Глава 1. Выход из темноты. Понимание родителя с высоким уровнем конфликтности

Я только сейчас понял, что оба моих родителя — нарциссы, а мне уже 39 лет. Мне нужна помощь.

Когда вы осознали масштаб ущерба, причиненного поведением вашего родителя? Часто дети родителей с высоким уровнем конфликтности настолько привыкают к постоянным ссорам, драмам и насилию, что начинают считать это нормой. К сожалению, многие взрослые дети таких родителей так и не осознают всей глубины нанесенного вреда. Они продолжают оставаться «в темноте» и страдать от травмы отношений. Чувство вины, отрицание, лояльность и стремление защитить родителя мешают настоящему исцелению.

Сам факт того, что вы читаете эту книгу, — уже свидетельство вашего желания исцелиться. Эта глава — первый шаг. Мы рассмотрим поведение родителей с высоким уровнем конфликтности и типичные динамики в их отношениях с детьми.

Поведение родителей с высоким уровнем конфликтности

Как проявляется конфликтное поведение? Казалось бы, все очевидно. Даже если вы интуитивно очень хорошо чувствуете, как именно ведет себя ваш родитель, потому что это причиняет вам боль, важно понять общие закономерности. Речь идет о том, как и почему действует родитель, как решает проблемы, почему склонен к циклам драмы и каким образом выстраивает разрушительную коммуникацию.

Трещины, которые не склеить

Родители с высоким уровнем конфликтности заряжаются от ссор и эмоциональной драмы, поэтому в их отношениях почти всегда присутствуют ссоры и деструктивные способы общения. Это существенно отличается от здоровых отношений.

В любых здоровых отношениях бывают разрывы, то есть конфликты. Но именно способность восстановить связь после ссоры позволяет отношениям расти и укрепляться. Эффективное восстановление помогает людям стать ближе, испытывать друг к другу более глубокие и теплые чувства. Психологически зрелые люди обладают навыками такого восстановления: искренней эмпатией, способностью видеть ситуацию глазами другого, саморефлексией. Они могут признать, что причинили боль, и взять на себя ответственность за сказанное или сделанное.

К сожалению, исследования подтверждают, что многие родители с высоким уровнем конфликтности не способны к такому восстановлению из-за дефицитов личности (Lester and Godwin, 2021).

Как они решают проблемы: никак

Родители с высоким уровнем конфликтности не умеют эффективно решать проблемы в отношениях, что лишь усиливает хроническое напряжение. Обычно это не осознанное намерение: причина кроется в личностных дефицитах.

Представьте компьютер, в котором отсутствует важная программа. Некоторые функции работают исправно, но другие дают сбой и не могут функционировать нормально. Точно так же родитель с высоким уровнем конфликтности может быть вполне успешен в одних сферах жизни и при этом совершенно неспособен к важнейшим вещам в других.

Например, он может выстраивать успешную карьеру, обеспечивать семью, пользоваться уважением в обществе. Он может проявлять доброту к соседям и посторонним людям. И все же в его «системе» есть серьезные сбои, которые наносят вред именно в близких отношениях — особенно в отношениях с собственными детьми. Он, скорее всего, не умеет конструктивно разрешать конфликты или регулировать свои эмоции, склонен к иррациональным, импульсивным и абьюзивным способам «решения» проблем, потому что эта часть его «программы» просто не работает.

Вместо решения он создает драму. И если вы читаете эту книгу, я уверена, что вам довелось пережить немало.

Циклы драмы

Согласно определению специалистов в области личностных нарушений (Lester and Godwin, 2021), драма — это тот способ, которым родители с высоким уровнем конфликтности «решают» проблемы. Циклы драмы порождают новые трудности и одновременно усугубляют уже существующие. Понять, что вы находитесь внутри такого цикла, можно по устойчивому ощущению постоянной растерянности, эмоционального потрясения, внутреннего напряжения и страдания, а также непрекращающегося конфликта.

Один из примеров драматического цикла — вовлечение других членов семьи в конфликт с вами (это называется триангуляцией) вместо зрелого и прямого обсуждения проблемы лично с вами. Другой распространенный пример — газлайтинг, то есть переписывание истории: утверждение, что какого-то события «не было», хотя оно действительно произошло.

Многие подобные модели поведения называют токсичными, потому что со временем они наносят серьезный вред. Часто они связаны с личностными расстройствами, причем нередко недиагностированными. Понимать это важно не для того, чтобы обвинять или искать виноватых, а чтобы по-настоящему увидеть ограничения личности вашего родителя и понять, на что он способен, а на что нет — чтобы вы могли научиться с ним взаимодействовать и исцелиться от последствий этих отношений. Недавние исследования в области психологии личности подтверждают, что такие драматические динамики часто коррелируют с токсичным межличностным поведением и личностными расстройствами (Lester and Godwin, 2021).

В более широком смысле подобные токсичные черты чаще всего связывают с личностными расстройствами, например нарциссическим, антисоциальным или пограничным. Это может сбивать с толку как обычных людей, так и специалистов, поскольку симптомы и поведенческие проявления разных расстройств во многом перекрываются. Суть в том, что большинство экспертов сходятся во мнении: такие состояния крайне трудны, а иногда практически невозможны для терапии, поскольку являются глубоко укорененными особенностями личности.

Повторю: цель не в том, чтобы поставить диагноз. Однако в моей клинической практике, где я работаю с людьми, столкнувшимися с родителями с высоким уровнем конфликтности, это повторяющаяся тема. Для многих переживших такой опыт эта информация оказывается очень ценной: она помогает лучше понять родителей и, что особенно важно, снять с себя часть вины — словно наступает момент ясности, своего рода «ага-озарение».

Возможно и другое объяснение: ваш родитель может страдать от иного диагностированного или недиагностированного расстройства, например биполярного расстройства или шизофрении, или вы являетесь взрослым ребенком человека с алкогольной зависимостью. Все эти состояния нередко связаны с нестабильным, иррациональным и разрушительным поведением в отношениях.

Когда такие психические расстройства получают должное лечение — медикаментозную терапию, поддержание трезвости, развитие эффективных навыков совладания, — поведение и отношения часто улучшаются. К сожалению, многие случаи остаются без лечения и даже без признания проблемы — во многом из-за общественной стигмы, связанной с обращением за помощью в сфере психического здоровья. А иногда родитель и вовсе отрицает наличие проблемы из-за отсутствия саморефлексии. Он может перекладывать вину на вас и полностью отказываться брать на себя ответственность.

Из-за этого вам может казаться, что вы единственный человек, столкнувшийся с подобной ситуацией. Но на самом деле это встречается гораздо чаще, чем вы думаете.

Вы не одни: насколько это распространено?

В своей клинической практике я убедилась, что родители с высоким уровнем конфликтности и связанные с ними проблемы у их взрослых детей встречаются довольно часто — независимо от того, связано ли это с нарциссизмом, эмоциональной незрелостью или другой, возможно недиагностированной, проблемой. Например, родители с алкоголизмом или зависимостью от веществ, включая рецептурные препараты, нередко проявляют высококонфликтное поведение.

Исследования подтверждают, что эта группа сталкивается с поразительно высоким распространением подобных проблем. Эксперты оценивают, что в США насчитывается около 28,6 миллиона детей алкоголиков (Obot et al., 2001), а каждый пятый американец вырос в семье с алкоголиком (American Academy of Child and Adolescent Psychiatry, 2019). Если добавить сюда другие диагнозы, например нарциссизм, эти показатели еще больше увеличивают распространенность проблемы.

Явный и скрытый высокий уровень конфликтности

Существует несколько диагнозов, которые могут быть связаны с родителями с высоким уровнем конфликтности, но в целом их поведение делят на две категории: явное и скрытое. Явное высококонфликтное поведение легко заметить, тогда как скрытое — более тонкое и незаметное, хотя оно все равно может приводить к высококонфликтным взаимодействиям с родителем.

Родители с явным высоким уровнем конфликтности чаще проявляют свою нестабильность открыто, и вам может казаться, что вы постоянно идете по минному полю, стараясь не задеть их чувства (Mason and Kreger, 2020). Они склонны к словесным оскорблениям, истерикам, громким спорам и иррациональному поведению. Чаще всего это наблюдается у родителей с алкоголизмом, пограничным расстройством личности или нарциссизмом. При возникновении проблем в отношениях такие люди нередко резко обрывают общение с другими: говорят, например, «Я больше не буду с тобой общаться» или полностью исчезают из вашей жизни. Они могут вернуться, когда им будет удобно или когда они сами того захотят. Такое поведение обычно создает еще больше проблем и наносит долгосрочный ущерб отношениям.

Хотя некоторые проявления поведения перекрываются, например прекращение контакта или уход в себя, родители со скрытым высоким уровнем конфликтности демонстрируют незрелое поведение, которое столь же разрушительно, но менее заметно. Чаще всего это пассивно-агрессивное поведение: чрезмерная критика, язвительные замечания, принижение. Они могут настраивать других против вас, вовлекая их в конфликт под видом помощи. Иногда они пребывают в угрюмом настроении или играют роль «бедного-несчастного», чтобы избежать ответственности за свои действия.

Подробнее о двух типах будет рассказано в следующей главе в контексте эмоциональной нестабильности: частых перепадов настроения и неспособности их регулировать, что влияет на окружающих. Сейчас же мы обратим внимание на ваши ощущения рядом с таким родителем во время конфликтов, которые, по сути, занимают бо́льшую часть времени.

Ваш опыт общения с высококонфликтным родителем

Остановитесь на минутку и подумайте о своих отношениях с высококонфликтным родителем.

Какие паттерны поведения сразу приходят на ум? Скорее всего, на протяжении большей части вашей жизни этот родитель постоянно обесценивал ваши чувства и реакции.

Цель этого списка — помочь вам понять, что вы чувствуете в общении с родителем, и подтвердить, что ваши эмоции реальны и имеют право быть.

Откликается ли вам что-то из перечисленного ниже?

●После общения с родителем вы чувствуете сильное истощение и не можете нормально соображать.

●Эти отношения приносят вам постоянную эмоциональную боль.

●Вам кажется, что поведение родителя — детское.

●Вы чувствуете, будто пытаетесь достучаться до человека, с которым невозможно договориться по-взрослому.

●Когда вы приводите факты и используете логику, в ответ получаете иррациональные, очень сильно заряженные эмоции.

●Ваши чувства обесценивают или вообще игнорируют.

●Вы часто ловите себя на мысли «Он/она правда это только что сказал(а)?».

●При мысли о необходимости общаться с родителем у вас появляются тревога и предчувствие чего-то неприятного.

●Вы очень по-разному помните одни и те же события, и родитель заставляет вас сомневаться в собственном рассудке, используя газлайтинг, то есть обвиняет вас в том, что вы якобы говорили или делали то, чего никогда не говорили и не делали.

●Вам часто кажется, что беседа получается односторонней.

●После общения в голове каша.

●В конфликте ваши же слова поворачивают против вас, перевирают все, что вы сказали, из-за чего вы начинаете путаться и расстраиваться.

●Вы всегда виноваты во всем, а за свое поведение родитель ответственности не берет на себя никогда.

●Вы становитесь мишенью агрессивных словесных нападок: обзывания, мат, унижения, крики, ор, бесконечные обвинения, ядовитый сарказм.

●Вы часто злитесь и раздражаетесь на родителя, и вам очень трудно испытывать к нему сочувствие.

●Родитель преувеличивает ваши недостатки или высмеивает вас при других людях.

●Вы боитесь его реакции и ощущаете, будто ходите по тонкому льду: стараетесь не высказывать свои чувства, лишь бы избежать конфликта или эмоционального взрыва.

●Скорее всего, вы сейчас с облегчением выдыхаете и думаете: «Да! Очень многое из этого прямо про меня!»

Теперь перейдем к характеристикам самих высококонфликтных родителей и к тому, как они себя ведут. Что-то из этого кажется знакомым?

●Они ведут себя как дети или подростки: устраивают эмоциональные вспышки, истерики, впадают в ярость, дуются, замыкаются в себе.

●Склонны ставить себя на первое место, постоянно проявляют хронический эгоцентризм.

●Чрезвычайно критичны, постоянно принижают вас, оскорбляют.

●Выдвигают нереалистичные, необоснованные требования.

●Совершенно не умеют восстанавливать отношения; конфликты они просто игнорируют, а не решают. Их любимая мантра звучит примерно так: «Давай просто забудем и пойдем дальше», при этом никакой ответственности на себя они не берут.

●В конфликте устраивают каменную стену: полностью прекращают общение или временно вычеркивают вас из своей жизни.

●Когда они злятся, то придумывают про вас ложь и истории, рассказывают их другим людям и всячески очерняют вашу репутацию.

●Не способны посмотреть на ситуацию глазами другого человека.

●Очень редко (а чаще вообще никогда) не извиняются и совершенно нечувствительны к вашим переживаниям.

●Делают то, что им в данный момент приятнее всего, принимают импульсивные решения, не учатся на ошибках и повторяют поведение, которое приносит негативные последствия.

●Все время обвиняют других и совершенно не умеют смотреть на себя со стороны или работать над собой.

●Обижаются, дуются, делают массу пассивно-агрессивных замечаний. А когда вы спрашиваете, что случилось, отвечают: «Ничего», — хотя вы прекрасно знаете, что что-то не так.

●У них за плечами длинная история конфликтов и драм во многих отношениях.

●Им обязательно нужно быть в центре внимания, чувствовать свое превосходство, или же они постоянно пребывают в состоянии обиды и злости.

●Проявляют пассивную агрессию (сплетничают, стравливают людей друг с другом).

●Применяют физическое насилие к вам или к вещам (швыряют предметы, бьют по стенам).

●Искажают реальность: придумывают новую версию произошедшего, чтобы как-то с этим справиться.

●Эмоционально крайне нестабильны и очень плохо переносят любой стресс.

●У них устойчивая модель импульсивного поведения.

●Склонны к патологическому вранью, постоянно и систематически обманывают окружающих.

●Пользуются другими людьми в своих интересах.

●Имеют серьезные проблемы в других сферах жизни: на работе, с финансами, с законом.

●Практически не испытывают чувства вины или раскаяния.

●Игнорируют благополучие и безопасность других людей.

●Проявляют черствость, мстительность, злопамятность и склонность к сведению счетов.

Осознание того, какие именно из этих поведенческих черт присущи вашему высококонфликтному родителю, помогает не только почувствовать, что ваш опыт наконец-то увидели и признали настоящим, но и честно посмотреть вперед: какого рода отношения с этим человеком могут быть возможны в будущем, если вообще могут.

Очень важно замечать, насколько сильно выражены эти черты, потому что одни из них просто неприятны, а другие действительно несут серьезную межличностную опасность для вашего душевного спокойствия, а иногда и для безопасности. Эту тему мы разберем гораздо подробнее в четвертой главе, когда будем конкретно оценивать, какой уровень контакта (если он вообще возможен) можно считать относительно приемлемым и неразрушительным.

Сейчас, дочитав до этого места, вы, скорее всего, испытываете одновременно облегчение (наконец-то все это всплыло наружу) и сильную эмоциональную усталость, будто внутри разрядилась батарейка. Это совершенно нормально.

Пора сделать небольшую передышку.

Сделайте осознанную паузу. Чтобы она действительно помогла прийти в себя, попробуйте простое осознанное упражнение. Оно очень хорошо возвращает в тело и в момент здесь и сейчас, особенно если во время чтения вдруг накрыли старые воспоминания и стало больно или тревожно.

Сделайте один глубокий вдох, задержите дыхание на пять секунд и медленно выдохните. Повторите три раза.

Потом мягко напомните себе (можно вслух, можно про себя): «Я сейчас в безопасности». Назовите свой возраст. Назовите сегодняшнюю дату и год. Скажите, в каком городе и стране вы находитесь. И добавьте: «Я взрослый человек».

Теперь просто оглядитесь вокруг и обратите внимание на то, что реально есть прямо сейчас: назовите про себя пять вещей, которые видите, пять вещей, до которых можете дотронуться, пять звуков, которые слышите, и пять вкусов, которые можете почувствовать или просто вообразить.

Может, слышен гул обогревателя или шум улицы за окном? Виден ковер, узор на обоях, кружка на столе? Чувствуете, как спинка стула поддерживает спину, как ткань одежды касается кожи?

Продолжая дышать спокойно и замечать все это, скажите себе (или просто прочитайте):

Я сейчас в безопасности.

Мне (ваш возраст) лет, я взрослый человек.

Нет причин беспокоиться прямо сейчас.

Я на пути к исцелению.

Все хорошо.

Обычно уже от этих слов плечи немного опускаются, а дыхание становится легче.

Это правда — вы действительно идете по пути исцеления, и в целом все хорошо.

Запишите эти фразы от руки и прикрепите куда-нибудь на видное место: к монитору, к зеркалу, на холодильник. В тяжелые моменты их легко забыть, а они возвращают опору.

Теперь, когда вы немного пришли в себя, давайте посмотрим на некоторые типичные сценарии, которые часто возникают не только в прямом общении с высококонфликтным родителем, но и во всей семейной системе в целом. Такие люди редко действуют в одиночку — они почти всегда затягивают в свой эмоциональный водоворот и других близких: братьев-сестер, второго родителя, бабушек-дедушек, иногда даже друзей семьи. Их драмы редко остаются только между вами двоими.

История Риты: типичные паттерны

Я искренне верю: если бы в моей жизни не было матери, у меня не было бы такой низкой самооценки и проблем с восприятием собственного тела. Она постоянно сбивает меня с толку. Она меня совершенно запутывает. Всю мою жизнь она только и делала, что критиковала меня. Я настолько к этому привыкла, что даже не осознавала масштабов ее жестокости, пока не поговорила со своей подругой Лорен. Я рассказала ей, как вчера привезла матери продукты, а та выдала: «Сегодня ты не выглядишь такой жирной». Это что, типа комплимент? Когда я расстроилась, она заявила, что это была похвала, и спросила, чего это я так взвилась. Лорен выслушала меня и сказала: «Она критиканка и эмоциональный абьюзер, тебе не кажется?»

Мать постоянно придирается к моей внешности и жизненному выбору. Когда у меня случаются проблемы, она говорит: «И зачем ты вечно усложняешь себе жизнь?» — или заявляет: «Этот наряд на тебе ужасно сидит». Реальность словно искажается, и она заставляет меня чувствовать себя виноватой. Я рада, что Лорен помогла мне наконец увидеть, как это вербальное насилие отразилось на моей самооценке.

Пока я росла, мать была алкоголичкой, но пять лет назад бросила пить. В прошлом году она захотела, чтобы я стала донором части печени для нее. Она знает, что у меня самой серьезные проблемы со здоровьем; я поверить не могу, что она вообще об этом попросила! Когда я отказала, она назвала меня эгоисткой. Я чувствовала вину, но мой брат, сестра и друзья в один голос твердили, что это абсурд и что она печется о себе больше, чем о благополучии собственного ребенка.

Конечно, мама все перевернула с ног на голову и заявила, что не может поверить, что ее родная дочь не захотела стать донором органа для нее. Она всем в семье и всем своим подругам рассказывала, какая я эгоистичная, злая и бесчувственная. Когда я спросила, почему она не попросила об этом моего брата или сестру, она ответила: «У твоей сестры насыщенная и успешная карьера адвоката, а у брата — жена и ребенок. Как они могли бы это сделать, не разрушив себе жизнь? А у тебя что есть?»

Она зациклена исключительно на себе. Она позвонила моей сестре, а та ей ответила: «Я не собираюсь обсуждать Риту за ее спиной. Тебе нужно решать это с ней напрямую». В довершение всего, когда несколько месяцев назад я подняла эту тему, мать заявила, что никогда не просила у меня часть печени — мол, я все неправильно поняла. А потом сорвалась на крик: «Почему ты вечно лезешь в бутылку? Почему ты всегда такая злая? Разве мы не можем просто нормально поговорить? Похоже, терапия не идет тебе на пользу».

Я чувствую, будто схожу с ума, и сомневаюсь в своем восприятии реальности. Правильно ли я сделала, когда отказала?

Данный сценарий иллюстрирует динамику, характерную для людей с высококонфликтным типом личности.

Во-первых, зрелый родитель в первую очередь думает о благополучии своего ребенка и не станет подвергать его опасности, особенно если у него есть собственные проблемы со здоровьем. Здесь же мы видим, что мать Риты демонстрирует крайне эгоцентричное поведение, ставя собственные нужды превыше всего.

Во-вторых, она вовлекла в конфликт дальних родственников, распространяя о Рите ложные слухи, что могло привести к настраиванию членов семьи против нее.

В-третьих, она попыталась использовать триангуляцию, втянув старшую дочь в конфликт, однако та выбрала позицию здорового взрослого человека, ответив, что матери нужно решать вопросы с Ритой напрямую.

Наконец, она спроецировала собственный гнев и потребность в конфликте на Риту. Когда Рита попыталась восстановить хронологию событий, мать начала «переписывать историю», используя агрессивные выпады («Почему ты вечно ищешь повод для ссоры? Ты такая злая!»). Затем она и вовсе перешла к отрицанию случившегося (газлайтингу), заставив Риту сомневаться в собственной адекватности.

Все эти тактики являются классическими признаками реляционного (межличностного) абьюза, которые также включают в себя:

●расщепление: посев семян ревности, обиды и гнева для их дальнейшего расцвета;

●сплетни;

●сталкивание лбами: настраивание членов семьи друг против друга, обычно с помощью лжи;

●триангуляцию: вовлечение другого члена семьи в конфликт вместо прямого выяснения отношений;

●кампании по дискредитации: преднамеренные попытки очернить репутацию и характер человека, как правило, через ложь и обман, часто имеющие бредовый характер;

●травлю (ополчение): вербовку других членов семьи с помощью кампаний по дискредитации, чтобы сообща ополчиться против вас;

●газлайтинг: принуждение вас сомневаться в том, что произошло на самом деле;

●проекцию: перенос собственных чувств манипулятора на вас;

●эмоциональный шантаж: использование угроз для получения желаемого;

●нарушение границ: отказ уважать ваши границы, будь то через игнорирование, протест или вспышки гнева, когда вы пытаетесь их отстоять.

Хотя буллинг обычно не рассматривается в семейном контексте, многие из перечисленных черт по сути им и являются. В семьях подобное поведение часто игнорируется или воспринимается как норма. К сожалению, хроническая нестабильность, которую глубоко дезориентированные родители проявляют на протяжении долгого времени, повышает вероятность возникновения реляционной травмы (травмы отношений).

Буллинг определяется как целенаправленное и постоянное злоупотребление властью в отношениях через повторяющееся вербальное, физическое или социальное поведение, которое причиняет человеку физический вред, дискомфорт, социальный или психологический ущерб. Нам всем знакомы негативные последствия для детей, которые подвергаются травле в школе, сталкиваются с вербальным насилием, обзывательствами и жестокостью. Подобный опыт коррелирует с психосоциальной дезадаптацией (Hawker and Boulton, 2000), проявляющейся в виде депрессии, тревожности, низкой самооценки и в худших случаях — суицида. Учитывая пожизненный характер отношений между родителем и ребенком, в семейном контексте эти последствия могут быть еще тяжелее. Именно из многократного повторения таких нездоровых паттернов — постоянных циклов сближения и разрыва, а также драм, порождающих замешательство, расстройство и конфликты, — рождается реляционная травма.

Итог: наследие реляционной травмы

Постоянное состояние замешательства, расстройство, дистресс, конфликты, буллинг и иные формы вербального насилия могут стать источником посттравматического стресса, депрессии, чувства беспомощности и неполноценности. Они порождают низкую самооценку, отсутствие ощущения собственной значимости, отчаяние, чувство никчемности и даже проблемы с физическим здоровьем. Если вы выросли в семье с высококонфликтным родителем, нет никаких сомнений в том, что вы пережили токсичный детский стресс, который может перерасти в реляционную травму.

Реляционная травма (травма отношений) определяется как совокупность переживаний, возникающих в контексте личных связей из-за длительного воздействия токсичной или нездоровой динамики. Все упомянутые ранее деструктивные паттерны вызывают реляционную травму, которая проявляется у взрослых детей высококонфликтных родителей особенно часто и интенсивно. Это объясняется тем, что подобный опыт обычно длится всю жизнь, беря начало еще в ранней привязанности ребенка к взрослым. Например, поскольку высококонфликтные люди не умеют эффективно восстанавливать отношения или подтверждать значимость чужих эмоций, многократные разрывы доверительных связей годами остаются неисцеленными. Такое хроническое отсутствие «ремонта» отношений в сочетании с жестоким поведением и вечными драмами не только токсично само по себе, но и обладает накопительным эффектом.

Реляционная травма влечет за собой множество негативных последствий, однако исцеление возможно. Хотя токсичное детство сказывается на ментальном, эмоциональном и даже физическом здоровье во взрослом возрасте (Cronholm et al., 2015; Burns, Almedia, and Turecki, 2018; Felitti et al., 1998; Poletti et al., 2014), вы можете освободиться от боли и других пагубных последствий, если выявите и осознаете влияние травм, полученных в детстве и во взрослой жизни. Одним из этапов исцеления является признание прямого следствия реляционной травмы — тех крайне негативных глубинных убеждений о самих себе, которые закрепились у многих взрослых детей высококонфликтных родителей.

Типичные глубинные убеждения взрослых детей, выросших с высококонфликтными родителями

Глубинные убеждения — это укоренившиеся представления не только о том, каким(ой) вы видите себя, но и о том, как вы воспринимаете окружающий мир. Вы можете даже не осознавать этого, но такие установки напрямую влияют на вашу интерпретацию событий, а значит, и на всю вашу повседневную жизнь.

Например, дети, выросшие с психологически здоровыми и зрелыми родителями, на глубинном уровне могут верить в следующее: «Я достаточно хорош», «Меня можно любить» и «Я в безопасности». К сожалению, ваш опыт взросления под влиянием высококонфликтного родителя мог привить вам негативные установки. Если их не проработать, они могут проявляться в виде низкой самооценки, отсутствия чувства собственной значимости, проблем в отношениях и деструктивного образа жизни. По сути, это убеждения, основанные на страхе, и их необходимо подвергать сомнению.

Кажется ли вам что-то из этого знакомым?

Я недостаточно хорош(а).

Я никчемен (никчемна) / я ничего не стою.

Я сломлен(а).

Со мной что-то не так.

Меня невозможно полюбить.

Я сплошное разочарование для окружающих.

Я плохой человек.

Мир — небезопасное место.

Я неудачник (неудачница).

Мне нигде нет места.

Я не представляю ценности.

Я не могу доверять собственным суждениям.

Я бессилен (бессильна) / беспомощен (беспомощна).

Я не могу никому доверять.

Запишите в свой дневник те глубинные убеждения, которые находят у вас отклик. Как правило, взрослые дети таких родителей сразу выделяют несколько пунктов, которые резонируют особенно сильно. Расставьте их в порядке приоритетности: от самого болезненного и «правдивого» для вас до второстепенных. Затем подумайте, как каждое из этих убеждений повлияло на вашу жизнь.

Например, одно из самых распространенных убеждений среди детей конфликтных родителей — «Я недостаточно хорош(а)». Что именно за этим стоит? Недостаточно умен (умна), сообразителен (сообразительна), недостаточно успешен (успешна) или строен (стройна)? Мы детально проработаем эти установки в разделе об исцелении в восьмой главе, поэтому держите этот список под рукой и размышляйте о том, как эти убеждения отражаются на различных аспектах вашей жизни. Следующим шагом станет работа по оспариванию ваших негативных установок — это неотъемлемая часть формулы исцеления.

Упражнение: положительные аффирмации

Теперь давайте сосредоточимся на упражнении с аффирмациями. Научиться отслеживать свой внутренний диалог чрезвычайно важно; на протяжении всей книги мы будем говорить о том, какую огромную роль играет то, что вы говорите самому(ой) себе, осознанно или подсознательно. И негативные, и позитивные мысли в буквальном смысле перенастраивают работу вашего мозга. Осознавая, о чем вы думаете, вы получаете власть над этими мыслями, и положительные аффирмации становятся незаменимым инструментом в этом процессе.

Как только вы обнаружите у себя негативные глубинные убеждения, вы сможете начать бороться с ними с помощью аффирмаций. Например, если вам свойственна типичная установка «Я недостаточно хорош(а)», вы можете поддержать себя, повторяя: «Я совершенен (совершенна) в своей подлинности».

Для начала возьмите стикеры, небольшие карточки или просто небольшие листки бумаги и ручку. Напишите от пяти до десяти позитивно сформулированных утверждений, которые являются прямой противоположностью вашим негативным установкам. Вот несколько идей:

Я люблю и принимаю себя.

Я совершенен (совершенна) в своей подлинности.

Я принимаю и ценю свои несовершенства.

Я признаю ценность всего, что я делаю.

Мое исцеление уже началось.

Все складывается мне во благо.

Я могу заглянуть внутрь себя и обратиться к тем частям моей души, которые знают путь к исцелению.

Разместите этот список там, где он будет попадаться вам на глаза каждый день, например на зеркале в ванной или на прикроватной тумбочке. (Я часто советую клиентам вешать список прямо перед унитазом — там вы точно увидите его несколько раз в день.) Читайте эти фразы каждый раз, когда натыкаетесь на них взглядом.

Обязательно используйте свой дневник, чтобы исследовать возникающие мысли и чувства. К примеру, какие аффирмации вызывают у вас наибольший дискомфорт и почему? Какие из них даются легче? В течение следующих нескольких недель отмечайте свой прогресс. Стало ли вам проще их читать? Чувствуете ли вы себя лучше от этой ежедневной практики? Помните: испытывать дискомфорт — это нормально. Поначалу вы можете даже не верить в то, что читаете, но все равно продолжайте. Это практика, требующая времени. Выполняя ее, вы буквально меняете нейронные связи в своем мозге, прокладывая дорогу к исцелению.

Подведение итогов

Эта глава была посвящена тому, как распознать и понять вашего высококонфликтного родителя. Возможно, некоторые открытия стали для вас потрясением — например, осознание того, что в отношениях с родителем присутствовали буллинг и реляционная травма. Пожалуйста, не торопитесь и читайте эту книгу в удобном для вас темпе. Полезно будет заносить в дневник воспоминания о событиях, которые приходят вам на ум при чтении, и описывать свои чувства.

Хотя вы можете испытывать облегчение оттого, что ваш опыт наконец нашел подтверждение и вы выходите из тьмы к осознанию, такой объем информации требует времени на осмысление. Нередко возникает и чувство вины: вам может казаться, что вы предаете своего родителя, признавая все то, что происходило в ваших отношениях. Знайте, что это чувство — естественная часть процесса исцеления, перехода от тьмы к свету, к вашему окончательному росту и восстановлению.