Глава 7

Номер, в котором остановился эльфийский посол мало чем отличался от того, который отвели нам с Вильгельмом. Разве что кровать у него была поменьше, да вид из окна чуть попроще. Из него было видно дорогу и часть двора перед таверной. Как только мы вошли, я отправила поисковый импульс. Не найдя ничего интересного, магический шарик вернулся ко мне, послушно впитавшись в ладонь. Мой напарник хмуро принюхивался.

— Мне не нравится, как здесь пахнет, — мрачно сообщил он.

Я покосилась на оборотня. У меня нюх не такой чуткий, но я была с ним полностью согласна. Запах здесь был странноватый… Эх, Феню бы сейчас сюда!

— Почему не нравится? — спросила я напарника.

Его ноздри трепетали, глаза сузились, зрачки расширились. Я почти уже видела его в образе снежного барса. Он, будто, уже подергивал хвостом и готовился к прыжку.

Парень посмотрел на меня так, будто до этого забыл о моем присутствии и лишь мой голос напомнил, что у него есть напарница.

— Как будто кто-то сдох, — поведали мне.

Точно! Именно так. В комнате царил запах разлагающейся плоти, замаскированный цветочным ароматом. Подозрительно похожим на медлинист камалия — редкие цветы, которые можно найти только в южной части империи.

— Кажется, посол покупал букет вовсе не для девушки, — проговорила я, взглядом указывая на лепестки огненного цвета в углу комнаты.

Впрочем, букет так и не обнаружился в номере эльфа, а вот лепестков было довольно много. Эти цветы и ценились за приятный, стойкий запах, часто используемый в изготовлении духов и косметики.

— Одно другому не мешает, — задумчиво произнес Вильгельм, продолжая принюхиваться и осматривать комнату цепким взглядом.

Надо признать — он прав. Осмотр вещей в шкафу нам ничего не дал. Все было аккуратно сложено с эльфийской педантичностью. Кровать тоже застелена так, будто на ней никто никогда не спал. На расческе у зеркала ни одного волоска, в ванной комнате сухие полотенца.

— Как видишь, — резюмировала я, — тут нет даже сдохшей мыши, не то, что убитого эльфа.

— А кто сказал, что наш эльф убит? — выгнул бровь оборотень.

— Значит, убит какой-то другой эльф? — не отставала я.

— Я такого не говорил!

— А что ты говорил?

Казалось, что Вильгельм сейчас зашипит от злости. Я сдержала улыбку. Пусть знает, каково это, когда вот так выводят на эмоции.

— Я говорил, что здесь странно пахнет, — сделав глубокий вдох, ответил напарник.

— И, о чем это говорит? Где источник запаха?

— Я не знаю, — обескуражено признал Вил.

Я снова послала магический поисковик.

— Здесь никого нет, — подытожила я, — ни живого, ни мертвого…

Напарник еще раз прошелся по номеру. Взял в руки рубашку эльфийского посла, поднес ее к лицу и сделал один короткий вдох, поморщился, вернул чужую вещь на место, взял меня за руку и сказал:

— Идем! Нам здесь больше делать нечего.

Я не стала сопротивляться, лишь произнесла короткое бытовое заклинание прежде, чем переступить порог комнаты.

— Возвращайся в наш номер, — сказал барс, закрывая дверь на ключ, — верни ключ хозяйке и никуда не выходи из комнаты.

— Но… — попыталась я возразить, но напарник был непреклонен.

— Я сказал ждать меня в комнате! — рыкнул Вильгельм.

— Ладно! — согласилась я, чтобы немного его успокоить.

Было видно, что оборотень чем-то взволнован, но пока делиться своими наблюдениями со мной не собирается. Ну и не надо! Я тоже пока не планирую ему рассказывать о своих опасениях. Пусть идет по своим делам. Мне тоже есть, чем заняться.

Мы спустились в общий зал. Напарник поцеловал меня в щеку, убедившись, что это видели все присутствующие и ушел, громко сказав:

— Любимая, я скоро вернусь! Ты приляг, не стоит напрягаться в твоем положении…

Ах ты кошак!

В положении, значит?

— Хорошо, милый! — я положила ладонь на живот. — Только ты возвращайся скорее, а то не могу, как хочу квашенной клубники. Умоляю, найди ее! Но только синего сорта!

Присутствующие сочувственно посмотрели в след уходящему парню, а меня одарили снисходительными взглядами.

Я вернулась в свою комнату, открыла окно, выглянула в него и тихонько позвала:

— Феня, ты здесь? Вильгельм ушел. Ты мне нужен!

К своему призыву добавила магию для усиления эффекта, уверенная, что друг меня услышит. Видимо дракоша ошивался где-то неподалеку, потому как спустя совсем немного времени порыв воздуха хлынул от окна, выдавая взмахи крыльев моего друга. Сняла с него невидимые чары и улыбнулась.

— Я всегда тебе нужен! — важно произнес мой «фамильяр».

— Я и не спорю! — за такой короткий срок, что мне пришлось провести без присутствия, ставшего уже родным, Феофана, я страшно соскучилась, чему сама же и удивилась. — Ты поел?

— Ага, — сверкнул драгоценными камнями хитрый взгляд дракоши, — теперь в округе стало немного меньше зайцев.

Он довольно щурился, сложил фиолетовые крылышки вдоль туловища и облизнулся, будто вспоминал о сытом обеде.

— Бедные зайцы, — вздохнула я.

— Надо было кошек? — с надеждой встрепенулся вредина.

— Нет! — поспешила заверить его. — Кошек не трогай! Короче! — сама себя прервала я, чтобы прекратить наш извечный спор, — Эльф, на поиски которого мы сюда прибыли, оказывается, покупал цветы в местной лавке, но своей даме их так и не донес, если она у него вообще была, в чем я лично сомневаюсь. Цветы валяются в его комнате и маскируют какой-то странный запах.

— Ты думаешь…

— Я не хочу так думать! — заверила я дракона. — Но ничего другого просто не могу придумать, чтобы объяснить это исчезновение.

— И ты хочешь, чтобы я проверил комнату своим драконьим зрением?

Вот любит Феня напоминать о своей природе и уникальности, а еще просто обожает, чтобы его хвалили и уговаривали.

— Да, Фенечка! Именно этого я и хочу! — сложила ладони в умоляющем жесте, чтобы у друга не осталось никаких сомнений по поводу моей искренности и необходимости в его помощи. — Я же знаю, что только ты сможешь точно сказать, чем там пахнет. Возможно узнаешь, что случилось с послом и расскажешь мне? Тогда мы скоро завершим нашу миссию и сможем вернуться во дворец.

Мой расчет оказался верным. Тщеславие когда-нибудь погубит Феофана, но он не мог мне отказать в просьбе, выданной мной в таком ключе.

— Ты ведь самый умный, самый талантливый, самый лучший из драконов! — добила его я.

— Ага, а кошек мне есть не разрешаешь! — ворчливо заметил «фамильяр» делая вид, что еще не согласился.

— Ты ведь знаешь, не всякая кошка достойна стать частью твоего рациона. Не нашлась еще та, которая станет твоей первой съеденной мурлыкой. Должна быть самая лучшая!

Не знаю, откуда у Феофана такое маниакальное желание полакомиться кошатиной, но споры на эту тему у нас ведутся чуть ли не каждый день.

— Ладно, уговорила, — сделал вид, что только что согласился на мои мольбы, вредный дракоша, — чего надо делать? Как я попаду в комнату твоего ушастого посла?

— Он не мой, — отмахнулась я, — я оставила открытым окно в его номере. Ты под чарами невидимости пролетишь в окно, осмотришь все там, вернешься ко мне и все расскажешь.

Феня скорчил такую страдальческую моську, что мне на мгновение стало даже его жаль, потом я напомнила себе с каким «артистом» имею дело и пригрозила:

— Иначе ты свою кошку не съешь никогда!

Угроза подействовала. Я едва успела накинуть на него, ставшие уже привычными, чары невидимости, на всякий случай немного уменьшила в размерах и без того довольно мелкого дракончика. Неизвестно, по какой причине, но Феня не мог вернуть свои истинные габариты, которыми обладал до нашей встречи. Он старался, иногда даже почти получалось стать полноценным драконом, но очень быстро терял большие размеры и снова становился мелким, фиолетовым врединой. Сейчас Феня был чуть больше канарейки. В таком виде он легко перелетит на другую сторону здания и проникнет в комнату. Надеюсь, он там сможет что-то найти.

Дракоша пролетел мимо меня, встрепенув волосы потоком воздуха, нырнул в открытое окно и устремился за угол дома. Мне оставалось только ждать его возвращения.