Человек, о котором сказал Пош, явился почти сразу. Как и все хакеры, на нём был всё тот же черный лоснящийся скафандр и широкие полупрозрачные очки. Невысокий, сутулый и угловатый парень сразу же удивил Эгера. Зайдя в отсек, хакер снял с себя всё черное, оставшись в плотных пятнистых трусах с вихрастыми загогулинами, и в белой широкой майке с огромной надписью «ВОН» на груди.

– Это шорты, – объяснил хакер, заметив удивлённый взгляд мальчика.

– А не опасно? – спросил Эгер, глядя на его розовые, натёртые скафандром коленки.

– Опасно? – хмыкнул хакер, – Опасно ходить за периметр в той рванине, что я на тебе сейчас вижу. Никто уже и не помнит для чего нужен скафандр, ходят как в простой одежде. Дурики. А простая одежда вот, – он подцепил пальцем штанину и потряс ею, – должна быть удобной. Тем более, в отсеке скафандр и вовсе не нужен. Это же, вообще, защитный костюм, от смертельных угроз, вроде радиации, бактерий и прочего… А от этого в каждом отсеке своя защита имеется. Так что можно ходить хоть голым. Ничего не будет. Ты же вот не спишь в скафе, верно?

– Ну… нет, – улыбнулся Эгер.

– Вот, – весело протянул хакер, – а по дому чего ходишь? Тоже дурик?

Эгер задумался.

– Меня зовут Томохиро. Ты – Эгер. Так?

Мальчик кивнул.

– Отлично. Давай, показывай, что у тебя там за телевизор, по которому всё самое интересное показывают? Меня, если честно, уже наизнанку воротит от культуристских проповедей.

Эгер посмотрел на дверь.

– Закрыл, не бойся, – сказал Томохиро, – Да и вообще, не бойся. К нам не пристанут. Мы и сами, если что, – он многозначительно приподнял одну бровь, – пристать можем к кому захотим. Так то. Давай, показывай, что там. Запускай свою вертелку.

Эгер подошел к телевизору, поводил по экрану пальцем, нажимая необходимые кнопки, черный экран заполнился тремя колонками надписей. Эгер подвинул к нему табурет, с которого можно было достать до самых высоких, и вопросительно посмотрел на Томохиро.

– Ничего себе, – медленно произнёс тот, растирая закривок.

– Ага, – самодовольно отозвался Эгер.

«Если бы не эта чертова табуретка», – подумал он. Никита управлял телевизором с помощью визора, это было чертовски удобно – выбирать фильмы, не слезая с дивана. А так приходилось мотаться к экрану и обратно, потому что не всякий фильм хотел запускаться. Без Никиты, вообще, всё как-то хуже работало. Как будто не слушалось.

– Правда, тут не всё почему-то включается, – пожаловался Эгер.

– Почему? – спросил Томохиро.

– Не знаю, выбираешь фильм, а он не начинается. Можно долго ждать.

– Давай я попробую, – предложил Томохиро.

– Попробуй, – Эгер двинул табурет в его сторону.

– Не, – улыбнулся хакер, надевая свои широкие очки, – мне эта фигня не понадобится.

Только сейчас Эгер понял, что эти очки – визор. Примерно, как тот, что был у Никиты, только немного другой. Экран почернел, в телевизоре зашипело. Томохиро попытался запустить один фильм, второй, третий, пятый, но ни один не начинался. Тогда он сменил список, забрался на самый верх, залез в корневой каталог, попытался подняться еще выше по структуре, но упёрся в красное сообщение о несоответствующем уровне доступа. В дверь постучали. Томохиро дёрнулся.

– Воду принесли, – объяснил Эгер, – я приму.

Томохиро возился с телевизором еще довольно долго. Надписи мелькали на экране, то заполняя его полностью, то рассыпаясь по углам. Красные, синие, белые, – Эгер не успевал их прочитать. Они появлялись и тут же исчезали. Томохиро напряженно сопел, водя перед собой руками, нажимая невидимые кнопки. Наконец, плечи его опустились.

– Фигово, – произнёс он. – В логах вижу, что раздел был открыт, но я сейчас его открыть не могу. Странно.

Он вопросительно уставился на Эгера. Тот уставился в ответ. У Томохиро были черные глаза и тёмные брови, но при этом светлые, довольно длинные для мужчины волосы. Угловатые, нависавшие со лба пряди, едва не упирались в глаза, так что голова его казалась причесанной и непричесанной одновременно.

– Очень странно, – задумчиво произнёс Томохиро.

На гладком лице хакера возникли складки. Затем, улыбнувшись и откинув со лба волосы, он продолжил:

– Да и черт с ним. Что-то же работает?

Эгер кивнул. Действительно, посмотреть что-то новое без Никиты было очень сложно. Гарантированный выбор ограничивался тем, что они с другом уже открывали. Эгеру особенно понравился фильм про космос, во время которого они вспоминали Тритона и как смотрели на звёзды, лёжа на огромном холодном полу под его животом. В фильме рассказывалось о разных космических объектах и о том, как они взаимодействуют в зримой части пространства. Судя по изумлённому виду Томохиро, всё это было ему в новинку. Молодой хакер буквально завис перед экраном, погрузившись в какой-то гипнотический полусон. Эгер неожиданно почувствовал себя старше.

– А у вас, типа, нет всего этого? – спросил он, чувствуя, как к нему возвращается уверенность.

– Чего?

– Ну, фильмов там… разных.

– Неа, – мотнул головой хакер.

– А откуда тогда вы узнали про это… ну… инфополе?

– Понятия не имею.

– А как же вы заметили, что мой телек туда заходил.

– Там, короче… – хакер замолчал, перед ним возникло огромное изображение галактики, разбитое на бесконечно количество звёзд.

– Что?

– Ну, короче… они там заходят на секунду… и сразу их выкидывает… не успевают, короче… нужен ровный доступ.

– Ровный? – переспросил Эгер. – Это как?

– Ну, прямой… в смысле стабильный, они же ломают, их система вычисляет и всё… вышвыривает.

– А что не так с вашим доступом? – удивился Эгер, вспоминая, что у Никиты никаких проблем с инфополем не возникало, он ходил по нему столько, сколько хотел.

– Я не знаю, короче… визоры у них кривые, или еще что… Я без понятия. Может, главный процессор Энджи чем-то занят. А то и на секунду бы не пускало. Так говорят.

Эгер задумался.

– Вот если бы доступ, как у тебя тут был, – отвлекся от фильма Томохиро, – мы бы там столько всего узнали… даже не представляю. А так мы только успеваем увидеть кусочек, ну вот, например, что ты в инфополе висишь целыми днями, и нас тут же выбивает. Структуры не успеваем считать… как хопа-опа… всё, – он хлопнул перед лицом Эгера, тот вздрогнул. – Вот просмотрел из-за тебя.

– Да ты верни назад, – отозвался Эгер, поднимаясь к экрану, – так можно.

– Круто, – качнул головой Томохиро.

Экран застыл. На нём висела схема звездной системы с отмеченными траекториями планет.

– Но мы успеваем кое-что добыть, – сказал хакер. – У нас есть группа, разбираем там всё это. Немного, но хоть что-то.

– Помогает? – поинтересовался Эгер.

– Конечно, – сказал Томохиро, расправляя затекшие ноги. Всё это время он сидел на коленках. – Вот, визоры раскурили. Офигенная же тема.

– Да, удобно, – согласился Эгер, тыкая пальцем по экрану.

– Так, давай я сам, – спохватился хакер, опуская визор.

Через несколько часов в дверь постучали и, не дождавшись ответа, в отсек зашла Миша. Заметив её, Томохиро махнул рукой и на экране телевизора застыл рисованный волк с выкатывающимися из орбит глазами. Одновременно с этим в комнате установилась тишина, которую сразу же прервал заразительный смех Эгера. Заодно с ним начал смеяться и Томохиро. Оба они были без скафандров, один в разноцветных шортах, другой в коротких полосатых трусах, без маек, красные от смеха. Лицо Миши вытянулось. Смех не прекращался. Эгер попытался встать с дивана, но едва поднявшись, схватился за живот и, жмурясь от смеха, откатился в сторону. Томохиро сделал сиплый вдох, посмотрел на экран и рассмеялся еще сильнее. Миша поправила рюкзак, губы её сжались, из глаз потекли слёзы. Она растёрла их рукавом скафандра по розовому, распухшему от прежних слёз лицу, и, обиженно всхлипнув, выбежала из отсека.

За пару мгновений веселье словно выветрилось из Эгера. Он накинул на себя майку, оделся в скафандр и бросился за девушкой. Томохиро перестал смеяться, топот в коридоре стих, в открытую дверь заглянул удивлённый прохожий. Хакер вытер со лба испарину, и, еще немного посмеявшись, выключил телевизор. Закрыл отсек. Подошел к телевизору и сдвинул на его задней стенке небольшую крышечку, под которой находилась голова. Поддел её ногтем и, покрутив в руках, улыбнулся.

– Протокол изъятия вам доставят завтра, – произнёс он поддельным басом, словно подражая кому-то. После чего, хмыкнув, добавил уже своим голосом. – Или не доставят.

Уложив голову в небольшой кармашек на поясе, хакер внимательно осмотрелся. Его окружал обычный отсек. Впрочем, довольно зажиточный. Дорогой чайник, большой холодильник. Стена санитарной комнаты выступала водяным баком увеличенного размера, центральный энергоприёмник улучшенной конструкции. Он осторожно заглянул в другие комнаты. Во всех, кроме одной, был совершенный порядок – закрытые серые шкафы, которые он решил не тревожить. В комнате Эгера, как он верно догадался по беспорядку, должны были находиться самые интересные для него вещи. Поправив визор, Томохиро медленно обвёл её взглядом. Рюкзак, игрушки, разнообразный пластиковый мусор, который мальчишки принимали за артефакты загадочного прошлого. И множество каких-то коробочек самых разных размеров и форм, поставленных одна на другую так, что верхние, слегка покачиваясь, уже нависали где-то над головой, как будто собираясь упасть. Их Томохиро трогать побоялся. Всё-таки, даже в самом безумном беспорядке всегда есть какой-нибудь порядок, известный только его автору.

Внимание Томохиро привлек небольшой черный шар. Он покоился на краю стола, как будто замерев во время скатывания. То есть по всем признакам он должен был скатиться и упасть, но шар почему-то не падал. Томохиро положил на него руку и хотел взять, но вместо этого всё его тело дёрнулось в сторону шара. Тот словно прилип к столу. Хакер наклонился, присматриваясь, хмыкнул, постучал по шару пальцем и попробовал толкнуть. Шар не сдвинулся с места, зато ноги Томохиро скользнули по полу в противоположном направлении. Он еще ближе присмотрелся к шару, заглядывая под него, туда, где тот как будто соприкасался с поверхностью стола, и с изумлением обнаружил там небольшой просвет. Он взял со стола какую-то книгу, выгнул её так, чтобы из неё торчал один лист и просунул его под шаром. Лист прошел.

– Фига себе, – вслух произнёс изумленный хакер.

В этот миг что-то пискнуло в соседней комнате, Томохиро понял, что уже слишком долго пользуется отсутствием хозяев. Он оделся и быстрыми длинными шагами вышел из отсека, закрыв за собой дверь.