удерживать больше воздуха, то мы с Уиллоу учились удерживать больше топлива.

Несмотря на то, что Уиллоу оказалась неэффективной в игре "Драконы", я не хотел начинать игру, не зарядив аккумулятор. Это было бы все равно, что взять с собой ружье без патронов. Я, конечно, тупица, но не дурак. Или, может быть, все наоборот - я забываю, что есть что.

Наконец я нашел вход, который искал. По какой-то причине двери никогда не находятся в одном и том же месте дважды. Я сильно подозреваю, что если идти по коридору достаточно долго, то в конце концов он закручивается сам в себя, но мне лень проверять свою теорию. Обычно я просто выбираю направление и иду, пока не появится нужная мне дверь.

Она никогда не находится там, где я видел ее в последний раз, но выглядит всегда одинаково. Белая краска на двери облупилась, а табличка гласит "Земли Фейри - посторонним вход воспрещен". Всегда считал, что это не про меня. В конце концов, я ухаживал за одной из принцесс.

Все еще насвистывая себе под нос, я выудил ключ и поднес его к дверной ручке, сразу за замком. На мгновение приостановился, пытаясь понять, что за теневые фигуры движутся за матовым стеклом. Иногда они двигались невероятно быстро, а иногда практически застывали. Как обычно, эта хореография не давала мне ни малейшего представления о том, что может ждать меня по ту сторону.

Собравшись с мыслями, я попытался сосредоточиться на том, куда должна открыться дверь. Это должно быть где-то в Землях Фейри, но я мог помочь ей выбрать место, откуда хочу выйти. Насколько можно судить, ключ считывал мои намерения, а затем делал все возможное, чтобы найти вход, который соответствовал бы моим желаниям.

До сих пор я входил в чулан, ванную и заброшенный дом. Последний вариант оказался самым удобным. Мне не нужно было никуда идти или делать что-то особенное, как только я оказывался в Землях Фейри. Я просто подзаряжал Уиллоу и возвращался домой, пока никто не догадался о моем визите.

Пытаясь вспомнить точные инструкции, которые я дал ей в прошлый раз, я пробормотал себе под нос: "Подальше от посторонних глаз, уединенно и удобно". Затем со щелчком вставил ключ в замок и повернул. На секунду заколебался. Я всегда немного нервничаю перед тем, как сделать решительный шаг.

Взяв себя в руки, повернул ручку и шагнул в земли фейри. В тот момент, когда я ступил на Землю Фейри, мои руки охватило пламя.

"Долго же ты добирался!" - радостно воскликнул дух огня в моей голове.

Дверной проем, через который я только что прошел, с громким грохотом обрушился позади меня. Я обернулся - это была какая-то временная дверь, сколоченная из двух четвертей и державшаяся на соплях и небольшой силе тяжести. Сила, с которой я вошел, разнесла ее вдребезги, закрыв этот выход. Единственный способ уйти - это найти новую, работающую дверь, или починить старую, если вдруг я стану очень хорошо разбираться в плотницком деле.

Комната была ярко освещена и богато обставлена, в ней стояло несколько больших диванов. Она была даже полностью накрыта - повсюду стояла еда. Я даже увидел тарелку с печеньем. Кто-то приложил немало усилий, чтобы сделать это пространство уединенным и комфортным, а также устроить настоящий праздник.

На той стороне меня ждала обычная дверь.

Чтобы попасть в нее, мне нужно было лишь пройти мимо отца.

Я не должен был удивляться, увидев его. Если кто-то и мог догадаться о том, как я держу Уиллоу заряженной, то это был он. Я просто решил, что ему все равно. При виде него меня охватило знакомое оцепенение. Я знал, как пережить подобную бурю.

Я стиснул зубы и начал втягивать пламя Уиллоу. Дух был вполне способен перезарядить свои собственные батареи, но меня научили ускорять этот процесс, что, похоже, также увеличило способность моего тела удерживать магический кислород. Это было похоже на два вдоха одновременно. Сила хлынула в меня, как обжигающий ветерок.

Дэмиен Карвер, он же Дэмиен Огненное Сердце, закатил свои золотистые глаза, наблюдая за тем, как я пытаюсь втянуть в себя всю силу, которую мы с Уиллоу могли унести. "Не надо так драматизировать", - огрызнулся он, пренебрежительно взмахнув своими пылающими руками. "Нам с тобой нужно поговорить. Прекрати эту нелепую попытку покататься на велосипеде и сядь".

Потрясенный, я практически задохнулся от своего вдыхания, что вынудило меня остановиться. "Мы можем поговорить", - натянуто сказал я, - "но я, пожалуй, постою".

Отец вздохнул и сел в одно из больших обеденных кресел. Он взял гроздь фиолетового винограда и начал одну за другой срывать их и отправлять в рот. Его золотистые глаза уставились на меня, а лицо выражало скуку. Знаю, что могу быть немного упрямым, но у меня не было ни единого шанса, ведь в моей ДНК содержится только половина его генов. Если я хоть немного не уступлю, то останусь здесь до самого конца.

В ответ на его вздох я сел за стол, на самое дальнее от него место. Окинув взглядом разнообразие блюд, взял пару зеленых виноградин и стал подражать ему. На его лице мелькнула тень, и он отложил свои фрукты. Я продолжил есть свои. Они были восхитительны. Может, фейри и не платят своим смертным слугам или не позволяют им уйти, но у них потрясающая продукция.

"Если бы твоя мать могла видеть, во что ты превратился, думаю, она бы снова умерла", - задумчиво произнес Дэмиен через несколько мгновений.

Да, папа не из тех, с кем можно вести светскую беседу. Хотел бы я сказать, что привык к такому и что это не больно, но его первый залп ударил сильнее, чем любой нефилим, с которым я когда-либо сражался - за исключением, может быть, Ориона.

"О, я уверен, что она была бы в восторге от вас, Мистер Тайный Фейри", - ответил я.

"Она знала". Спокойное утверждение отца слегка покачнуло меня в кресле. Я полагал, что моя мать - ванильная смертная, совершенно не знающая о мире, который оставил позади ее муж. Возможно, я судил о нем слишком строго.

"Ты. Продал. Свою. Душу", - обвинил Дэмиен. "Я учуял зловоние твоей инфернальной сделки, как только увидел тебя возле больницы твоей сестры".

Я полагал, что теперь, когда он вернулся и работает в офисе Фейри, то будет в курсе всей ситуации с мошенничеством с душами. Это было буквально краеугольным камнем моей сделки с ними.

"Мало того, в своей жадности ты примешал душу своей сестры, и теперь она заперта в Чистилище, подвергаясь пыткам, из-за тебя. Однажды из-за тебя ее убили, и, похоже, ты одержим идеей убить ее во второй раз".

"Я не продавал свою душу", - отрезал я, чувствуя, как краска гнева заливает щеки. Он был неправ, но его суждения задели меня за живое. Я злился больше на себя, чем на него. Ведь знал, что лучше не попадаться на его удочку. "Демон подделал мою подпись. Я не просил возвращать Меган. Не просил ни о чем таком!"

"Да, я наслышан о твоих обвинениях", - усмехнулся Дэмиен, жестоко искривив губы. "Не надо мне рассказывать душещипательные истории. Даже в детстве у тебя не было ни унции самоконтроля. Что более вероятно? Сатана и его демоны нарушили один из фундаментальных законов этого мира, или ты поддался искушению?"

Не знаю, стало ли для меня неожиданностью такое низкое мнение отца о моих моральных качествах, но все равно было больно. Я не был идеальным ребенком. Попадал в неприятности, воровал печенье из банки и врал, что делаю домашнее задание. Но есть разница между тринадцатилетним подростком, которому хочется сладенького, и продажей души дьяволу.

Может, Дэн просто был плохим продавцом - более талантливый агент Ада, возможно, заставил бы меня подписать контракт, не успей я и глазом моргнуть. Но почему-то я в этом сомневался.

"Хорошо, отец", - усмехнулся я в ответ, подражая его тону. "Тогда почему меня приняли в Охоту? Почему фейри помогают мне вернуть душу?"

"Потому что ты мой сын", - сказал он с абсолютной уверенностью.

Секунду я сидел, ошеломленный его небрежным высокомерием.

"Орион давно искал сильных, наивных учеников. Идиоты вроде тебя гораздо охотнее готовы умереть за него, чем все мы. Достаточно взглянуть на последнюю Охоту".

Мой гнев, бурлящий где-то под поверхностью, перешел в кипение. Охотник всегда первым подвергал себя опасности. Сколько раз он выходил против страшного врага, чтобы защитить нас с Алексом? Я открыл рот, чтобы возразить, но он перебил меня.

"Глориана видела в тебе жеребца, пригодного для пастбища, чтобы дать ей новый выводок фейри, способных породниться с Пламенем. Она бы пообещала тебе луну, лишь бы заполучить твои гены, а ты угодил прямо в ее ловушку".

Ладно, этот вариант был чуть более точным. Глориана честно призналась в этом, но она также верила, что моя душа была украдена, и сделала больше, чтобы помочь мне вернуть ее, чем кто-либо другой. Ее смерть подкосила мои шансы выбраться из этой ситуации.

Впервые за время этого разговора до меня дошло, что мой отец был фейри. Все это время я вел себя как смертный подросток, противостоящий своему отцу. Но я забыл, что здесь действуют другие правила.

Фейри не умеют лгать.

Я заставил себя сделать еще один глубокий вдох и разжечь пламя гнева. Не знаю, сработало ли это, но я почувствовал, что становлюсь более рациональным, когда посмотрел на своего отца новыми глазами. Все, что он только что сказал, было правдой - по крайней мере, для него. Он действительно верил, что я согласился на сделку. Он действительно был невысокого мнения об Орионе. Я закончил свой велосипедный вздох и смирился с этим.

Пришло время перестать позволять ему давить на меня и использовать единственное преимущество, которое у меня было.

"Чего ты хочешь?"- спросил я с усталым вздохом.

"Мести". Это слово прозвучало почти благоговейно, когда он произнес его.

В последний раз, когда я видел своего отца, через несколько мгновений после того, как обручился с Эш, он ошеломил меня: Глориана была ответственна за смерть моей матери и сестер. Другая ее дочь, Мэв, Леди Зима, управляла водами, которые смыли их с дороги, и они утонули.

Было бы откровенной ложью, если бы я сказал, что идея мести фригидной фейри была непривлекательной, но она, безусловно, была сложной. "Разве ты не давал клятву служить Доун?"- спросил я с подозрением. "Кажется, это может помешать убить ее сестру".

Доун приняла моего отца с распростертыми объятиями, предоставив ему прежнюю должность правой руки Робина. Возможно, там был какой-то причудливый титул вроде десницы королевы или вице-регента, но понятия не имею. Новая правительница настаивала на том, что ее старшая сестра слишком полезна, чтобы отдавать ее моему отцу.

"Я поклялся защищать ее и служить ее интересам", - пожал плечами Дэмиен, как будто его клятва была столь же ограничительной, как паутина. "Леди Зима активно пыталась уничтожить Уиллоу и последователей Пути Пламени. Если она добьется успеха, это будет концом нашего народа. Успех, который она уже добилась, был катастрофическим. Устранить ее - единственный логический результат моего долга".

Мне впервые пришло в голову, что Мэв, возможно, решила убить моих сестер, когда Глориана послала ее убить мою мать. Бывшая королева хотела, чтобы мой отец стал отцом Леди Осени. Он отказался, и их размолвка привела к тому, что он исчез из Двора Одуванчиков. В конце концов Глориана уговорила старого доброго Люцифера стать отцом ее ребенка, но она так и не простила моего отца за то, что он уйдя перекрыл ей доступ, к огню Уиллоу.

Для Глорианы это было мелкое соперничество, которое заставило ее послать своего палача за моей матерью. Но Мэв, не зная об этом, убивала всех Лордов и Леди Пламени, пытаясь уничтожить огонь Уиллоу. Убила ли она моих сестер, чтобы помешать им когда-либо стать связанными с Огнем? Неужели Владычица Зимы тоже встретила бы меня однажды ночью в темном переулке? Мои руки сжались в кулаки, когда новый импульс гнева на Мэв пронесся по венам.

"Допустим на мгновение, что мне это интересно, - процедил я сквозь стиснутые зубы. "Что тебе нужно, чтобы я сделал?"

"Доун держит Мэв взаперти с тех пор, как взошла на трон", - сказал отец, поднимаясь на ноги и сцепив руки за спиной. "Отчасти потому, что она не доверяет Мэв, но также и для того, чтобы держать ее подальше от меня". Отец искоса взглянул на меня, его золотистые глаза заблестели. "Доун достаточно мудра, чтобы понимать, что я не могу позволить Мэв жить. Она тянет время, пока ищет другое решение".

"Похоже на Доун", - согласился я. Доун была при матери директором того, что я называю ФРУ - что по сути является нашим Центральным Разведывательным Управлением, но только для фейри. Они не называют это так, но должны бы. Мысль о том, что Доун пыталась разрядить убийственную напряженность в отношениях между моим отцом и ее сестрой, меня нисколько не удивила. "Что ты хочешь, чтобы я с этим сделал?"

"Созвана Конгрегация Созвездий", - просто сказал мой отец. "Фейри приглашены впервые за пятьсот лет. Доун желает присутствовать, но ей потребуются телохранители. Убеди ее включить Мэв в список, а потом убирайся с дороги".

Мои глаза расширились, когда я осознал всю глубину плана отца. Это не только извлечет Мэв из заточения, но и выведет за пределы Земель Фейри, что сделает ее более уязвимой для его ударов. С Доун не будет столько фейри, чтобы разнять их, если начнется драка.

"Насчет этого", - ответил я, понимая, что он, должно быть, не в курсе событий прошлой ночи. "Возможно, нам действительно понадобятся все силы для охраны".

"Несомненно, найдутся группировки, недовольные нашим возвращением на свое законное место", - пожал плечами Дэмиен, ничуть не смутившись. "Мы с ними разберемся".

"Одна из таких группировок уже создала некоторые проблемы. Драконьи Доны послали несколько драгун, чтобы убить меня прошлой ночью, и Доун попала под перекрестный огонь".

Мой отец перестал расхаживать по комнате и замер, повернув голову и вопросительно уставившись на меня. "Драгуны? О, я понял, драконы-гуны, да, да". Должно быть, он действительно мой отец. Нет другого объяснения, кроме общей ДНК, почему его мозг инстинктивно понимает мою чушь.

"И почему... Драконьи Доны пытаются убить тебя, Мэтью?" Голос моего отца был таким же бархатным, как новенькая стодолларовая купюра.

"Когда я впервые связался с Уиллоу, то почему-то не понимал, что происходит", - язвительно ответил я. Меня немного позабавила слабая тень смущения, промелькнувшая на его лице. "Возможно, я сжег лабораторию, которая находилась под их защитой".

"Что ты делал в лаборатории под защитой Донов?" - недоверчиво спросил он.

"Я думал, что Меган у них, и пошел, чтобы вернуть ее". Я вздернул подбородок и вызывающе посмотрел на него. Что-то в уголках его глаз на мгновение смягчилось. Думаю, это был один из первых случаев, когда он меня понял. Я просто хотел, чтобы это было о чем-то обычном, вроде бейсбола или виски.

Что-то в глубине моей груди, затаившийся ребенок, который есть в каждом из нас, требовало высказаться при этой редкой возможности. "Папа", - сказал я, даже не обработав свои мысли. "Мне жаль маму и девочек".

Дэмиен Карвер - а в тот момент он был именно Дэмиеном Карвером, а не Дэмиеном Огненное Сердце - несколько мгновений молчал, на его лице отражались самые разные эмоции, пока он смотрел на меня. "Я знал", - прошептал он спустя вечность.

"Что ты знал?"- спросил я, мой пульс участился.

"Я знал, что Мэв в Лос-Анджелесе, чтобы убить твою мать. Я сказал ей, что это опасно и что она должна оставаться дома".

"Но я убедил ее приехать ко мне..." Я умолк, так как наконец-то понял причину гнева отца на меня. Отчасти я понимал это и раньше. Шел дождь, и я убедил ее сесть за руль. Но мой отец знал, что кто-то попытается убить ее, и я был приманкой, которая выманила мою семью.

"Если ты знал, то где был?"- потребовал я, чувствуя прилив гнева, как эхо его собственного. "Почему ты не защитил их, Повелитель Огня?"

"Она не сказала мне, что они уезжают!" - взревел отец, отворачиваясь от меня и упираясь взглядом в стену. Он опустил руки по швам, сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Уже не в первый раз я задался вопросом, могут ли два человека, связанные с Уиллоу, сжечь друг друга.

"Они мертвы, потому что ты заставлял ее чувствовать вину, пока она не ослушалась меня!" Дэмиен Огненное Сердце снова повернулся ко мне, в его золотистых глазах плясало пламя, такое же, как и в кулаках. "Она ослушалась моего приказа после того, как ты уговорил ее".

"Они мертвы из-за нас обоих, - сказал я, отступая на шаг и поднимая руки. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не призвать пламя моей собственной Уиллоу. Я знал, что если это сделаю, этот разговор превратится в пепел. "Но они мертвы еще и потому, что их убила Мэв".

"Тогда давай все исправим, - огрызнулся отец, - или приблизимся к этому настолько, насколько сможем".

"Я посмотрю, что можно сделать с Доун", - осторожно согласился я. Отец медленно кивнул и повернулся к выходу, очевидно, удовлетворенный уровнем терапии, которую мы только что прошли.

"Но взамен ты должен мне кое в чем помочь", - крикнул я ему вслед.

"Чего ты хочешь?" Он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, подозрительно прищурившись.

Я поднял руки и вызвал свое пламя. "Как, черт возьми, ты собираешься сражаться с драконами огнем?"- спросил я.

"Это просто", - бросил отец через плечо, выходя за дверь. "Не борись с их пламенем, а подпитывайся им".