Полиция закончила работу около полуночи. Вайолет ушла следом, слишком потрясенная, чтобы оставаться на месте происшествия, а под "местом происшествия" я подразумеваю нашу квартиру. Детективы одарили нас множеством бесполезных статистических данных о том, как важны первые двадцать четыре часа для спасения жертвы. Они оставили патрульную машину на улице, чтобы следить за обстановкой. Лучшее, что мы могли сделать сейчас, - сказали они, - это ждать. Пусть профессионалы делают свою работу.

Мы с Коннором потратили час или два на то, чтобы вернуть нашей квартире хоть какое-то подобие нормальной жизни. Мы подметали линолеум и пылесосили ковер снова, и снова, и снова. Извлекать все разбитое стекло было сродни попытке вывезти все мины из Западной Германии после Второй мировой войны - утомительно, пустая трата времени и немного кроваво.

Я с головой окунулся в работу с отчаянной потребностью вложив 110 процентов своей воли и сосредоточенности в то, чтобы достать каждый осколок стекла. Если бы я вложил в это все свои умственные способности, которые у меня были, то не смог бы думать ни о чем другом. Мы работали в тишине. Коннор то ли прорабатывал свой собственный багаж сегодняшнего вечера, то ли чувствовал, что я не хочу говорить. В любом случае, я был благодарен за тишину. Она позволяла мне сосредоточиться на том, чтобы не думать. Сосредоточиться практически невозможно, если кто-то каждые пять секунд вытаскивает тебя из этого состояния разговором. Через час мы сделали все, что могли. Стекло исчезло.

Совсем как моя сестра.

Мы прикрыли зияющую дыру на том месте, где раньше было окно, синим пластиковым брезентом, который один из офицеров дал нам из своей машины. Но случайные дуновения легкого апрельского ветерка не оставляли иллюзии, что окно за брезентом исчезло.

Совсем как моя сестра.

Кухонный стол был разломан надвое. Он был дешевый. Мы купили его на младших курсах колледжа на какой-то гаражной распродаже за десять или пятнадцать баксов. Коннор прибрался на кухне, и даже осколки исчезли.

Совсем как моя сестра.

Я не принимал сознательного решения пробить стену. В фильмах красавчик-мужчина несколько секунд смотрит на стену, одаривая ее стальным взглядом, который дает понять, что за этим последует. Не думаю, что я предупредил об этом стену или себя. Демон Дэн пришел в мой дом и испортил жизнь моей семье. Он разрушил мою жизнь и думал, что это сойдет ему с рук.

В одно мгновение я смотрел на пустоту в своем доме и видел, что она отражается в пустоте моей жизни. В следующее мгновение Коннор схватил меня, чтобы остановить от попытки забить до смерти стену нашей гостиной. Слезы текли по моему лицу, кожа на костяшках пальцев лопнула. Я уже оставил на стене несколько красных пятен.

"Мэтт, Мэтт, остановись!" Его голос донесся до меня, и я перестал бороться с ним, чтобы добраться до стены. Наверное, это выглядело как одна из классических сцен драки в баре, которая почти произошла, только вместо двух пьяных парней были я и гипсокартон.

"Слушай, приятель, - сказал он, заключая меня в утешительные братские объятия, - я знаю, что это тяжело. Я тоже не знаю, что делать. И чувствую себя таким же беспомощным, как и ты. Но с ней все будет хорошо, понимаешь? Я это знаю".

"Ты не понимаешь", - хрипло пробормотала я, рассеянно вытирая заплаканное лицо свободной рукой. Мой гнев немного поутих. Возможно, часть его вытекла из кулака на стену. "Это моя вина", - сказал я, вырываясь из его объятий. Он отпустил меня без всякого сопротивления.

"О чем ты говоришь?" - недоверчиво спросил он. "Ты не имеешь к этому никакого отношения. Это случайность".

"Да ладно!" крикнул я. О, опять этот гнев. Он не исчез, а только взял передышку. "Открой свой разум, Коннор. Ты слишком умен для этого. Ты видел тех парней. На них не было масок оборотней. Это было его лицо. Ты видел, как оно двигалось, когда он говорил. Это была плоть, а не пластик. Эта штука не была человеком".

"Мэтт, - сказал Коннор слишком спокойным голосом. Это то спокойствие, с которым вы разговариваете с растерянными стариками или маленькими детьми. "Я думаю, ты взволнован. Мы сегодня прошли через это безумие. Адреналин и страх могут создать впечатление, что..."

"Она была мертва! Ты этого не помнишь, потому что она, конечно, больше не мертва, но она была мертва. Ты был там. Обнимал меня у ее могилы".

"Что?" спросил Коннор. Его черты лица, обычно сосредоточенные и целеустремленные, были растерянными. Темные глаза смотрели на меня неуверенно, как на дикого зверя.

"Тогда я убил ее один раз, а теперь её смерть снова будет на моей совести!" Я понимал, что говорю бессмыслицу. Но мне было все равно. Мысленная крышка, которой я закрывал глаза на странные события своей жизни, прорвалась, как кратер вулкана Святой Елены.

"Меган не попала в автомобильную аварию!" медленно прокричал Коннор, как будто обращался к кому-то слегка полоумному. "Она была здесь сегодня вечером, ты ее видел". Он потряс головой, словно пытаясь собраться с мыслями. "Кроме того, - сказал он более мягким тоном, - автомобильная авария твоей матери произошла не по твоей вине. В этом не было ничьей вины. Это был несчастный случай. Вот что означает это слово".

И вот оно. Та часть истории, о которой я не люблю никому рассказывать. История несчастного случая, в результате которого погибло непонятное количество членов моей семьи. Кроме всего прочего. Видите ли, мой первый год обучения проходил не очень хорошо. У меня был тяжелый случай тоски по дому, и я хотел увидеть свою семью в свой день рождения. Когда начались дожди, мой отец сказал маме, что поездка может оказаться слишком опасной. Но я знал другой маршрут, который "совершенно не пострадает от дождя, мам".

"Ну да, скажи это моему отцу", - с горечью пробормотал я. Мы не разговаривали с похорон. Последние слова мы произнесли, стоя перед могилой Меган. Он посмотрел мне в глаза и сказал "прощай". Мы оба восприняли это буквально.

Моя вспышка натолкнула меня на внезапную тошнотворную мысль. Я спрашивал себя, почему я стал мишенью. Почему демон вообще пришел ко мне, чтобы попытаться купить мою душу? Мне пришло в голову, что человек, который был достаточно эгоистичен, чтобы рисковать жизнью своей семьи из-за одиночества, вероятно, занимал довольно высокое место в списке вызовов Ада.

"Все, что мы можем сделать, - это ждать", - сказал Коннор после долгой паузы.

Полагаю, он решил, что мои психопатические бредни не стоят того, чтобы на них реагировать. Я не мог его винить. Если бы я находился по другую сторону баррикад и не видел того, что увидел за последние несколько дней, я бы, наверное, тоже подумал, что сошел с ума. Честно говоря, я и сам не был на сто процентов уверен в своей вменяемости.

"Я должен что-то сделать", - сказал я. "Мне нужно позвонить".

"Кому ты собираешься звонить?" - спросил он.

Мы на секунду уставились друг на друга. Я не сказал "Охотникам за привидениями", как он ожидал. Его лицо немного вытянулось, как будто мой отказ пошутить усилил кошмар, в котором мы жили.

"У меня есть друг, который может помочь", - сказал я ему.

"Как? Встав на пути у профессионалов? Мэтт, мы не должны с этим связываться. А вдруг что-то пойдет не так?"

Насколько я понимал, что-то уже пошло не так. Полиция делала все по правилам, искала нормальных похитителей с нормальными мотивами. Но мою сестру похитили монстры, и я не имел в виду метафору. Если только вся полиция не была тайно осведомлена об окружающем нас, назовем его более широким, мире, я не думаю, что у них есть шансы спасти ее. Чтобы спасти сестру, мне нужно было заручиться поддержкой из страны жутких существ. Я еще мог все исправить.

"Все в порядке, его брат - как это называется. Частный детектив. Он тоже профессионал, - солгал я. Типа того. "Мне было бы легче получить второе мнение, понимаешь? Я хочу быть уверенным, что мы делаем все, что можем. Ничего слишком безумного здесь нет, я обещаю". Вероятно, это было обещание, которое я не смогу сдержать, если судить по последним двум дням. Я скрестил указательный и средний пальцы левой руки, чтобы немного успокоить свою совесть.

"Если ты думаешь, что это поможет тебе почувствовать себя лучше..." неохотно сказал Коннор. "Наверное, это не повредит".

"Абсолютно", - сказал я. Я достал телефон и позвонил Алексу. Линия прозвонила несколько раз, прежде чем до меня дошло, что по моему телефону сейчас небезопасно вести странный разговор. Полиция, вероятно, не должна иметь запись того, как я говорю безумные, невозможные вещи, пока они разыскивают мою пропавшую сестру. Мне нужно было проявить немного изобретательности. Чтобы донести свою мысль до Алекса, не показавшись слишком странным.

"Привет, Мэтт, - отдаленно поприветствовал меня голос Алекса, когда он ответил на звонок. Это звучало так, словно трубка телефона была не совсем на одной линии с его ртом. "Сейчас, вообще-то, не самое лучшее время".

"Извини, друг", - ответил я, стараясь говорить как можно более озабоченно. "Это срочно".

"Все в порядке?" - спросил он, его голос стал более резким, когда он отрегулировал положение телефона.

"Ни в малейшей степени", - ответил я ему. "Я не хочу рассказывать тебе об этом по телефону. Ты можешь приехать как можно скорее, и я тебе тогда расскажу?"

"Да, я сейчас приеду". В голосе Алекса звучало искреннее беспокойство. Может быть, я знаю этого парня всего несколько дней, но я действительно чувствовал, что он честен со мной.

"О, - добавил я, стараясь говорить как можно бесстрастнее, как будто это была обычная просьба, - возьми с собой и своего брата. Возможно, нам понадобится его помощь в уборке".

Алекс секунду не отвечал. Думаю, моя просьба застала его врасплох. Кем бы ни был его друг-полубог, люди обычно шли к нему, а не наоборот.

"Такой большой беспорядок, да?" - спросил он через некоторое время.

"Ты даже не представляешь", - сказал я ему.

"Да, я узнаю, сможет ли он прийти. Возможно, ему придется поработать..." Алекс быстро учился. Может быть, он и не знал, что происходит, но он без труда перешел на кодовую речь со мной. Конечно, это был не очень сложный код, но он безупречно вжился в роль. У многих людей этот разговор не получился бы таким правдоподобным.

"Я напишу тебе, когда мы будем в пути", - сказал он и резко повесил трубку.

Я положил трубку и посмотрел на Коннора, который опустился на один из диванов, и его глаза начали слипаться.

"Эй." Я помахал ему рукой, чтобы привлечь его внимание. Он дернул головой, испуганно вырвавшись из сна. "Иди спать". Я улыбнулся ему своей лучшей ободряющей улыбкой, которая, учитывая ситуацию, была в лучшем случае посредственной. Но это было идеально. Сегодня вечером он уже поднялся выше зова дружбы. Ему нужно было выспаться, а мне - поговорить со своими странными соотечественниками, не прибегая к вводу какого-то неуклюжего кода. Я хотел получить от них четкие ответы.

"А что с твоим другом?" - сонно спросил он.

"Они придут позже, но ты засыпаешь. Я в порядке, правда. Этот телефонный звонок уже помог мне почувствовать себя лучше. Я ощущаю себя немного менее беспомощным".

"Хорошо", - медленно сказал он, поднимаясь на ноги, как зомби из старого фильма. "Приходи за мной, если я тебе понадоблюсь, хорошо? Я собираюсь вздремнуть".

"Конечно", - соврал я.