Взгляд Эш метнулся ко мне, ее лицо было спокойным и расчетливым. Я не встретился с ней взглядом, потому что смотрел на своего отца. Я помог этому случиться, но теперь, когда этот момент настал, у меня были смешанные чувства по этому поводу.

Я хотел реванша, отмщения, справедливости, как бы это ни называлось, за своих мать и сестер. Но по какой-то причине не мог выбросить из головы горькую пустоту, которую выражал язык тела Ориона после того, как он убил Дойла. Дон был лишь одним из драконов, ответственных за смерть старой Охоты; Драко все еще жил. Мэв была последним кусочком мозаики мести семьи Карвер. Может быть, когда завершаешь ее, месть приносит больше удовлетворения, чем я видел.

"Три живых Повелителя Огня в одной комнате", - размышлял мой отец, и на его лице появилась высокомерная ухмылка. "У каждого из нас есть претензии к Леди Зимы".

Я растерялся. Не знал, что мне делать. Не знал, что правильно, но совесть шептала мне, что это не то, что я хотел.

"Это вполне уместно, - продолжил мой отец, выходя из-за стола и приближаясь к нам, широко раскинув пылающие руки в знак приветствия. "Она стремилась уничтожить нашу силу, наш род. Будет справедливо, если мы трое положим ей конец".

Внезапно я понял, что вызвало у меня тревогу. Мой отец казался счастливым. Не было ни единого едкого замечания, ни единой грубой реплики. Я не мог вспомнить, когда такое случалось в последний раз.

"Ну что?" - спросил он, и на его лице расплылась жестокая аристократическая улыбка. "Кто хочет получить честь первым нанести удар?"

"Ты рискнешь навлечь на себя гнев моей сестры?"- холодно спросила Эш, не сводя глаз с его лица.

"Я поклялся служить твоей сестре и защищать Доун", - пожал плечами Дэмиен, доставая из пиджака нож в ножнах. "Мэв уже сто раз доказала, что представляет угрозу для Двора Одуванчиков. Это в рамках моего обещания".

Я взглянул на Леди Зимы, прикованную к креслу. Взгляд ее золотистых глаз встретился с моим, пристальный и непреклонный. В ее взгляде не было ни страха, ни мольбы, только немигающий взгляд хищника, ожидающего, что предпримет его жертва.

Сегодня Мэв защитила меня. В прошлом она пыталась убить меня, но сегодня спасла мою жизнь, а я ее. Странно было убивать ее после того, как мы вместе пережили ярость дракона. Но это ведь не было убийством, верно? Не совсем. Это была казнь. Возможно, оправданное убийство, по принципу "око за око". Но это, как правило, делает весь мир слепым.

Почему-то это заставило меня вспомнить Октант и ее повязку на глазах.

Эш шагнула вперед и встала перед сестрой, ее лицо было безжалостным, когда она выдержала пристальный взгляд Леди Зимы. Я мог только догадываться о мыслях, которые крутились в ее голове. "Очень хорошо, - выдохнула она через несколько мгновений. Мэв вздрогнула от удивления.

"Очень хорошо?"- повторил я, слегка ошеломленный. Возможно, Эш - единственный человек в мире, который имеет больше претензий к Мэв, чем мы с отцом, но я не ожидал, что она согласится с этим. Когда-то Доун высмеяла меня за то, что я относился к ней и ее сестрам как к людям. Возможно, я снова допустил эту ошибку.

"Очень рад получить твое разрешение", - усмехнулся отец, подойдя ближе к Мэв. "Но я не просил его".

"И все же ты - лорд моего дома", - заявила Эш, и сталь в ее голосе остановила моего отца. "Ты - блудный Повелитель Огня, который вернулся ко двору и усмирил моего злейшего врага". Дэмиен застыл на месте, на его лице появилось холодное выражение. Мне стало интересно, думала ли сейчас Эш о том, что Доун угрожала выдать ее за него замуж, если она не отработает свое содержание.

"Это не ваша месть, миледи", - огрызнулся он. "Это я сделал это, а не вы".

"Она моя, если я так скажу. Если только ты не готов предать свой дом?" Эш не повышала голоса, чтобы соответствовать его тону. Она напомнила мне свою мать, холодную и спокойную. Твёрдо воззрившись на него, она держала его взгляд до тех пор, пока он не кивнул, заворчав. Эш смотрела на него еще несколько секунд, чтобы убедиться, что он понял, о чем идет речь.

Я сдержал порыв развеселиться. Увидеть, как Дэмиен отступает, было одним из пунктов в моем списке желаний, гораздо выше встречи с драконом. Не ожидал, что доживу и до этого. Ну и денек.

"Ну что ж, миледи, - проворчал он. "И что же вы хотите, чтобы мы сделали?" Он посмотрел на горящий клинок в моих руках. "Похоже, у нас есть средство покончить с Бессмертной прямо сейчас".

Эш окинула оценивающим взглядом огненный меч и меня, держащего его. Кровь заледенела в жилах у меня от слишком спокойного выражения ее лица, которое больше подошло бы Доун.

Я опустил взгляд на меч. Мне все еще не верилось, что он не начинает жечь меня в ту же секунду. Я чувствовал себя как ребенок, которому для его же блага позволили один раз прикоснуться к горячей плите. Знал, что существует опасность, но не понимал ее.

Я перевел взгляд с меча на Мэв, не уверенный, хватит ли у меня мужества сделать то, что предлагал отец. Я был убийцей, но не был уверен, что готов умышленно казнить. Как только эта мысль пришла мне в голову, рукоять в моей руке вспыхнула предупреждающим импульсом опасного тепла. От испуга мне потребовалась каждая унция самоконтроля, чтобы не выронить меч.

"А, кажется, меч говорит "нет"", - объявил я, с облегчением вздохнув, когда рукоять тут же остыла.

"Что значит "нет"?" - потребовал отец, уставившись на меня так, словно я только что произнес что-то невероятно глупое.

Я не знаю, что это за меч. Орион никогда не говорил о нем, и мои поиски в Интернете не принесли результатов. Но у меня есть уши. Иногда я обращаю внимание. У меня есть пара догадок о том, какая сила питает его. То, что Уиллоу боится использовать его огонь, говорит о многом. Если я прав, то уверен, что этот источник скептически относится к преднамеренным убийствам (в оригинале murder - незаконное убийство другого человека без оправдания или уважительной причины, против killing - прим.пер)

"Ты знаешь, что я имею в виду", - ответил я, вызывающе выпятив подбородок. Лицо Дэмиена дернулось, но он не стал настаивать.

"К счастью, я пришел подготовленным". Он снял ножны с кинжала, который держал в руке. Я сделал шаг назад, узнав черный нож, которым Таня убила Глориану. Глаза Мэв расширились от ужаса. В руке отца пульсировала зловещая тьма.

"Где ты его взял?" Голос Эш был ледяным от гнева.

"В ту ночь все забыли о нем, но я-то нет".

Конечно, не забыл. Мой отец вернулся ко двору, чтобы помешать Глориане в ее планах открыть Путь Огня и отомстить за гибель нашей семьи. Увидеть, как она умирает у него на глазах, было ранним рождественским подарком. А если добавить к этому оружие, убивающее Бессмертных и действующее на Мэв? Он ни за что не удержался бы от того, чтобы заполучить его в свои руки.

"В отличие от твоего оружия, Мэтью, это не боится маленькой мести", - позлорадствовал мой отец.

Мы с Эш в неловком молчании уставились на демоническое оружие, которое он небрежно держал в руке. Я почувствовал, как в моей душе поднимается мерзкое ощущение. Не хочу проводить слишком четкую границу, но если демонический нож хотел убить Мэв, а мой клинок нет, это определенно заставляло задуматься. Мне не нравятся демоны и Ад. Я готов признать, что у меня есть предубеждения. То же самое я имею против драконов и аллигаторов.

Дэмиен сделал еще один шаг к Мэв, поднимая кинжал. Все, что мне нужно сделать, это тихо отойти в сторону, и я отомщу. Но когда я посмотрел на связанную фигуру Леди Зимы, это показалось мне пустой победой.

Пустота, вызванная тем, что семью забрали раньше времени, не будет заполнена. Рядом с первой пустотой возникнет еще одна - дыра, где раньше находилась моя мораль. Если мне повезет, эта новая пустота будет достаточно большой, чтобы поглотить первую, но почему-то я в этом сомневался.

Нож в его руке мрачно блеснул в свете флуоресцентных ламп, напомнив мне о том, что однажды сказала мне Доун: Ад и его демоны не хотели, чтобы фейри вернулись к былой славе. Они извлекали выгоду из того, что их конкуренты были слабы и бессильны. В их интересах было, чтобы Путь Огня не вернулся в Двор Одуванчиков.

Мне стало интересно, как они отнесутся к тому, что Мэв, ледяного палача, уберут с доски. Долго думать не пришлось. Я знал, что им это понравится. Доун сказала моему отцу, что сестра нужна для укрепления ее власти. Мэв была бешеной собакой, но на свалках их держат не просто так - они не пускают шакалов.

Мой отец подошел на расстояние удара, его золотистые глаза горели довольным огнем. Что-то в этом было неправильным. Не только с моральной точки зрения, но и с точки зрения хореографии. Я не ожидал, что все произойдет именно так. Он сказал мне, что все было устроено.

"Подожди, - крикнул я, протягивая левую руку. Эш и Дэмиен посмотрели на меня странно похожими вопросительными взглядами. "Что-то здесь не так", - настаивал я, делая шаг к Мэв. "Ты хочешь использовать демонический нож, чтобы убить Леди Зимы?"

"Она Бессмертная, мальчик. Как еще, по-твоему, мы собирались ее убить?" - закричал на меня отец. Он выглядел почти безумным. Думаю, он давно мечтал об этом моменте.

"Мы не должны ее убивать". Я постарался придать своему голосу как можно больше внушительности. Противостоять отцу было сродни попытке запугать валун. Он нависал надо мной как неподвижный объект, а меня было очень трудно остановить.

"Почему нет?" - прорычал он. "Разве ты не слышал, как леди нашего дома дала свое благословение?"

"Почему?" - спросила Эш, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня, и на ее застывшем от осуждения лице появились крошечные озабоченные морщинки. Это чуть не разбило мне сердце.

"Потому что, - я указал на чернильно-черный кинжал в руке отца и пылающий меч, который мне одолжил Орион, - именно этого хотел демон, давший Тане этот нож".

"Идиот, он хотел убить Глориану".

"Убить Глориану - это то же самое, что убить Мэв", - настаивал я, отказываясь поддаваться на отцовскую уловку.

"И что же это?"

"Это ослабляет Двор Одуванчиков", - понимающе вздохнула Эш.

"Это делает за них работу Мэв, - прорычал я, свирепо глядя на Леди Зимы. То, что я защищал ее жизнь, не означало, что ее простили за убийство моей семьи или за попытку убить меня.

"Ты не можешь помешать мне забрать то, что принадлежит мне", - прорычал Дэмиен, снова поднимая нож. Не раздумывая, я поднял огненный меч, который держал в руке, и сделал шаг, чтобы сократить расстояние между нами. Сердце подпрыгнуло в груди, когда мой клинок завис в нескольких дюймах от отца.

"Ты бы убил последнего члена своей семьи, чтобы пощадить того, кто убил остальных?" - спросил он, его золотистые глаза были суровыми.

"Убийство любого из вас сделает за демонов их работу. Я бы предпочел, чтобы вы оба остались живы".

Мы целую вечность смотрели друг другу в глаза, проявляя одинаковое генетическое упрямство. Должно быть, это передалось с его стороны генеалогического древа.

Звук неспешных хлопков позади меня прервал наше состязание в гляделках. Я резко обернулся и оказался лицом к лицу с Доун. Воздух вокруг Королевы Всех Фейри мерцал, словно какая-то иллюзия исчезала, обнажив ее, развалившуюся в офисном кресле, словно скучающую сотрудницу.

Ее белая блузка была в красных пятнах на груди и животе, там, где ее пронзили пули из холодного железа, и она казалась немного бледнее, чем обычно, но в остальном выглядела прекрасно. На лице ее играла сардоническая улыбка, не доходившая до глаз.

Не зная, как реагировать на ее внезапное появление, я опустил меч. Я почувствовал себя ребенком, которого застукали за тем, что он запустил руку в коробку для убийств, которая похожа на коробку для конфет, только еще хуже. Чем больше я узнавал о могуществе Сильфиды, духа воздуха, тем больше начинал втайне подозревать, что он - самый могущественный из всех Путей. Я просто старался думать об этом в глубине души, где Уиллоу не могла этого услышать.

"О, привет, Ваше Величество", - запинаясь, сказал я. "Я вас не заметил".

"Готова поспорить". Если Доун и оценила, что я использовал ее официальный титул, она этого не признала. Опираясь на стул, она поднялась на ноги и окинула нас четверых осуждающим взглядом. Как я понял, она наслаждалась нашим замешательством. Доун больше всего на свете любила смотреть, как все выходят из равновесия.

"Я же говорила тебе, - задумчиво произнесла она, взглянув на моего отца.

Дэмиен ничего не ответил, только сунул черный кинжал обратно в ножны. Его золотистые глаза все еще пытались проделать дыры в моем черепе. Не думаю, что он оценил, что я направил на него меч. А мне это даже понравилось.

"Что значит, ты ему говорила?"- потребовала Эш, поворачиваясь лицом к сестре. "Это опять была одна из твоих игр?"

"Конечно, дорогая". Вздохнула Доун, жестом приказывая моему отцу освободить Мэв от цепей. Он вытащил из кармана ключ и, разочарованно нахмурившись, бросил его на пол к ее ногам.

"Все это было проверкой, соглашусь ли я на убийство твоей сестры?"- спросил я, пытаясь наверстать упущенное. "Какой в этом смысл?"

"Вы оба сбежали из гнезда кукушки после моего вознесения. Вы - члены моего двора, но я не знала, могу ли вам доверять".

"А что насчет него?" Воскликнул я, обвиняюще указывая пальцем на отца. "Все это было его идеей".

"Лояльность твоего отца обеспечена гораздо лучше, чем туманным обещанием верности", - рассмеялась Доун. "Неужели ты думаешь, что, став королевой, я забыла все уроки, полученные от матери?"

"Но он сказал, что хотел убить ее..." Я замялся, пытаясь осмыслить те интеллектуальные игры, которым нас подвергла Доун. Мой отец был фейри, он не мог лгать. Он хотел убить Мэв.

"Хотел. Были все шансы, что Мэв погибнет в этом маленьком испытании. Я обещала ему ее голову через семьсот лет. Просто это могло случиться раньше".

Что-то подсказывало мне, что мой отец был более чем разочарован тем, что я доказал правоту Доун. Чем больше я думал о его словах, тем больше убеждался, что он хотел, чтобы я убил Мэв. Для него это было не испытанием, а возможностью.

"А что насчёт меня, сестра?"- спросила Эш, скрестив руки на груди и пристально глядя на королеву. "Если бы я отомстила тому, кто истребил мой двор? Что бы ты сделала?"

"Я бы поняла", - ответила Доун без тени улыбки на своем королевском лице. "Я бы поняла, и убила бы тебя за это".

От ее обещания у меня по спине пробежали мурашки. Глядя в ее ледяные золотые глаза, я нисколько в этом не сомневался. Доун была существом невероятной хитрости и минимального милосердия. Если бы мы перешли ей дорогу, она без колебаний разделалась с нами.

"Какие интересные возможности открылись бы перед тобой", - прокомментировала жестокая Доун, хлопая ресницами. Я почувствовал, как Эш напряглась рядом со мной, и постарался не шевелиться. Если бы Эш была казнена, моя сделка с Двором Одуванчиков расторглась. Судьба моей души зависела от моего решения во многих отношениях.

Пугающая мысль медленно пробивалась из глубины моего сознания. По-своему Доун предложила стать моей партнершей, когда ее мать пригласила меня участвовать в фейрийском эквиваленте шоу знакомств. Я выбрала Эш, Доун стала королевой, и я полагал, что на этом все и закончилось.

Если бы с Эш что-то случилось, мне пришлось бы обручиться с другим членом семьи, чтобы сохранить свою часть сделки. Две из оставшихся сестер были в золотых ошейниках, и оставался только один подходящий член семьи.

Сама королева.

Но это такой уровень высокомерия, который не под силу даже мне. Мысль о том, что Доун готова убить свою сестру, чтобы заставить меня жениться на ней, была абсурдной. Доун была не просто не в моей лиге, она играла в другую игру. С ее умом, богатством и красотой ей можно было выбирать себе звезд. С какой стати она бы нацелилась на меня?

Как бы мне ни хотелось отмахнуться от этой теории, как от полного безумия, я не мог этого сделать. Новый страх поселился в моем и без того переполненном мозгу и устроился как дома. Может быть, у меня паранойя, и она просто хотела узнать, верны ли мы ей. Но я лучше многих знал, что фейри никогда не преследуют только одну цель в своих планах.