Утро дня Конвенции выдалось таким же, как и обычно в Лос-Анджелесе: ярко-голубое небо, пушистые белые облака и адская пробка на дороге в центр города. Любой здравомыслящий житель сделал бы все возможное, чтобы не ездить в город в рабочее время, но мы направлялись на церемонию открытия чего-то под названием "Конвенция Созвездий". Здравомыслие сошло с этой дороги несколько часов назад.

Прежде чем мы покинули вечеринку, я проинформировал своих друзей и союзников о том, что мне удалось подслушать между Самаэль и Дойлом. Мы снова и снова обсуждали, в чем могли сотрудничать демон и дракон, но это было бесполезное занятие. У нас не было достаточно информации, чтобы сделать хоть какое-то разумное предположение о том, кого и как они хотят убить. А это означало, что единственный способ играть в эту игру - продолжать и держать ухо востро.

Мы с Алексом забрались в его верный белый минивэн, который был набит под завязку. Под покровом ночи мы опустошили оружейную комнату в додзё Ориона. У нас были пистолеты, винтовки, что-то, подозрительно похожее на ракетную установку, и многое другое.

Была объявлена Охота, и Охота началась.

Орион возглавлял нашу колонну на своем блестящем черном мотоцикле, ветер практически не трепал его короткие темные волосы, как будто сам воздух знал, что нужно убираться с его пути. Я бы нисколько не удивился, узнав, что он испытывал меньшее сопротивление, чем мы все.

"Итак, мы отправляемся на церемонию открытия Созвездия ООН", - произнес я, пытаясь осознать, во что меня втягивают. "Потому что у Ориона проблемы из-за реорганизации "Охоты", и будет что-то вроде слушания".

"Ага".

"И все это будет происходить в открытую, на глазах у всех, под видом конвенции?"

"Просто подожди", - рассмеялся Алекс. "Ты будешь в бешенстве".

Час и двадцать семь минут спустя у меня отвисла челюсть, когда мы медленно пробирались через пробки возле Лос-Анджелесского конференц-центра. Центр находится прямо рядом с баскетбольным стадионом, на котором "Лейкерс" играют с незапамятных времен. Для спортсменов это практически священное место. Тем не менее это было одно из самых странных зданий, которые я когда-либо видел. Оно изгибалось в форме полумесяца, а с фасада свисало сооружение, возвышавшееся еще на один-два этажа. Все это чудовище было выкрашено в бирюзовый и белый цвета, что делало его каким-то уродливым и скучным одновременно.

Огромные очереди людей тянулись от дверей, как змеи. С двухэтажного фасада свисали гигантские баннеры, возвещающие о конвенции Созвездий и указывающие, где можно приобрести билеты. Это было не какое-то заурядное мероприятие. Это выглядело как крупная операция.

Алекс так сильно смеялся, увидев выражение моего лица, что чуть не врезался в машину перед нами. Мне даже захотелось, чтобы он врезался в нее, просто чтобы стереть это самодовольное выражение с его лица.

"Это настоящая конвенция?" - потребовал я ответа, поворачиваясь и свирепо глядя на него. "Не могут же все эти люди быть нефилимами или другими сверхъестественными существами".

"О нет, это смертные", - весело согласился Алекс. "Ты что, шутишь, знаешь же, что твой народ любит такие вещи".

"Но это очень серьезное собрание..." слабо возразил я. Мои глаза не хотели верить тому, на что смотрели. Несколько тысяч простаков выстроились в ряд, как стадо, в предвкушении поглазеть на стенды, в то время как сверхъестественное сообщество сновало вокруг них, а они ничего не замечали. "Ты же говорил, что это не настоящая конвенция".

"Есть разница между Конвенцией Созвездий и Конгрегацией Созвездий", - ответил Алекс, смягчаясь. "Конвенция - это прикрытие. Они проводят конвенции каждый год. Так легче проводить конгрегации прямо на виду, чтобы никто не заметил всех этих монстров. К тому же, я думаю, подобные мероприятия приносят неплохой доход".

"Они берут деньги со смертных, чтобы оплачивать свои Конгрегации", - осознал я, с ужасом наблюдая, как несколько косплееров в доспехах и с оружием наперевес пробираются через пешеходный переход. "Вот дерьмо, они прячутся среди ботаников".

"Бинго". Алекс снова рассмеялся. "Камуфляж".

"Даже этот чешуйчатый урод Дойл будет выглядеть нормально", - выдохнул я. Я был ошеломлен наглой изобретательностью организации "Созвездия". Чем больше я узнаю о мире сверхъестественного, тем больше обижаюсь на то, как они разбрасывают вещи прямо у нас перед носом, словно родители, произносящие перед малышами "И-С-Е-К-Р-Е-А-М", чтобы дети не поняли, что лишились десерта.

"А что произойдет, если кто-то все испортит, а смертные догадаются об этом?"

"Люди не захотят", - пожал плечами Алекс. "Апатия - это чертовски сильный наркотик. К тому же, это довольно серьезный запрет - знакомить смертных с этой стороной вещей".

"Насколько серьезный?"

"Я слышал об одном оборотне, который начал кусать людей на публике, и его отправили прямиком в Тартар, а ключ выбросили".

"Разве это не тот соус, которым поливают рыбу?"

"Ты думаешь о тартаре", - разочарованно вздохнул Алекс. Мне удалось согнать с лица большую часть его улыбки.

"Может, стоило прийти раньше?"- спросил я. "Если церемония состоится в полдень, я не знаю, успеем ли мы пройти эту очередь вовремя".

"Для этого и нужны специальные бейджи". Алекс усмехнулся. "Эти очереди - для нормалов".

Я закатил глаза.

Нам удалось пробраться на одну из огромных парковок, окружающих центр, и мы остановились рядом с Орионом и его мотоциклом на верхнем уровне, который был почти пуст, но, судя по очереди машин, ожидающих въезда, ненадолго.

"Конечно, они же не называли это "СозвездияКон" сотни лет", - запротестовал я, когда мне пришла в голову другая мысль. "Конвенции - это современная вещь".

"Были и другие названия, но идея не изменилась", - бросил Алекс через плечо. "Совет, ярмарка или цирк - это одно и то же, только в другой шляпе".

Орион подошел к фургону и распахнул заднюю дверь. Немного пошуршав в вещмешках, он вытащил свой печально известный меч и перекинул его через плечо, как патронташ.

Затем снова полез в мешок и извлек оттуда черный Desert Eagle, засунутый в матерчатую кобуру. При виде огромного пистолета я ощутил вспышку узнавания. В последний раз я видел его, когда стрелял в падшего ангела. Он его не убил, но все равно было очень приятно. Я не знал, что Орион сохранил пистолет.

Алекс пристроился рядом с боссом и тоже начал вытаскивать оружие из фургона, спрятав пару пистолетов в наплечных кобурах под курткой. Какое-то мгновение я просто стоял, не зная, что мне делать.

"Ты уже подготовился?"- спросил Алекс, доставая второе оружие.

"Нет, просто немного озадачен".

"Чем озадачен?"

"Разве у них там нет металлоискателей? Не может быть, чтобы они позволили нам войти со всем, - я сделал неопределенный жест в сторону оружия, - этим".

"Я же говорил тебе, - сказал Алекс с ухмылкой, - бейджи участников".

Я разочарованно вздохнул и потер лицо руками. "Мы не проходим проверку на безопасность, верно?" пробормотал я. Никто не потрудился ответить на этот, очевидно, риторический вопрос.

"Он все понял", - заметил Алекс Ориону.

"Он расстроен?"- спросил Орион, забавляясь.

"Он был прекрасен. Полный крах". Два нефилима посмеялись над моим невежеством, продолжая надевать достаточное количество оружия, чтобы Нео мог им гордиться.

"Дайте мне что-нибудь из этого", - рявкнул я, протягивая руку мимо Алекса, чтобы взять пару 9-миллиметровых пистолетов с соответствующими кобурами на пояс. Я повесил их за спину, спрятав под легкой курткой. Бормоча себе под нос про глупых нефилимов, дополнительно сунул в карман несколько запасных магазинов. Когда в Риме (идиома, ведите себя так, как ведут себя окружающие вас люди - прим.пер), я думаю.

Когда мы закончили, подъехал знакомый золотистый внедорожник и припарковался неподалеку. Передняя пассажирская дверь открылась, и Робин выпрыгнул наружу. Он был одет в более спартанском стиле, чем я привык. Если бы я уже не нервничал после того, как нацепил на себя столько оружия, что хватило бы на вторжение в маленькую страну, то, увидев своего адвоката в армейских ботинках и черных брюках-карго, точно не выдержал.

Дружелюбно кивнув нам, он подошел к задней части машины и достал из багажника огромную черную сумку, похожую на ту, что используют для перевозки лыжных палок, только длиннее. Он понес ее, держа обеими руками.

"Как и было обещано, - объявил Робин, встав перед нами, - от Ее Величества Доун, Королевы Всех Фейри, подарок Охотнику и Охоте".

Я отодвинулся с дороги, чтобы он мог засунуть ее в открытую заднюю часть фургона. Она доходила до середины. Орион хмыкнул и растегнул молнию, открыв полированную деревянную перекладину и блеск чего-то, похожего на латунь.

Что-то темное и ужасное наполнило воздух вокруг нас, словно зловещая низкая нота виолончели. У меня сразу же заныли зубы, а волосы на руке встали дыбом. Казалось, что я один в лесу, но что-то наблюдало за мной из темноты. Я взглянул на других членов Охоты, гадая, чувствуют ли они то же самое. Лицо Алекса было напряжено, как будто он сдерживал неподдельный ужас. Орион метал глазами в Робина черные кинжалы.

"Ну, - протянул фейри с легким удивлением на лице, - похоже, оно не в восторге от того, что находится здесь".

Я понял, где раньше испытывал подобный низкий, жгучий гнев. Это было то самое раздражение, которое меч Ориона вызвал у меня за несколько секунд до того, как я убил Лилит, и он заклеймил мою ладонь. Орион протянул руку к оружию, и ярость в воздухе вспыхнула, как предупреждающее рычание одичавшей собаки. Охотник остановился, затем убрал руку и в отчаянии уставился на копье, лежащее в кузове нашего фургона.

"Ну, похоже настоящее", - проворчал Алекс, на его лице по-прежнему застыло затравленное выражение.

Орион хмыкнул в знак согласия, уставившись на Аскалон так, словно мог заставить его подчиниться.

"Оно настоящее, - пообещал Робин. "Я не знал о его темпераменте, но, полагаю, у тебя есть некоторый опыт в этом деле, Охотник?"

Орион нейтрально хмыкнул.

Любая вещь, способная убить дракона, была приятным дополнением к арсеналу, какой бы ворчливой она ни казалась в данный момент. Может быть, оно просто не было "утренним копьем" и позже будет в лучшем настроении. Я понятия не имел, как им пользоваться - кроме очевидного. Предполагалось, что острый конец вонзается в другого парня, но как добраться до этого этапа, не понятно. Нам также не хватало лошади, которая казалась важной частью головоломки. Жаль, что Святой Георгий не использовал пулемет.

Увидев, как драгун отбивается от огненных атак Уиллоу, у меня закралось подозрение, что рептилии были если не Бессмертными, то уж точно бессмертными. Заглавная буква Б здесь очень важна. Бессмертные с маленькой "б" не имеют возраста, но все равно могут истечь кровью, если в них проделать достаточное количество дырок. С другой стороны, Бессмертный требует немного больше усилий. Я надеялся, что у Аскалона достаточно сил, чтобы сделать им больно.

"Кстати, неплохо сработано, - заявил Робин Ориону, отходя от фургона. "Я только хотел спросить, не забыл ли ты об этой старой штуке".

"Знаешь эту историю?"- спросил Орион.

"Знаю", - нейтрально ответил Робин.

"Ты знаешь эту историю и думал, что я мог забыть?"

"Нет, но мне интересно, остались ли у тебя те же приоритеты, что и тогда". В глазах Робина промелькнула грусть, когда он направился к своему золотистому внедорожнику. "Приручи его и используй с толком, Охотник, ради всех нас. Королева и ее свита прибудут незадолго до начала конвенции. Она попросила меня напомнить тебе о твоем согласии выступать за восстановление фейри в Конгрегации Созвездий".

"Я дал слово, Робин", - раздраженно буркнул Орион. "Я сделаю то, что обещал".

"Ни секунды в этом не сомневался", - ответил мой адвокат с оттенком своей обычной жизнерадостности. "Увидимся на другой стороне". Махнув рукой, он запрыгнул в свой автомобиль, и отчалил.

В почти благоговейном молчании мы втроем смотрели на легендарное копье, лежавшее в спортивной сумке на заднем сиденье фургона Алекса. Мой мозг пытался осмыслить бесценную часть истории, которая попала в наше распоряжение. Я представил себе испуганное лицо какого-нибудь музейного куратора, когда он поймет, что мы собираемся использовать это как оружие.

"Полагаю, мы не будем брать это с собой?"- спросил я, пытаясь представить, как тащу его на какое-нибудь многолюдное мероприятие. Хотя у многих косплееров наверняка были похожие предметы, я сомневался, что какие-то из них испытывают что-то вроде священного гнева, из-за которого все мы боимся прикасаться к нему.

"Нет", - пробормотал Орион с мрачным удовлетворением в голосе, несмотря на проблемы с оружием, и захлопнул дверцу фургона. "Это проблема на потом".