Покраснев, неудачливый кавалер скрылся в июньской ночи. Кто не знал Пэй Чуаня? Знаменитый ученик, занявший первое место на вступительных экзаменах! Но о чем никто даже не задумывался, так это о его отношениях с Бэй Яо! На лице удаляющегося парня отражались смешанные эмоции, но раз школа уже закончилась, об этой сплетне никто не узнает.

Ветви деревьев мягко колыхались под дуновением ветра. Девушка сощурила глаза, и в них засверкали звезды. Она повернулась к парню и позвала его:

– Пэй Чуань! Пэй Чуань!

Он скрипнул зубами, стыдясь своих неконтролируемых чувств. Раз за разом его решимость разбивалась вдребезги.

Юноша опустил взгляд и только спустя минуту произнес:

– Тебе нужен парень посмелее. Он даже не смог взять тебя за руку.

Бэй Яо рассмеялась:

– Тут ты прав!

– А если в следующий раз меня не окажется рядом?

Она пожала плечами и спокойно ответила:

– Скажу, что у меня есть парень.

Пэй Чуань сжал кулак. Глупая девчонка!

Они молча шли в сторону ее дома. Наконец Бэй Яо спросила:

– На какую специальность ты поступаешь?

– Программирование. – Он повернулся к ней. – А ты?

– Пока не скажу. Подожди до июля, и все узнаешь.

Он опустил голову.

Бэй Яо решила стать врачом и поступала на медицинский факультет. Она не так умна, как Пэй Чуань, не сможет изобрести ничего, что принесло бы пользу стране. Но зато она сможет позаботиться о чувствительном Пэй Чуане! Она до сих пор с трудом понимала, как больно и обидно человеку на протезах. Его многие не любили. Но она любила его всем сердцем.

Сев в автобус, девушка помахала рукой.

– Пэй Чуань, увидимся в университете в сентябре!

Глядя вслед удаляющемуся автобусу, юноша сжал кулаки так, что у него побелели костяшки.

Пэй Чуань заметил магазин с безделушками, из которого доносилась музыка. Владелец включил песню Терезы Тэн[4] 1980 года «На берегу», и женский голос томно пропел:

Пэй Чуань посмотрел на автобус, отъезжающий все дальше и дальше, и сделал несколько неуверенных шагов вперед.

– Яо-Яо!

Ветер трепал его черные волосы, пока он бежал сквозь ночь, но любимая с каждой минутой все больше отдалялась от него.

Песня все еще звучала в его ушах.

Забыв о своих культях, забыв о протезах, он бежал за автобусом.

– Яо-Яо! Оглянись! Посмотри на меня еще разок!

Песня звучала все тише и тише, уличные фонари померкли. Пэй Чуань споткнулся и опустился прямо посреди дороги.

Автобус давно исчез.

Летняя ночь 2009 года стала для Бэй Яо началом, а для Пэй Чуаня – тихим прощанием.

* * *

В июле каждый университет отправлял абитуриентам уведомления о приеме. Бэй Яо была вне себя от радости, получив такое письмо на электронную почту. Только Чжао Чжилань не разделяла восторга дочери:

– Яо-Яо, ты решила изучать медицину? Ты знаешь, каково быть врачом?

Та улыбнулась.

– Знаю, мне это нравится.

– Я слышала, что там надо будет препарировать тела, а еще практика в морге… Неужели ты не боишься?

– Мама, в мире так много женщин-врачей, – сказала Бэй Яо, – они же не боятся!

Бэй Лицай подошел и примирительно произнес:

– Ладно, ладно, ладно, раз уж нашей дочери это нравится, не стоит переживать! Врач – хорошая профессия!

Бэй Яо кивнула.

– Да, и о занятости можно не думать, в больницах всегда поток пациентов.

Муж занял сторону дочери, и Чжао Чжилань оставалось только развести руками. Что сказать, будущая профессия Бэй Яо кажется напряженной, но, по крайней мере, ее можно считать практичной.

Самое важное в каждом городе – это университеты, куда поступают лучшие студенты. В области гуманитарных наук многие годы лидировал университет Х, естественных – Пекинский университет. В тот день, когда Пэй Чуань получил письмо о зачислении, опять шел дождь – как всегда летом, внезапно и надолго.

Пэй Чуань как раз спокойно закрыл компьютер, когда к дому одна за другой подъехали полицейские машины. Офицеры вломились в дверь. Командир с пистолетом в руках, глядя на подростка в комнате, спросил:

– Ты Пэй Чуань?

Двое полицейских позади в недоумении переглянулись: подозреваемый выглядел слишком юным, чтобы быть создателем вирусных программ, доставивших кучу проблем за последний год. Однако юноша встал и протянул руки. Когда на него надели наручники, в комнате воцарилась тишина.

Они много лет ловили преступников, но впервые видели такого, как Пэй Чуань. Он добровольно сдал полиции все улики, все тринадцать укрытий – от Сингапура до Китая, а также списки вовлеченных людей с их криминальной историей и семейным положением – всего 56 человек! Полиция не могла раскрыть это дело уже много лет, а Пэй Чуань просто взял и прислал всю информацию.

В тот вечер, когда полицейские знакомились с информацией по делу, у них тряслись руки. Этот юноша был сообщником криминальных авторитетов с большой буквы. Как бедному калеке хватило храбрости предать их всех и сдаться?

Когда один из полицейских подтолкнул его вперед, Пэй Чуань спросил:

– Офицер Цуй, вы закончили арест преступников?

Тот с недоумением посмотрел на Пэй Чуаня и ответил:

– Да.

– Хорошо, – прошептал он. – Никто из них не должен остаться на свободе.

Шел дождь. Звук полицейской сирены заставил всех соседей высунуть головы из окон. Прежде чем сесть в машину, Пэй Чуань долго стоял под дождем, глядя в сторону старого квартала.

Никто не причинит ей вреда, в том числе и он сам.

* * *

Арест лучшего ученика города С стал самой громкой новостью июля. Пекинский университет в итоге отозвал свое предложение о приеме.

Имя «Пэй Чуань» уже трижды попадало в новости: первый раз – из-за трагедии в 96-м, второй – из-за высшего балла на экзаменах, третий – из-за преступления. Сообщения в СМИ были повсюду. Пэй Чуань был похож на фейерверк в темной ночи: за мгновением сияния пришли тишина и молчание на всю оставшуюся жизнь. Социологи проанализировали личность Пэй Чуаня в статье, которая стала предостережением для последующих поколений: даже гений может сойти с прямой дорожки и стать безумцем.

Суд назначили на январь следующего года. Дело Пэй Чуаня было сложным, затрагивало слишком многих людей, и требовалось немало времени, чтобы во всем разобраться.

Когда Бэй Яо увидела новости по телевизору, в душе у нее все перевернулось, и она сразу же побежала к двери. Чжао Чжилань тоже была ошеломлена и с трудом могла поверить в такое. Им, простым трудолюбивым гражданам, было трудно представить, что ребенок, повзрослевший у них на глазах, однажды станет преступником.

Бэй Лицай нахмурился.

– Яо-Яо! Куда ты собралась?!

– Папа, это какая-то ошибка, я должна найти Пэй Чуаня и спросить его самого!

Отец потянул ее за руку.

– Не уходи! Где ты собираешься его искать? Послушай, что говорят по телевизору, он ключевой подозреваемый! Проснись!

Опомнившись от первого потрясения, Чжао Чжилань тоже не позволила дочери выйти на улицу.

Бэй Яо заплакала.

– Он обещал, что мы вместе поступим в университет, вместе будем смотреть на снег… Он обещал мне…

Женщина была потрясена до глубины души.

– Ты и он…

– Мама, умоляю тебя, позволь мне встретиться с ним!

Чжао Чжилань впервые за долгое время видела слезы дочери, но все равно отрезала:

– Нет. Он теперь преступник! Яо-Яо, тебе поступать в университет, не связывайся с ним!

Девушка покачала головой, вытерла слезы и спокойно произнесла:

– Я хочу его увидеть. Мама, если я не могу увидеть его сегодня, то увижу завтра, если не получится завтра, я увижу его в следующем месяце, а если и это невозможно – в следующем году. Ты не сможешь остановить меня. Я уже не маленькая девочка. Если он плохой человек, значит, мне нравится преступник!

Дождь лил уже несколько дней подряд, на дорогах появились небольшие лужи. Сердце Чжао Чжилань замерло. Она впервые осознала, что ее дочь выросла. «Если он плохой человек, значит, мне нравится преступник!» Пока Пэй Чуань остается Пэй Чуанем, она будет стремиться увидеть его еще раз.

Глаза женщины наполнились слезами. Она раскрыла зонтик.

– Я отвезу тебя.

Мать и дочь вместе отправились в участок.

Полицейский посмотрел на Бэй Яо без интереса.

– Его здесь нет. Подозреваемых по крупным делам здесь не держат. Гражданка, забирайте вашу дочь и возвращайтесь домой.

– Вы нас обманываете! – воскликнула девушка.

Полицейский нахмурился, и Чжао Чжилань сказала:

– Яо-Яо! Как ты можешь такое говорить?

Та отстранилась от матери.

– Это ты заставила его так сказать, да?

– Если вы мне не верите, – холодно произнес полицейский, – то я ничего не могу сделать, у меня не так много полномочий.

И все же Бэй Яо отказывалась уходить и осталась в участке еще на некоторое время.

В ту ночь было особенно холодно, лил дождь, гремел гром. К какому сроку приговорят Пэй Чуаня, никто еще не знал, но было ясно: его действительно перевели. Полиция маленького города С не решилась брать на себя такое крупное дело.

Чжао Чжилань заговорила снова:

– Яо-Яо, пойдем домой! Ты сегодня совсем ничего не ела… Не разбивай материнское сердце!

Бэй Яо оскалила зубы и покачала головой.

«У мамы будет разбито сердце, и у него будет разбито сердце…»

Чжао Чжилань покраснела, подошла и обняла дочь.

– Яо-Яо, ах, Яо-Яо, послушай маму: ты еще маленькая, когда-нибудь ты сможешь забыть обо всем этом. Пойдем домой, ну пойдем домой…

Девушка дождалась рассвета, но так и не увидела того, кого хотела. Бэй Яо надеялась, что будет рядом с ним до конца его дней. Но судьба Пэй Чуаня оказалась слишком горькой.

В конце концов она достала из кармана маленький желтый талисман и тихонько развернула его.

Солнце уже взошло, полицейские вернулись к работе. Бэй Яо сидела на ступеньках, утренний свет лился ей в руки, а камень ярко сиял, отражая солнечные лучи.

По лицу девушки текли слезы. На ее ладони лежал бриллиант. Круглый бриллиант размером с крупную жемчужину с бесчисленным множеством граней. В 2009 году его стоимость была сопоставима с ценой семи-восьми роскошных особняков. Это было последнее, что оставил ей Пэй Чуань, – бриллиант, предназначенный для обручального кольца, которое он не мог подарить Бэй Яо. Он ни словом не лгал. Ему действительно пришлось очень много работать, чтобы поступить в Пекинский университет.

Совсем недавно Бэй Яо надела ему на палец кольцо из травинок.

«Через несколько лет ты должен подарить мне настоящее, понял?»

Что он ответил? Он ласково сказал: «Да».

Девушка смотрела на бриллиант в своей ладони и плакала.

– Мама, идем домой.