"Отлично", - усмехнулся Поларис в тишине, наступившей после ухода Дойла. "Когда драконье пламя поглотит вас всех, помните, что я пытался вас защитить".

"Молчи, продажный дурак", - крикнула Октант, надвигаясь на своего коллегу. "Это и было то светлое будущее, которое ты для нас планировал? Ты променял бы нашу свободу на ошейник из чешуи".

"Что ты знаешь о будущем?"- возопил Поларис, не отступая. "Ты так зациклена на прошлом, что не видишь, что мы можем потерять все!"

"Если мы забудем, откуда пришли, значит, мы уже потеряны", - ровным тоном ответила Октант. "Не звезды вершат нашу судьбу, а мы сами". По какой-то причине это напомнило мне о реакции присутствующих на то, что Самаэль оставила надежду на воссоединение со праотцами. Им следовало бы знать лучше, но, когда ты потерян и страдаешь, надежда действует на тебя как наркотик.

Поларис зарычал от отвращения и развернулся, указывая длинным пальцем на Ориона, который отпустил рукоять меча. "Не забывай, Охотник, - кричал он. "Драконы - все еще члены Конгрегации и Гости. Не будет снисхождения к стороне, нарушившей мир".

Орион не ответил, его черный взгляд был устремлен на Северную Звезду, полный осуждения. Старший нефилим моргнул первым и с отвращением отвернулся. С рычанием он схватил свой маленький молоточек и с глухим стуком ударил им по трибуне.

"Заключительное заседание Конвенции Созвездий объявляется закрытым". Не оглядываясь, Поларис последовал по стопам дракона и стремительно покинул зал.

"И что теперь, Охотник?" - спросила Кассиопея со своей стороны чаши. Воцарилась тишина, когда Созвездия в зале обратились к Ориону за советом.

Мой друг все еще стоял на том месте, где бросил вызов Дойлу. В его позе ощущалась жесткая напряженность, как у ножа в ножнах. Он повернулся к Созвездию Красоты, его лицо было суровым.

"Теперь мы узнаем, сказал ли демон дракону правду", - просто ответил он.

"А если сказал?" - раздался сверху другой голос.

"Тогда я убью еще одного дракона".

Ни у кого не хватило смелости задать Охотнику вопрос. Доун разразилась аплодисментами, к которым зал присоединился без особого энтузиазма. Мне показалось, что не один нефилим испытывает угрызения совести избирателя. Ориону нужно поработать над своими ободряющими речами.

На этой неловкой ноте зал начал расходиться, люди потянулись к коктейльной зоне, чтобы посплетничать и поразмышлять о предстоящем нападении дракона. Насколько мне было известно, суть плана сводилась к тому, чтобы Орион засунул в ящерицу Аскалон и на этом все закончилось.

"Пойдемте, утята, - сказала Доун, поднимаясь на ноги и оглядывая свою свиту. "Мы должны провести военный совет". Остальные члены Двора Одуванчиков последовали за королевой, чтобы занять несколько столов в фойе. Я посмотрел на закрытые раковины моллюсков в буфете, когда мы проходили мимо. Не знаю, можно ли на военных советах перекусывать.

"Ты ведь голоден, правда?", - шёпотом спросила Эш.

"Я не завтракал", - запротестовал я, отворачиваясь от еды, чтобы посмотреть на нее. При этом встретился взглядом с отцом через ее плечо. Он властно приподнял бровь и медленно кивнул мне.

У меня внутри все оборвалось. В пылу драконьего гнева я совсем забыл о его планах убийства. Мэв шла по правую руку от Доун, паря, словно хищная птица. Золотой ошейник на ее шее поблескивал в свете промышленных огней над нами.

Неужели Дэмиен действительно собирался сделать это сейчас? Это было неподходящее время. Кого я обманывал? Мой отец никогда не позволял ничему вставать у него на пути, и дракон не был исключением. Часть меня - озлобленный сын и брат - была согласна с его чувствами. Мэв убила мою мать. Она утопила моих сестер. Увидеть, как она горит, было бы более действенным средством, чем любая терапия.

Но надвигался дракон, и он хотел сжечь не только меня, но и моих друзей и большинство людей, с которыми я познакомился за эти выходные. Без некоторых из них я мог прожить; я бы не стал выливать свой напиток, чтобы потушить Полариса, если бы увидел его в огне. Но некоторые из них были мне очень дороги. Может быть, месть подождет еще немного. Я должен был выжить, чтобы насладиться ею.

Мэв была чудовищем, но она также была Леди Зимы и следовала Путем Воды. Я не лгал Доун, когда предположил, что силы ее сестры могут оказаться более полезными против драконьего огня, чем мое собственное пламя. Убить Мэв в этот самый момент было все равно что убрать с доски собственного ферзя еще до того, как сдвинуты первые пешки.

Я попытался поймать взгляд отца и покачать головой, но он проигнорировал меня. Что бы он ни задумал, все уже было готово.

"Итак, - сказала Доун, заняв место за приподнятым столом, когда мы сгрудились вокруг нее. "Очевидно, что через несколько часов все станет интересным. Вы - мои советники, что посоветуете?"

"Мы должны уехать", - тут же предложила Таня. "Еще есть время уехать, пока защита Гостя не исчезла. Мы можем быть в безопасности в Голдхолле через час".

"Мы обязаны поддержать Охоту, когда они нападут на драконов", - мягко возразил Робин.

"Отличная мысль, дорогой Робин", - заметила королева, обводя золотистыми глазами круг советников. "Кто-нибудь еще хочет что-то добавить?"

"Мы связаны". Эш пожала плечами, соглашаясь с Робином. "С этим трудно спорить".

"Так и было бы", - согласилась Доун, мрачно кивнув, и ее взгляд остановился на мне, как на якоре. "Если бы Охота все еще существовала". Я почувствовал, как у меня округляются глаза. Я судорожно пытался вспомнить условия ее сделки с Орионом. На что она согласилась? В ужасе я понял, что она права. Она обещала поддержать Охоту против драконов, но Конгрегация Созвездий распустила Охоту. Теперь существовал только Охотник.

"Это действительно то, чего ты хочешь?" Спросил я, стараясь не выдать паники в своем голосе. "Всю эту работу по примирению с Орионом потратить впустую из-за формальностей?" Внезапно я задался вопросом, планировала ли она это, когда говорила со мной о доверии прошлой ночью. Если бы я остался с Охотником без ее благословения, это, вероятно, дало бы ей повод избавиться от меня.

"Дорогой, мы - фейри. Формальности - это то, из чего состоит наша империя".

"И как у вас с этим обстоят дела?", - огрызнулся я, представив себе их мраморную крепость, парящую в бездне. Доун удивлённо моргнула, что с таким же успехом могло быть плевком в лицо Королевы.

"Конечно, смертный хочет, чтобы мы умерли за Охотника", - ядовито прошипела Мэв, ее золотые глаза с ненавистью сверкнули в мою сторону. "Давайте уйдем и покончим с этим".

Возможно, мой отец прав: сейчас самое время убить ее.

"Пока драконы не придут за золотом, которое они так любят", - мрачно произнесла Эш. Это немного выбило почву из-под ног собравшихся фейри. Даже Мэв выглядела немного неуверенной, не зная, как возразить на ее доводы.

Я определенно выбрал правильную сестру.

"Спасибо за мудрые советы, - заявила Доун, отмахнувшись от нас, как от тучи мошек. "Я подумаю над вашими словами. А пока идите, пообщайтесь, узнайте, что планируют наши коллеги".

Не теряя времени, я выскочил из объятий команды фейри, чтобы выполнить приказ королевы. Первый разговор, который я собирался начать, касался буфетной линии. Предстояла битва, и мне нужна была вся энергия, которую я мог получить.

По пути к еде меня отвлекло нечто гораздо более интересное. Меня действительно трудно отвлечь от богатого шведского стола, но если что-то и способно это сделать, так это пикантная драма между Орионом и его предком.

Охотник подошел к Южной Звезде, одиноко стоявшей посреди комнаты. Меньшие Созвездия, казалось, еще больше не решались войти в ее ауру, чем на орбиту Ориона. Женщина вскинула голову с завязанными глазами, чтобы встретить взгляд Охотника, когда он остановился перед ней.

"Привет, племянник, - произнесла она, наклонив голову в знак приветствия, что вовсе не означало, что они родственники. У нефилимов есть странная привычка смешивать уважение и дружбу поколений с терминами, которые мы, смертные, используем для обозначения кровных родственников. До того, как Алекс и Орион стали близки, Орион называл моего друга своим племянником, но это было связано с тем, что в жилах Алекса текла кровь демона в меньшем количестве, чем у Охотника, и не имело никакого отношения к генеалогии. Это похоже на то, как мы обращаемся "мистер" или "мисс".

"Тетя", - мрачно ответил Орион.

Два полубога долго смотрели друг на друга. В их движениях была какая-то скованность, которая заставила меня подумать, что они действительно могут быть родственниками. Только семейные встречи могут иметь такой специфический привкус неловкости.

"Ты опоздала", - проворчал Охотник через несколько минут.

"Правосудие никогда не опаздывает", - загадочно ответила Октант.

"И все же тебя не было здесь, когда была совершена несправедливость по отношению ко мне и моим близким".

"Бедный Охотник страдает из-за невозможности исправить давнюю ошибку". Сарказм сочился из тона старшего нефилима. Орион вопросительно уставился на нее своими черными глазами.

"Тебе, как и всем моим ученикам, следовало бы усвоить, что правосудие никогда не опаздывает, но это не значит, что оно приходит тогда, когда ты этого хочешь. Оно не собака".

Орион молчал, его взгляд требовал ответа на вопрос, которого я не знал.

Южная Звезда вздохнула, сдаваясь, и отвела от него пустой взгляд, как бы признавая это. "Я была призвана вынести приговор богу за то, что он нарушил веру носителя". Она раздраженно прищелкнула языком. "Я тоже нахожу это время подозрительным".

"И какой приговор ты вынесла?"

"Тысячелетие в застенках Тартара".

При мысли о тысячелетнем заточении у меня по позвоночнику пробежала дрожь. Не думаю, что продержался бы там и год, не говоря уже о 999 других.

Словно почувствовав, что я слушаю, Орион повернул голову и, прищурившись, посмотрел на меня, стоявшего в дюжине шагов. Внезапно мне показалось, что этот разговор мне не по зубам. Я дружелюбно кивнул ему и вернулся на прежнюю траекторию движения к буфету.

Настало время поесть... Вот дерьмо. Я совсем забыл об Алексе, который сидел без бейджа где-то снаружи и ждал, когда же старший дракон освободится из своей тюрьмы. Отвлекшись от еды, я снова направился к выходу из зала Б, чтобы сделать звонок наедине. Сейчас был не тот момент, чтобы подслушивать злорадство по поводу того, как мы справились с драконами и Поларисом.

Я выскользнул из дверей и повернул налево, по короткому коридору, который заканчивался рядом дверей, закрытых на цепи. Почему-то у меня возникло ощущение дежа вю, но я не мог сказать, почему. Убедившись, что меня не слышат никакие сверхъестественные существа со слухом летучей мыши, я достал телефон и набрал номер Алекса.

"Клянусь, если ты не умер, я сам тебя убью", - сказал мой друг, отвечая на звонок. Я сочувственно поморщился. Если бы мне суждено было застрять в ожидании в машине, можно только представить, до какой степени разыгралось бы мое воображение.

"Определенно, я еще жив, и тебе стоит повременить с убийством, пока не узнаешь мои новости".

"Насколько все плохо?" - спросил он.

"Помнишь, драконы угрожали всем нападением супердраконов, если Конгрегация не проголосует за освобождение Драко?"

"Да, я внимательно слушал", - огрызнулся он.

"Отсчет времени до нападения супердракона официально начался".

Наступила пауза, пока он осмысливал сказанное. "Подожди", - вздохнул он через мгновение. "Конгрегация не проголосовала за освобождение Драко?"

"С перевесом в один грёбанный голос", - хихикнул я, возбужденно сжимая кулак. "Появилась Южная Звезда и перевернула все с ног на голову". Я рассказал ему обо всем, что произошло, вплоть до того, как Дойл и Поларис ушли. Я не стал рассказывать ему о лазейке, которую рассматривали фейри. Это было похоже на то, что я перешел на другую сторону, и мне это было неприятно. Хотя в душе я был предан Охоте, у меня были некоторые юридические обязательства перед Двором Одуванчиков. На случай, если мне попадется один из этих неуловимых королей-колдунов, я должен был сохранить свое членство в Конгрегации Созвездий. Мы сожжем этот мост, когда до него дойдет очередь.

"Святые угодники, ты действительно это сделал", - потрясенно вздохнул Алекс, когда я закончил.

"Это была командная работа", - запротестовал я. "Я просто поворчал в уши нескольким Созвездиям. Октант сделала большую часть тяжелой работы".

"Значит, нападение драконов запланировано на полночь?"

"Такова теория".

"Дай угадаю. Я должен оставаться в машине до этого времени?"

"Ну, съезд, очевидно, закрывается в восемь, но я не знаю, что это значит для нас".

"У меня есть время хотя бы на то, чтобы купить бургер?"

В животе у меня сочувственно заурчало. "Думаю, да. Если тебе станет легче, я сейчас не могу даже приблизиться к общепиту".

"Ну мне от этого стало немного лучше", - признался он.

"Слушай, бери свой бургер и жди звонка, хорошо?"- сказал я ему, завидуя его свободе добывать еду.

"Понял, с сыром".

Я повесил трубку. Я знал, что он чувствует себя обделенным, но был настолько голоден, что отдал бы ему свой бейдж в одно мгновение, если бы это означало, что я смогу раздобыть немного еды. Я повернулся, чтобы направиться обратно в зал Б, но остановился, пораженный другой мыслью.

Я пообещал агенту Рихтеру кое-что пикантное, чтобы он отстал от меня. Разъяренный дракон в центре Лос-Анджелеса - это как раз то, что доктор прописал. Я достал телефон и набрал его номер. Он ответил после второго гудка.

"Рихтер".

"Это Мэтт Карвер..."

"Есть что-то стоящее моего времени, Мэтт?"

"Да, сэр, думаю, есть".

"Что ж, я весь внимание, выкладывай".

"У меня есть основания полагать, что Драконьи Доны нашли способ снять проклятие, которое мешает им обрести свою полную драконью форму, и они планируют высвободить эту силу здесь, в центре города, где-то около полуночи".

На другом конце линии воцарилось потрясенное молчание. Я понял - это была не маленькая подсказка. Если агент и его команда еще не пронюхали об угрозах дракона, это было бы огромным сюрпризом.

"Прости, ты сказал "драконы"?"- спросил Рихтер, придя в себя.

"Да, сэр, Драконьи Доны".

"Ты хочешь сказать, что дракон собирается напасть на Лос-Анджелес сегодня в полночь?" В его голосе послышались недоверчивые нотки, которые мне не понравились.

"Верно".

Рихтер разочарованно вздохнул. "Мэтт, я надеялся, что мы сможем работать вместе. Я действительно надеялся. Насколько глупым ты меня считаешь?"

"Что? Почему мы не сможем работать вместе?"- спросил я.

"Драконы? Серьезно? Я могу понять, что ты считаешь меня идиотом, но все знают, что драконов не существует, Мэтт. Не звони мне больше, если не собираешься относиться к этому серьезно". Рихтер повесил трубку с агрессивным щелчком.

Ошеломленный, я пару секунд стоял с отключенным телефоном, все еще прижатым к уху. Что он имел в виду, говоря, что драконов не существует? Неужели... неужели смертные из сверхъестественного ФБР не знали о драконах?

Через несколько часов их ожидало неприятное пробуждение.