Зимой того же года Бэй Яо и Пэй Чуань отправились отмечать лунный Новый год в город С. Улицы были укутаны снегом, ощущался слабый мороз.

Семья Бэй отказалась покидать старый район. После стольких лет он стал для них родным. Сейчас перед домом висели красные фонари. Зная, что приедут дети, Чжао Чжилань очень обрадовалась, раскошелилась и накрыла стол из колбас и вяленого мяса[45].

В прошлом году умерли бабушка Чэнь, продававшая тофу, и ее муж. Говорили, что слепой старик скончался первым, а жена последовала за ним на следующий день. Их нашли прижавшимися друг к другу у окна, за которым бушевала снежная буря. Их тела давно окоченели и оледенели. Весь район сочувствовал им. Когда-то бабушка Чэнь была самой красивой девушкой в своей деревне, но потом вышла замуж за слепого. Большую часть жизни она трудилась, вставая до рассвета, готовила и продавала тофу. Она заботилась о своем муже и всегда улыбалась другим. У пожилой пары не было ни детей, ни родственников, и сами они не позаботились заранее о своих похоронах, так что соседи собрали деньги и организовали погребение. Два человека – одна могила. Конечно, Бэй Яо и Пэй Чуань тоже пришли отдать дань уважения.

На обратном пути кто-то вздохнул:

– О чем только думала бабушка Чэнь… Служила слепому мужу всю жизнь и даже умерла сразу после него. Жизнь для нее была такой горькой, что она так и не смогла ей насладиться.

Пэй Чуань молча уставился на одинокий тополь, покачивающийся на ветру, и Бэй Яо взяла его за руку. Его ладонь оказалась намного горячее ее почти ледяной руки, поэтому он инстинктивно сжал ее покрепче и сунул к себе в карман, чтобы согреть. Девушка наклонила голову:

– О чем ты думаешь?

Пэй Чуань опустил взгляд.

– Я тут подумал… раз уж в этом году выпало столько снега, нужно слепить снеговика.

– Ты всегда такой горячий, – отозвалась Бэй Яо, – как будто тебе жарко круглый год…

Это казалось ей забавным и любопытным: он был таким холодным и отстраненным, но температура его тела была выше, чем у других. Пэй Чуань слабо улыбнулся и больше ничего не сказал, просто держал ее за руку, пока они вместе шли домой.

Старый район нисколько не изменился. Цвели сливы, их насыщенный аромат окутывал все вокруг. Соседи по-прежнему навещали друг друга и обменивались подарками. Не хватало только Фан Миньцзюнь. Когда в гости зашла Чжао Сю, она весело сказала:

– Наша Минь-Минь уехала встречать Новый год в родной город Хо Динлиня!

Все знали, что они обручились, но сказанное все равно их удивило. Впрочем, падение семьи Хо не коснулось ветви Хо Динлиня – он был государственным служащим, и его родство с Хо Сюем оказалось достаточно дальним.

Зато Бэй Яо и Пэй Чуань случайно столкнулись с Чэнь Инци. Девушка едва узнала старого знакомого: он похудел, на нем был синий пуховик, но улыбка была все такой же лучезарной.

Он похлопал Пэй Чуаня по плечу:

– Я действительно завидую тебе, друг!

Тот ответил ему спокойным взглядом.

– Поговорим?

Чэнь Инци охотно согласился. Пэй Чуань обернулся на свою любопытную жену и, не удержавшись от улыбки, ласково потрепал ее по волосам.

– Будешь подслушивать?

– Нет-нет-нет! – сказала она и со смехом отвернулась. – Я не лезу в мужские разговоры!

Пэй Чуань бросил на нее взгляд, уходя вместе с Чэнь Инци. Бэй Яо подождала, пока они отойдут, а потом с нетерпением посмотрела в их сторону. О чем они могли так загадочно переговариваться?

В тот вечер дядя Чэнь ворчал, что Чэнь Инци еще даже не отдохнул в Новый год, а уже снова ушел на работу. Бэй Яо заподозрила, что это как-то связано с ее мужем, но тот сидел и спокойно стучал по клавиатуре как ни в чем не бывало. Девушка старательно делала вид, что ей неинтересно, но на самом деле ей до смерти хотелось обо всем узнать.

Она положила голову ему на колени.

– Пэй Чуань…

Он мельком взглянул на нее, подавил улыбку и отвернулся, продолжая работу над кодом. Бэй Яо ерзала, совершенно не находя себе места. Ее муж такой умный – конечно же, он поймет намек! Но он сделал вид, что ничего не замечает.

На улице шел снег. Они вдвоем остановились в старом доме семьи Бэй, и Чжао Чжилань даже установила для них кондиционер. Неудобство заключалось в том, что в доме не было шумоизоляции, так что ночью они могли только спать. Было бы ужасно стыдно, если бы ее родители что-нибудь услышали!

Спали они в бывшей спальне Бэй Яо. Прошлой ночью Яо-Яо немного покапризничала – ей показалось, что Пэй Чуань стал более строгим и зажатым, когда они вернулись в родной город, совершенно непохожим на того мягкого улыбчивого парня, каким был дома. Девушка начала его дразнить и довела до того, что Пэй Чуань не удержался и приблизился к ней. Она тут же хихикнула:

– Что ты себе позволяешь? Мои родители в соседней комнате!

Вены Пэй Чуаня заметно пульсировали.

Бэй Яо хотела узнать о Фан Миньцзюнь и Чэнь Инци, но Пэй Чуань, как всегда, оставался серьезным и сосредоточился на работе.

– Холодно. Укройся потеплее и ложись спать. Я еще посижу над программой…

Девушка так разозлилась, что в знак протеста слегка укусила его за бедро. Пэй Чуань уже снял протез, и от укуса все его тело напряглось. Он потянулся и легонько ущипнул ее за щеку.

– Что с тобой?

– О чем ты сегодня говорил с Чэнь Инци? – пробормотала она. – Он даже не успел встретить Новый год, как снова уехал!

– Разве тебе интересно? – небрежно бросил Пэй Чуань.

Бэй Яо положила подбородок на его ногу, думая о том, какой он зануда. Он специально использовал ее слова против нее же! Она потянулась, чтобы коснуться его культи, но Пэй Чуань перехватил ее руку.

– Не трогай. Когда у тебя появилась эта дурная привычка?

Бэй Яо подняла на него глаза и произнесла:

– Ты сегодня только и делаешь, что обижаешь меня!

– Ерунда, – возразил он.

Она усмехнулась:

– Ты все еще злишься из-за вчерашнего вечера?

– Нет, – отозвался Пэй Чуань.

Яо-Яо сдерживала смех, глядя на его спокойное невыразительное лицо.

– Дай подумать… У меня были выпускные экзамены прямо перед каникулами, потом мы вернулись… Сколько дней прошло?

Он опустил глаза и бросил на нее быстрый взгляд.

Набравшись храбрости, девушка прошептала:

– Мы тихонечко! Не издадим ни звука. Только сначала расскажи о Минь-Минь, ну пожалуйста!

Пэй Чуань поджал губы. Бэй Яо едва не разразилась хохотом. Она забралась к нему на колени, ее щеки покраснели, глаза игриво заблестели. Муж внезапно захлопнул ноутбук и зажал ей рот рукой:

– Не шуми. Если кто-то услышит, нам обоим конец!

За окном лежал толстый слой снега. Глаза Бэй Яо заволокла легкая дымка. С приближением полуночи воздух постепенно наполнился звуками петард.

– Какая тихая девочка… – похвалил ее Пэй Чуань с улыбкой.

Из-за стеснения она не издала ни звука.

Он перевернулся на спину и обнял Бэй Яо. Под взрывы фейерверков он хрипло рассказывал ей о Чэнь Инци и Фан Миньцзюнь.

– Перед тем как отправиться в тюрьму, я попросил его позаботиться о вас. Я даже дал ему денег на открытие бизнеса. Деньги он взял, но так ничего и не предпринял. Тем не менее Чэнь Инци порядочный человек. У него предрасположенность к полноте, и похудеть ему было невероятно трудно, гораздо труднее, чем большинству людей, но в последние несколько лет он держит себя в форме. Однако, несмотря на хорошие навыки, в карьерном плане его хватало только на случайные подработки. Я подозреваю, что он оставался здесь, потому что не мог отпустить Фан Миньцзюнь. Хо Динлинь не самый хороший человек, и Чэнь Инци, скорее всего, знает об этом. Он не хотел принимать чужую помощь, не предложив ничего взамен. Те деньги он вернул мне и не взял обратно. Так что я ему сказал: попробуй начать свое дело. Если однажды у тебя получится, отдай мне половину акций, если нет – просто верни небольшую сумму. Нельзя же просто сидеть и ждать чего-то непонятного.

Снаружи громко трещали петарды. Бэй Яо наклонилась к его уху и прошептала:

– Вы, мужчины, такие странные. Непохоже, что нужно быть супербогатым, чтобы провести жизнь вместе.

Пэй Чуань улыбнулся, не ответив. Дело было не в богатстве самом по себе – просто таким, как они, несколько карт в руках позволяли не чувствовать себя неполноценными. Одной любовью жену и детей не прокормишь – нужен еще и хлеб.

Юноша опустил голову и прошептал ей на ухо:

– Давай перестанем пользоваться презервативами? Я хочу ребенка…

Бэй Яо покраснела:

– Ты любишь детей?

– Я не знаю, – ответил он.

– Не знаешь?

У него никогда не было большого опыта общения с детьми. Но в одном он был уверен – эти сорванцы его не любят. В этом году он подарил Бэй Цзюню на Новый год большой красный конверт, и тот неловко пробормотал: «Спасибо, дядя Пэй». Младший брат тоже его побаивался. Пэй Чуань всегда мало общался с детьми, и даже когда сам был ребенком, он не ладил со сверстниками. Поэтому он пока не знал, нравятся ему дети или нет. Но если в этом мире появится кто-то с похожими чертами лица, с родной кровью… может быть, его сердце невольно смягчится?

Той ночью в небе кружились снежинки. Пэй Чуань стоял у окна и смотрел, как они падают.

Впервые Пэй Чуань надеялся, что Бэй Яо не любила его так сильно. Тогда, даже если он уйдет первым, останутся дети, которые будут заботиться о Бэй Яо, и она сможет разделить свою любовь с кем-то еще. Говорят, материнская любовь превосходит все остальные чувства в этом мире. Значит, она сможет прожить счастливую жизнь и не умрет в ледяном холоде, как бабушка Чэнь.

Он поцеловал жену в макушку. «Но если ты уйдешь первой, я последую за тобой».

* * *

Когда они вернулись в Пекин, уже наступила весна. Университет Бэй Яо окончила в ярком и солнечном июне, в пору цветения лотосов. Она фотографировалась с соседками, одетая в блузку в стиле эпохи Миньго[46] и с зонтом из промасленной бумаги в руках.

По всему кампусу виднелись некогда юные, нежные лица, успевшие за эти годы обрести более зрелые черты.

Цинь Дунни наклонилась к Бэй Яо и с улыбкой сказала:

– Глядя на тебя, кажется, что видишь настоящую любовь.

С самого первого дня учебы их связывала неразлучная дружба, не потерявшая за годы ни капли тепла. Цинь Дунни знакомилась со многими, но, встречаясь и прощаясь, так и не поняла, чего же хочет на самом деле. Как же трудно бывает людям, живущим в разных мирах, сблизить сердца!

На церемонию вручения дипломов Пэй Чуань специально облачился в строгий костюм. Он только вошел в университет, как тут же привлек к себе множество взглядов: к этому времени профессор Пэй уже стал довольно известной фигурой. В костюме он выглядел особенно сдержанно и утонченно.

Бэй Яо тоже обернулась и сразу увидела его.

Она думала, что в последнее время ее муж слишком занят в институте и не сможет прийти, а он появился внезапно, не сказав ни слова! Девушка бросилась к нему, и Пэй Чуань подхватил ее на руки, забрав декоративный зонтик.

Ее голос зазвенел от радости:

– Пэй Чуань, я окончила университет!

На его губах появилась мягкая улыбка. В вихре падающих лепестков они стояли словно персонажи живой картины, и многие молча смотрели на них.

Пэй Чуань наклонил расписной зонт, создав под ним маленький мир только для них двоих. Яо-Яо услышала его теплый голос, когда он негромко произнес:

– Доктор Бэй, поздравляю вас с окончанием обучения!