Сахалин.

Поместье Кузнецовых. Гостиная.

Витя был упорным. Раз что-то задумав он никогда не отступал от своего. В этом чувствовалась хватка Кузнецовых.

Вот и сейчас он упорно пытался залезть Элю на спину. Тот же битый час пытался объяснить моему сыну, что он не конь и, тем более, не пегас, а так-то губернатор, верховный вампир и Бог Войны ко всему прочему, но мальчику было все равно. Раз за разом он лез на него как на коня. Наконец, Элю пришлось сдаться…

— Ну ладно… — вздохнул Эль, уступив этому маленькому упрямцу. Оседлав его, он победно вскинул кулачки. — Миша, я попрошу надбавку за это. И сутки к отпуску.

— Приятно, — кивнул я, держа Аню на руках. Она тоже не желала сидеть спокойно и елозила то по мне, то тянулась к Валере, что сидел рядом в кресле. — Эх, все же, мы что-то упустили… Но что?

Валера с Элем пожали плечами. Битый час мы пытались понять, где снова объявится Нечто, обзвонили всех шпионов нашего короля вампиров, связались со всеми доступными странами, даже Лора включила свой аналитический ум, но все без толку. Наш совет затянулся, на дворе вечерело, а мы все никак не пришли к разгадке.

В уголке гостиной сидели Ася с Денисом, вот только не они присоединились к совету, а мы устроились рядом. Ни мы, ни они нам не мешали. Девушка сидела, уставившись в стену — и молчала. Все эти дни, что прошли с похорон, она не проронила ни единого слова, точно ее заколдовали. Ее пытались растормошить, но все без толку. Решили дать время, все же отец как-никак. Горе лечит только время, как выразился Трофим. Денис все пытался утешать ее, но, судя по всему, у него это не слишком получалось. Не помогла даже розовая катана, которую его брат привез из Японии. Аня на нее даже не посмотрела, вот она и пылилась в углу, как брошенная.

— Может, вы что-то не заметили? Какую-то важную деталь? — предположил Эль, расхаживая по ковру со «всадником» на спине. — Вы точно заглянули во все углы дома Владимира?

— Во все, — кивнул я, демонстрируя Болванчика на руке. — Он заглянул во все углы. Абсолютно во все. В доме Владимира пусто. Он заглянул даже в закрутки.

— Я тоже заглянул в закрутки, — кивнул Валера, облизывая палец. Одна из закруток Владимира, которую он прихватил на днях, стояла на столе. То, что ей было уже лет под двести его не смущало. — Вкусно, но энергии ноль. А ведь она стекалась к этому дому через всю планету! Все слепки, все эти гигантские объемы, и что? НИЧЕГО!

Он загреб еще немного своего «царского» кушанья, как он называл эту подозрительную жижу, которая когда-то, должно быть, была соленьями и уронил в рот.

Аня тоже попыталась сунуть пальчик в банку, но я предусмотрительно отсел подальше. Маша со Светой еще утром уехали в город, оставив детей на меня. Вот нам и пришлось решать дела и развлекать детей разом. Нелегкое это дело, знаете ли. Эль, которого Витя как раз пытался заставить взлететь, подтвердит. Аня, смотря на это безобразие, весело хлопала в ладоши.

— Нет, все не может быть так просто. Такие объемы энергии… — Валера задумчиво забарабанил пальцами по банке. — Вот если я был Нечто — да, это мерзко, и фу! но допустим — как бы я действовал? Есть идеи? Куда бы я направился?

— Мы-то знаем, — хихикнула Лора, порхая перед глазами Ани в виде феи крестной с палочкой. Малышка смеялась глядя то на Витю, то на мою помощницу. — Ты направился в бар, наденешь солнцезащитные очки, засыпешь побольше семечек в карман и разнесешь что-нибудь большое. Или сожрешь что-нибудь большое. Или…

— Что⁈ Не ври, женщина, я не такой предсказуемый!

— Такой-такой…

— Ты с кем это разговариваешь⁈ — удивился Эль, остановившись посреди гостиной. — Какая еще женщина?

— Забудь… Но я не такой! — и Валера снова принялся набивать щеки «соленьями». — Я нормальный!

Я махнул рукой и обратился к Лоре.

— Как там наш гость?

У меня перед глазами немедленно вылезла картинка — огромная клетка, стоящая посреди пляжа, а в ней запертая частица Нечто, принявшая форму огромного черного шара, медленно вращающегося вокруг своей оси. Любавка ходила вокруг него с палкой и шлепала по прутьям, когда эта гадость подплывала слишком близко. Остальные тоже не зевали.

— В порядке, — повернулась ко мне Лора. — Не дает себя сканировать, но я упрямая. Погоди, Миша. Дай время, и я выверну его наизнанку. Тогда и поглядим, чего у нашего ненаглядного на уме…

— Поспеши. Время играет против нас, — и я снова оказался в гостиной.

Мы посидели еще час, но так ничего и не решили. Можно было и расходиться, но оставалось еще одно дело, которое мы откладывали слишком долго. И нет, я не про Риту.

— Маги! — сказал Эль, подойдя ко мне. — Те, кто еще томится в плену! Вы, случаем, не забыли про них?

Я переглянулся с Валерой. Тот пожал плечами и, перевернув банку, принялся выгребать наружу остатки. Выглядело мерзко. Я поежился и, прижав к себе Аню, покачал головой. Про магов мы с Лорой не забыли, вот только искать их по следу черного снега оказалось не таким эффективным, как нам казалось. Нечто основательно подчистил следы, так что даже шпионы Эля ничего не нашли.

— Кто еще не найден? — спросил я, и Лора тотчас выкатила мне список.

Толстой. Сунь Укун. Онегин и, возможно, какие-то другие маги из разных точек планеты, о которых нам не сообщали. Эти правители люди скрытные, и рассказывать своим конкурентам о том, что лишились своих самых сильных бойцов точно не будут. Но это уже не наши проблемы. Пусть ищут их самостоятельно. Для нас главное, найти своих.

Еще вчера Софья Андреевна рассказывала, что подняла свои резервы, однако ее муж как в воду канул. Ей точно придется помочь, ибо, что Лев Николаевич, что она сама оказывали острову неоценимую помощь. Ну и мне лично, конечно же. С китайцами мы тоже связывались, вот только и Сун Укуна не было видно ни в Китае, ни в сопредельных странах. Онегина искал Павел лично, и, по его словам, он еще вчера нащупал какую-то ниточку, но пока не говорил какую.

Ладно, дам ему шанс. Он парень упорный, и силами всей Империи может отыскать своего учителя.

…И спустя еще один час на моем телефоне высветился как раз его номер. И был Павел с радостной новостью. Он начал без предисловий и долгих вступлений. Сказал просто и ясно:

— Монголия! — заголосил он в трубку таким тоном, будто нашел сундук с сокровищами. — Он в Монголии, Миша! Ты…

— Уже в пути, скидывай координаты, — сказал я, поднимаясь с кресла. Взял на руки Аню и пару долгих секунд думал, кому ее доверить. Валере, здоровяку-культуристу, облизывающиму пальцы, в жирных пятнах на рубашке и в позапозапозавчерашних носках. Либо гусю-вампиру, которого Витя выбрал в качестве пегаса.

…М-да. Тот еще выбор.

К счастью, к нам заглянула Маруся. И прежде чем она успела разразиться бранью на Валеру и его банку, я пристроил Аню у нее на руках.

— Не скучайте, вернусь к ужину. Надеюсь.

И шагнул в портал. Несколько дней, полных семейной идиллии, закончились. Пришло время возвращать друзей и раздавать долги.

* * *

Опять Мишка ушел, даже не попрощавшись! То же мне бог! Статус выше крыши, а манер никаких!

Фыркнув, Валера отмахнулся от Маруси, что как змея шипела на него с Аней на пару, и пропал в банке с закрутками. Такую вкуснятину просто преступление было оставлять в том промерзшем доме, вот Валера и вернулся, чтобы захватить пару-тройку баночек. Взял десять, но вот беда! Последняя показала дно. Он уговорил их за какие-то сутки.

А ведь там их еще дофига! Хлопнув по животу, Валера решил вернуться за остальными. Встал и уперся взглядом в Айседору, что сидела на своем пуфике. Денис куда-то отошел, Эль, стоило Мише испариться, тоже ушлепал в другую комнату вместе с Витей, что, похоже, надолго счел его своим личным конем. Аню тоже унесла Маруся. Вернувшиеся домой Маша со Светой из холла кляли Мишу за то, что он опять сбежал от своих отцовских обязанностей.

Так Валера с Асей и остались один на один.

— … Может, ты хочешь закрутку? — спросил Валера. — Хочешь, это вкусно? — И он протянул Асе опустевшую банку. — Держи, можешь слизать остальное. Не благодари короля.

Впервые за эти горькие дни по лице Аси промелькнула какая-то эмоция. Она взяла банку, да так и осталась сидеть, обняв ее словно плюшевую игрушку.

Валера покачал головой. Ох уж, эти женщины, вечно переживают, и из-за чего? Подумаешь, отец. Валера потерял целую планету, и что? Погоревал, конечно, денек, и все. Мертвых не вернешь, это факт. А жить нужно дальше, и, желательно, на полную катушку.

Тут порог переступил Денис. С ним был Дима Бердышев, который тоже недавно прибыл и все эти дни путался у короля под ногами. Увидев Асю с банкой в обнимку, они посмотрели на нее, как на какое-то странное произведение искусства.

Да уж… Жалкое зрелище. Короля оно не устраивало. Он даже забыл про закрутки.

— Вам, дети, нужно понять одно, — сказал Валера, посматривая то на одно бледное лицо, то на другое. Он был сыт, и поэтому его королевское красноречие било через край. — Слезами горю не поможешь! Справиться с трудностями можно только силой!

Он поднял палец, чтобы его слова звучали весомей.

— Сила, сила и ничего более! Спасти родных, защитить планету от зла, да даже найти себе еду или самку на вечер! Можно только силой!

И вдруг взгляд Айседоры прояснился. Она подняла на него глаза, и в них мелькнула, а затем полностью появилась осмысленность. Она даже привстала. Оба Бердышева так и приросли к месту, челюсти тоже отвисли.

— Силой?.. — слетело с ее губ.

Валера с гордостью кивнул. Выпятил грудь, упер кулаки в бока и со всей своей королевской статью произнес:

— Сила это единственное, что уважает вселенная. Посмотри на меня? Не будь у меня силы, кем бы я был? Ну?

— Обычным скуфом, — предположил Бердышев-старший.

— Точно, — кивнул Валера и хотел продолжить свою воодушевляющую речь, однако смысл слов Бердышева показался ему каким-то обидным. — Так, ты что тут…

— Сила! Точно! — воскликнула Айседора, вскочила со своего места и, отбросив банку в руки Димы, кинулась на Валеру. — Мне нужна сила! Я должна стать сильнее!

Ударившись о богатырскую грудь Валеры, она едва не забралась на него как на спасительную скалу. Упершись в него руками, она сказала королю прямо в лицо.

— Мне нужна сила! Только так в следующий раз я смогу спасти близкого человека! Валера, ты самый сильный из тех, кого я знаю! Будь моим учителем! Научи!

Ее слова прозвучали как гром среди ясного неба. Челюсти у обоих Бердышевых отвисли еще сильнее.

Валера был польщен. Быть учителем? У нее? Ха! Так она же загнется в первый же день. Хотя, судя по тому, что она выжила в Канделябре, или как там тот городишко, Айседора не такая простая, как эти два олуха у нее за спиной.

Он хотел было для проформы поупираться. Все знают эту технику мудрых учителей, которые придумывают разные каверзные задачки, но на деле просто лелеют свое самомнение. Заставить ученика побегать, посидеть под дверью в дождь денька три, поносить на какую-нибудь гору воду коромыслом, а то и выполнить какое-нибудь крутое, но бессмысленное задание.

Но, как отмечалось выше, король был сыт, а поэтому благосклонен.

— Хорошо, — кивнул Валера. — Я могу научить тебя паре приемов. Но вот только у тебя же нет магии?

— И что⁈ — фыркнула Айседора. — Мой отец без магии смог свалить целый живой дворец. В то время, как вы…

— Да? — хохотнул Валера, изогнув бровь. — И где он сейчас?

На это Дункан было нечего ответить. Валере бы махнуть рукой, но что-то в глазах этой боевой дамочки его заинтересовало.

— Ладно, дам тебе шанс. Но это будет не простые пробежки и отжимания. Да, Денис?

— Угу… — сказал Бердышев-младший. — Ася, ты же…

— Да, я уверена на все сто! — крикнула Ася. — Я все выдержу — только бы обрести силу. Испытай меня, Валера, если не веришь!

Валера думал недолго. Отошел на шаг, выпятил свой рельефный живот, в котором еще недавно пропал десяток банок с закрутками, и произнес:

— Тогда ударь меня, Айседора. Изо всех сил. Посмотрим, на что ты годна.

Ася захлопала глазами. И даже улыбнулась.

Она что, думает, Валера шутки шутит⁈

— Давай! Твой лучший удар! БЫСТРО!

Ася не заставила просить себя еще раз. Разбежалась и показала свой лучший удар. Пусть в ее кулаке не было ни грамма магии, но громыхнуло так, что по всему поместью задребезжало стекло, а крыша чуть не подпрыгнула. С потолка хлынула побелка.

Удар был хорош. Возможно, даже слишком для девушки без магического таланта. Тем не менее, Валера остался стоять, не сдвинулся ни на миллиметр. Место, куда угодил кулак Айседоры было крепким как камень. Когда она убрала кулак там остался…

Синяк.

Исчез он в ту же секунду, но его видели все. Даже Маруся, которая заглянула в гостиную. Ее лицо было как из гипса.

— Хорошо, — кивнул Валера, решив, что она кое-что может. — Я беру тебя. А теперь, Айседора Дункан, я покажу тебе королевский удар!

Но прежде чем он успел размахнуться как следует, наперерез ему выскочила Маруся.

— Нет! На улицу, быстро! БЫСТРО!

Валера и не думал бить в полную силу. Зачем? Он же не убить ее хочет, а все лишь…

— Подождите, — проговорил Валера уже в холле. Очень странное ощущение.

Он прирос к полу. Окаменел. Идущие вместе с ним во двор Бердышевы и Дункан остановились на пороге. Корона над его головой вспыхнула в тот же миг. Охренение на лицах троицы тоже.

— Что случилось⁈ — охнула Дункан. — Нет, я еще не готова к…

Валера оттеснил слабаков одной парой рук. Во второй сверкало оружие.

— Я чую… — прорычал Валера, открывая дверь на крыльцо. — Нехорошее…

Но там было пусто. Пара гвардейцев ковырялась в носу, а еще садовник сгребал снег к клумбам и делал из него кубики. Вооруженного до зубов Валеру они встретили дружным вздохом.

— Опять война⁈

Но Валере было не до этих трусов. Молнией он бросился обратно в дом. За один прыжок оказался в спальне, откуда раздавались детские голоса. Встав на пороге, король оглядел обстановку.

На магическом фронте было тихо. По ковру, крякая, расхаживал Эль теперь уже с двумя карапузами на спине. Рядом стояла Света с Машей и с подозрением смотрели на Валеру, который выглядел так, будто Конец Света решил попробовать еще раз.

— Валера, — начала Маша, напряглась, — что опять за…

Но тот только мотнул подбородком. Прислушался. Было тихо.

Показалось?..

* * *

Москва. Поместье Есениных.

Гостиная.

— Средств на восстановление понадобится много, — сказала Катя, прихлебывая чай из чашки. — Очень много. Казна вряд ли справится, не окунувшись в международные долги по уши. А если мы…

— Ни слова больше! Род Есениных в стороне не останется, — поднял ладонь недавно вернувшийся в семейное гнездышко Сергей Есенин.

Они с семьей были в сборе, гостиную убрали как раз к их приезду. Сергей Александрович с Алисой, а также их любимые сыновья Антон и Саша Есенины — все расселись по диванам и креслам. Антон держал за руку свою ненаглядную Виолетту, а та, как и все прошлые визиты, не могла связать и пары слов, из розовой поминутно становясь красной от смущения. Ну ничего, Сергей Есенин не был бы Сергеем Есениным, если не разговорит эту скромницу.

— Ага, — хмыкнул Саша. — Полагаю, именно за этим ты, Катька, и приехала? Хочешь наших денег⁈

Она немедленно вспыхнула, и при виде ее смущения Саша расхохотался.

— Как можно⁈ Я же…

Сергей укоризненно посмотрел на старшего сына. Алиса тоже почтила его строгим взглядом.

— Как грубо, Саша. Я бы сделал на ее месте то же самое, — сказал он, делая еще один глоток чая. — Мы бы обратились за помощью к ведущим родам Империи, а то как разъезжать по столице и пользоваться прочей инфраструктурой, то все первые, а как восстанавливать ее из руин… Алиса, свяжись с управляющим, пусть сделает пару звонков. Нет, с десяток. Возьму дело с аристократией в свои руки. Подниму всех, кто еще помнит слово «долг».

— Благодарю, Сергей Александрович, — и Катя поклонилась. — Но это лишнее. Большинство родов и так откликнулись без напоминания.

— Никогда не прочь повторить известное. Пусть знают, кому обязаны.

— А как там ваш брат? — спросил Антон.

— Ищет своего учителя, Онегина, — ответила Катя. — До него не дозвониться. Он держит связь с Кузнецовым. — Она тяжело вздохнула. — Надеюсь, Онегин жив, как и все прочие пропавшие. И так мертвых слишком много.

Все кивнули. Тут не поспоришь. Сергей знал это как никто, сам побывав в плену у Нечто.

— Павел еще не завершил свое обучение? — спросил Сергей. — Все же, рано или поздно, ему придется…

Но он деликатно себя оборвал. Все же эту тему, при живом царе, поднимать не слишком уместно.

— О чем вы? О короне? Ох, Сергей Александрович, лучше об этом Паше не напоминать, — хихикнула Катя. — Он как вспомнит, что в будущем станет Императором, так места себе найти не может. Злится даже. Отец тоже на стенку лезет. Считает, что Паша еще не готов.

— Понимаю его, — кивнул Сергей, покосившись на своих сыновей. Особенно на Антона, который постепенно из белого становился зеленоватого цвета. Саша при этом гонял по тарелке вишенку. А потом попытался поймать ее ртом, издавая очень странные звуки. — Прекрасно понимаю…

Он отпил еще чаю. Наверное, у всех отцов так. Не верят отцы в своих детей, все осторожничают, откладывают момент, когда не грех уйти на покой. Его отец, Александр, тоже не верил в Сергея, считал, что он спустит все состояние в первую же неделю.

Ошибся, старый. Он и помыслить не мог, как возвысятся Есенины при Александре. Может, и с его сыновьями будет также? Положим, Саше на все наплевать, кроме силы и драк, но вот Антон? Он отнюдь не самый сильный маг в Империи, однако так ли это важно для управления родом? Далеко не все самые богатые и влиятельные рода, могут похвастаться боевыми силами.

Нет, у Антона еще все впереди. К тому же его Виолетта явно не глупа. Если у них все сложится, она его не оставит.

Вдруг на ум пришла очень добрая мысль, и Сергей даже позволил себе расстегнуть пуговицу на вороте. Позади война, и в этой войне они, похоже, победили. Будь по другому, разве сидел бы он сейчас в кругу семьи, с женой, обсуждал бы новости вместе с царевной? Размышлял ли о будущем рода? Присутствовали бы тут его сыновья, один со своей девушкой, а второй… Сашу он все равно любит. Нет, конечно же. Так почему бы не расслабиться? Ну хоть раз в столетие?

Он расстегнул еще одну пуговицу. И выдохнул. Это была идиллия.

Катя с Сашей опять сцепились, и за их перебранкой Сергей даже не заметил, как подошедший дворецкий что-то ему шепчет. А вот Алиса, будто что-то почувствовав, нахмурила лоб.

— … Прошу прощения, но гость говорит очень срочно…

— О чем ты? — скосил на него глаза Есенин. — Кто просит? Меня?

Дворецкий покачал головой и посмотрел на Сашу.

— Александра Сергеевича. Гость не назвался, но сказал, что он старый друг Александра. Говорит, срочное дело. Очень.

Саша услышал дворецкого и, отмахнувшись от Кати, встал, расправил рубашку и пропал вместе с дворецким на лестнице. Его шаги еще долго отдавались в голове Есенина-старшего.

Сергей вернулся к прерванному разговору, но минута сменяла минуту, а ему становилось все тревожней. Кто бы это мог быть? Без звонка, без приглашения, и вдруг — срочно? Неужели Кузнецов⁈ Сомнительно, тогда о нем бы доложили. Нет, Сергей не сможет вернуться в свое идиллическое настроение, не проверив. Да и с каких пор у Саши вдруг появились друзья?

— Прошу прощения, — сказал он, встав. — Но я вынужден отлучи…

А потом все звуки пропали. Стало так ярко, что все, что успел сделать Сергей, это закрыть глаза. Звуки вернулись секунду спустя — сначала звон, а потом медленно-медленно и глухо, словно из-под воды, донесся затихающий грохот. Гостиная изменилась до неузнаваемости — в первую очередь, все окна вынесло, а вот за ними было черно от дыма.

Внизу он оказался ровно за три секунды. Успел увидеть выбитые двери, пылающий сад за ними, а еще Сашу. Его одежда дымилась и, судя по его ауре, он активировал все свои силы.

Нет, он активировал ВСЕ свои силы. Хаос с Порядком переплелись в спираль, и эта спираль только что обрушилась на его сад.

— Что случилось⁈ — воскликнул Сергей, выбегая на то, что осталось от крыльца, и хватая сына за руку. — Что ты сделал⁈ Кто…

Но сын не ответил. Он готовил новый удар. Сила в нем снова всколыхнулась и приготовилась обрушиться на того, кто шел к ним через дым. Выйдя на открытое пространство, где его можно было разглядеть, это высокий мужчина в обычном черном плаще провел ладонью по своему плечу.

На нем не было ни пылинки. Глаза были заполнены тьмой. Он улыбался так, будто ему грозит максимум пощечина.

— Саша-Саша… — проговорил он, подняв руку. — А ведь я думал, ты сильнее…