Алекс не писал мне больше часа. Я провел это время на эмоциональных американских горках, бешено носясь по квартире, маниакально размахивая руками, представляя, что я сделаю с похитителями сестры, когда найду их.

Затем я уныло опустился на диван, уверенный, что больше никогда не увижу сестру. Тогда я поднес к носу одну из подушек, которую она держала до этого, отчаянно пытаясь почувствовать ее запах в последний раз. Все, что я уловил, - легкий намек на цветочный запах и примесь серы. Даже запах, который она оставила после себя, был испорчен.

В конце концов, мое тело не выдержало того бешеного темпа, в котором я двигался и задремало на диване. Сон был без сновидений, что я счел за счастье. Учитывая, какие кошмары пришлось пережить сегодня в мире бодрствования, я не хотел видеть, как мой мозг может переиначить их, сделав еще более захватывающими.

В кармане зажужжал телефон. Я задохнулся, вырвавшись из темных, мирных объятий сна. Процесс пробуждения - удивительно точный показатель того, насколько близка ваша жизнь к дну. Для некоторых людей, у которых все идет именно так, как должно быть, пробуждение - это худшее, что случается с ними за день. Потому что сон - это замечательно. А утро - это зло. Неважно, богат ты или беден, толст или мистер Вселенная. Сон - это меньший уравнитель после смерти. Мы все наслаждаемся им, и в конце концов он находит нас всех. Пробуждение - это общая боль для нас. Даже для тех, кто любит утро.

Вы знаете, что ваша жизнь опустилась так низко, как только может опуститься, когда просыпание - лучшая часть вашего дня. Исключая ужасные кошмары, сон - это спасение от мучений. Когда вы спите, ваш разум не так волен ежесекундно напоминать вам о том, что все ужасно.

Есть мгновение, одна восхитительная полусекунда свободы, когда вы впервые просыпаетесь. Это похоже на то, что ваше подсознание должно закончить загрузку, прежде чем оно сможет просмотреть список и убедиться, что вы в курсе того, почему несчастны. Это происходит где-то между возвращением вашего сознания и первым открытием век. В это мгновение ничто не может сбить вас с толку. Вы просто просыпаетесь, и не знаете, как вас зовут, где вы находитесь и какова сумма на банковском счете. Но именно в тот момент, когда ваши глаза фокусируются и начинают воспринимать окружающую обстановку, эти маленькие напоминания снова нахлынут. Это как микродоза надежды только для того, чтобы снова ее отнять.

О да, будущее моих друзей под угрозой из-за меня.

О да, у меня украли душу.

О да, мою сестру похитили.

Эта надоедливая литания никогда не проходит. Она всегда рядом. Даже если удастся найти что-то, что может отвлечь на короткое время, страх всегда будет всплывать на поверхность, пачкая все вокруг. Страх - не единственный убийца разума. Беспокойство справится с этой задачей не хуже.

Теперь, когда я снова вспомнил о ситуации, сразу посмотрел на телефон. Очевидно, я проспал, когда Алекс прислал мне сообщение о том, что он уже в пути. Его последнее сообщение гласило: "Здесь. Спускайся, пожалуйста". Телефон также сообщил мне, что сейчас уже три часа ночи. Я застонал, скатываясь с дивана и поднимаясь на ноги. Как бы долго мне не удалось провалялся в отключке, этого было недостаточно, чтобы запустить цикл глубокого быстрого сна, так что я не был сонным, просто измученным.

Я спустился по лестнице, и в моей груди затеплился слабый огонек надежды. Я надеялся, что с Алексом будет его друг, и мы сможем начать разбираться в этом деле.

Его белый минивэн, вечно верный помощник, был припаркован на обочине перед моей квартирой. Моя маленькая искорка надежды угасла, когда я увидел, что пассажирское сиденье пусто. Возможно, он не смог вызвать подкрепление.

Алекс жестом пригласил меня сесть на водительское сиденье. Я открыл дверь и скользнул внутрь рядом с ним.

"Привет, - сказал я, не зная, с чего начать.

"Что случилось?" настойчиво спросил Алекс, на его лице отразилось беспокойство. Молниеносной улыбки уже не было видно.

"Минутку, если не возражаете", - раздался богатый голос у меня за спиной. Я слегка подпрыгнул и повернулся лицом к другому человеку в машине. Я использую термин "человек" не совсем корректно. Точно так же, как я использовал бы термин "корабль" для описания "Титаника". Он был высоким. Я не мог точно судить, пока он сидел, но понял, что он легко был на пару дюймов выше моих шести футов. Руки и ноги у него были длинные как у пловца-чемпиона. Его пальцы также выглядели длинными и изящными. Я практически мог видеть, как они непринужденно танцуют на клавишах пианино. Черные волосы коротко подстрижены в классическом военном стиле.

На нем были темные джинсы и черная кожаная куртка, расстегнутая спереди. Под ней виднелась серая футболка. Было не так холодно, чтобы надевать куртку, значит, она была либо для стиля, либо по необходимости. Он выглядел как человек, который мог бы ездить на мотоцикле.

Больше всего меня насторожили его глаза. Я едва мог разглядеть их в тусклом свете уличного фонаря, но они странно отражались, напоминая глаза кошки. У меня возникло тревожное ощущение, что он прекрасно видит меня в темноте.

Значит, это один из высших нефилимов, о которых рассказывал Алекс. Тот, в чьих жилах течет демоническая кровь, искажающая их тела. Даже больше, чем его впечатляющая внешность, в нем была какая-то аура, которую я не мог уловить. Это было похоже на затишье перед летней грозой, кристальная тишина, обещавшая грядущие великие события. Лилит была пугающей в своей яркости; она продемонстрировала свою силу и не побоялась помахать ею у меня перед носом. В нем было какое-то жуткое спокойствие, от которого мне стало еще страшнее. Или так бы и было, если бы я не решил перестать бояться.

"Не то чтобы я не доверял тебе, Алекс, - продолжал он ровным голосом. "Но я должен настоять на проверке, чтобы удостовериться, что он такой, как ты говоришь".

"Э-э, что мне нужно сделать?" спросил я.

"Все просто", - ответил он, его глаза все еще странно плясали на свету. Он отвернулся от меня, схватил что-то с соседнего сиденья и протянул мне. Это был блокнот обычного размера и ручка. "Напиши стихотворение, ничего слишком сложного. Нескольких строк будет достаточно".

Я секунду смотрел на него, пытаясь понять, серьезно ли он говорит. Его тон был слишком ровным, не совсем роботизированным, чтобы я мог понять, сарказм это или нет. Он жестом велел мне продолжать.

Я остановился, положив ручку на первую страницу, отчаянно пытаясь вспомнить стихотворение из моих уроков литературы в колледже.

Жил-был человек с острова Нантакет...

"Ах, нет, - мягко перебил он меня. "Я не хочу, чтобы ты перерабатывал стихотворение. Сочини мне его".

Я взглянул на Алекса в поисках подтверждения. Он медленно кивнул и в то же время что-то сказал мне одними губами. Я пожал плечами и снова посмотрел на незнакомца. Должно быть, это какой-то странный сверхъестественный ритуал дедовщины. Я склонил голову и закрыл глаза, пытаясь заглушить все отвлекающие факторы вокруг.

Здесь есть демон по имени Дэн,

от которого я не в восторге,

Но мне отчаянно нужен план

Сижу в машине на иголках.

"Этого будет достаточно", - прервал меня незнакомец. "Несмотря на то, что твой слог небрежен, а стиль отсутствует, я удовлетворен".

"Кто ты такой, мой профессор американской литературы 303?"(303 - ангельское число, мощное послание из духовной сферы - прим.пер.) - проворчал я, возвращая ему блокнот и ручку. "Поэзия - это не мое, ясно? Я больше люблю прозу".

"Мэтт, это Орион. Орион, это Мэтью Карвер. Он мой друг, о котором я тебе рассказывал".

"Орион, да? Прикольное имя. Назван в честь созвездия?" спросил я, протягивая ему руку. Он, похоже, удивился моему вопросу, колеблясь некоторое время, прежде чем сжать руку отвратительно слабым пожатием. Почти нет ничего хуже, чем небрежное рукопожатие. У меня сложилось впечатление, что этот парень Орион нечасто ходит на встречи.

"Да, - медленно произнес он. "Как созвездие. Алекс немного рассказал мне о твоей ситуации. Но мне нужно услышать это от тебя. С самого начала".

Я снова взглянул на Алекса, который ободряюще кивнул мне. В этот момент я подумал, а что мне еще терять?

Я рассказал ему обо всем: о встрече с Дэном в кинотеатре, о том, как у меня украли душу, о неожиданном окончании колледжа, о сестре-нежити и о том, как мы вызвали Лилит. На этом рассказе он резко поднял голову.

"Опиши мне, что вы сделали, чтобы вызвать ее", - сказал он. Его голос утратил даже намек на ровный тон, и под ним зазвучали железные нотки.

"Мы нарисовали круг вокруг пентаграммы краской, смешанной с небольшим количеством моей крови, и установили в углы несколько ароматических свечей. Затем мы положили в центре на дерево кусок козлятины, сказали несколько слов, и пуф, вот она".

Орион заерзал на своем сиденье - первое серьезное движение, которое он сделал с тех пор, как я сел в машину. Он жестом велел мне продолжать.

"Дэн вернулся сегодня ночью и похитил мою сестру", - сказал я, переходя к событиям сегодняшнего дня.

"Что?" Алекс ахнул. "Откуда ты знаешь, что это был он?"

"После ужина я вынес мусор в переулок", - сказал я, показывая в окно фургона. "Он и двое головорезов в балахонах ждали меня. Он кричал о вызове. Лилит достала всех вопросами и втянула его в неприятности".

"Какое отношение ко всему этому имеет твоя сестра?" спросил Орион.

"Это было отвлекающим маневром. Пока я был внизу, он прислал каких-то монстров. Не знаю, что это было. Тот, кого я видел, был похож на оборотня".

Они обменялись обеспокоенными взглядами.

"Они вломились через одно из окон и связали Вайолет и Коннора, прежде чем скрыться с Меган. Один из них ждал меня, когда я поднялся наверх. Он сказал мне не искать ее, если я хочу избавить ее от боли".

"В этом нет никакого смысла", - сказал Алекс. "Дэн не может забрать у тебя сестру. Это нарушит условия контракта".

"Да, потому что до сих пор, когда я общался с ним, он казался очень обеспокоенным судебным разбирательством", - язвительно ответил я.

"Это совсем другое дело", - ответил Алекс, покачав головой. "Эти контракты имеют довольно серьезную юридическую силу. Душами не торгуют, как жевательными резинками. Для него буквально невозможно отказаться от сделки. Он может обмануть, что ты в ней участвуешь, но эта версия не подходит".

"Мэтью, - вмешался Орион с заднего сиденья. "Не позволишь ли ты мне заглянуть в твою квартиру? Алекс прав - что-то здесь не сходится. И если твоя история правдива, я буду действовать. Я не потерплю монстров в своем городе".

В его тоне была жесткость, которая выбивала из колеи. Думаю, тогда я понял, почему Алекс нервничал из-за того, что пригласил его сюда.

"Да, конечно, пойдемте", - сказал я, открывая свою дверь. "Мы немного прибрались. Я надеюсь, это не испортило место преступления или что-то в этом роде".

Орион одарил меня небольшой улыбкой, которая, не будь она такой ровной, показалась бы мне несколько снисходительной. Я решил не беспокоиться об этом. В конце концов, я был всего лишь человеком.

Я провел их по лестнице своего дома к входной двери. Как я и предполагал, Орион оказался выше меня. Если он и был меньше шести с половиной футов ростом, то совсем чуть-чуть. Тихо, стараясь не потревожить Коннора, я открыл дверь и шагнул внутрь.

"Минутку, Мэтью, - сказал Орион, остановившись на пороге. Они с Алексом замерли, не решаясь заходить. "Мне будет гораздо легче выполнять свою работу, если ты пригласишь меня войти. В противном случае мне придется оставить за дверью большую часть своей... помощи".

Я на секунду замешкался и взглянул на Алекса, который пожал плечами, как бы говоря, что в этом нет ничего особенного. В этот момент произошло смешение факта и вымысла. В каждом жутком сверхъестественном телешоу есть вариации на тему того, как нужно приглашать монстров в дом. Сколько раз вы видели, как вампир, стоящий на пороге, с острым умом и быстрым языком пытается хитростью проникнуть в дом будущей жертвы? И его темные глаза, которые я теперь отчетливо видел, были не слишком успокаивающими. Какое-то воспоминание шевельнулось в глубине моего сознания, но я не мог вспомнить, где я видел такие глаза раньше. На данный момент мне было нечего терять, так почему бы, черт возьми, и нет?

"Пожалуйста", - сказал я, отступая от двери и жестом руки указывая в коридор своей квартиры. "Пожалуйста, заходи, Орион". Слабое подергивание уголка его рта заставило меня задуматься о том, что он почти улыбнулся. Я посмотрел на Алекса, приподняв бровь. "Тебе тоже нужно приглашение, или ты его плюс один?"

"То есть, технически, не совсем", - добродушно пожал он плечами. "Но если ты не против, а то у меня небольшой зуд". Я услышал, как Орион тихонько фыркнул, проходя мимо меня.

Я последовал за двумя нефилимами в гостиную и стал наблюдать за тем, как они осматривают место происшествия. Если не считать пропавшей мебели и брезента вместо окна, смотреть было уже не на что. Мне показалось, что в комнате зияет пустота. Но это, скорее, было связано с тем, что я знал, как она выглядела вчера, чем с чем-то более зловещим.

Орион медленно оглядел комнату, оценивая обстановку, как художник, посещающий Метрополитен. Его руки были уперты в бедра, распахивая черную кожаную куртку. Он оставался в этой позе по меньшей мере минуту, а мы с Алексом стояли у него за спиной и наблюдали. Завершив визуальный осмотр, он слегка наклонился вперед и громко фыркнул. Это было похоже на звук, который, как вы могли бы себе представить, издает недовольный дворецкий или кто-то, умирающий от аллергии на амброзию. Он повернул голову в сторону кухни и снова принюхался. Затем направился на кухню, где меня ждал монстр. Третий вдох, и он уже стоял прямо на месте. Присел на корточки и пристально уставился в пол, разглядывая что-то, чего я не мог видеть.

"Один из них стоял здесь какое-то время", - пробормотал он, не оборачиваясь, чтобы посмотреть на меня.

"Да, именно здесь стоял тот, кто ждал меня, когда я вернулся", - ответил я.

"Иди сюда, Алекс". Орион махнул рукой.

Алекс рысью направился к высокому мужчине. Мой мозг выдал мне характерное видение пожилой собаки, обучающей молодого щенка охоте, и мне пришлось сдержать легкий смешок при себе. Я не думаю, что для моего здоровья будет полезно смеяться над этими двумя. Хотя, наверное, в какой-то момент я бы все равно это сделал. Давайте будем честны - я знаю себя.

"Ты чувствуешь этот запах?" спросил Орион у Алекса, пристально глядя на него.

Алекс наклонился над участком линолеума на моей кухне и тоже громко принюхался. Его лицо было странным, как будто он не мог поверить, что действительно делает это. Он принюхался еще несколько раз.

"Ничего не чувствую", - ответил он. В его голосе звучала досада. Или, может быть, разочарование.

"Гуль", - со вздохом сказал Орион, покачав головой и поднялся со своего места. "Вот почему тебя избегают" пренебрежительно высказал он моему другу.

"А что такое гуль?" - спросил я, сделав мысленную заметку распросить Алекса о другой части этого предложения позже. "То есть я знаю термин "гуль", но не знал, что это реальное существо".

"Они арабские", - бесстрастно ответил мне Орион. "Не часто фигурируют в мифах, которые здесь рассказывают". Он переместился на несколько дюймов в комнату и снова принюхался, вглядываясь во что-то, чего я не мог разглядеть. "Это существа из подземного мира, связанные со смертью. Они любят раскапывать могилы, чтобы есть мертвецов".

"Вроде как со странной, безволосой кожей и собачьей мордой?" тихо спросил я.

"Это они", - ответил Алекс.

"Я чувствую здесь присутствие твоей сестры, - размышлял Орион спустя мгновение. "Есть особая черта, оставленная кем-то вроде нее". Он сделал небольшую паузу, словно какая-то часть его мозга боролась с понятием, которое никак не удавалось объяснить. "Без обид".

"Но что им понадобилось от моей сестры? Она ведь не совсем мертва".

"Она и не совсем живая. Умирание оставляет свой след, оно меняет вещи. Для таких существ, как упырь, твоя сестра выделяется, как необычное вино. Люди, которые возвращаются вновь, встречаются крайне редко. Есть всевозможные существа, которым она покажется интересной".

Я вздрогнул от его объяснения. Есть некая дикость, которая не приходит в голову человеку, живущему в современном обществе. Поедание мертвецов и увлечение нежитью, наверное, имеет смысл. Объективно также логично, что есть нечто, что этим занимается. Но это не то, о чем я мог бы подумать, потому что это чертовски странно.

"Что они с ней сделают?" спросил я, страшась ответа. Та часть моего воображения, которая питала мои кошмары, включилась на полную мощность. Перед моим мысленным взором пронеслось множество невыразимых идей. Я потряс головой, чтобы прояснить ситуацию.

"Трудно сказать, что именно", - сказал Орион, вставая и поворачиваясь ко мне лицом. "Гули - довольно глупые существа. Их часто используют как простых солдат. Но они также являются падальщиками и охотятся на те цели, которые кажутся им уязвимыми". Он прошелся по гостиной и подошел к окну, немного отодвинув брезент, чтобы выглянуть наружу. "Вопрос в том, что здесь произошло?"

"Ну, а твой магический нос борзой работает в дикой природе? Мы можем их выследить или что-то в этом роде?" Меня начинало раздражать отсутствие ответов. Если бы кто-то мог дать мне хоть один прямой ответ, я бы буквально отдал ему все деньги, которые у меня были. Правда, это был не очень большой куш.

"Мэтт, что происходит?" спросил Коннор, заходя в гостиную из своей спальни. Его глаза щурились от света, а сам он был одет в белую футболку и боксеры с утками на них.

"Это мой друг Алекс, о котором я тебе рассказывал", - сказал я ему. "А это его брат, частный детектив".

"Пра-пра-дядя", - рассеянно пробормотал Орион, глядя на меня пронзительным взглядом. Выражение его лица было нечитаемым, но это соответствовало его характеру. У меня возникло ощущение, что он изучает меня, как будто я дикий зверь, которого он не может предсказать. Я был слишком занят, переваривая комментарий о происхождении. Коннор, по-видимому, был в таком состоянии, что пропустил его мимо ушей. Я быстро произвел мысленные расчеты. Учитывая, что Алекс уже был неестественно стар, а Орион был его двоюродным дедушкой на несколько поколений старше, он должен быть по меньшей мере... суперстарым. Мне следовало стать математиком.

"Ладно, я тебе нужен?" спросил Коннор. Казалось, он с трудом держит глаза открытыми.

"Нет, приятель, все в порядке. Извини, что разбудили тебя. Отдыхай."

Он неуверенно отсалютовал мне и вернулся в свою комнату, закрыв за собой дверь. Ну что ж, один неловкий элемент в этом разговоре был устранен. Последнее, что мне было нужно, - это пытаться объяснить истории происхождения Алекса и Ориона. Я уже достаточно прочувствовал, как пройдет этот разговор сегодня вечером.

"Ну что, начнем стучаться в двери?" - спросил я с сарказмом. "Что мы еще можем сделать?"

Орион присел и посмотрел на ковер в моей гостиной. После секундного изучения он потянулся вниз и взял что-то с пола. Он протянул мне его, и я перевернул предмет на ладони. Это был короткий белый волос, похожий на свиную щетину.

"Упыри не совсем безволосые", - сказал он.

"Как, черт возьми, ты это заметил?" - спросил я. "Целая команда лаборантов с модными черными лампами проверила эту комнату и не заметила его". Я передал ему волос обратно, беспокоясь, что могу потерять из виду находку на ладони.

Орион проигнорировал мой вопрос и посмотрел на свою руку. "Магия позволит нам проследить за упырем. Волос считает себя его частью. Он по-прежнему связан с упырем, и если его немного уговорить, он с радостью приведет нас к нему".

Ого, вот оно. Слово на букву "М". Я уже начал сомневаться, что оно когда-нибудь прозвучит. Во время своего сверхъестественного откровения я столкнулся с вещами, которые не вписывались в традиционную теорию XXI века о том, "как устроен мир", в которую верит человечество. Или, по крайней мере, "образованное" человечество. Я участвовал в ритуале вызова демона. В меня бросали огненные шары. Но я не слышал, чтобы кто-то произносил слово "магия" или объявлял себя волшебником.

"Ты умеешь колдовать? Ты волшебник?"

"Нет, Мэтт на множество вопросов. Я не могу быть волшебником. Но магия очень похожа на одну из отраслей вашей науки. Ты можешь расщепить атом?"

"Очевидно, нет".

"И все же ты можешь соединить колу и "Ментос", чтобы взорвать контейнер с газировкой". Он усмехнулся про себя и покачал головой, как это делает взрослый, глядя на выходки ребенка. "Точно так же, - продолжал он, - я не могу расщепить атомы. У меня нет ни подготовки, ни способностей, но я могу вызвать несколько реакций".

"Это приведет нас к конкретному гулю?" - спросил я. "Или только к ближайшему?"

"Тому самому, который оставил в этой квартире хоть один волос", - торжественно произнес он.

"Конечно, гули - не стайные существа, - с легким вздохом вмешался Алекс. "Есть очень большая вероятность, что когда мы найдем этого, то он уже разойдется с остальными".

"Ты прав", - сказал Орион, направляясь к кухне. "Пожалуйста, принеси мою сумку из фургона, Алекс. Мне понадобятся некоторые материалы для приготовления заклинания".

На лице Алекса на мгновение что-то мелькнуло. Я не совсем уверен, что именно увидел. Может быть, обиду? Разочарование от того, что его игнорируют? В их отношениях было нечто большее, чем я мог понять, даже если они и были связаны.Какой-то части меня не нравился этот Орион. Может быть, Алекс и был моим другом всего несколько дней, но в некотором смысле он был моим единственным другом на данный момент. Коннор, Вайолет и Меган были моей семьей. Но он был единственным другом, который мог понять, с каким миром я имею дело. Это помогает человеку очень быстро превратиться из незнакомца в лучшего друга.

Алекс вышел из квартиры без единой жалобы, чтобы забрать вещи Ориона. Тот продолжил путь на кухню, все еще зажимая маленький чудовищный волосок между большим и указательным пальцами. Он выдвинул один из ящиков кухонного стола и начал рыться в посуде.

"Орион?" спросил я его после минутного молчания. "Что нам делать, если Алекс прав, и гули разделились? Что, если этот больше не с моей сестрой?" Я попытался скрыть безнадежность в своем голосе, но это было тщетное усилие. Она подкрадывалась, как тени, которые проникают в углы дома поздним вечером. Орион, полудемон-получеловек, обернулся и вперил в меня такой взгляд, что мне показалось, будто я не должен дышать.

"Если это так, то этот гуль расскажет мне все, что нам нужно знать, чтобы найти твою сестру, прежде чем его деяния настигнут его", - сказал он так спокойно, словно заказывал доставку пиццы по телефону. Дрожь пробежала у меня по позвоночнику, когда я вновь взглянул в его темные, непостижимые глаза. Я понял, почему они показались мне знакомыми.

Глаза Лилит были так же полны бездны.