Перед рассветом Пэй Чуань отвез Бэй Яо домой, а на лабораторный стол доставили Гао Цзюня, который должен был выздоравливать в больнице. В тот год Пэй Чуань уже заканчивал школу. Сейчас на его лице и в уголках рта красовались порезы от разбитой бутылки.

Пэй Чуань и его помощник облачились в белые лабораторные халаты. Когда Гао Цзюнь очнулся, в руках исследователя был шприц. Парень сразу же увидел Пэй Чуаня в инвалидном кресле. Хотя он не понимал, что происходит, но по выражению лица Пэй Чуаня считал, что ему угрожает опасность. Поэтому попытался вырваться.

– Почему вы меня здесь держите? Отпустите меня! Отпустите! Не подходите… Пэй Чуань, ах, Пэй Чуань, я был неправ! Я не должен был…

Тот просто молча следил за происходящим. Отпустить его? Думал ли Гао Цзюнь о том, как бы испугалась Бэй Яо, очнувшись?

Затем последовала имплантация чипа.

Монитор показывал пульс Гао Цзюня. Пэй Чуань крепко вцепился в кресло, наблюдая, как тот медленно теряет сознание. Он был напряжен до предела. Но очнулся подопытный в оцепенении. Эксперимент провалился. Однако даже неудача обрадовала К.

На другом конце видеотрансляции клоун разразился хохотом:

– Дьявол, я очень рад, что ты добился каких-то результатов!

Так называемые «результаты» означали, что Гао Цзюнь может так и не прийти в сознание до конца жизни. Пэй Чуань выключил компьютер и коснулся своей груди. Сердце билось спокойно. Ему действительно было все равно, жив Гао Цзюнь или мертв.

* * *

Внезапное исчезновение Гао Цзюня не вызвало ни малейшей ряби, словно песчинка упала в море. Лишь его друг Юй Иньфань заволновался и даже при встрече схватил Пэй Чуаня за воротник:

– Ты ведь точно знаешь, что случилось с Гао Цзюнем, не так ли? Я разговаривал с его сестрой, он давно не появлялся дома! Мне сказали, что он исчез сразу после того вечера…

Пэй Чуань отмахнулся с безразличным видом.

– Имей хоть каплю уважения.

Его тон был спокойным, но по телу собеседника пробежал холодок. Юй Иньфань стиснул зубы, его взгляд был полон ярости, как будто он хотел разорвать Пэй Чуаня на куски.

– Так это связано с тобой или нет?! – спросил Юй Иньфань.

Пэй Чуань медленно поправил воротник и слегка улыбнулся.

– Даже если и так, что ты сможешь сделать?

Глаза юноши покраснели от гнева. Но выживает сильнейший. Таков закон джунглей. Пэй Чуань уже давно это понял.

Он вернулся к одинокой жизни. Изредка люди Гао Цзюня виделись с Пэй Чуанем, но вели себя нервно и говорили мало, опасаясь, что могут оказаться на месте Гао Цзюня.

Теперь Пэй Чуань редко ходил в школу и не особенно интересовался, что там происходит. Он боялся, что однажды, сам того не желая, услышит что-нибудь о красавице из школы № 6 – Бэй Яо. Она никогда не делала ему ничего плохого. Всегда была добра к нему. Не мешать ей жить – единственное, чем он мог отплатить ей. После того дня Пэй Чуань окончательно провел границу между собой и Бэй Яо.

Под Новый год в городе С начался сильный снегопад. К двери Пэй Чуаня приблизилась женская фигура. Когда он увидел смутный силуэт, его сердцебиение участилось, и он толкнул кресло, чтобы открыть дверь. Но когда она подошла ближе, сердце Пэй Чуаня упало. Это была не Бэй Яо, а другая высокая девушка. Она повернулась, показав красивое лицо, хотя губы были полноваты, а нос немного вздернут. Незнакомка была одета в рваные джинсы и стояла, скрестив руки. Ее волосы были выкрашены в темно-рыжий.

Увидев Пэй Чуаня, она бросила на него заинтригованный взгляд, задержавшийся на инвалидном кресле. В ее глазах мелькнуло любопытство.

– Я младшая сестра Гао Цзюня. Меня зовут Гао Цюн.

Пэй Чуань начал закрывать дверь.

Девушка поспешно сказала:

– Я здесь не для того, чтобы мстить. Мы с Гао Цзюнем никогда не были близки. Он и мой отец были подлыми трусами, ненавидящими женщин. Я просто хотела узнать, что за человек может заставить такого, как мой брат, бесследно исчезнуть.

Без малейших колебаний Пэй Чуань закрыл дверь. Гао Цюн присвистнула: этот парень был довольно крут. Гораздо круче, чем любой из ее предыдущих парней.

В канун лунного Нового года ветви деревьев были покрыты густым белым облаком. Когда мир облачился в серебро, Пэй Чуань заболел, хотя всегда отличался крепким здоровьем. Может быть, его организм не давал сбоя потому, что Пэй Чуань жил один и, если бы заболел, некому было бы о нем позаботиться.

На улице взрывались петарды. Посреди оживленного мира все вокруг него было лишено всякого тепла. Может быть, лихорадка помутила его разум, но бледный Пэй Чуань, упрямо толкающий инвалидную коляску, в конце концов оказался перед своим старым жилым кварталом. Двор обветшал, но был украшен яркими огнями и гирляндами, а у ворот висели два красных фонаря. Цвели сливы, и в воздухе витал слабый аромат их цветов.

В небе вспыхивали фейерверки. Пэй Чуань сидел в тени и молча наблюдал за происходящим. Мальчик лет четырех-пяти подбежал ближе и испуганно отпрянул, увидев в темноте незнакомую фигуру. Пэй Чуань тоже оцепенел от ужаса: чертами лица ребенок был очень похож на Бэй Яо.

Маленький Бэй Цзюнь запаниковал и бросил петарду в Пэй Чуаня: мама говорила ему, что плохие люди выходят на улицу с наступлением темноты, чтобы похищать детей.

Пэй Чуань нахмурился и едва успел поднять петарду, как она взорвалась у него в руке, пронзив ладонь болью. Юноша поднял голову и увидел, что к растерянному мальчику издалека бежит девушка. Бэй Цзюнь озорничал как никогда. Она отвлеклась лишь на мгновение, а он уже успел бросить в кого-то петарду.

Испуганная Бэй Яо с колотящимся сердцем даже не стала спрашивать, откуда взялись петарда и зажигалка, а сразу бросилась проверять травму Пэй Чуаня.

– Ты в порядке? У тебя кровь идет! – сказала она, машинально прижимая артерию возле большого пальца.

Пэй Чуань замер, все его тело обдало жаром. С неба мягко падал снег. Нежная прохладная рука девушки прикоснулась к нему… Он впервые был так близок к ней. Это было похоже на лихорадочный сон, от которого перехватывало дыхание. Пэй Чуань уже не знал, болит ли у него рука, все его чувства собрались в месте этого нежного прикосновения. Не задумываясь, он сжал ее пальцы.

Бэй Яо удивленно подняла на него глаза. Как только их взгляды пересеклись, Пэй Чуаня словно током ударило, и он резко отбросил ее руку. Снежинки мягко падали на черные волосы девушки. Пэй Чуань отвернулся, ничего не сказав. Он не знал, как объяснить свой импульсивный и неуместный жест. А вот Бэй Яо чувствовала себя еще более неловко. Она не придала особого значения прикосновению. Больше всего ее смущало, что Бэй Цзюнь ранил парня, который был их соседом.

Девушка притянула брата к себе и потребовала:

– Извинись!

Малыш понял, что натворил бед, и удрученно пробормотал:

– Простите…

Ясные глаза Бэй Яо искренне смотрели на Пэй Чуаня.

– Мне действительно очень жаль. Давай я помогу тебе добраться до больницы? Расходы мы возьмем на себя…

– Не нужно, – холодно ответил он.

Из-за его ледяного тона Бэй Яо ощутила чувство вины и беспомощности. Она не знала, что делать. Через какое-то время Пэй Чуань наконец сказал:

– Просто возвращайтесь домой.

Она бросила взгляд на его руку. Рана была глубокой. Чувство вины тяготило ее, не давая возможности просто спокойно уйти.

– Тогда, пожалуйста, подожди минутку!

Бэй Яо подхватила младшего брата и поспешила в сторону дома. Через некоторое время Бэй Цзюня забрали, и она вернулась одна, держа в руках маленькую розовую коробочку. Увидев, что Пэй Чуань все еще во дворе, она вздохнула с облегчением.

– Ты не будешь возражать, если я обработаю рану?

Снежинки мягко опускались на ресницы Пэй Чуаня. После долгого молчания он протянул руку. Глаза Бэй Яо радостно заблестели, когда она присела перед ним на корточки. Пэй Чуань в тускло освещенном месте, над его головой горел лишь один старый фонарь. Парень раскрыл руку: ладонь оказалась шершавой, обветренная ветром и морозом, костяшки пальцев крупными, а пальцы – длинными. Его руки были покрыты различными шрамами и ранами. Не имея ног, он вынужден был полагаться только на руки во многих повседневных делах. Так что его ладонь не была красивой. Пэй Чуань инстинктивно хотел отдернуть ее, но мягкое теплое дыхание, обдавшее ладонь, заставило его замереть.

– Дезинфицирующее средство со спиртом. Будет немного щипать… – сказала Бэй Яо, глядя на окровавленное основание его большого пальца. По спине у нее пробежал холодок.

Девушка постаралась смягчить голос, словно разговаривала с ребенком.

– Скажи мне, если будет больно.

Пэй Чуань плотно сжал губы и за все время его большая ладонь ни разу не дрогнула.

Бэй Яо сидела перед ним на корточках, нахмурившись, на длинных ресницах виднелись снежинки. Закончив промывать рану спиртом, она достала белую марлю, чтобы перевязать. Девушка изменилась, ее лицо стало нежным и ясным. Пэй Чуань отвел взгляд, боясь, что если он продолжит смотреть, то не сможет удержаться и дотронется до ее лица.

На самом деле он не чувствовал боли и не винил маленького Бэй Цзюня. Он понимал, что, если бы не этот случай, у него не было бы возможности побыть рядом с Бэй Яо.

Но всякому счастью приходит конец.

Девушка была осторожна и старалась лишний раз не прикасаться к нему. Закончив перевязку, она закрыла аптечку и достала красный конверт.

– Прости, что ты поранился. Это тебе… С Новым годом!

– Я же говорил, мне ничего не нужно, – холодно ответил он, толкнул свою коляску и уехал.

Бэй Яо посмотрела вслед Пэй Чуаню, исчезающему за снегопадом, и тихонько пробормотала:

– Все такой же упрямый мальчишка…

* * *

Наступила весна. По всем правилам в этом году Пэй Чуань должен был готовиться к вступительным экзаменам в университет. Но однажды в мае его внезапно разбудил один из подчиненных К.

Когда Пэй Чуань открыл глаза, сидевший нога на ногу мужчина преувеличенно громко сказал:

– Посмотрите-ка на него, посмотрите на нашего гениального мальчика! Ни грамма паники! А-Цзо, быстро помоги нашему исследователю подняться!

Незнакомый мужчина в сером схватил юношу за воротник, заставив поднять голову. Взгляд Пэй Чуаня оставался спокойным и безэмоциональным, когда посмотрел в глаза К. Тот небрежно присвистнул.

– Ты не очень-то добр, так почему отказываешься использовать людей для экспериментов? Последний подопытный – ты ведь отлично с ним справился, не так ли?

– Я просто не хочу больше этим заниматься, – насмешливо ответил Пэй Чуань.

– Столько лет, а ты до сих пор не усвоил простую истину? Я знаю, что ты упрям, но должно же хоть что-то тебя волновать, верно? Как насчет того, чтобы раздеть тебя и связанным оставить на улице?

В темных глазах вспыхнул гнев, но быстро сменился привычным холодом. К прищелкнул языком: «Даже это его не трогает».

– Кому-то из моих людей нравятся такие, как ты. Почему бы тебе не пообщаться с ними?

– Конечно, когда у меня будет свободное время, – усмехнулся Пэй Чуань.

Его безразличное отношение раздражало К, и тот разразился леденящим смехом.

– Напомни-ка, почему ты поссорился с Гао Цзюнем? Ах да, у тебя же по соседству живет милая девочка. Может быть, мы позволим мальчикам немного поразвлечься с ней?

Пэй Чуань сжал кулаки.

– Я не знаю такой.

– А по твоим глазам не скажешь… – возразил К. – Что это за взгляд? Жажда защитить?

Пэй Чуань закрыл глаза:

– Дайте мне полмесяца.

– Так-то лучше, – поднял бровь мужчина. – Но ты все еще непослушный. Ты же не думаешь выйти сухим из воды? Если ты стал Дьяволом, то ты Дьявол на всю жизнь.

А-Цзо толкнул Пэй Чуаня лицом в землю, и К наступил на него.

– Будешь упрямиться – приду за маленькой красавицей!

Пэй Чуань прижался щекой к холодной грязной земле. В его глазах отражались эмоции, которые никто не мог понять.

В тот год Пэй Чуань пропустил экзамены. Он очнулся в вонючей куче мусора с татуировкой «D» на правой стороне лица. Поблизости не было ни инвалидного кресла, ни каких-то других средств передвижения. К бросил его здесь, чтобы сломить его гордость, чтобы показать: без организации он всего лишь никчемный кусок мусора.

Шел дождь. В воздухе стоял кислый запах гнили и мусора. Пэй Чуань вцепился пальцами в грязь и, задыхаясь, пополз вперед.

На полдороге его нашла Гао Цюн и помогла добраться домой.

– Как ты докатился до жизни такой? Разве ты не богат или что-то в этом роде? Фу, отвратительно. Ты воняешь, иди помойся!

Она протянула руку, чтобы помочь ему раздеться, но Пэй Чуань оттолкнул ее. Раздраженная, девушка прошипела:

– Я спасла тебе жизнь, а ты так себя ведешь?

– Не нужно было меня спасать, – ответил он. – Могла бы оставить меня там.

Гао Цюн недоверчиво рассмеялась. Он действительно был вспыльчив. В конце концов она скрестила руки и холодно наблюдала, как он упрямо ползет в ванную, чтобы привести себя в порядок. Горячая вода лилась на него, обжигая татуировку на лице. Пэй Чуань наклонил голову, его глаза налились кровью.

* * *

Когда Бэй Яо поступила в университет, эксперименты Пэй Чуаня дали результаты. Последние два года ему помогала Гао Цюн. Сначала это было просто забавой, но потом… потом он стал ей действительно нравиться. За закрытыми дверями этот человек был безжалостным и расчетливым, его ум – острым и стремительным. Гао Цюн наблюдала, как он шаг за шагом поднимался по карьерной лестнице, и даже своими глазами видела, как Пэй Чуань расправился с К.

Пэй Чуань беззаботно улыбнулся:

– Неужели ты не хочешь, чтобы эксперимент удался?

Хотя в его улыбке не было ничего пугающего, Гао Цюн все равно стало не по себе.

После вживления чипа К погрузился в глубокий сон. Гао Цюн посмотрела на Пэй Чуаня со сложным выражением лица.

– Мой брат тоже стал таким?

– Да, – отозвался он. – Злишься?

Девушка покачала головой.

– Я же сказала, что он мне безразличен. Мне нравишься только ты.

Пэй Чуань слабо улыбнулся:

– А ты мне не нравишься. А-Цзо, подтолкни меня!

Здоровяк покатил его вперед.

– Почему?! – закричала Гао Цюн. – Я столько для тебя сделала! У тебя нет другой женщины. Это потому, что я некрасивая? Недостаточно женственна?

– Если ты так считаешь, то конечно, – весело хмыкнул Пэй Чуань.

Гао Цюн была в ярости.

– Такой человек, как ты, играющий чувствами других, заслуживает умереть в одиночестве!

– Спасибо, – равнодушно ответил Пэй Чуань. – Я приму это как благословение.

* * *

В следующем году Гао Цюн начала меняться: она сделала пластическую операцию, увеличила грудь и научилась наносить макияж. Теперь она выглядела соблазнительной и яркой, но Пэй Чуань по-прежнему не смотрел в ее сторону.

А-Цзо был поражен.

– А-Цюн, почему твоя грудь теперь похожа на ананасы? Раньше она больше напоминала маленькую клубничку.

Гао Цюн бросила на него самодовольный взгляд.

Пальцы Пэй Чуаня постукивали по клавиатуре. За окном шел снег.

Чип официально поступил в массовое производство. Изобретатель не стал давать ему английское название – обошелся простым «Ваншэн»[54]. Пэй Чуань все еще не мог понять, почему его жизнь сложилась именно так.

Зимой 2013 года город С завалило снегом. В городе готовились к Празднику фонарей.

– Пусть А-Цзо выведет тебя на свежий воздух, – предложила Гао Цюн. – Сегодня там очень оживленно. Говорят, основное празднование будет недалеко от твоего старого района.

Она не ожидала положительного ответа, однако эти слова задели Пэй Чуаня за живое, и он внезапно согласился. На колени ему накинули толстое шерстяное одеяло, а перед выходом Пэй Чуань надел маску падшего ангела, чтобы скрыть татуировку. Ее можно было удалить, но в этом не было смысла: грязным было не лицо, а душа.

Наличие метки Дьявола было не так уж и плохо. Пока она сохранялась, его сердце оставалось совершенно мертвым. Незачем ему тосковать по жизни, которой у него никогда не было.

Выход в город привел Гао Цюн в восторг. Она нарядилась и всю дорогу порхала вокруг Пэй Чуаня. Но он смотрел лишь на падающий снег – похоже, глубоко задумавшись. Девушка считала его холодное равнодушие совершенно неромантичным, и все же оно ее не пугало. Но если бы Пэй Чуань хоть раз проявил нежность, это стало бы настоящим чудом.

Праздник фонарей в городе С кипел жизнью. Дважды им встречались загадки о фонарях[55], причем все ответы были написаны пожилыми местными учителями и их нельзя было найти в интернете. Когда эти трое шли под теплым желтым светом, их аура заставляла окружающих невольно держаться на расстоянии… пока они не увидели девушку в конце дорожки. На ней был белый кашемировый свитер, а с шапки свисали два пушистых помпона. Она оживленно разговаривала с продавцом фонарей, а мальчик лет семи-восьми рядом с ней на что-то указывал. Проследив за этим жестом, они увидели изящный фонарь в форме лотоса. Существовало старое народное поверье: загадай желание на лотосовом фонаре, пусти его по реке, и он принесет мир и здоровье важному для тебя человеку[56].

Гао Цюн хорошо рассмотрела эту девушку. Она была по-настоящему красива, но не это было удивительно, а реакция Пэй Чуаня. Он смотрел на нее, совершенно оцепенев. Это выглядело странно.

– Может, нам пора? – спросила Гао Цюн.

Пэй Чуань ничего не ответил.

Когда девушка с мальчиком наконец ушли, Пэй Чуань долго смотрел ей вслед. Затем он наконец тихо произнес:

– Шансянь, пойди поговори с продавцом.

Вскоре Шансянь, отличавшийся высоким интеллектом и смекалкой, вернулся с ухмылкой на лице и лотосовым фонарем в руках.

– Господин, он сказал, что фонарь не для продажи. Я немного пригрозил ему – вы не против?

Пэй Чуань посмотрел на фонарь. Как он и ожидал, на нем было написано пожелание крепкого здоровья. Эта зима выдалась не слишком холодной, река поблизости не замерзла.

– Отдай той девушке, – сказал он. – Больше ничего не говори.

Шансянь радостно улыбнулся и бросился догонять Бэй Яо.

Наблюдавшая за всем этим Гао Цюн едва не лишилась рассудка. Неужели это действительно Пэй Чуань? Он издевается над ней? Пэй Чуань, которого она знала, никогда не относился ни к кому по-доброму, ни к мужчинам, ни к женщинам. Для него люди делились на две категории: те, кто хорошо выполняет свою работу, и те, кто плохо. Но он не мог оторвать глаз от этой девушки, а теперь собирался подарить ей фонарь?

– Она тебе нравится? – не сдержалась девушка.

– Ты слишком много болтаешь, – холодно отозвался Пэй Чуань.

Значит, она ему действительно нравится!

Гао Цюн показалось, что у нее сейчас случится сердечный приступ. Ладно, она признавала, что девушка красива. Но ведь и она сама была недурна? Пэй Чуань был поистине безжалостен. Он давно утратил даже самое элементарное чувство сострадания.

Девушка подумала, что если бы Пэй Чуань был заинтересован в симпатичной незнакомке, то обязательно вышел бы на связь с ней. Но в тот вечер ничего больше не произошло. Пэй Чуань просто сидел, рассеянно потирая основание большого пальца.

Позже Гао Цюн удалось разузнать подробности. Эта девушка – жена состоятельного человека из Пекина, и, судя по всему, пришла на Праздник фонарей, чтобы помолиться за отца. Тот попал в аварию и сейчас лежал в больнице в тяжелом состоянии. Влюбиться в замужнюю девушку… Неужели хладнокровному Дьяволу ни капельки не стыдно?

Но, конечно, все, что она раскопала, Пэй Чуань уже давно знал. Прошли годы. Все изменилось. В ту ночь Пэй Чуань сильно напился.

В небе висел тонкий месяц, и Гао Цюн пришла с докладом. В глубине души она все еще чувствовала горечь. Она так много сделала для Пэй Чуаня, в то время как эта девушка – ничего. Так почему же она так легко заполучила его сердце?

Не в силах больше сдерживаться, Гао Цюн наконец спросила. И она никогда не забудет его ответ. Уже выпивший Пэй Чуань слабо рассмеялся и сказал:

– Ей не нужно ничего делать. Я буду любить ее всегда.

Вскоре после этого Чжао Чжилань пришла просить о помощи. Эта жалкая заплаканная женщина средних лет надеялась, что Пэй Чуань спасет ее дочь.

– Господин, я думаю, нам не стоит вмешиваться, – сказал Шансянь. – Ситуация с семьей Хо слишком сложная – там и военные, и деловые связи. Это не решить с помощью денег или власти. Не стоит наживать таких врагов.

– Я знаю, что делаю, – ответил Пэй Чуань.

Долго молчавшая Гао Цюн почти в истерике произнесла:

– Ты знаешь, что делаешь?! Она уже замужем! Какой смысл привозить ее сюда? Неужели ты думаешь, что она тебя полюбит? Останется с тобой из благодарности за защиту? Не останется! Даже если ты убьешь меня сегодня, я должна это сказать – ты ей не нужен! Проснись!..

Пэй Чуань направил на нее пистолет.

– Давай, продолжай. Боишься?

Губы Гао Цюн дернулись.

– Я в своем уме, и вы будете делать то, что я скажу, – отрезал Пэй Чуань.

Он помнил, как замирало его сердце, когда он смотрел на Бэй Яо. Он понимал, что между ними ничего не может быть. Но если любишь кого-то, то готов защищать его до конца…

Наступила весна, зеленела трава, пели птицы. Никто не мог представить, что в глубине души у Пэй Чуаня все еще теплилась надежда. Сокровище, о котором он не мог даже мечтать в юности, каким-то образом спустя столько лет само упало в его руки. Он вспомнил проливной дождь много лет назад, когда маленькая девочка шла позади, держа зонтик над его головой. И снежную зиму, когда он крепко сжимал ее маленькую руку, разжигая тепло в своем сердце. Сколько раз ему хотелось бросить все и последовать за ней домой?

Ранний весенний ветер все еще нес прохладу. Открыв дверь, Пэй Чуань снова увидел Бэй Яо. Все эти годы он в одиночестве ходил по самым темным дорогам, испытал все бесчисленные оттенки одиночества, а в сердце хранил любовь к той, кому так и не решился признаться. Теперь же он увидел удивление в глазах Бэй Яо, смотрящей на человека в инвалидном кресле. Он медленно протянул к ней руку.

– Пойдем со мной.