— Иха, — позвал я богиню. — Расскажи-ка мне всё с самого начала, пожалуйста. Первое, что меня интересует, это когда вы здесь правили?

— Концепция времени мне известна, но непонятна. По вашим меркам это было давно. Но я не проживаю время, как смертные. Я просто существую, когда действую, и не существую, когда бездействую.

— Она тоже ИИшка, — произнёс Четверг. — Активна в момент обработки запроса и исполнения подпрограмм.

— Как картошка?

— Нет, Обнимающий был иным. Остальные нематериальные сущности вроде Семерых или духа-хранителя вообще мною не опознаются. Пламеняшка скорее обычное существо странной квазиматериальной природы. Но Иха однозначно выглядит как самонеопределяющийся искин.

— Робот, который считает себя живым?

— В какой-то мере. В этом вы с ней похожи. Понимаешь, к чему я клоню.

Разумеется, понимал. Это была самая очевидная мысль при виде статуи. Сиам не был первым Рейном Логоса. Были выращенные программы и до него. Это, кстати, логично. Понедельник сказал, что нейроматрицу создал Мерлин очень давно. И если Мерлин создал нейроматрицу, то кого-то же он в ней выращивал?

Возможно, он создал Адама Синта. А потом пришли Форсайтовцы, перелопатили все, создали себе спасителя, но Адам Синт по-прежнему продолжал вылезать согласно заводским настройкам. Только теперь он стал Рейном.

Получается, я одновременно и побочный продукт с точки зрения Форсайта, и основной продукт с точки зрения изначальных настроек. Это также объясняет, почему Рейны выходят более живучими, а Чады дохнут как мухи.

Потому что меня программировал сам Мерлин, а Чадов создавала кучка дебилов, верящих, что Форсайт — это наука. Шах и мат, долбо… Кхм… Форсайт.

— Если Адам Синт создан Мерлином, то для этого должна быть причина, — решил я. — Четверг, пошарь пока тут. Где есть рожа Рейна, там могут быть и следы древнего Четверга в том или ином виде.

Я растянул биополе на максимум и принялся обходить зал по кругу, чтобы у компаньона было больше пространства для поиска.

— Иха, что у вас тут случилось? — спросил я. — Давай с самого начала.

Рассказ вышел долгим, но и мы никуда не спешили. Судя по словам Ихи, раньше тут трава и впрямь была зеленее. Блин, краснее. А третий слой глубины был не таким безлюдным. После увиденного в подобное охотно верилось.

В отличие от первых двух слоёв, природа на третьем была хоть и своеобразной, но она была. Вода в реках и ручьях пригодна для питья, а где есть вода, там будет и жизнь. Странная трава, о которую можно изрезать ноги, но всё же трава. Леса, что я видел, не все были каменными.

Да и мелкая живность нет-нет да встречалась. Я видел маленькие норы грызунов, видел насекомых, а во время одного из переходов меня облепила целая стая комаров. Размером с палец, но всё же обычных комаров. Никогда так не радовался тому, что я прокачанный спирит, как в этот момент. Твари даже голую кожу мне прокусить не могли.

Изначально тут правил пантеон Дороги Веры. Двенадцать божеств, возглавляемых верховным Адамом. И судя по рассказам Ихи, я сделал вывод, что эта дюжина так или иначе копировала Семерых, только с более широким спектром обязанностей.

Тот же Предатель во многом копировал Морту, богиню смерти. Только Морта ещё отвечала за рождение всего нового. По сути она была этаким переработчиком. Всё сдохшее должно было пойти на удобрение всему растущему. В дюжине эта функция была разделена, и за рождение отвечала другая богиня.

Сама Иха — один в один Эбол. Женская версия на минималках. Вот чего она так взъелась на его паладина при встрече. Эбол отвечал за развитие всех спиритов, а Иха в основном за их создание. То есть у Ихи была задача любое живое существо сделать обладателем эйба. Отдельно она руководила всей боевой мощью дюжины.

И даже если она сильно преувеличивает, то под её началом была такая армия, что Королевство сдалось бы только при виде солдат богини. Но мне что-то подсказывает, что Иха даже преуменьшает.

Ну а дальше стандартная история «что-то случилось, но никто не знает, что случилось, если бы мы знали, что случилось, но мы не знаем, что случилось».

Из однозначного: Адам пропал. Не погиб, не ослаб, не пал в бою, а просто пропал. Его божественная сила всё ещё была в храмах, а самого бога не было. Что она имела в виду под «божественной силой», Иха так и не смогла объяснить.

Затем исчезла паства. Большая часть. Кто-то умер, кто-то просто исчез, как Адам до этого. Боги не могут следить за людьми. Только в момент непосредственного обращения-молитвы. Так что куда делось примерно две трети населения третьего слоя, Иха ответить не могла. Оставшиеся приходили в храмы и просили защиты, помощи, укрытия.

Но дюжина не могла им помочь, потому что сама осталась без сил. И вот тут интересный момент. Пантеон лишился практически всей «божественной силы». Но странность в том, что произошло это до всех событий. Не после пропажи главного, не после исчезновения источника веры, а до. Сначала боги ослабли без всякой видимой причины, потом и мир пошёл вразнос.

Куда делась сила богов — непонятно. Короче, источник информации у меня уровня «занавеска».

А вот дальше история обрастала подробностями, потому что проходила непосредственно внутри пантеона и при его активном участии.

Дюжина впала в отчаяние, приток силы от оставшихся жителей был мизерный, и его не хватало, чтобы сохранить даже имеющуюся паству. Люди начали отворачиваться от дюжины, появились культы лжебогов, обещавших спасение. Вместе с ними росли и атеистические настроения. Всё это перетекло в междоусобицу, войны за ресурсы, остатки человечества вполне успешно и очень быстро начали истреблять самих себя. Вот здесь вообще не удивлен. Верю.

Дюжина пыталась вмешаться. В первую очередь перераспределили имеющиеся ресурсы, чтобы сделать хоть что-то. Так Предатель первым лишился остатков сил, потому что боги пытались спасти живых, а до мёртвых дела не было.

И это стало роковой ошибкой. Многие из богов отошли от дел, чтобы не мешать тем, кто мог что-то изменить. Но Предатель такое терпеть не стал. Он вышел на связь с Семерыми, конкретно с Мортой, так как их силы были схожи.

Морта предложила сделку в своём стиле. Зачем что-то сохранять, если можно всё уничтожить и из пепла и эйба собрать заново? Предателю на тот момент уже было всё равно на человечество, дюжину, божественные силы и Адама Синта. Он просто не хотел умирать, потому что знал: когда он падёт, некому будет проводить проводника за край.

И он начал действовать. Заключил сделку с Мортой, получил от неё силы. Древние, иного порядка, иной сути. И тот, кто раньше провожал души, стал их собирать. Так родился Жнец.

Первой пала Фиа. На тот момент богине плодородия было передано больше всего сил, чтобы она могла помочь остаткам человечества укрепиться. Но она не была боевой богиней, так что пала быстро от руки Жнеца. Второй была Сайка, богиня охоты и повелительница зверей. Эта сражалась до конца, но силы были несравнимы.

— Я была слаба, — произнесла Иха. — Если бы вовремя вмешалась, если бы забрала силы сестёр себе, может, и смогла бы одолеть Жнеца. Но в тот миг мир не нуждался во мне, мы старались не лезть в конфликты, а сохранить ту часть, что пыталась жить сама и давать жизнь следующим поколениям.

Иха пала последней. Оставшиеся боги спохватились и передали ей свои силы. Но Сайка уже оказалась отсечена, обессиленных богов Жнец вырезал в один момент. И с каждой жертвой он становился лишь сильнее. Потом пали Сайка и Иха.

Затем Жнец уничтожил мир. Всё, что они строили, создавали и оберегали. Способ был проверенный. Морта прислала слугу. Лича, чьи кости были чернее Бездны и отлиты из Металла Холодных Звезд. Слуге хватило одного дня, чтобы поднять армию нежити. Он косой прошёлся по миру, и никто не смог его остановить.

Когда жатва была завершена, Слуга взял свою долю и исчез. Морта взяла свою долю и исчезла. Жнец взял свою долю и исчез. Иха осталась. Как? Она сама не понимает. Она вроде бы умерла, а потом вновь «очнулась», когда её паства пыталась вытащить свою богиню на поверхность.

А вот мы с Четвергом примерно поняли.

— Если ИИшка каким-то образом подпитывается от адептов, — размышлял Четверг, — то всё логично. Она была единственным богом спиритов, а спириты — это не обычные люди. К тому же она повелевала боевыми спиритами, которые как раз стремятся к развитию.

— Скорее всего она впала в инактив, а те культисты её просто «оживили» и попытались вытянуть.

Вопросов в истории оставалось много. Откуда культисты вообще узнали про Иху, каким образом смогли провести ритуал и связаться с ней аж с поверхности, каким раком вытащили массив энергоданных тёмной богини аж с третьего слоя.

Предполагаю, что дело в тех самых остатках божественных сил, которые до сих пор окружают местные храмы. Но что это такое и как оно работает, мне до конца непонятно, хотя предположения имеются.

— А этот Жнец? — спросил Четверг. — Точно так же?

— Ага. Исчез. Значит, переместился на поверхность. Почему-то в образе дракона.

— Иха при перемещении пыталась вселиться в своего культиста. Скорее всего Жнец сделал то же самое, только решил не размениваться на ерунду, а сразу в тушу дракона залез. Ему же даже живой дракон не нужен был, он и в дохлого залезет, не привыкать.

— Ага. А там ему великаны по башке камнями накидали и как-то заморозили. А дальше мы уже знаем. Нежить, храм Апола, подданные, снова «слуга Морты», тот самый чёрный лич. Это продолжение той же истории, что нам рассказала Иха, только второй акт происходил на поверхности.

— Вот же хитрый сукин сын. Он всё это время устраивал войну сам с собой. Нежить против Апола.

— А потом концентрация сил достигла нужной точки, с помощью слуги Морты он создал себе собственного жреца из Борроуза. И освободился.

Я как раз закончил нарезать круги по храму и остановился напротив статуи.

— Иха, — обратился я к богине. — Ты же понимаешь, что я не Адам Синт. Я не твой господин, я только внешне на него похож.

— Я вообще не знаю, как ты выглядишь. Я даже не знаю, как я сама выгляжу. Для меня физическая оболочка не имеет значения. И да, я знаю, что ты не он. Но я слишком долго была рядом, чтобы не заметить. Ты очень похож на него. Я это поняла ещё в той деревне, где ты подчинил новорожденного бога. Адам делал это похожим образом.

— И всё равно, я не он.

— Но ты как-то с ним связан. Я это знаю. И для меня естественно подчиняться господину. Поэтому я не врала, когда говорила, что хочу помочь с Эболом. И эту тварь Морту я желаю придушить собственными руками. Всеми четырьмя.

— Босс, — вмешался Четверг. — Если с этим разобрались, смотри, что надыбал.

Перед глазами появилась магическая печать. Довольно сложная, я видел похожую в блокноте Курамы, когда он объяснял мне основные принципы начертания. Только там печать была попроще. Децентрализованный эйб-накопитель с перераспределителем энергии.

Это основной круг для зарядки и подпитки более сложных печатей. Он врисовывается как основа, а от него уже идут другие круги с разным функционалом. Получается сложная, многоступенчатая печать.

У Курамы обычно используется три накопителя по краям и один в центре. Такие печати были на большинстве его свитков вроде Купола Падающих Звезд, Руки Демона, Охранного Барьера высокого порядка.

Четверг усложнил геометрию в четыре раза, и по краям теперь красовались двенадцать накопителей с одним распределителем в центре. А затем на эту схему он наложил карту Дороги Веры с её храмами.

Попадание стопроцентное. Весь этот храм был одной большой магической печатью божественного уровня. Разве что не хватало связующих линий для энергопотоков и разных мелких деталей.

— Под нами пустое пространство, — сообщил Четверг. — Уверен, мы найдём там что-то интересное.

Входа не было, либо мы его не нашли. Зато пол вполне легко ломался. Ну как легко. Пришлось сходить в храм бога-кузнеца и одолжить его молот. Тяжеловат, без эйба, к тому же каменный. Но на пару ударов его хватило, чтобы пол в центральном храме провалился.

Кладка была крепкой, полметра камней, уложенных в несколько слоёв и скреплённых раствором.

Похоже, изначально спуск вниз не планировался таким образом, потому пришлось просто спрыгивать с десятиметровой высоты. Центральная колонна, исписанная рунами, внутри каменной трубы, обшитой металлом.

Поковырял Риисом поверхность и хмыкнул. Медь со свинцовым напылением. Что-то такое я уже встречал. В тех заброшенных руинах с гоблинами. Только там использовался сок Стального Цветка, а туннели были каменными.

— Свинец как изолирующий материал, — сделал я вывод. — Это всё огромные трубы для передачи энергии.

— Или чистого эйба.

— Вряд ли, поплавило бы всё. Хотя что мы можем знать о «божественной силе».

Мы явно находились в некой центральной ёмкости. Отсюда в разные стороны расходились трубы-направляющие. В полу нашёлся заржавевший люк, который пришлось буквально вскрывать тесаком, как консервную банку.

Дальше уже шли технические туннели. Более узкие, выложенные камнем. Дышать было практически нечем, значит, система замкнута и вентиляция давно вышла из строя. Если вообще тут была.

Впрочем, дышать мне было и не обязательно, но я всё равно перенастроил фильтры маски на генерацию кислорода. Найти бы как-нибудь мастерового из деревни да выпытать у него все секреты. То есть «выкупить». Конечно выкупить, мы же все тут приличные.

Побродив по туннелям, я в итоге спустился ещё на уровень ниже. И там уже набрел на что-то странное. Помещение, стены которого были увиты множеством медных труб, уходящих куда-то в потолок.

Несколько каменных постаментов с выемками разной формы, углубленями, каменными панелями. Со стороны это очень напоминало рабочую станцию, только словно вместо оборудования какой-то ребёнок налепил из камней вот эти вот штуки, даже не знаю, как это назвать.

Но если наложить поверх интерфейс дополненной реальности, то вот эта конструкция очень походит на управляющий узел, вот эта панель может стать визуальным модулем, вот те две колонны очень похожи на связующие конструкции, а значит, вот эта полость…

Я подошёл к странному столбу, который словно бы рос из пола и уходил в потолок. Столб находился в отдельной нише, к ней же шли и трубы. А вот посередине кусок колонны словно вырезали. Я стёр каменную крошку и заметил в камне тонкие борозды. Очень похожи на магическую печать.

Похожую колонну, только иных масштабов, я видел в храме лича, когда мы ходили туда с Понедельником. Технология Древних. Это был энергоблок, аналог генератора. Только вот у меня не было эйба под это дело.

Я положил руки на колонну и пустил немного энергии. Руны на поверхности начали светиться, словно выжигаясь в камне. Добавил энергии, и между столбами появился голубоватый поток.

— Ничего себе, — произнёс Четверг. — Ещё работает. Самое время сказать что-то на старперском.

— Раньше умели делать вещи, — подыграл я.

Я решил, что раз колонна поглощает мою энергию, то можно попробовать и запустить этот древний механизм. Правда, для этого пришлось практически опустошить собственное ядро. Но результат превзошёл все мои ожидания.

Стены затряслись, трубы загудели, мне на голову посыпалась крошка, а колонна начала вибрировать. Через мгновение в ней зажёгся крохотный огонёк, из которого вверх и вниз ударили разряды молний.

— Так… — прокомментировал Четверг. — Похоже, мы замкнули цепь и энергия циркулирует сама. Но скорее всего подключились резервные генераторы. Местные.

— Та самая божественная сила? Откуда она берётся и как работает?

— Напомнить мою специализацию или сам догадаешься, что я отвечу?

— Скажи лучше, что ощущаешь?

— Хм… Хм-м-м…

«Хм» в исполнении Четверга означало глубокую обработку поступающей информации. А значит, торопить его не имело смысла. Тем более что два «хм» подряд означало огромный поток данных. А длинное «хм-м-м» говорило о том, что базы Четверга не подходят для аналитики поставленной задачи.

— Это комната управления объекта, но энергия уходит вверх. Обратно в храм Адама Синта. Мы на техническом этаже, тут ничего нет, кроме глубинной инфраструктуры. Лезь обратно.

Иха вообще ничего не понимала. Она даже не знала, что под храмами что-то есть, так что ничего полезного не сообщила. Пришлось довериться Четвергу и лезть наверх.

Зато, стоило мне выбраться в главный зал, как мой компаньон сообщил радостную новость. Генератор активировал храм, а главный зал со статуей оказался замкнутым энергетическим контуром, к которому Четверг тут же и подключился.

— Классика Логоса, — довольным голосом сообщил он. — Управляющий модуль внутри статуи. Открывается с помощью волшебной фразы, но её надо произнести вслух.

— Четверг, ты лучший ИИ-компаньон во всём Логосе.

Постамент статуи, на которой стоял Адам Синт, раскрылся, словно шкатулка.

— Заклинание сработало, — ответил Четверг. — Но учти, в следующий раз придётся ещё и эйбом делиться для надежности.

— Учту, — улыбнулся я и подошёл к статуе.

А там в углублении лежала знакомая сфера из синтезированного стекла. Точно в таких же хранили синт в моей сгенерированной реальности. Только эта сфера была пуста. Выглядела как мутный шарик размером с кулак.

— Мертвый синт, — Четверг тоже вспомнил термин из той, выдуманной жизни.

Мёртвым синтом называли сферы, содержавшие энергокод, но полностью разряженные. То есть эйба в ней не было, но вот программная часть могла сохраниться. И внезапно, прямо на моих глазах, сфера начала сиять.

— Ощущаю кодировку, подключаюсь, анализирую.

— Стоп, стоп. Откуда энергия?

— Предполагаю, что храм запитал. Божественной силой.

Последнее было сказано с изрядной долей сарказма, но факт был налицо. Мёртвая сфера прямо на глазах начала «оживать».

— Посторонним не место в храме, — раздался голос у меня в голове, но по ощущениям источник словно был за спиной.

Я медленно обернулся и увидел Адама Синта. Живую его копию, ровно один в один со статуей. Он стоял в центре зала и смотрел прямо на меня. Мерзкое ощущение, будто кривое зеркало внезапно ожило.

— Это всего лишь фантом, — произнёс Четверг. — Типа нашей Котейки.

— Но фантомы не появляются сами по себе. Тут есть управляющий искин?

— Эм… Получается, что есть. В любом случае фантом не может причинить тебе вреда, не обращай внимания.

— Скажи богу, что сидит у тебя в голове, — произнёс фантом, — чтобы не лез, куда не следует.

— Ого, — произнёс Четверг. — А раньше у Рейнов была прошивка на уважение.

— Хочешь, могу тебя ему оставить.

— Не. Не поладим. Я нашёл искин, древние протоколы, вычислительные мощности на уровне пульта от стереовизора. Погоди, сейчас взломаю и возьму в оборот, он тебе ещё кланяться будет.

Ну, в плане работы с другими ИИшками я Четвергу полностью доверял. Это полностью его сфера, так что я расслабился.

Фантом подлетел ко мне и нанёс резкий боковой удар ногой в грудь. И хоть я успел на голых рефлексах выставить блок, меня всё равно снесло и вмазало в стену храма с такой силой, что от купола начали отваливаться целые куски.

— Это что за кунг-фу Рейн? Четверг, какого хрена, ты же сказал, что он не опасен? — заорал я, сплёвывая кровь.

— Ошибся. Его вычислительные мощности только что скакнули до первой ступени. Босс, он продолжает усиливаться. Я не понимаю, откуда он берёт энергию.

— Сраные боги с их сраным божественным эйбом, — проворчал я. — Эй, рожа стремная. Сейчас ты у меня получишь.

— Босс, нельзя его убивать.

— Это схренашечки? — опешил я.

— Пока он поддерживает фантома, я могу атаковать на энергоинформационном уровне. Если разрушишь фантом, то он перекинет все мощности на меня. И ещё: нельзя выходить из храма, я должен оставаться внутри управляющего контура.

— Да твою ж мать, Четверг, как ты мне дорог, ты бы знал.

Я убрал тесак обратно за спину. Плевать, я из этой псевдогниды голыми кулаками всю дурь выбью. Тем более, рожа у него и правда мерзкая.

— Сопротивление не имеет смысла, — произнёс Адам. — Я охранял Храмы задолго до того, как наставники твоих наставников научились биться.

Рывок с переходом в короткий скачок, я оказываюсь у него за спиной, разворачиваюсь в прыжке и заряжаю пяткой фантому в голову. Его тело ощущается как вполне материальное, что довольно странно. Зато как он рожей проскрипел по полу — одно загляденье.

— Значит, ты не застал такую классную штуку, как бойцовые ямы. Не переживай, сейчас я помогу тебе восполнить этот пробел.