Над кампусом ярко светило солнце, и ветер играл с листьями вишневых деревьев.

Обычно Пэй Чуань всю лекцию стоял спиной к слушателям, записывая материал на доске. Но в этот раз он делал несколько записей, а потом поворачивался к студентам и пояснял написанное.

Практически все взгляды были сосредоточены на нем. Когда Пэй Чуань смотрел на еще незрелые лица студентов, то замечал на всех энергию юности, не испорченную реальной жизнью. К нему были обращены глаза, полные молодости и надежды на будущее.

Пэй Чуань не слишком любил такие глаза. За годы пребывания в тюрьме он больше привык к мрачным взглядам, полным боли и страданий. Иногда, глядя в зеркало, он и в себе замечал эту усталую глубину, не вяжущуюся с возрастом. В окружении сияющих юных лиц он чувствовал себя не в своей тарелке. Пэй Чуань ведь сам ненамного старше, но пережитое навсегда отняло ту наивную веру в будущее, которую эти студенты еще сохранили.

Наконец его взгляд остановился на Бэй Яо. Впервые за столько лет он вошел в класс и увидел ее, совсем как в детстве. Она была такой же юной и трогательной. Единственное, что ее отличало, – выражение его глаз, когда он смотрел на нее. В этот момент его чувства как будто медленно таяли.

Все заметили, что в этот день голос профессора Пэя был на пару тонов тише обычного, а интонации – мягче и теплее. Его почерк был куда изящнее, чем у большинства преподавателей. Рукава его рубашки были слегка закатаны, обнажая крепкие предплечья.

Цинь Дунни интересовали лишь сплетни. На эту лекцию она пришла только для того, чтобы узнать, что же такое необычное заставляет студентов всех направлений толпами спешить в лекторий. Однако в аудитории царила полная тишина, и она чувствовала себя слишком неловко, чтобы заговорить.

Они с Бэй Яо захватили свои учебники и тетради. Задумавшись, Цинь Дунни написала на листке: «Яо-Яо, у этого профессора отличная фигура!» – и сунула подруге. Та немного опешила, но затем посмотрела на Пэй Чуаня. Сама она никогда не думала о том, красивый он или нет, ей просто нравилось быть с ним. Однако теперь Бэй Яо вспомнила ночь, когда Пэй Чуань расстегнул свою рубашку и положил ее руку себе на грудь.

Она как будто посмотрела на мужа новыми глазами. Под тонкой рубашкой можно было различить рельефные мускулы. Широкие плечи, узкая талия – тело, в котором каждая мышца была результатом тренировок по боксу и дышала силой. Бэй Яо смотрела с благоговением и, кажется, впервые понимала, что в любви кроется не только страсть, но и эстетическое восхищение.

Ее щеки мгновенно запылали. Увидев это, Цинь Дунни заулыбалась и продолжила сплетничать:

– Правда ведь? Очень мужественный! У него точно видно грудные мышцы и пресс!

От этого Бэй Яо стало неприятно. Когда уже Цинь Дунни отбросит привычку рассматривать чужие тела! На первом же году обучения, когда Яо-Яо впервые переодевалась в пижаму, соседка, увидев ее аккуратную округлую грудь, буквально впилась в нее взглядом.

– Ты такая худенькая, но грудь у тебя третьего размера, да?

Тогда все в комнате переглянулись, а Бэй Яо замерла и покраснела. У Цинь Дунни и правда был глаз-алмаз! Но сейчас ей хотелось просто закрыть соседке глаза, когда та смотрела на Пэй Чуаня. Бэй Яо выхватила листок и написала в ответ: «Прекрати и читай книгу!»

Цинь Дунни удивилась: «Ты чего? Я же просто смотрю!»

Пока они обменивались записками, Пэй Чуань стоял наверху и, естественно, видел все это. Он слегка прищурился: не слишком ли скучно он рассказывает? Но он никогда не был душой компании, веселиться не в его стиле. Поэтому Пэй Чуань продолжил лекцию в том же темпе.

Парень в сером, который уступил им места, украдкой поглядывал на Бэй Яо. От девушки приятно пахло, но не парфюмом, а каким-то естественным ароматом тела. Заметил он и то, как она покраснела. До него, конечно, доходили слухи, что у Бэй Яо есть парень, который раньше сидел в тюрьме, но его никто никогда не видел! Может, они уже расстались? Глядя, как они с подругой пишут друг другу записки, он вдруг осмелел. Такой шанс побыть рядом с самой красивой девушкой выпадает не часто! Он быстро нацарапал: «Бэй Яо, можешь дать мне свой номер?» – и положил записку перед девушкой.

Та удивленно посмотрела на появившийся перед ней учебник по информатике, а потом на парня рядом.

Пэй Чуань поджал губы.

– Молодой человек в сером в третьем ряду, расскажите нам, как работает принцип автоматического разбора конфигурации в Clоjure DSL?[36]

Студенты в шоке переглянулись. Профессор Пэй всегда читал лекции как робот, совершенно не обращая внимания на реакцию. Это был первый раз, когда он кому-то задал вопрос!

Парень все еще ждал ответа от Бэй Яо и растерялся, когда понял, что вся аудитория смотрит на него. Студент поднялся, и его накрыла паника от вопроса профессора. Он вроде бы услышал вопрос, но что это вообще за тема? Черт возьми! Откуда ему об этом знать?!

– Перестаньте обмениваться записками в аудитории, – холодно произнес Пэй Чуань и снова повернулся к доске.

Студент был готов провалиться сквозь землю. Попадись он на занятии другого преподавателя – плевать, но на лекции профессора Пэя… Его пары и так уникальны, а он еще и зазевался! Ужасно неловко! Да и оценки завязаны на посещение… Все, конец, преподаватель его точно завалит. Парень сел на место, понурившись, но все же бросил обиженный взгляд на девушек. Почему им можно передавать записки, а он написал всего одно предложение и его сразу назвали?!

На словах «перестаньте обмениваться записками» Цинь Дунни покрылась холодным потом. Похоже, у этого профессора и правда непростой характер. Он совершенно точно видел, как они с Бэй Яо передавали тетрадь! Теперь и ей стало неловко – настолько, что она уставилась в книгу и больше не смела поднять глаза. Бэй Яо тоже было стыдно до глубины души, и она прикрыла лицо ладонью. Так опозориться на лекции собственного мужа!

Когда прозвенел звонок, уходить никто не спешил.

– Занятие окончено, – объявил Пэй Чуань, и только после этого студенты один за другим встали.

В окно лился косой свет заходящего солнца. На Бэй Яо была футболка вишневого оттенка, и ее обнаженные руки выглядели белее обычного, залитые золотистым светом.

Вторая половина лекции для Цинь Дунни оказалась настоящей пыткой. Она же изучала медицину и вообще ничего не понимала! Когда наконец пара закончилась, девушка поспешно потянула подругу за руку:

– Яо-Яо, уходим!

В этот момент к ним подошел профессор Пэй.

Вблизи оказалось еще заметнее, насколько он молод, несмотря на жесткие черты лица и какую-то неприступную отстраненность. Оставшиеся в аудитории студены замерли, украдкой наблюдая за происходящим.

Цинь Дунни в ужасе подумала: «Все кончено! Вот сейчас-то профессор Пэй и припомнит наши записки!» Но тот лишь поджал губы, и Цинь Дунни услышала, как он спросил Бэй Яо:

– Ничего не поняла?

Девушка посмотрела в его темные глаза и честно кивнула.

На лекциях профессора Пэя и профессионалам бывает тяжело, что уж говорить о студентке с медицинского факультета?

– Скажи, что именно, – тихо предложил он, – я могу объяснить.

Бэй Яо окинула его ошарашенным взглядом: а если она признается, что не поняла ни единого слова? Это может его обидеть! Поэтому она постаралась напрячь память.

– Что такое GPL?[37]

– Сокращение от general-purpose language – язык общего назначения,– ответил Пэй Чуань и, видя, что она все еще не понимает, добавил: – Java[38], Python[39] – все это GPL.

Java она знала. Бэй Яо кивнула, мило улыбнулась и наклонила голову.

– Спасибо, профессор Пэй!

Он молча продолжил смотреть на нее.

В аудитории все еще оставалось несколько студентов, и среди них первая красавица факультета информатики, Дуань Ю. Одни смотрели на нее с сочувствием, другие – злорадно. Оказалось, что профессор не равнодушен к женщинам, просто ему нравятся самые красивые. За такой простой вопрос другие получили бы нагоняй, но не Бэй Яо! Дуань Ю покраснела от злости. Она ведь тоже видела, как Цинь Дунни передавала той записку прямо на лекции! И он ничего не сделал!

Бэй Яо поднялась и спросила:

– Занятие закончилось, не хочешь со мной поужинать?

Ее голос был приятным и манящим. Другие студенты тут же уставились на профессора Пэя.

– Угу, – ответил тот, словно ждал этих слов.

В аудитории воцарилась тишина. Глаза Цинь Дунни от удивления чуть не вылезли из орбит. Пэй Чуань вышел из аудитории, ожидая Бэй Яо у входа.

На дворе стоял май. С верхнего этажа учебного корпуса университетский кампус, залитый закатным светом, казался особенно уютным. Профессор с молодым красивым лицом задумчиво смотрел на игровую площадку. Кто-то бегал, кто-то играл в футбол. Здесь не только витал дух знаний, здесь бурлила жизнь.

Попрощавшись с подругой, Бэй Яо подошла к мужу. Она проследила за его взглядом и вдруг вспомнила зиму в выпускном классе, когда Пэй Чуань пожелал ей хорошо провести время в университете. Он сам тогда уже давно решил сдаться полиции. У Бэй Яо заныло сердце. Она сжала его изящные длинные пальцы.

– Пойдем в столовую?

– Давай, – отозвался Пэй Чуань.

Столовая пряталась за густыми деревьями рядом с корпусом компьютерных технологий.

Бэй Яо взяла два подноса и повела мужа к раздаче. Еда здесь была самой обычной, но атмосфера – теплой и оживленной. Девушка знала, что Пэй Чуань непривередлив, поэтому быстро набрала ему разного мяса и овощей, а затем потянула за собой к столику у окна. Вокруг туда-сюда сновали студенты. Пэй Чуань почти никогда не ел в такой суетливой обстановке.

В отличие от него, Бэй Яо была более придирчива к еде. Зная об этом, муж выбрал сельдерей из ее тарелки, а ей переложил баклажаны. Кроме компьютерного факультета, мало кто знал, что с ними сидит тот самый профессор.

Бэй Яо так и не доела. Аппетит у нее и правда был слабый, а со щедрыми столовскими порциями получалось справиться не у всех девушек. Пэй Чуань без слов забрал остатки с ее тарелки. Она смутилась:

– Зачем… Это ведь уже ела я…

Закончив есть, он аккуратно вытер уголки губ бумажной салфеткой. Его глаза тепло улыбались, и Бэй Яо тоже становилось тепло и радостно.

Взявшись за руки, они пошли гулять по кампусу. Лучи заходящего солнца ласково ложились им на плечи.

– Почему ты не сказал, что будешь читать здесь лекции? – спросила Бэй Яо.

– Ты сдавала экзамены, – пояснил Пэй Чуань.

– Последний был вчера вечером.

Он помолчал, а потом уточнил:

– И когда ты вернешься домой?

Девушка замерла на несколько секунд, затем встала перед ним и с хитрой улыбкой в глазах спросила:

– Пэй Чуань, ты скучал по мне?

По кампусу гулял легкий ветер, качались тени деревьев, над головой пролетали ласточки. Чувства, которые Пэй Чуань привык прятать как можно глубже, вырвались наружу.

– Скучал, – тихо признался он.

От этих слов щеки Бэй Яо окрасились в светло-розовый.

– Сильно?

Он ласково погладил жену по лицу. Она была такой мягкой, такой нежной – будто созданной для того, чтобы ее носили на руках, оберегали и лелеяли. Но Пэй Чуань плохо умел красиво говорить, поэтому лишь спокойно произнес:

– У меня началась небольшая бессонница.

Их свадьба до сих пор казалась чем-то нереальным. Иногда Пэй Чуань боялся, что проснется утром, а ее не окажется рядом. Что все это просто сон… Что он по-прежнему лежит на холодной жесткой койке в тюремной камере… Но куда сильнее он беспокоился о том, что Хо Сюй решит что-то предпринять, а он не сможет вовремя оказаться рядом и защитить ее.

Бэй Яо крепко сжала его пальцы и нежно прижалась к ним щекой. Не спит из-за мыслей о ней… Это ли не искреннее проявление любви?

Солнце почти скрылось за горизонтом. Бэй Яо вспомнила, как Пэй Чуань стоял и смотрел на стадион в отдалении.

– Пойдем погуляем на стадионе, – предложила она.

По дорожкам бегали студенты. Было оживленно, но не шумно.

– Я тоже очень скучала по тебе, – тихо сказала Бэй Яо. – С самого первого курса. Вначале я злилась, что не могу тебя найти. Думала, что, если завтра опять не найду, – брошу искать.

Его кадык дрогнул.

– Но день сменял день, и я все думала: подожду еще немного, вдруг завтра получится? – продолжила она. – Ты дважды оставлял меня. И я не собиралась тебе этого прощать! Хотелось даже побить тебя! Но когда я увидела тебя под Новый год, вся злость исчезла, осталась только радость.

Пэй Чуань крепче сжал ее руку. Бэй Яо внезапно встала на цыпочки и прошептала ему на ухо:

– Почему бы нам не переночевать в другом месте?

Он проследил за тем, куда указывал ее палец: мигающий неон выделил несколько крупных слов названия. Отель «Тайцан». На мгновение Пэй Чуань опешил. Девушка смутилась и порадовалась, что было темно и стадион плохо освещался. Бэй Яо уставилась на носки своих ботинок… А в следующую секунду ее спина оказалась прижата к ограде, и Пэй Чуань крепко поцеловал ее. В тишине позднего вечера лишь изредка слышалось стрекотание цикады. Он оперся руками о перила по обе стороны от Бэй Яо, чувствуя, как много упустил за эти четыре года, пока не был рядом. Когда они расставались, она была девочкой, весело махавшей ему из окна автобуса, – ни о чем не думала и ни о чем не знала.

Мимо пробежал студент с медфакультета.

Пробежал… и вдруг вернулся. Что происходит! Боже! Ему не померещилось. Майская ночь, мягкий свет фонарей… Тот самый профессор Пэй, про которого ходили слухи, будто он равнодушен к женскому полу, бережно прижимал к себе девушку с длинными волосами, опираясь другой рукой о перила…

Луна скрылась за облаками. Невольный свидетель шокированно прикрыл лицо руками, покраснел и стремительно убежал прочь.