Глава 21. Возвращение в Азерру

Ксавер

Ночь после пожара выдалась чертовски длинной.

Мариэлу я запер в каюте и приставил к ней двух стражников, велев никого не подпускать. В том числе и меня – иначе руки чесались свернуть этой стерве шею собственноручно. Спасло ее лишь то, что было очевидно – она явно не в себе.

Но стоило остаться одному, как в сердце разом вспыхнула пустота – в том месте, где должна была быть Леонсия. Словно кто-то вырвал его кусок, и все остальное тоже потеряло смысл.

Все корабли были на местах, ни один не покидал Азерру, но на всякий случай я велел людям Адриана никого не выпускать.

Думал, подстраховался хотя бы здесь.

Ошибался.

Лавка белья, дом Розабеллы, повторный опрос зевак – все было мимо. Куда он мог увезти ее?

Неожиданная зацепка обнаружилась на постоялом дворе. В виде бешеной шипящей кошки, попытавшейся броситься на меня из-под кровати, когда я с ноги выбил дверь.

Закрыв глаза, с шумом втянул воздух, фильтруя местные запахи дешевого пойла и прогорклой еды. Выискивая тонкий, цветочный аромат, которым пахла только Леонсия. Он еще витал в воздухе, но и его стремительно уносил ветер через настежь распахнутое окно.

Она была здесь, абсолютно точно. Но словно растворилась.

Дерьмо.

Я выругался так, что служанка, жавшаяся у двери, перекрестилась и поспешила убраться прочь. Единственное, чего добился от нее – за комнату платил тот самый черноволосый хлыщ со «Счастливой звезды», но в комнате с ней не оставался и быстро уехал.

Картинки замелькали перед глазами, выстраиваясь в четкую линию. Магическая карточка… Свидание в кафе… Дом мэра… Нападение… Поджог…

Это были разные мужчины, не один. Дьявол бы побрал этих южан и контрабандистов!

Бросился обратно в порт, понимая, что только там есть те, кто все знает, но умело притворяется, будто нет. Пришлось постараться, так как они явно боялись, к тому же были в стельку пьяны.

Объяснил, что бояться сейчас нужно меня. Выяснил сразу несколько новостей, от которых кровь застыла в жилах. На рассвете из тайной гавани в неизвестном направлении ушли два корабля – «Счастливая звезда» и «Черный краб». На каком из них увезли Леонсию?

А потом как удар под дых еще одна новость: пропала Мариэла. Два идиота, охранявших ее, валялись в отключке, никто ничего не видел.

Когда добрался до корабля Заура, было уже поздно. Они, конечно, пытались уйти, но со сломанной бизань-мачтой это была хреновая затея, к тому же королевский парусник в любом случае быстрее них.

Не было сомнений, что здесь произошло: палуба в пятнах крови, следы гари на угрюмых лицах. Контрабандисты пытались замести следы, притворившись обычными торговцами, но вовремя поняли, что лгать мне не стоит. Особенно когда случайно загорелся один из уцелевших парусов.

– Где. Она?

Вперед вышел их новый вожак. Старый, судя по всему, пошел на корм рыбам.

– Девчонку забрал себе Риэль, капитан «Счастливой звезды». Сказал, что она теперь его.

Мужик зло сплюнул на палубу.

– Одни беды от этих шлю…

Договорить он не успел – я ударил так, что тот повалился на палубу кулем. Внутрь будто раскаленных углей насыпали, глаза застилала алая пелена.

Он. Ее. Забрал.

Себе.

Я никому не позволю прикасаться к ней. Найду и убью.

Солнце уже клонилось к западу, когда впереди показались знакомые очертания «Счастливой звезды».

Обычная торговая шхуна двигалась на удивление быстро и меняла курс, пытаясь скрыться от нас, на палубе происходила какая-то возня.

А потом я увидел Леонсию на капитанском мостике. С золотисто-рыжими волосами, развивающимися на ветру. Не пленницу в каюте, как полагал. Она пошла с ним по доброй воле.

Поднял подзорную трубу, и на миг наши взгляды встретились. Море, расстояние, недомолвки между нами – все исчезло.

Наверное, в этот самый момент я все понял. И настойчивые намеки Адриана, и то, о чем уже давно догадывался сам. И если она попросит сама – отпущу. Чего бы это не стоило.

Не ожидал лишь того, что девчонка возьмет и прыгнет за борт.

Сумасшедшая. Моя.

Моя ведь, если не захотела уплыть с ним?

Когда поймал, она дернулась, словно хотела вырваться, но я только сильнее прижал к себе, глядя в огромные глаза изумрудного цвета.

– Тебе жить надоело? – прохрипел, чувствуя, как по венам разливается жидкий огонь, реагируя на ее близость. Она даже не понимала, что, выпрыгнув, дала мне свой ответ. И теперь я сделаю все, чтобы эта женщина принадлежала мне окончательно.

– Ксавер, ты не все обо мне знаешь!

И с каким-то отчаянным вызовом добавила: – Я иномирянка!

*****

Стоя на пороге «Искушения и соблазна», я не могла поверить своим глазам. После пожара ожидала встретить здесь обуглившуюся древесину, копоть на стенах, запах гари и уныние.

Но… кажется, все было в полном порядке. Стены сверкали новенькой яркой краской цвета фуксии. Сквозь распахнутые ставни дул легкий ветерок, пахнущий морской солью и лимонными садами. Руфус и его сыновья деловито сновали по помещению, перетаскивая стеллажи на привычные места.

Колокол на ратуше возвестил о начале нового дня, и маленький приморский городок Азерра, чье название переводилось как «синее зеркало», снова ожил. Зашумел на площади рынок, торговцы открыли двери лавок, обсуждая цену на рыбу и виноград.

Все было таким знакомым и незнакомым одновременно, как будто из другой жизни. На глаза невольно навернулись слезы, и я была вынуждена прислониться к двери – тоже, кстати, новой.

– Леонсия, деточка! – Роза вынырнула из-под прилавка, где что-то раскладывала, и зацокала ко мне на своих высоких каблуках. – Наконец-то дракон тебя нашел! Что эти изверги с тобой сделали? Тебя били? Пытали? Принуждали?!

Я смогла лишь помотать головой.

– Все понятно – это нервы, – уверенно констатировала она. – Флора! Сбегай на кухню, у меня там в буфете припрятан ром с медом, специально на такие случаи.

– Знаем мы эти твои случаи, – старушка приветливо кивнула мне и начала подниматься по лестнице, не переставая при этом ворчать. – В прошлый раз, помнится, мы пили его после того, как Ферран арестовал нас за ночное пение под его окнами.

– Это было пятьдесят лет назад, – возмутилась Роза. – И потом… Ферран и сам был не прочь погорланить песни, пока не поступил на службу. Уж поверь, – она мне подмигнула, – голос у него что у петуха, которому наступили на хвост.

Я невольно рассмеялась.

– То-то же. Такой ты мне больше нравится. Идем наверх, а Руфус тут и без нас управится.

Заглянув в свою комнату, которая больше всего пострадала от огня, я все же не смогла сдержать слез. На окне раскачивались голубые ситцевые занавески. Кровать была застелена новым стеганым покрывалом, украшенным вышивкой с крошечными букетиками цветов, в которой я признала руку Флоры.

Даже кошка мирно дремала на своем привычном месте, свернувшись калачиком.

– Ритта! – я бросилась к ней, подхватывая на руки. – Как ты, пушистик?

– Пришла сама и теперь не уходит, все время спит, – Роза, вошедшая следом, покачала головой и подозрительно прищурилась. – А ты случайно не беременна, деточка?

– Что? Нет, конечно!

– Тебе виднее. Но имей в виду, я давно готова стать бабушкой.

Улыбнувшись, я все же решила перевести разговор на более безопасную тему.

–Откуда у нас взялись деньги на ремонт?

– Так твой дракон дал. Он же рассказал, какая беда приключилась и что все уладит сам. Ворвался ко мне ночью: волосы взъерошены, взгляд безумный. Мы с Энрико, грешным делом, подумали, что на Азерру напали пираты впервые за триста лет.

– Роза… Мне так жаль… Лавка… – на глаза снова навернулись слезы, когда я вспомнила ночь пожара.

– И все-таки ты что-то от меня скрываешь. Идем, пока Флора без нас весь ром не выпила. Ты еще не видела ее буйной.

Представив эту картину, я снова рассмеялась, позволяя увлечь себя на кухню. Но даже сидя с подружками и наслаждаясь привычным уютом и теплотой, то и дело ловила себя на мысли, что Роза была права.

Что-то надломилось во мне после всего произошедшего. А, может, все дело было в том, как отреагировал Ксавер на признание о том, что я иномирянка? Равнодушно, как будто давно это знал.

Нас быстро подобрала шлюпка, в которой просто не было возможности поговорить. Потом меня отвели в каюту, где я смогла, наконец-то, привести себя в порядок и переодеться в нормальную одежду.

Собиралась дождаться Ксавера после ужина, но меня подозрительно быстро сморил сон, так что проснулась, когда королевский парусник уже стоял в порту Азерры. Злая и раздосадованная, что он что-то подмешал мне в чай.

– Для твоего же блага, Леонсия, – дракон, напротив, был странно доволен, наблюдая за мной с ленивым интересом, пока экипаж вез нас из порта. – Тебе нужно было выспаться и отдохнуть.

– Куда мы едем?

– В загородный особняк мэра.

– Что? Немедленно останови. Или… – я развернулась к мужчине, – ты меня все-таки арестуешь?

– Не говори глупостей. Просто мне будет спокойнее, если ты переедешь туда.

– А мне – нет! У меня уже есть дом в Азерре.

– В лавке белья? – губы Ксавера изогнулись в ироничной усмешке. – Крошечная каморка, в которой ты живешь с кошкой?

– А ты предлагаешь жить в больших покоях вместе с тобой?!

Судя по хищно сверкнувшим янтарным глазам, я угадала. Взгляд дракона медленно скользнул по моей обнаженной шее к приподнятой корсетом груди, ощущаясь горячим касанием – пальцев, губ, языка. Я вдруг остро осознала, что мы одни в полутьме маленького экипажа. От него не получится сбежать, и говорить он тоже… явно не настроен.

– А-ах, – меня резко перетянули к себе на колени. – Что ты делаешь?

– А ты как думаешь? – вертикальные зрачки вытянулись, став совсем звериными. В бок уперлось что-то твердое. И еще одно, с другой стороны.

Это что? Когти?!

– Прости, – дракон зарылся мне в волосы, вдыхая их аромат и стискивая еще сильнее, но уже бережно. – Сложно контролировать себя, когда ты так близко.

И тут же рыкнул, стоило мне попытаться отстраниться.

– Пообещай мне, что не будешь высовывать носа из своей лавки в ближайшие дни, – Ксавер произнес это с явным усилием над собой. – Общайся со своими сплетницами и этим пушистым комком шерсти. Но никаких мужчин.

Я вскинула бровь:

– А если не послушаю?

– Тогда мне придется сделать так, чтобы ты передумала, – Ксавер наклонился ближе. – И поверь, делать я это буду очень долго и тщательно.

– Сумасшедший!

– Да, – Ксавер отстранился, глядя мне прямо в глаза. И от этого взгляда – пронзительного, пристального, что-то задрожало внутри в ответ. – Я исправлю ошибку, что совершил.

Медленно, словно смакуя каждую секунду, дракон отвел прядь моих волос, заправляя ее за ухо, и его лицо стало приближаться. В глазах все сильнее разгорались пламенные всполохи чувств. Лаская. Соблазняя. Покоряя.

Губы коснулись моих, властно, и одновременно нежно захватывая их в плен. Даря наслаждение. Ступая на новую территорию и утверждая на ней свою власть.

Но что-то мне подсказывало, что стоит один раз поддаться, обратного пути не будет. Так что я первой разорвала поцелуй.

– Хватит.

Дракон еще несколько секунд продолжал удерживать меня в своих объятьях, не давая отстраниться.

– Пора заканчивать бегать, Леонсия. Рано или поздно придется остановиться и сделать выбор, – меня поцеловали в висок, словно заранее дали понять, каким он должен быть.

Впрочем, оказалось, что мы уже приехали и экипаж стоит напротив лавки, поэтому вместо ответа я просто сбежала.

…И сейчас, оставив подружек на кухне вспоминать былые годы, направилась в свою комнату.

Он сказал «никаких мужчин». А что меня ждет с тобой, Ксавер? Мнимая свобода в обмен на жизнь? Роскошный особняк-клетка? Указания, с кем можно общаться, а с кем нет?

Вздохнув, я подошла к окну, глядя на черепичные крыши домов, тонущие в буйной, южной растительности. Вдали до самого горизонта, раскинулось бирюзово-синее, со сверкающими бликами море.

«Нужно вернуть ему деньги, – подумалось мне. – Пусть не сразу, но мы встанем на ноги. Найдем нового поставщика тканей. А дальше… будет видно».

Опустила взгляд и нахмурилась: на полу лежал камень, обернутый бумагой. Когда я заходила сюда в прошлый раз, его не было.

Баловство мальчишек, или..? Развернув чуть влажную бумагу, я вчитывалась в неровные строки записки, как будто ее писали на коленях:

«Если не хочешь, чтобы с твоей лавкой снова что-то случилось, приходи одна. Сегодня после заката. Старый маяк».

Где-то вдалеке кричали чайки, бегала и смеялась по улице детвора, играя в набитый песком мяч. Я просто смотрела в окно, там, где море и небо отражались друг в друге, как в зеркале. Синем-синем, давшем свое название городку.

И знала точно, что пойду на эту встречу. Не могу не пойти.