После первого обмена ударами мы с фантомом перешли в режим стратегической ничьей. Это была схватка на сверхскоростях, я выжимал максимум из боевого модуля, а он из меня. В ход шло всё: кулаки, удары ногами, колени, локти, даже пару раз попытался влепить головой.

Мы бились на сверхблизкой дистанции, руки мелькали так, что даже я уже не мог разобрать удары. Чистые рефлексы и мышечная память. В этот момент я сам почувствовал себя машиной, механизмом.

Удар сыпался за ударом, Адам блокировал, уворачивался, отводил мои руки в стороны, контратаковал, я блокировал, бил в ответ.

Сотни ударов в минуту с каждой стороны, стены храма наполнились грохотом. Перчатки превратились в боевые рукавицы с шипами, но это никак не помогало. Я не мог достать его, как ни старался, но и он не мог пробить мою оборону. По скорости мы оказались примерно равны.

Холодный аналитический расчет против нескольких лет тренировок. Тело, доведенное до автоматизма против автоматики в образе человека. Ну и боевой модуль на боевой модуль.

Каждый блок отзывался болью во всём теле, через минуту я перестал чувствовать руки, плечи и спина ныли от невозможной нагрузки, Четверг подключился, блокируя ощущения. Я не знал, что могу драться врукопашную вот так. Сейчас мне казалось, что ни один мой предыдущий противник не выстоял бы против меня и минуты. Лорд Людвиг Бланшт, мой первый полноценный наставник, скорей всего выстоял бы две.

Но фантом держался и со временем начал давить. В отличие от меня он не чувствовал боли или усталости. Его глаз не замыливался, руки не становились ватными. И я понял, что начинаю проигрывать.

— Держись, босс, — произнёс Четверг, чувствуя моё напряжение. — Ещё чуть-чуть, иначе придётся начинать сначала.

Я пропустил один удар. Прямой выпад в грудь. Я его видел, я среагировал, тело само не успело отвести руку в сторону, как десятки раз до этого.

Кулак влетел мне в грудь, ноги потеряли точку опоры, из лёгких со свистом вылетел воздух. Сила фантома была такова, что простому смертному просто разорвало бы грудную клетку. Но меня лишь отбросило.

И в этот миг я понял, что лечу прямо в сторону дверей. Ещё мгновение, и моё тело покинет управляющий контур храма.

Одновременно с этим произошло странное: само пространство будто бы исказилось, вылетая вместе со мной, словно фантом пытался выгнать из храма саму реальность.

Я мысленно ухватился за это искажение, и моё тело замерло в воздухе у самых дверей. Я понятия не имел, что происходит и как я это делаю.

Но искажённое пространство сработало как рогатка. Распрямившись, оно выплюнуло меня обратно в центр зала. На какой-то запредельной скорости я с двух ног влетел в фантома. Адам с грохотом ударился в статую имени себя. Каменные осколки полетели во все стороны, верхняя часть обрушилась прямо на фантома, а голова покатилась к моим ногам.

Честно, я был уверен, что его энергооболочка развеялась, но нет — Адам, раскидывая каменные обломки, выбрался наружу как ни в чём не бывало. Он ещё не успел до конца освободиться, как я с силой пнул голову статуи.

Рожа Адама Синта с размаху влетела в рожу Адама Синта. А следом подоспел и я, с колена вбив ублюдка в стену. Второй раунд.

Я поджал его к краю, что сильно снизило маневренность фантома. Пару раз он всё же сумел увернуться от моих ударов, перчатки оставили в стене огромные вмятины, от которых во все стороны зазмеились трещины.

— Рухнет храм, потеряем контур, и всё напрасно, — заорал Четверг. — Охлади трахание, босс.

Удар под рёбра подбросил меня под потолок, фантом тут же появился сверху и в красивом сальто впечатал пятку мне в грудь. И хоть я успел выставить блок, меня всё равно вбило в пол, отчего каменная мозаика шрапнелью выстрелила во все стороны.

В голове загудело, во рту появился отчетливый металлический привкус.

Супергеройское приземление фантома коленом мне в голову. Скачком ушёл в сторону и успел подловить его, прописав смачный хук в челюсть.

— Не ори под руку! — мысленно рявкнул я на Четверга, из-за которого отвлекся и пропустил удар.

Снова клинч, снова удары на сверхскоростях. Но в этот раз что-то изменилось. То ли боевой модуль подстроился, то ли фантом начал слабеть. Но я почувствовал, как начал давить. Каждый мой удар проходил всё ближе к телу.

Я начал побеждать. Похоже, божественный эйб всё-таки не бесконечный.

— Босс, готово, беру под контроль.

— Стой! Рано!

— Что?

— Жди, я сказал.

— Не время выпендриваться, это всего лишь энергопрограмма.

— Четверг!

— Жду, жду…

Я продолжал давить, вкладывая в этот напор остатки всех сил. Короткая битва по интенсивности превосходила все предыдущие мои схватки вместе взятые. Даже в бою с грандлордом Сильдусом я не испытывал подобного напряжения. Каждая мышца словно окаменела и горела огнём.

Но фантом начал отступать, его блоки уже были не такими эффективными, увороты всё чаще оказывались на грани.

— Иха, изгони вторженца! — спокойным тоном произнёс фантом.

За время битвы его лицо ни разу не дрогнуло, и даже голос оставался ровным. Понятное дело, у него не было мышц и тела, только объём энергии и вычислительные мощности.

— Прости, Рейн, — раздался голос у меня в голове. — Я не могу не подчиниться.

Обломок рога в кармане начал вибрировать и нагреваться. Я не глядя отбросил его куда-то себе за спину, а сам при этом ни на секунду не сбавил напор.

Одна минута. Одна минута потребовалась Ихе, чтобы собрать свою божественную силу — предполагаю, что она стянула её со всех храмов третьего слоя.

Периферийным зрением я увидел трёхметровое четырёхрукое существо с женской фигурой. Серая кожа, поверх странное марево, словно бы Иха была одета в сотню тонких полупрозрачных слоёв развевающейся ткани. Как и Адам, она создала себе воплощение буквально из ничего. Из чистой энергии.

Я бы восхитился, не будь так занят.

— Четверг, давай, — скомандовал я.

— Готово.

Блок, блок, блок, скачок, тесак, взмах. Разрубленное надвое тело фантома медленно тает в воздухе. Мы с Ихой остаёмся один на один. Она делает шаг, другой, я закидываю тесак на плечо и пытаюсь восстановить дыхание, хотя грудь ходит ходуном, а пот льёт струями, заливая глаза.

Иха останавливается. Медленно опускается на одно колено и склоняет передо мной голову.

— Как я и говорила, — произносит она. — Приветствую господина.

— Босс, — произнёс Четверг. — Это было гениально.

— Ого. Похвала от тебя? Мне надо волноваться и запускать калибровку субличности?

— Нет. Тебе всё равно никто не поверит.

Мы провернули стандартный фокус, который проворачивали сотни раз до этого, только с артефактами и чужим эйбом. Взломать ИИ Адама — это лишь половина дела. Надо было ещё разобраться в его структуре.

Я пошёл по простому пути. Дал Четвергу возможность «увидеть», как фантом использует нужную способность. Приказывает Ихе.

После чего для меня всё случилось мгновенно. Четверг взломал защиту Адама и использовал ту же программу, что и он. Полностью подчинив Иху.

— Четверг?

— Сто процентов. Полный контроль. У него было всё. Управляющие команды, коды админки, учётки, протоколы, ограничители. Универсальный ключ и интерфейс взаимодействия. Последний я пока перекалибровал под мыслеформы или вербалику. Она ему полностью подчинялась. Теперь — нам.

— Хорошая работа.

Я подошёл к Ихе и посмотрел на неё. Четверг установил нам прямую связь. В деталях и нюансах ещё придётся долго ковыряться, нужно будет выпотрошить все установки и перепрошить под себя ограничители. Но это уже стандартная рутина настройки ИИ-компаньона.

— Возвращайся, — приказал я.

— Да, господин, — мне показалось или в голосе Ихи проскользнули странные нотки?

Радость? Нет, что-то другое. Таким голосом она говорила про Адама Синта. Скорее это походило на благоговение.

Её псевдоматериальная фигура распалась полупрозрачными волнами. Многослойный саван взметнулся вверх, а затем медленно осел мне на плечи. Через мгновение он полностью слился с плащом, став невидимым.

— Отличная работа, — повторил я. — Четверг, что с ИИ Адама?

— Могу упаковать в сверхсжатый архив, потом разберёмся. Чужая кодировка, тут ковыряться долго.

— Это похоже на тебя?

— Нет. Даже поверхностная архитектура иная. Кто бы это ни был, это не ранняя версия Четверга.

— Ладно, неважно. Не забивай место, можно сделать проще.

Я подошёл к постаменту и выдернул из него сферу. Тут же храм словно бы «погас». Исчез управляющий контур и всё с ним связанное. Сферу я убрал в карман, в ней было немного эйба, вполне обычного на вид.

Сейчас он ничем не выдавал своей божественной природы. Эйб как эйб. Кодировка Адама Синта осталась внутри, через биополе Четверг мог с ней взаимодействовать.

— Ковыряй на досуге, — произнёс я. — Может, найдёшь чего полезного.

На этом я решил, что в глубине мне больше нечего делать. Пришла пора возвращаться, нужно разобраться с Борроузом и вернуть свой особняк. Я и так тут задержался.

Оставалась только одна маленькая деталь. Я посмотрел на отломанную голову статуи. Несмотря на бой, она каким-то образом почти не пострадала. Несколько минут я вглядывался в её черты лица, пока они не стали моими собственными.

Скулы выше, резко очерченные, подбородок чуть шире и выступает, линия губ тоньше, глаза посажены чуть глубже. Это всё ещё было моё лицо, но оно сильно изменилось. Адам скорее напоминал родного старшего брата. Сходство очевидное, но не точная копия.

И я решил, что раз всё равно надо менять внешность, то почему бы и нет? Из храма я вышел Адамом Синтом. И тогда подумал, что надо бы и с одеждой что-то сделать. Раз уж взялся за маскировку, то делаем как надо.

Простенький закрытый плащ фантома мне вообще не нравился. Как будто его в картонную трубу закатали. Внезапно в голову пришёл другой образ, и он мне вполне понравился.

Через миг костюм и плащ преобразились, превратившись в рваный балахон, волочащийся по земле. Глубокий капюшон скрывал лицо, в рукавах легко можно было спрятать оружие. А маску я превратил просто в чёрную полусферу, как у Понедельника. Только максимально тёмную и матовую, чтобы ничего нельзя было разобрать в темноте. И вот я стал один в один копией Бездушного из того сна… прихода… глюка… Не знаю, в общем.

Сойдёт.

Прокол нашёлся под храмом, всё в тех же туннелях, которые сейчас были вновь обесточены. К сожалению, гнезда наг на втором слое поблизости не нашлось, а то я бы задержался. Пришлось тащиться до ближайшего прокола ещё несколько дней.

Разумеется, без стычек не обошлось. Нарвался на группу дайверов из пятнадцати человек, но по одежде и повадкам они были мне незнакомы. Не кочевники, не тёмные семьи, не рыцари Королевства. Чем-то они напоминали мне ребят со свалки своими мундирами и огнестрелом, но на свалке не водятся полноценные спириты второй ступени. Неужели Республика?

Этих я ещё не встречал. Хотя Логос большой, кто знает, сколько ещё фракций и государств тут водится.

Дайверов я предусмотрительно обошёл, они как раз двигались в сторону большого прокола. Большие проколы я также игнорировал, так что делить с парнями мне было нечего, а в мирный исход встречи я не верил.

За оставшееся время один раз нарвался на логово мутантов. Не тех гипертрофированных бомжей, что гоняли меня в своё время по первому слою, а настоящих. Тут уже от людей мало чего осталось: химерические тела, ненормальные пропорции, дикие инстинкты. Они были похожи на подопытных, сбежавших из лаборатории безумного учёного-селекционера.

Но это были именно мутанты, потому что многие из них носили остатки одежды. В основном штаны, но у некоторых сохранились куски курток и плащей на покрытых шипами и плавниками спинах.

Был даже один в ковбойской шляпе. Она застряла у него на рогах.

Мутантов я не любил. Хотя казалось бы, дела минувших дней и впору вообще забить. Но что-то не давало мне пройти мимо. Возможно, именно то, что раньше это были люди. И я даже не могу сказать, почему старался убивать таких, как они. Из жалости или от ужаса, что сам в теории мог стать таким же.

На группе мутантов приключения не закончились. Прямо перед самым проколом на меня налетела Туманная Виверна. Тварь очень умело скрывает как своё присутствие, так и эйб. Спасло то, что я был возле прокола и подсознательно ожидал какой-нибудь подлянки. Не отпускает глубина так легко.

В общем, Виверна утащила меня в небо, пришлось там её и прикончить. Падать было далеко, падал я жёстко, зато пополнил запасы мяса.

Ну а первый слой — это вообще лёгкая прогулка. Набирался сил перед выходом на поверхность, пока гулял и любовался пейзажами.

Словил себя на воспоминании о нашем знакомстве с госпожой Бланшт. Я тогда удивлялся, как она может так спокойно себя вести в столь страшном месте. И вот, всего несколько лет, и я сам уже не могу воспринимать первый слой, как реальную угрозу. Если вести себя осмотрительно и не лезть в очевидно опасные места, то никаких проблем.

Прокол нашёлся в кабинке башенного крана. Проблемка в том, что сам кран каким-то образом оказался под землёй, так что пришлось копать. Не мне — Ихе. Её саван для этого идеально подходил, она землю им целыми пластами снимала. Он только кажется тонкой шалью, так-то им сталь резать можно.

Иха однозначно стала сильнее, собрав весь свой эйб воедино. При этом она сама не понимала, что и как она делает. Для нее это было чем-то самим собой разумеющимся.

По ощущениям, сейчас она была на уровне, когда столкнулась с Ателье. Но это не предел ее возможностей. Кажется, у нее вообще не было пределов и ограничений. Разве что стоило понять ее возможности, а затем выяснить, можно ли научить эту модель новым трюкам.

Когда все было готово, я утрамбовал почву, получилось что-то более-менее ровное. И началась серьёзная работа. Четверг вывел перед глазами карты Логоса, которые мне показывал Курама. И по ним мы начали выяснять координаты нужного мне места.

Составляли цепочку рун, взяли поправку на высоту, вписали это всё в телепортационный туннель и так далее. Получилось вроде бы неплохо. Однако сам я впервые выходил по голым координатам, которые сам же и составлял. Я даже не уверен, что сумел отправить Кураму в Ателье, хотя кодировку их портальных врат он мне и показал.

— Босс, ты уверен? — спросил Четверг, когда всё было готово. — А то у меня даже настройки не позволяют в очередной раз шутить на тему твоих самоубийственных действий. У меня складывается ощущение, что если враги вдруг резко перестанут пытаться тебя убить, то ты сам залезешь к ним в пасть. И такой: «Эй, вы чего расселись, я тут сдохнуть пытаюсь, стараюсь, а вы чаи гоняете».

— Ну вот, а говоришь, не можешь.

— Да уже самому даже не смешно. Ну это же… Это же… Ну как тут без мата комментировать?

— Знаю, — усмехнулся я. — Но другого выхода нет. Сам ведь все понимаешь.

Я залез в поваленную кабинку.

— А ну двинь свою шипастую задницу, — проворчал я на Субботу. — Давай, к стеночке прижмись, а то разлегся тут.

С трудом закрыл крышку. Ничего не произошло. Скорее всего из-за того, что стены были в основном из стекла. Попросил Иху, и она быстренько завалила меня землёй. Эх, а ведь недавно Кураму в саркофаг заталкивал, а теперь вот и сам… Как в гробу.

— Так и я о чём говорю, — произнёс Четверг. — Босс, ты же глубоко больной человек, на всю голову. И я не про голоса сейчас. Тебе лечиться надо, у тебя явный синдром лемминга.

— Это какой-то известный ученый?

— Это грызун-тупорез. Лемминги. У них инстинкт самосохранения напрочь отбит, чудо эволюции, сами дохнут только в путь, конкурсы устраивают, кто с большей высоты спрыгнет. Сама природа внесла их в исключения, их ни один хищник не трогает.

— Как интересно. Жаль, что ты все придумал. И слова такого нет.

Стоило земле завалить нас, как прокол активировался. Меня выбросило на поверхность. Ноги продолжали во что-то упираться, но помещение оказалось больше, чем было. Зажёг светлячка.

Ну, не туалет — и на том спасибо. Просто какая-то кладовка с кучей ящиков. Вопрос в том, получилось или нет.

И внезапно дверь открылась, а на меня уставилось удивлённое лицо молодого послушника в рясе. Серые одежды, герб с ракушкой на груди.

— Кажется, получилось, — произнёс Четверг. — Раз тут послушник в рясе Церкви Форсайта, значит, мы в самом сердце Церкви Форсайта. Астролябия. Доволен?

— Отлично, — улыбнулся я.

Послушник же открыл рот, набрал в грудь побольше воздуха и заорал во всю глотку.