Стояла солнечная погода, и это была самая прекрасная весна в жизни Пэй Чуаня.

Поскольку свидетельство о браке выдается по месту прописки хотя бы одного из новобрачных, им пришлось вернуться в С[26]. Самолет вылетал в 13:00, так что в 15:00 они уже были в загсе.

Рука Пэй Чуаня немного дрожала, когда он заполнял заявление. Он наклонил голову и посмотрел на Бэй Яо: та крепко сжимала ручку, сосредоточенно выводя иероглифы. Ее длинные ресницы были опущены, а темные пряди падали на лоб. Пэй Чуань никак не мог рассмотреть выражение ее лица и в конце концов отвел взгляд.

В тот год при регистрации брака еще требовалась пошлина – девять юаней[27], а после анкеты нужно было сфотографироваться[28].

– Улыбайтесь, господин, улыбайтесь, вот так… Свадьба – счастливое событие!

В глазах Пэй Чуаня застыла мягкая улыбка, и фотограф запечатлел этот счастливый миг. Бэй Яо не знала, что это первая фотография Пэй Чуаня, на которой он искренне счастлив.

Дальше новобрачные отправлялись на медосмотр, чтобы удостовериться, что у пары может быть ребенок[29], – совсем рядом располагался местный перинатальный центр.

Бэй Яо до сих пор не могла поверить в происходящее. Она же просто пошла на свидание, и вот уже выходит замуж? К тому же из-за предстоящего осмотра она чувствовала себя немного скованно. И все же она выглядела особенно красиво, выделяясь среди других девушек, только что вышедших замуж.

Когда раскрасневшаяся Бэй Яо вышла от гинеколога, Пэй Чуань уже ждал ее. Он не смущался, но внимание медиков тревожило и его. Впрочем, никаких проблем у молодых людей не выявили.

Пэй Чуаню и Бэй Яо оставалось только поставить печать. Сотрудница загса, женщина средних лет в красной блузке, с улыбкой проговорила:

– Поздравляю вас с бракосочетанием. Желаю любить друг друга до седых волос!

Пэй Чуань сдержанно кивнул, неверяще глядя на печать.

– Спасибо, – прошептала Бэй Яо.

Женщина видела, как внимательно молодожены следили за ее действиями – словно боялись, что она не поставит печать или что-то вдруг пойдет не так. Девушка была очень красива, но казалась куда более застенчивой, чем другие невесты. Даже от простого поздравления у нее загорелись глаза. Сотрудница усмехнулась: «Повезло ему! Какая милая женушка!»

Две красные печати – и свидетельство о браке готово. «Свершилось». Пэй Чуань на миг отвернулся, чтобы не выдать слишком сильную радость во взгляде. А Бэй Яо раскрыла свидетельство: на фотографии она сладко улыбалась, подобно нежному мартовскому ветру, в глазах как будто сияли звезды.

Девушка указала Пэй Чуаню на снимок:

– Ты так мило улыбаешься!

Как бы глубоко он ни пытался спрятать свои чувства, они всегда могли с легкостью вырваться наружу. Именно так и произошло на этой фотографии. Парень нервно сглотнул.

– Тебе нужно будет вернуться в общежитие. Может, я оставлю наши свидетельства[30] у себя?

Она кивнула и протянула ему обе книжечки. Бэй Яо всегда считала, что замужество – это что-то очень далекое и нереальное. И вот у нее в руках такие маленькие книжки, в которых указано, что они теперь муж и жена!

Пэй Чуань спрятал свидетельства о браке и спросил:

– У тебя занятия во второй половине дня?

Бэй Яо кивнула, посмотрела в его темные глаза и растерянно спросила:

– Уже пора возвращаться?

Взгляд Пэй Чуаня был устремлен прямо на нее.

– Может, ты отпросишься?.. Отпразднуем свадьбу…. Как тебе идея? – Заметив ее замешательство, он поджал губы и добавил: – Так Цзян Хуацюн будет проще нам поверить.

– А… Ну хорошо… – нерешительно проговорила Бэй Яо.

Попросить выходной в университете было несложно, хотя куратор на другом конце провода, конечно, поинтересовался причиной. Свежий ветерок нежно ласкал розовеющие щеки девушки, но даже он не мог охладить румянец.

– Я выхожу замуж.

Выходные одобрили.

Бэй Яо наконец-то немного пришла в себя. Все происходило так быстро, что она только сейчас задумалась: авиабилеты стоили немало, квартира Пэй Чуаня выглядела заоблачно дорогой, и свадьба, похоже, обойдется в кучу денег! А он только что вышел из тюрьмы. Она боялась задеть его чувства и не задавала вопросов о работе, неужели он попросил взаймы у Цзинь Цзыяна?

– Со свадьбой не нужно заморачиваться, – тихо произнесла Бэй Яо. – Главное – просто провести ее, да?

Как только она вернется, нужно будет проверить, остались ли у нее какие-нибудь сбережения… Она не может позволить Пэй Чуаню одному выплачивать долг!

Его глаза потускнели, и он опустил голову, желая скрыть разочарование: значит, она не хочет, чтобы кто-то еще узнал об их браке…

– Как скажешь.

Независимо от того, как проходит свадьба, жених всегда забирает невесту из родительского дома. Пэй Чуань отвез Яо-Яо к семье. Дату они еще не выбрали – для этого нужно было спросить Чжао Чжилань. Подходя к дому, Бэй Яо нервничала гораздо сильнее новообретенного супруга.

Она как никто другой знала вздорный характер матери и была уверена, что та ничуть не обрадуется ее замужеству. Девушка встала на цыпочки и шепнула на ухо Пэй Чуаню:

– Не принимай на свой счет то, что скажет моя мать. Просто слушай и кивай…

Его уху стало щекотно. От одной мысли, что Бэй Яо волнуется за него, у Пэй Чуаня потеплело на сердце.

– Хорошо, – ответил он.

Дверь открыла Чжао Чжилань. После истории с Хо Сюем они с мужем остались без работы, а маленький Бэй Цзюнь больше не ходил в школу. Все трое сидели дома. Увидев дочь вместе с Пэй Чуанем, Чжао Чжилань поняла, что они, скорее всего, расписались.

– Заходите скорее, – произнесла она, подавив раздражение.

Что ж, холодного приема стоило ожидать. Госпожа Чжао откровенно недолюбливала своего зятя.

– Что ты хочешь съесть на ужин? – спросила Чжао Чжилань у дочери.

Та повернулась к Пэй Чуаню:

– Ты ведь впервые ешь у нас дома? Чего бы ты хотел? Мама очень вкусно готовит!

Парень встретил убийственный взгляд Чжао Чжилань с легкой улыбкой.

– Я буду есть то же, что и ты, – натянуто ответил он.

Бэй Яо на мгновение задумалась.

– Тогда как насчет рыбы с молотым перцем и тофу? Мы с мамой чуть позже сходим за продуктами.

Увидев, как дочь защищает Пэй Чуаня, женщина хмыкнула и ушла на кухню.

Бэй Лицай молча сидел на диване.

– Ты пока посмотри телевизор, – обернулся молодой человек к Яо-Яо, – а я пойду помогу тетушке Чжао.

Она моргнула, и Пэй Чуань пояснил шепотом:

– Я хочу понравиться твоей маме.

С этими словами он сразу же отправился на кухню.

Чжао Чжилань никак не могла принять то, что дочь вышла замуж за человека, угрожавшего ее родителям. И что самое обидное, она даже не в силах была ничего рассказать об этом, зная, что ее слова могут лишь усугубить ситуацию.

– Зачем ты пришел?

Пэй Чуань засучил рукава и принялся мыть салатные листья:

– Собираюсь готовить, – сказал он, опустив руки в холодную воду.

Женщина не сдержалась и недовольно фыркнула, а после вышла из кухни и потянула Бэй Яо за собой.

– Продуктов осталось мало, пойдем прогуляемся до рынка.

Бэй Цзюнь подскочил, рассчитывая тоже пойти с мамой, но та рявкнула:

– Сиди дома!

Пэй Чуань нахмурился и сразу сообразил: Чжао Чжилань не хотела брать с собой Бэй Цзюня, значит, рассчитывала поговорить с Бэй Яо наедине. Его руки замерли в холодной воде, но темные глаза оставались спокойными.

Бэй Яо держала мать за руку. До продуктового рынка было недалеко.

– Вы получили свидетельства о браке? – негромко спросила Чжао Чжилань.

Девушка молча кивнула. Закатное солнце клонилось к горизонту. Стояла тишина.

Из-за всех событий Чжао Чжилань плохо спала в последние дни, поэтому спросила Бэй Яо:

– Ты ведь знаешь о ситуации с Хо Сюем? Ты вышла замуж по своей воле?

– Да, я знаю. Он ни к чему меня не принуждал. Я сама захотела выйти за него. Думаю, это к лучшему.

Чжао Чжилань не удержалась и постучала пальцем по лбу дочери.

– Глупая, что в нем такого хорошего?

– По-моему, он во всем хорош, – сказала девушка, прикрыв лоб рукой.

– Мы с твоим отцом были вынуждены согласиться на этот брак, но я должна тебе кое-что сказать! – Чжао Чжилань посмотрела на свою юную дочь и продолжила: – Выйти замуж и влюбиться – не одно и то же! Прожить вместе всю жизнь, состоящую из радостей и печалей, гораздо сложнее, чем кажется! Ты не можешь гарантировать, что он будет любить тебя вечно. И потом, Пэй Чуань далеко не лучший вариант для брака. Его родители развелись, оставили его совсем одного, посмотри, он никому не нужен! Из таких семей выходят люди с ужасным характером! У них другие жизненные ценности!

Подумай, за кого ты выходишь замуж. У него есть мачеха, мать и отец, который даже со своей жизнью разобраться не может. Вы поженились, а его родная мать даже не знает об этом! Где она сейчас? Тем более, он сидел в тюрьме! Ты не боишься слухов? Людям только дай языками почесать! И последнее… Здоровье…. Из-за его инвалидности на вас всегда будут смотреть другими глазами. Да даже если взять его самого! Сейчас он молод, полон сил, может сам себя обслуживать. Но когда он состарится? Ты и правда готова всю жизнь пахать ради него, как лошадь?

Бэй Яо молча слушала, ожидая, когда мать договорит, и смотрела на переулок вдали. Заходящее солнце вытягивало их тени.

– То, что у него плохая семья, еще не значит, что он и сам плохой. Мама, в этом мире жертву всегда считают виноватой. Если он чего-то не знает, я научу его. Никто не рождается хорошим или плохим. Если судьба оказалась к нему несправедлива, мы не можем поступать так же, – спокойно проговорила Бэй Яо. – И мне плевать на мнение посторонних. Хотят сплетничать – пусть сплетничают. А здоровье… Я понимаю, но, мама, ты сама говорила, что брак – это дело двоих. Если он любит меня в молодости, то я должна заботиться о нем в старости, разве нет?

Эти слова заставили Чжао Чжилань замереть. Она явно не ожидала, что ее юная Яо-Яо приведет такие доводы. Женщина была тронута до глубины души, но не подала виду.

– Красиво говоришь! Идем за продуктами.

Тофу продавала очень старая бабушка, морщины на ее лице уже давно собирались в складки. Госпожа Чжао любила торговаться, но только не с этой бабушкой – с ней она никогда не старалась сбить цену, даже наоборот, оставляла чуть больше.

Когда мать и дочь взяли пакеты с продуктами, Чжао Чжилань покосилась на Яо-Яо.

– Ты у меня остра на язык! Не боишься, что пройдет время и ты пожалеешь о своем решении? – Она понизила голос. – Посмотри на бабушку Чэнь. Ее муж слепой, сколько людей знают о ее страданиях? Она многого натерпелась в молодости и даже теперь на рассвете толкает тележку с тофу и приходит на рынок. Ее муж ничем не может ей помочь. Разве это не тяжелая жизнь?

Однако, едва договорив, женщина невольно вспомнила о банковской карте с пятью миллионами и напряглась, чтобы не выдать своих сомнений. Тем временем Бэй Яо замерла и ответила тоненьким голоском:

– Но бабушка Чэнь улыбается каждый день, а у других тетушек со здоровыми мужьями на лицах нет и намека на радость!

Чжао Чжилань махнула рукой:

– Все, не хочу больше с тобой разговаривать!

Расплатившись, они двинулись в сторону дома.

Через некоторое время Чжао Чжилань, не желавшая разговаривать с дочерью, вдруг воскликнула:

– Как ты не поймешь! Я уже свое пожила! Многое видела! А ты? Молодая, еще только учишься! Что, если через пару лет начнешь рыдать в подушку? Будет поздно! Самое простое: вы ведь муж и жена, вы будете спать в одной кровати? Скажи мне честно, он тебя уже трогал?

Если раньше Бэй Яо могла спокойно отвечать матери, то этот нескромный вопрос обескуражил ее.

– Не… Нет-нет! – ответила раскрасневшаяся Яо-Яо.

Чжао Чжилань вздохнула с облегчением. Возможно, Пэй Чуань не такой уж и мерзавец. По крайней мере, знает границы дозволенного.

Наконец она проговорила:

– Ладно, в конце концов, я видела, как он взрослеет. Кажется, характер у него неплохой. Но, Яо-Яо, его инвалидность… Я просто хочу, чтобы ты знала: с таким человеком непросто будет в постели… Сколько тебе сейчас лет? Ты действительно уверена, что останешься с ним до конца жизни? А если у вас появится ребенок? Что тогда? Вдруг ты захочешь… – Однако, подумав, женщина замялась и сказала только: – Просто хорошенько все обдумай.

«Хорошенько все обдумать…» Бэй Яо мгновенно вспомнилась большая красная кровать в Пекине. Да, это единственное, что вызывало у нее недоумение и легкую панику.