Двор Одуванчиков и Охотник в сопровождении свиты, которая произвела бы впечатление на любую знаменитость, вышли из зала для приемов. Доун прошла всего дюжину футов, прежде чем была окружена поздравляющими её Созвездия. Внезапно появилось множество нефилимов, желающих быть на ее стороне.

Остальные оставили ее, подгоняемые почти слышным тиканьем часов Времени. Последние песчинки сыпались из песочных часов, пока не началось следующее голосование. Когда я следовал за Орионом в толпе, теплая рука привычно обхватила мою левую руку. Я повернулся, чтобы улыбнуться своей невесте, Эш, все еще одетой в форму легионера.

"Поздравляю", - сказал я, тепло улыбнувшись ей. "Как ощущения?" Я мог только надеяться, что такая грандиозная победа отодвинет на задний план все те трудности, которые возникли у нас перед заседанием.

Эш на мгновение замолчала, обводя взглядом помещение. Благодаря своему отцу она разделяла с присутствующими здесь существами такое же родство, как и с фейри. Но в ее зеленых глазах не было тепла, когда она оценивала своих кузенов. "Пустое", - ответила она через несколько мгновений. "Бесконечная бюрократия, которая накапливает власть ради собственной выгоды".

"Здесь мы называем это просто политикой", - заметил я ей.

"Не знаю, сквайр Карвер, - вмешался элегантный голос. "Некоторые из нас называют это сохранением жизни остальных". Северная Звезда появился рядом с нами, держа в руках бокал красного вина и слегка смущенно улыбаясь, как дедушка, который только что наблюдал, как его потомок вытаскивает печенье из коробки, не понимая, что его поймали. "Поздравляю Двор Одуванчиков", - продолжил он, отвесив Эш легкий поклон, который был одновременно вежливым и насмешливым.

"Спасибо, Поларис, - официально ответила Эш. "Это замечательно - снова общаться с нашими родичами".

"Не сомневаюсь". Его темные глаза сверкнули, когда он сделал глоток вина. "Охотник поступил правильно, изменив свое решение", - заявил он без всякого притворства. "Должен признаться, я думал, что он не заметит, как изменились ветры за прошедшие столетия".

Я удивился, услышав это откровенное признание в том, что он манипулировал голосованием против Ориона. Хотя никто не может устоять перед хорошим монологом, даже самые отъявленные негодяи редко пробалтываются после первого тура. Особенно если они его проиграли. Видимо, Северная Звезда был уверен, что следующее голосование пройдет по плану.

"Думаю, вы доказываете правоту леди", - ответил я. "Вы ведете игру против члена Конгрегации, чтобы укрепить власть. По-моему, похоже на политику".

"Ты думаешь, что речь идет о власти ради власти?" Белые брови Полариса нахмурились, когда он хмуро посмотрел на меня. "Я только начал думать, что ты, возможно, немного умнее, чем кажешься".

"Я часто это слышу".

"Речь идет о выживании". Северная Звезда отмахнулся от моих шуточек, как от комара, не стоящего его внимания и времени. "За последние пятьсот лет мир изменился, хочет Охотник это признать или нет. Власть накапливалась, линии очерчивались, сделки заключались. В мире смертных все обстоит точно так же. Когда ваши предки научились разрушать структуру мира, все изменилось".

"У вас, ребята, есть ядерное оружие?" - спросил я, ужасаясь при мысли о том, что у Ада есть доступ к арсеналу, способному уничтожить весь мир.

"Зачем оно нам?" Голос Полариса звучал раздраженно. "Охотник все еще считает себя воином-викингом, совершающим набеги и грабежи по своему усмотрению. Или, может быть, рыцарем Круглого стола, вершащим, по его мнению, правосудие. Но мир движется вперед". В его глазах блеснуло суровое понимание. "В новую эру цивилизации он - избалованный ребенок, и из-за него мы все погибнем. Начиная с тебя и твоего друга-оруженосца, если история вообще повторится".

Будучи другом и учеником Ориона, я хотел было отмахнуться от того, как Поларис его унижал. Он не был избалованным ребенком, что бы там ни говорили древние нефилимы. Никто не имеет права быть настолько опасным и при этом считаться ребенком.

Но часть меня, глубоко внутри, в той части моего сознания, где я честен с самим собой, должна была признать, что он прав. Орион может быть опрометчивым. Его решением проблемы было убивать зло, пока все не станет правильным. В том, как он смотрел на мир, было что-то... варварское, и кто мог его винить? Он был Охотником. Он охотился тысячи лет.

Понятно, что, по мнению Полариса, это делало моего наставника опасным - проблемой, которую нужно решить. Но в Орионе было нечто большее. Он был еще и тем, кто вставал на защиту маленьких людей, таких как я, например. Он не боялся проводить линию и защищать ее от зла ценой своей жизни. Я почти уверен, что он спас планету по крайней мере один раз.

Я испытывал растущее чувство отвращения к любому, кто считал необходимым вычеркнуть таких людей из мира "ради всеобщего блага". Звучит в точности как идеология, с которой согласился бы Заган.

"Вы ошибаетесь на его счет", - сказал я, направив на Полариса самый решительный взгляд, на который был способен.

"Ну что ж, слава богу, что ты так проницателен", - сухо ответил Северная Звезда. "Я знаю его всего тысячу лет, поэтому рад, что год твоей дружбы пролил свет на Охотника".

"Вообще-то полтора года", - ответил я, вздернув подбородок.

"Любая мелочь помогает", - глубокомысленно согласился он. "Отлично сработано в первом раунде. Желаю удачи в следующем". Весело отсалютовав бокалом с вином, старший нефилим удалился, скользя между Созвездиями, словно маэстро, прогуливающийся среди своего оркестра.

"Могло быть и лучше", - пробормотал я Эш. В глубине моего сознания начало зарождаться легкое чувство отчаяния. Я сталкивался с некоторыми ужасающими монстрами, но ни один из них никогда не казался мне таким методичным и собранным, как Поларис. Даже Заган позволил мне вывести его из себя, но Полярная Звезда выбрал путь, по которому вел Конгрегацию Созвездий, и я не видел способа остановить его.

"Ну... да", - согласилась она после некоторого раздумья.

"Ну и ну, спасибо", - фыркнул я, насмешливо глядя на нее.

"Что?" - запротестовала она, прижав руку к груди. "Дорогой, ты же знаешь, что я фейри. Я не могу лгать".

"Да, но обычно так получается лучше для меня", - проворчал я. Но внутри пытался скрыть улыбку облегчения. Похоже, у меня больше не было проблем.

"Обычно". Я услышал самодовольную усмешку в ее голосе.

"Эй, я просто хотел извиниться", - заявил я, меняя тему. Мы оба замолчали, и она повернулась, с любопытством глядя на меня. "Я знаю, что из-за этой истории с Конгрегацией мы оба вращаемся на разных орбитах, и это означает, что наши графики не совсем совпадают..."

Она посмотрела на меня долгим взглядом, который, казалось, спрашивал: ты действительно хочешь сделать это сейчас? Это заставило меня запаниковать, но я решил, что важно сказать ей. Я не умею выражать свои эмоции вслух. Это слишком личное и странное. Это заставляет мой мозг чувствовать себя голым, что довольно дискомфортно.

"Я просто хочу сказать, что мы не смогли провести вместе столько времени, сколько обычно, и мне жаль. Когда все закончится, может мы сделаем что-нибудь особенное, чтобы компенсировать это".

"Ты ведешь себя нелепо", - рассмеялась Эш, склонив голову набок. "Это наша работа. Работа, которую никто из нас не может позволить себе провалить. Конечно, мы сосредоточимся на конференции. Кроме того, когда все закончится, у нас будет вся оставшаяся жизнь..." Ее глаза расширились, когда она резко оборвала себя. Мне показалось, что она забыла, что мои часы отсчитывают время, в то время как ее часы застыли.

"Проводить время вместе с кем-то особенным", - прошептала она почти благоговейно. "Теперь я понимаю". Похоже, урок нашего свидания наконец-то дошел до нее. Ей оставалось только смириться с моей смертностью.

"Не хотелось бы портить такой момент, - пробормотал я, заметив знакомое лицо за ее плечом. "Но ящерица уже в пути". Глаза Эш сузились, и она повернулась, чтобы посмотреть, как входит Дойл. Дон был один, ни один из его драгун не следовал за ним по пятам.

Было ясно, что он все еще на охоте, потому что его пристальный взгляд из-под очков упал на пару созвездий в углу комнаты, и он, ни секунды не колеблясь, скользнул к ним. Одно из Созвездий рептилий, кажется, Гидра, попытался привлечь его внимание, но получил отпор в виде решительного взмаха руки.

Двое нефилимов с опаской наблюдали за приближением дракона. Я был уверен, что мужчину слева зовут Бутс, потому что мне это показалось забавным. Имени женщины я не помнил. Оба они голосовали против Охотника на последней сессии.

"Хочешь немного прогуляться?"- спросил я свою суженую, протягивая ей руку. В ее глазах промелькнуло волнение, прежде чем она взяла меня под руку.

"Это такая интересная комната, нам действительно стоит немного ее осмотреть".

Мы стали пробираться прямо к углу, где Дойл прижал два Созвездия к стене. Лицо Бутса было напряжено, когда он слушал, что говорил дракон.

"- Ваши стада сгорят", - угрожающе шептал Дойл, когда их голоса внезапно стали четкими. Мы были слишком далеко, чтобы мои смертные уши могли расслышать их разговор. Но когда волоски на моей руке слегка зашевелились от легкого ветерка, я глянул в дальний конец комнаты и увидел, что Доун внимательно смотрит на меня. Она подмигнула мне, когда наши взгляды встретились. В очередной раз, иметь Повелительницу Ветра на своей стороне оказалось очень полезно.

"Пожалуйста, - взмолился Бутс. "Я не хочу в этом участвовать. Я не воин, а просто пастух, заботящийся о своем народе".

"Так заботься о них, или один из моих сородичей принесет огонь и кровь в твои деревни".

Руки сжались в кулаки, когда во мне начала закипать ярость от угроз Дойла. Одно дело - бросить вызов Охотнику. Хищникам приходится сражаться, чтобы достичь вершины пищевой цепочки, это я понимаю. Но угрожать уничтожением целых деревень, чтобы добиться своего? Это было за гранью дозволенного.

Не успел я осознать, что делаю, как высвободился из рук Эш и бросился к Драконьему Дону. У меня не было никакого плана, я даже не знал, как убить Дона, но у меня было одно преимущество. Он не мог ко мне прикоснуться, не нарвавшись на большие неприятности. Такие неприятности, которые могли бы поставить под угрозу его право голоса.

"Угрожать члену Конгрегации Созвездий - это действительно соблюдение правил поведения Гостя?"- спросил я спину дракона, приближаясь к нему. Дойл удивленно сгорбился, прежде чем повернуться ко мне лицом.

На мгновение он просто уставился на меня, его маленькие круглые очки скрывали глаза рептилии. Раздвоенный язык высунулся изо рта, пробуя воздух на вкус. На его чешуйчатом лице медленно расплылась крокодилья улыбка, когда он решил, что ему нравится то, что он видит.

"Теперь, когда ты заговорил об этом, - прошипел он, - похоже, я забыл преломить свой хлеб". Он лениво шагнул в мою сторону, и меня охватила паника. Я сделал маленький шаг назад, лихорадочно соображая, как из этого выпутаться, чувствуя себя как чихуахуа, поймавший ротвейлера.

В этот неподходящий момент меня осенило, что его не было, когда Поларис проводил ритуал Гостя для всех присутствующих. Если он также пропустил черствый хлеб, то вряд ли являлся Гостем, а значит, я не был от него защищен. Проследив за ходом этой мысли, я почувствовал, как по моему лицу расползается злая ухмылка. Это решение было двусторонним.

"Эй, Орион, - позвал я, не оборачиваясь. Я знал, что он меня прекрасно услышит. "А ты знаешь, что наш друг Дойл - не Гость?"

В комнате стало очень, очень тихо.

Сотня пар бессмертных глаз медленно перевели взгляд с приближающегося дракона на Охотника, притаившегося у меня за спиной. Идеальная тишина была нарушена звуком вынимаемого из ножен острого меча.

Дойл замер, холодный, как его кровь.

Его глаза в темных очках медленно повернулись от меня к фуршету в глубине зала. Я практически слышал, как в его голове проносятся расчеты. Действительно ли Орион нападет на него в этом месте? Ответ явно был утвердительным. Был ли Дойл уверен, что сможет отбиться от Ориона? Если нет, то насколько плохо это будет выглядеть, если он струсит перед Охотником?

Я услышал, как по ковру позади меня послышались шаги, когда Орион направился к дракону. И усмехнулся, наблюдая за тем, как Дон колеблется. Что бы ни случилось в следующие несколько мгновений, ущерб был нанесен. Все поняли, что, несмотря на все свое бахвальство, Дойл все еще боится Охотника.

Пробормотав ирландское ругательство, дракон с невероятной скоростью метнулся в сторону. Он пронесся через весь зал к фуршетным столам. Не останавливаясь, схватил булочку с одного из серебряных подносов и запихнул в рот, после чего, не оглядываясь, выбежал из зала.

Охотник отпустил его с выражением язвительного веселья на лице. Он слегка кивнул мне, снова убирая горящий клинок в ножны за плечом. Возможно, этого было достаточно.

Черные глаза Созвездий по всему залу наблюдали за нами с новым интересом. Орион не обратил на них внимания и направился в угол, к Бутсу и его спутнице.

Кассиопея и ее дочь Андромеда последовали его примеру, как и другие нефилимы, которых я не знал. Я присоединился к кругу как раз в тот момент, когда Бутс объяснял, что произошло. "Он угрожал убить моих людей, если я осмелюсь поддержать тебя".

"Ты же знаешь, я бы этого не допустил", - кипел Орион.

"Они добрались до меня прямо перед началом заседания", - заявил один из незнакомых мне Созвездий, высокий, грубоватого вида мужчина с бакенбардами.

"С нами было то же самое", - согласилась Андромеда. "Они ждали, пока у нас не останется времени, чтобы предупредить тебя".

"Теперь он Гость, - успокоил их Орион, - и не сможет угрожать кому-либо в этих залах, не нарушая закон".

"Орион, они утверждают, что нашли способ снять проклятие", - сообщила Кэсси.

Охотник вскинул голову. "Ты уверена?" - потребовал он. Мне пришлось сдержать желание застонать. Я узнал о проклятии всего несколько дней назад, а они уже нашли способ снять его?

"Они сказали мне то же самое", - ответил грубоватый Созвездие. Я подумал, не является ли он Канисом Майором (Созвездие Большого Пса) . Если да, то меньший, похожий на него мужчина рядом был его братом, Канисом Минором (Созвездие Малого Пса) .

"Они не совсем это продемонстрировали, - заметила Кассиопея, - но это не пустая угроза".

Внезапно беспокойство Северной Звезды о том, что Орион может всех убить ядерными бомбами, приобрело гораздо больший смысл. "Поларис знает", - прошипел я. "Он намекнул мне об этом раньше".

"Что ты имеешь в виду?"- спросил Орион, поворачиваясь ко мне.

"Он сказал, что мир изменился, и если он ничего не предпримет, то из-за тебя погибнет вся Конгрегация".

"Если то, что утверждают драконы, правда… и Драконьи Доны не вернут Драко", - начала Кассиопея.

"Тогда у них есть способ устроить, так скажем, ядерную атаку на всю Конгрегацию", - закончил я за нее. Я надеялся, что все нефилимы в курсе современного оружия. Мои бабушка и дедушка боролись с электронной почтой, а им было за семьдесят. Я бы понял, если бы нечто подобное случилось с существами, которым больше тысячи лет. По мрачному выражению их лиц я осознал, что они уловили мой смысл. Полагаю, это событие в мире трудно было пропустить, независимо от того, сколько вам лет.

"Самаэль сказала ему, что это сработало", - в ужасе выдохнул я. Мне казалось, что теперь я знаю, что это за кейс.

"Что именно сработало?"- спросила Кассиопея.

"Что-то, что Дьявол сделал для Дойла - что-то, что было испытано на драконах. Она сказала, что это сработало. Я думал, это оружие или что-то в этом роде". Я буквально был там, когда Дойлу пообещали аналог президентского футбольного матча: чемоданчик с ядерными кодами. Я просто не понимал, что слышу. Неудивительно, что Самаэль сказала, что уже слишком поздно их останавливать. Кто сможет противостоять дракону, вырвавшемуся на свободу?

"Есть только один!"- выпалил я, вспомнив еще кое-что из разговора между демоном и Доном. "Самаэль сказала ему, что он получит только одного, потому что они ему не доверяют".

Круге Созвездий воспринял это не так обнадеживающе, как я надеялся. Думаю, даже одного полноценного дракона достаточно, чтобы вселить страх в сердце любого.

"Ты знаешь меня, Охотник, - с сожалением произнес Канис Майор, - я люблю хорошую драку, и ты всегда был мне хорошим другом. Но если проклятие драконов действительно снято - я не ты. Я не убийца драконов".

"Никто из нас им не является", - резко ответила Кэсси. "Подозреваю, что в этом-то и дело".

В моей голове ход событий начал обретать смысл. Драконы нашли способ снять свое проклятие, что дало им супероружие, если можно так сказать. Они хотели вернуть своего бога и видели в Орионе костяк своей оппозиции.

Поэтому отправились к Поларису, пригрозив уничтожить все Созвездия на ночном небе и потребовали вернуть им Драко. Чтобы это провернуть, Северная Звезда должен был обезвредить Охотника. Поэтому, когда была созвана Конгрегация Созвездий, она была построена с самого начала, чтобы тыкать и тыкать Ориона, подрывать его базу поддержки, оставляя одного - неспособным действовать.

"Наконец-то они нашли кого-то пострашнее тебя, Охотник", - сказал мужчина, стоявший рядом с Кассиопеей. Во время голосования он откликнулся на имя Цефей.

"Дело вовсе не в том, чтобы бояться", - назидательно произнесла Кассиопея, положив руку ему на плечо. "Но только глупец встает на пути разъяренного дракона".

"Меня называли и похуже, - пробормотал Орион. Его ярость исчезла, сменившись спокойной стойкостью, которую я уже видел в нем однажды. Редкая искренняя улыбка озарила его лицо, когда он обвел взглядом круг Созвездий, возможно, единственных своих сородичей, которых считал друзьями. "Я не ваш повелитель, вы не обязаны мне подчиняться", - сказал он, разводя руки в мирном жесте. "Поступайте, как сочтете нужным, и я тоже".

У меня по спине пробежал холодок, когда я представил, что Охотник может счесть нужным. Кассиопея нахмурилась, глядя на него, на ее прекрасных чертах отразилось неподдельное беспокойство. "Я знаю тебя слишком давно, чтобы питать хоть малейшую надежду на то, что ты считаешь нужным сделать может закончиться мирно", - печально произнесла она.

"Исход этой битвы был намечен уже давно", - пробормотал Орион, выражение его лица было отстраненным. "Если наконец пришло время платить по счетам, я позабочусь о том, чтобы они заплатили сполна".