Под пристальным взглядом Гао Цюн Пэй Чуань в маске падшего ангела поджал губы и сказал:

– Нет.

Бэй Яо была глубоко разочарована. Ее удрученный вид явно порадовал Гао Цюн. Она подумала, что эта самозванка не такая уж и хорошая актриса. Если бы она была настоящей Бэй Яо, Дьявол был бы вне себя от радости и ни за что бы не отказался.

– Если тебе будет страшно ночью, позови меня, – добавил Пэй Чуань.

Бэй Яо кивнула и в конце концов выбрала комнату рядом с его.

После того как Дьявол и Бэй Яо ушли в свои спальни, Гао Цюн с триумфом сказала Юй Шансяню:

– Я же говорила, что Дьяволу нет никакого дела до этой фальшивки! Пройдет несколько дней, и она даже не заметит, как умрет…

Несколько лет назад кто-то угрожал Дьяволу, используя младшего брата Бэй Яо. И где сейчас эти люди? Всех, кто за последние несколько лет попытался задеть его, используя Бэй Яо, ждал одинаково плохой конец!

– Я не был бы так в этом уверен, – возразил Юй Шансянь, глядя на закрытую дверь. – Потерянное однажды становится незаживающей раной… Во второй раз лишиться Бэй Яо для господина будет просто невыносимо.

В ту ночь завывал сильный ветер. После всего произошедшего Бэй Яо никак не могла уснуть. Проворочавшись на постели, она взяла трубку телефона, стоявшего на прикроватной тумбочке.

Дьявол открыл глаза и сразу ответил на звонок.

– Пэй Чуань… – позвал его ласковый и приятный голос.

– М-м-м…

– Я разбудила тебя?

– Нет, – мягко ответил мужчина.

– Мне немного страшно… – сказала она. – Смогу ли я вернуться в свой прежний мир?

– Обязательно сможешь. Не бойся, – спокойно ответил Пэй Чуань. – Завтра мы начнем искать способ.

– Спасибо…

Пэй Чуань лишь слабо улыбнулся и закрыл глаза. Ему уже исполнилось двадцать семь. Это был уже не тот юный импульсивный Пэй Чуань, который когда-то любил яростно и безрассудно. Здесь он был лидером этого мира. Он мог манипулировать сознанием других людей с помощью чипов… но их судьбу изменить не мог. Прежняя Бэй Яо… уже давно покоилась под могильным камнем. И даже Дьяволу было больно влюбляться в одну и ту же женщину и снова и снова разбивать себе сердце.

Даже «прошлая» Бэй Яо ни дня не принадлежала себе. Нельзя же позволить этой чистой девушке уйти с ужасными воспоминаниями об этом грязном мире?

Просвистел ветер, а Яо-Яо тихо спросила:

– Если я уйду, тебе будет одиноко?

Хотя Бэй Яо и очнулась в море цветов, она быстро поняла, что этот мир какой-то темный и разбитый.

– Я привык, – отозвался Дьявол.

Они поговорили еще немного, и, когда ее дыхание выровнялось, Дьявол спросил:

– В твоем мире… я хорошо к тебе относился?

– Очень-очень хорошо! – ответила Бэй Яо.

– Тогда замечательно, – улыбнулся Пэй Чуань.

* * *

Все в поместье знали, что каждый год в годовщину смерти Бэй Яо Дьявол три дня лично сажает розы перед ее могилой посреди лавандового поля. Уединенная вилла была запретной зоной, но для многих это было священное место. Ведь только здесь не было ни ужаса, ни хаоса. И только здесь Дьявол не был непредсказуем и жесток. Перед могилой Бэй Яо он был даже… нежен.

На следующий день погода стояла ясная. Несколько человек, охранявших могилу, в страхе смотрели на Дьявола в его инвалидном кресле.

Пэй Чуань слегка приподнял брови, и мужчины упали перед ним на колени.

– Помилуйте! Мы исправно исполняли свои обязанности! Но мы действительно не знаем, как она попала сюда…

Гао Цюн стояла в стороне и злорадствовала. Она смотрела на смущенную Бэй Яо и самодовольно думала: «Вот с этой фальшивкой и покончено! Мало того, что она притворяется Бэй Яо, так еще и посмела топтаться на ее могиле!»

Пэй Чуань равнодушно посмотрел на охрану:

– Вставайте и возвращайтесь к работе. Не допустите, чтобы подобное повторилось.

Мужчины обменялись неуверенными взглядами. Но когда они поняли, что Дьявол не шутит, их лица озарили улыбки, и они быстро разошлись.

Сегодня Пэй Чуань тоже собирался сажать розы. Вчера он сказал, что в этом нет необходимости, но сегодня снова толкал тележку с саженцами к могиле. Одной рукой он управлял своим инвалидным креслом, другой – тележкой.

Увидев это, Бэй Яо поспешила на помощь.

– Давай я…

– Спасибо, – ответил Пэй Чуань.

Они вместе вошли на кладбище.

Гао Цюн и Юй Шансянь не решились пойти следом. Оставшись за оградой, они обменялись взглядами. Гао Цюн расширила глаза и сказала:

– Готова спорить, вернется только Дьявол. Самозванке конец!

Юй Шансянь лишь дернул уголком рта.

В море лавандовых цветов был виден мужчина с закатанными рукавами. Лицо за маской оставалось спокойным. Его ладони были грубыми и мозолистыми, так что шипы роз не причиняли ему боли. Не забывая, что девушка все еще рядом с ним, он мягко сказал:

– Ты говорила, что появилась здесь. Осмотрись, может, найдешь дорогу домой.

Бэй Яо не могла отделаться от странного чувства: ее любимый сажает цветы на ее могиле, а она должна прыгать на ней и пытаться вернуться в свой мир…

Девушка наклонила голову.

– Тогда я пойду прыгну?

Пэй Чуань кивнул, опустил взгляд и осторожно присыпал корни роз землей. Бэй Яо прокашлялась и ступила на могилу, а затем несколько раз подпрыгнула. Еще мгновение спустя она неловко встретила спокойный взгляд мужчины в инвалидном кресле.

– Кажется, я все еще здесь, – сказала Бэй Яо.

– Прискорбно…

Смутившись, Яо-Яо спрыгнула с могилы и просто села рядом, наблюдая, как он сажает цветы.

Его сильные руки были покрыты грязью. Она взглянула на надгробие, и при виде крупной надписи: «Могила моей жены Бэй Яо» ее щеки вспыхнули. Девушка посмотрела на Пэй Чуаня.

– Эти слова…

Руки мужчины на мгновение замерли, но почти сразу он взял с тележки следующий саженец и продолжил работу.

– Прошу прощения. Я не хотел тебя обидеть. Пожалуйста, не принимай близко к сердцу.

После долгого раздумья она смогла пролепетать:

– Но я не возражаю.

Пэй Чуань тихонько вздохнул. Бури, которые он пережил, давно переросли в нечто более тихое, глубокое и прочное. Если бы в юности он назвал кого-то своей женой, то, наверное, захотел бы исчезнуть с лица земли.

Она осталась рядом, помогая сажать цветы.

– Так странно, – пробормотала она. – Почему я… ухаживаю за собственной могилой?

Пэй Чуань знал, что Бэй Яо из другого мира все еще молода и очаровательна. Услышав ее вопрос, он улыбнулся.

Когда они закончили высаживать розы, девушка осторожно вытерла грязь с его руки. От ее прикосновения мужчина напрягся и взглянул ей в лицо. Бэй Яо неловко отдернула руку и нерешительно спросила:

– Я… Какими были наши отношения? Я тебя обижала?

Иначе почему даже незначительный жест вызвал такую реакцию?

Пэй Чуань отвернулся.

– Дело не в этом…. Не хочешь еще раз прыгнуть? Может, все же получится?

Она понимала, как глупо выглядит, но желание увидеть ее Пэй Чуаня все еще было сильным.

– Да, – отозвалась она.

Под пристальным взглядом Дьявола Бэй Яо снова забралась на могилу. «Если бы я сейчас произнесла какое-нибудь заклинание, – подумала она, – то стала бы героиней волшебной сказки». Но мгновением позже она снова сошла с могилы, потерпев поражение. На этот раз Бэй Яо старалась обходить недавно посаженные розы, чтобы не повредить ни один цветок. Мужчина перед ней по-прежнему сохранял спокойствие, но Бэй Яо захотелось провалиться под землю.

– Я все еще не вернулась… – произнесла она тоненьким голоском.

Уголки рта Пэй Чуаня под маской слегка приподнялись. Вцепившись в юбку, она жалобно спросила:

– Можно я… пока побуду с тобой?

– Это будет честью для меня, – отозвался Пэй Чуань.

Бэй Яо почувствовала себя уже не так неловко и расслабилась.

Когда они уходили с кладбища, Гао Цюн пристально смотрела им вслед. При виде того, что эта хитрая лисица все еще жива и здорова, на лбу женщины вздулась вена. Она рассмеялась и сказала:

– Дьявол, я слышала, что эта юная леди вчера практически танцевала на могиле госпожи Бэй Яо!

Подтекст был очевиден: «Подделка зашла слишком далеко. Она топчет твое сердце, Дьявол, разберись с ней поскорее».

Бэй Яо все еще помнила, как эта женщина говорила о вживлении чипа, и быстро ответила:

– Я не хотела…

– Каждый, кто совершает ошибку, потом говорит, что «не хотел», – прошипела Гао Цюн, практически кипя от злости.

Бэй Яо посмотрела на Пэй Чуаня, а он выдержал небольшую паузу и ответил:

– Она же сказала, что не хотела.

Гао Цюн была ошеломлена. Что за чертовщина? Просто поверить во все, что говорит эта самозванка? Просто так простить ее? Это точно все еще Дьявол?

Когда по возвращении Пэй Чуань принимал доклады, Гао Цюн тихо подошла к Бэй Яо.

– Я прекрасно знаю, какую игру ты затеяла, – прошептала она. – Не мечтай, что твоя затея удастся.

Та выглядела озадаченной.

– Думаешь, сердце Дьявола так легко завоевать? Были уже и такие, как ты. Знаешь, где они сейчас? – усмехнулась женщина.

– Где? – переспросила девушка.

Гао Цюн злобно ухмыльнулась.

– Превратились в удобрение для цветов! И твой конец будет таким же. То, что он защищает тебя сейчас, не значит, что ты когда-нибудь сможешь заменить ему жену. Ты ничто по сравнению с госпожой Бэй Яо.

Сама она в эти слова не верила – отношения между Бэй Яо и Дьяволом всегда казались Гао Цюн холодными и отстраненными. Иногда она даже возмущалась тем, какой бесчувственной была Бэй Яо. Но сейчас, имея дело с фальшивкой, она не могла спокойно смотреть на ее самодовольство.

Бэй Яо бросила на нее недоумевающий взгляд.

– Тебе нравится Пэй Чуань?

– И что с того? – резко ответила женщина. – Я ему подхожу куда больше.

– Мне он тоже нравится, – отозвалась Бэй Яо. – Я не причиню ему вреда…

Но Гао Цюн взорвалась, едва услышав первую часть фразы:

– Ты объявляешь мне войну?!

– Нет, я не имела в виду… – запаниковала девушка.

Гао Цюн огрызнулась:

– Я была рядом с ним больше десяти лет! Я знаю о нем все: его предпочтения, его характер, его тело…

Почему?! Откуда вообще взялась эта новая Бэй Яо? Она только вчера появилась и уже хочет украсть Дьявола!

Бэй Яо, которую было нелегко разозлить, сейчас была очень расстроена. Его предпочтения? Его характер? Его тело? В ее мире Пэй Чуань все еще был несчастным парнем, запертым в тюрьме. Он покинул ее, не сказав ни слова. Может быть, в этом мире Дьявол в конце концов перестанет любить Бэй Яо и влюбится в Гао Цюн?

– Я ему нравлюсь, – серьезно ответила Бэй Яо.

– Нравишься, еще чего!

В следующий момент Бэй Яо сделала нечто невероятно безрассудное. Она сорвалась с места, подбежала к Дьяволу, говорившему с подчиненными, и поцеловала его в маску. Наступила тишина. Небо за пределами поместья было ослепительно голубым. Один из докладывающих едва не потерял сознание от шока. Ошарашен был даже Юй Шансянь, который спокойно вел записи в стороне. Бэй Яо напоминала разъяренную кошку, яростно защищающую котенка. Все невольно повернулись к Дьяволу. Пэй Чуань коснулся маски. По правде говоря, в ней он почти ничего не чувствовал. Стараясь оставаться спокойным, он спросил:

– Что ты делаешь?

Бэй Яо обернулась и уставилась на Гао Цюн.

В сердце той взорвались десять тысяч проклятий. Сначала она подумала: «Проклятье, эта подделка специально меня доводит!» Но следующей мыслью стало: «Какого черта, эта девчонка что, выпила эликсир храбрости? На этот раз эта фальшивка абсолютно обречена!»

Однако Дьявол взял себя в руки и сурово посмотрел на помощницу.

– Я же говорил тебе, не задирай ее!

Гао Цюн была ошеломлена. Она ждала, что господин раздавит фальшивку, но вместо этого получила предупреждение. «Да кто ее задирал? Я даже не успела ничего сделать!»

Бэй Яо, напротив, была в восторге: «Я же говорила, что нравлюсь Пэй Чуаню. Не может быть, чтобы он так легко изменил свое сердце». Она с готовностью придвинула маленький табурет и села рядом с мужчиной, а тот посмотрел на нее, думая о мягком прикосновении ее губ.

– Продолжайте, – приказал он подчиненным.

Докладчик пробормотал несколько фраз, прежде чем окончательно пришел в себя. Только сейчас Бэй Яо поняла, что оказалась на частном острове. Пэй Чуань превратил целый остров в ее могилу.

В тот вечер за ужином Гао Цюн выглядела совершенно опустошенной. И все же на ней было свежее белое платье и мягкий макияж. Рядом с «фальшивой» Бэй Яо она еще больше напоминала элегантную и отстраненную хозяйку дома из прошлых лет – ничего общего с обычным стилем этой женщины. Юй Шансянь приподнял бровь.

– Что ты делаешь?

– Кто сказал, что я не могу разыграть карту запасного варианта?

– Ты… – Юй Шансянь не сразу сумел подобрать слова. – Позволь давнему коллеге дать совет. Не рой себе могилу.

Гао Цюн скрипнула зубами:

– Она поцеловала господина. Я никогда себе этого не позволяла!

Реакция Дьявола сводила ее с ума от ревности.

– Если ты умрешь, я позабочусь о том, чтобы твое тело похоронили, а не отдали собакам.

– О, большое спасибо!

– Не за что. Это меньшее, что я могу сделать.

Гао Цюн и на самом деле выглядела так, словно была настроена вырыть себе могилу. Эта подстрекательская черта в ее характере просто не желала отпускать.

В тот вечер во время ужина с Бэй Яо и Пэй Чуанем Гао Цюн, украдкой поглядывая на них, заметила несколько новых деталей: например, Пэй Чуань не притрагивался к блюдам, которые нравились самозванке, даже если сам их любил. Он съедал то, от чего отказывалась новая Бэй Яо. Воистину молчаливая забота!

Гао Цюн стиснула зубы и, подражая самозванке, прошествовала к столу. Но как только она опустила голову, чтобы поцеловать Пэй Чуаня, тот нахмурился и постучал по кнопке на запястье. Не успела Бэй Яо отреагировать, как Гао Цюн опустилась на колени. Ее энергичное лицо померкло, а голос стал механическим:

– Каков твой приказ, Дьявол?

– Иди и прими наказание, – спокойно отозвался Пэй Чуань.

– Да, господи, – жестко отозвалась Гао Цюн, встала и вышла за дверь.

– Что она делает? – озадачилась Бэй Яо.

Юй Шансянь осознал, что гостья правда не понимает, и выражение его лица изменилось. Неужели кто-то может не знать о чипе «Ваншэн»?

Пэй Чуань не стал ничего объяснять и уехал прочь, так что Бэй Яо оставалось только обратиться с вопросами к другому.

– Что случилось с Гао Цюн?

– Она плохо выполняла свою работу и теперь искупает вину, – любезно объяснил Юй Шансянь и добавил с веселой улыбкой: – Похоже, ты очень нравишься Дьяволу. Раньше ему так же сильно нравилась госпожа Бэй Яо.

Девушке стало любопытно.

– А раньше я… не очень хорошо к нему относилась?

– Не совсем, – ответил Юй Шансянь, чмокнув губами и посмотрев на нее. – Ты была вежливой и уважительной, но, даже прожив вместе целый год, вы ни разу не держались за руки. Ваши разговоры звучали так: «Доброе утро, господин Пэй», «Добрый день, господин Пэй», «Спокойной ночи, господин Пэй»… О, подожди! Еще одно: «Спасибо, но мне это не нужно».

Бэй Яо не удержалась от смеха. Она ничего не помнила об этом прошлом, и ей было трудно даже представить подобное.

Юй Шансянь рассмеялся вместе с ней:

– Довольно забавное время, да?

Девушка кивнула, отчего-то испытывая неловкость.

– Но все это не помешало Дьяволу полюбить ее. Если возможно, не могла бы ты помочь ему? Мне неважно, кто ты, зачем явилась и как долго собираешься здесь оставаться, – было бы хорошо сделать его немного счастливее, несмотря ни на что.

– Спасибо и вам, и Гао Цюн за то, что вы так добры к нему, – отозвалась Бэй Яо.

Мужчина закатил глаза:

– Где ты видела, чтобы я был к нему добр? Он мой господин, и я должен думать наперед ради своей карьеры.

В его словах всегда оставалась доля правды.

Юй Шансянь был амбициозен. Пэй Чуань никого из сотрудников не заставлял вживлять чип, но и он, и Гао Цюн добровольно согласились на имплантацию. Благодаря этому они уже более десяти лет были самыми доверенными людьми Дьявола.

Бэй Яо на мгновение задумалась.

– Вы, наверное, не очень хорошо представляете мою ситуацию. Честно говоря, я даже не знаю, что я могу для него сделать.

Когда Юй Шансянь понял, что она действительно хочет помочь, в его глазах вспыхнул интерес. Она сильно отличалась от той холодной и отстраненной госпожи Бэй Яо, которую он помнил. Тогда почему бы для начала не убедить Дьявола снять маску? Он надел ее в день смерти госпожи и с тех пор никогда не снимал перед другими. Но отпустить прошлое – единственный способ жить дальше.

Посреди ночи, когда на улице завывал ветер, Бэй Яо постучала в дверь Пэй Чуаня. Он открыл через несколько мгновений, слегка растрепанный и помятый, как будто одевался в спешке.

– Что случилось? – спросил он.

– Мы можем немного поговорить?

– Входи.

С самого перемещения Бэй Яо считала Дьявола своим Пэй Чуанем и только после разговора с Юй Шансянем окончательно поняла: Дьявол не был ее Пэй Чуанем. Он слишком много пережил, слишком долго страдал. Сколько бурь потребовалось, чтобы выковать этого спокойного лидера, не боящегося ничего на свете? И обращался он с ней явно почти так же, как с прежней Бэй Яо.

В ее сердце пробудилась тревога. Девушка присела на корточки и подняла на него глаза.

– Посмотри на меня. Я – Бэй Яо, но я не совсем та Бэй Яо, которую ты знал. – Она провела пальцем по своей щеке, и на ней появилась мягкая, невероятно милая ямочка.

– Я знаю, – мягко ответил Пэй Чуань через мгновение.

Она виновато опустила голову.

– Мне очень жаль. Я хочу извиниться за то, что сделала сегодня. Я повела себя как эгоистка, приревновала к Гао Цюн. В этом мире меня, которую ты знал, давно нет. Я не могу дать тебе будущее или что-то пообещать, поэтому не хочу мешать тебе полюбить кого-то еще. Я не должна была целовать тебя.

Он слегка поджал губы и все так же мягко отозвался:

– Все в порядке.

Он давно понял, что она – не та. Прежняя Бэй Яо не любила его, и он не питал надежд и ожиданий. Новая же была похожа на маленькую поникшую перепелку, искренне признающую свою ошибку. Пэй Чуань нежно провел рукой по мягким волосам, и, когда Яо-Яо подняла голову, он увидел, что ее большие глаза наполнились слезами.

– Прости меня, это моя вина. Я не была добра к тебе раньше… Если ты действительно… любишь Гао Цюн… – Хотя это причиняло ей глубокую боль, она заставила себя закончить: – Это тоже нормально. Она гораздо лучше меня.

Мужчина кончиками пальцев нежно смахнул ее слезы. Будь он на ее месте, Пэй Чуань, наверное, разозлился бы до стиснутых зубов. Неужели Яо-Яо думает, что его чувства ничего не стоят? Но с возрастом пришло понимание. Он видел искренность и печаль в ее сердце. Все, что он мог сделать… это принять ее.

– Я не хочу быть с Гао Цюн, – отозвался Пэй Чуань. Теперь наконец-то можно было дать выход переполнявшим его эмоциям юности, о которых он никогда не осмеливался говорить. – Только ты. В этой жизни есть только ты.

Ресницы Бэй Яо задрожали.

Его голос был мягким и низким:

– Я хочу знать… в твоем мире я тебе нравился?

Иначе… почему она так легко поцеловала его в щеку?

Бэй Яо кивнула. Дьявол на мгновение замолчал. Он искренне завидовал Пэй Чуаню из другого мира. Его Бэй Яо не любила ни дня.

– Я понял. Спасибо за ответ.

Девушка хотела пожелать ему спокойной ночи, но в памяти всплыли слова Юй Шансяня. Наверное, чаще всего Пэй Чуань слышал от Бэй Яо «доброе утро» и «спокойной ночи». Сейчас эти слова лишь посыпят соль на рану.

Она подошла к двери и вдруг обернулась. Мужчина поднял голову. Яо-Яо быстро сделала руками сердечко и тихо сказала:

– Для Дьявола!