Фэй простояла в руинах подземелья дольше, чем следовало бы. С потолка туннелей сыпалась мозаика, а сами туннели теперь напоминали открытые артерии, по которым сочился песок с разрушенной арены. Несмотря на гору обломков в центре подземного зала, ни одного из волшебников не раздавило. Мутными, как небо над ними, глазами все трое уставились в зияющую брешь в потолке. Над Ретнеком уже сгущались тучи. По щекам Фэй ползли две большие капли. Слезы это или дождь?

Из-за столба, за которым она пряталась, внезапно выглянул волшебник Запад, и Фэй вздрогнула.

– О! Ты жива! – Призрак прижал бледную руку к груди. – Слава Равновесию!

Как оказалось, Фэй все-таки плакала, а от слов призрака зарыдала еще сильнее.

– Нет больше никакого Равновесия! Чему теперь слава-то?

Нахмурившись, Запад посмотрел на других волшебников, по-прежнему прикованных к столбам.

– Какой здесь ужасный беспорядок. Надо бы позвать горничную.

Он что, рассмешить ее решил? Почти получилось. Фэй перестала рыдать и грустно икнула.

– Здесь веником или шваброй не обойдешься.

– А если пылесос? – предложил призрак.

В кармане мантии зашуршало, и оттуда выглянул Пак.

– Селурдур сильно тряхнуло, но замок выстоял. Про другие замки этого, похоже, не скажешь… – Он взглянул на дыру в крыше и прижал бумажные уши. – Да и о дворце короля Максимиллиана тоже.

– Пак, Сумеречная королева освободилась.

В руинах еще шелестела осыпавшаяся со стен мозаика.

Как бы Фэй ни злилась на старых волшебников и их древние правила, видеть их беспомощными было еще хуже.

– Мы проиграли.

– В основном да, – согласился кот.

– Нам нужен пылесос, – настаивал волшебник Запад.

Фэй нахмурилась:

– Волшебник, сейчас не время шутить!

– Я и не шучу, дорогая ученица. Сумеречная королева оставила свое тело. – Призрак кивнул на трон. – После того как черный дракон выбрался и улетел, останки колдуньи рассыпались прахом, а это значит, что сейчас она такая же, как я. И у нее аллергия на электричество.

– Предлагаете мне сразиться с Сумеречной королевой пылесосом? – Фэй представила, как гонится за могущественной колдуньей, словно за комочком пыли. Нет, картинка настолько нелепая, что даже смеяться не хотелось. – От электичества у нее просто голова закружится, и все. И вряд ли найдется достаточно большой пылесос, чтобы засосать все это! – Фэй показала на небо, затянутое фиолетовыми тучами.

Над дворцом отчетливо обозначился силуэт колдуньи. Однако вела она себя странно. Сумеречную королеву словно… привязали. Длинная полоса света, которую Фэй сперва приняла за молнию, двигалась вместе с колдуньей и не гасла. Вместе с этой полосой Сумеречная королева кружила над белоснежными башнями дворца.

– Заклинание Селурдура, – объяснил Пак, перехватив ее взгляд. – Сумеречная королева освободилась не полностью. Пока заклинание Селестиуса не разрушено, колдунья не может уйти от своей горы.

– Не уверена, что это хорошо, – пробормотала Фэй. Она чувствовала ужас, который наводит на горожан колдовская буря.

Эти люди полагались на Фэй.

Доверяли ей.

А она не может ничего поделать, чтобы спасти их. Она посмотрела на развалины и снова заплакала. Ветер трепал плакат «Победу лучшей ведьме!», а рядом блестели знакомые серебристые уши.

– У этой штуковины, похоже, девять жизней, – усмехнулась Фэй. Она вытащила из кучи мусора робокошку. Хвост у робота слегка погнулся, но глаза светились фиолетовым.

– И батарея очень мощная! – добавил волшебник Запад. – Выключи ее побыстрей, пока я не спятил!

Внезапно дыру в потолке закрыли оранжевые чешуйчатые крылья. Корнелиус! В следующую секунду дракон опустился на кучу обломков рядом с Фэй. И как раз вовремя: к яме, облизываясь, бежала целая стая сумеречных волков. Фэй замахнулась робокошкой на первого волка, и зверь, заскулив, повалился на бок. Фэй хватило времени вскарабкаться по поросшему кустарником драконьему хвосту и ухватиться за большой пень. Компостный дракон взмыл в воздух.

Буря, вызванная Сумеречной королевой, обрушивалась градом и ливнем на шпили дворца. Этой участи избежали лишь мастерская принца Макса и западные кварталы города. Над ними небо оставалось голубым, а сами они казались странным островком спокойствия среди творившегося хаоса. Улицы остальных кварталов заполнили духи Сумеречной королевы. По переулкам, кусая за ноги перепуганных лошадей, метались красноглазые крысы и волки. Мостовая была усыпана капустными кочанами. Ласки выгоняли из гнезд крылатых птенцов «Проклятого очарования», а в воздухе те тотчас же попадали в лапы свирепого ветра. Из восточных кварталов вылетали стаи ковров-самолетов. Жители Ретнека, словно ручейки пролитого чая, заполнили тихие улочки западных кварталов. Злых духов, которые пытались преследовать беглецов, встречал сноп пурпурных искр – его очень вовремя создали леди Бортрам и дамы из ее клуба. Трудились эти ведьмы с видом одновременно суровым и веселым: наконец-то у них появилась возможность дать волю собственным силам и защитить западные границы. И они были не единственными. Бок о бок с дамами сражались Артуро и Иксиор, а рядом Фэй увидела множество других учеников. Даже Сафра набрасывалась на сумеречных духов, которые пытались преследовать беглецов.

Они кидались и на принца с принцессой.

Сердце Фэй сжалось, когда она заметила принца Макса и Иллиан. В громкоговорители они давали указания беженцам, а вокруг них выстроились королевские гвардейцы с заколдованными мечами. Впрочем, толку от этого было мало: прямо на них по переулку мчался гигантский черный дух-медведь. Он злобно рычал.

– Вперед! – крикнула Фэй Нелу. – Надо им помочь!

Компостный дракон резко свернул вбок, к принцу с принцессой, и спикировал. В ушах у Фэй засвистел влажный ветер. Приземлиться дракону было негде, поэтому он резко уперся лапами в ближайшие крыши. Черепица разлетелась во все стороны. Нел опустил морду и пытался схватить медведя зубами, но дух, совсем как когда-то Ранкор, превратился в облако.

– Иллиан! – выкрикнула Фэй. Она сползла с драконьего хвоста и спрыгнула на брусчатку. – Макс!

– Фэй! – прямо в громкоговоритель воскликнула принцесса Иллиан. Учитывая обстоятельства, голос у нее звучал на удивление бодро. – Ты жива!

Рычащий дух-медведь материализовался всего в нескольких сантиметрах от принца и злобно уставился на него. Фэй хотела вызвать защитное заклятье, но чувствовала лишь страх, причем не только свой, а всеобщий, переполняющий город. Горло у нее сдавило: она увидела, как алые медвежьи глаза прищурились и зверь устремился на Макса. Один из стражников замахнулся мечом, но злой дух лишь отбросил его в сторону. Золотые доспехи со звоном ударились о стену. Оскалив огромные зубы, зверь бросился на принца, но натолкнулся на громкоговоритель.

Юный изобретатель ударил слугу Сумеречной королевы по голове, и чудовище отскочило. «Похоже, громкоговоритель на электричестве», – подумала Фэй. Другого объяснения у нее не было. Медведь, словно объевшись хмельного меда, спотыкался о собственные лапы.

– Получай, глупая ты сумеречная зверюга! – выкрикнул в громкоговоритель принц Макс, и медведь прибавил ходу. – Давай-давай, беги! А если вернешься, я натравлю на тебя электромагнитное поле, и ты отупеешь еще сильнее!

Нел наверху заухал – это уханье подозрительно смахивало на смех. Стражники изумленно разинули рты, а Иллиан одобрительно кивнула:

– Молодец, Макс! Жаль, папа не видел…

– Где король Максимиллиан? – голос у Фэй предательски дрогнул.

– Он сказал, – с тревогой ответила принцесса, – что не покинет дворец, пока не позаботится об остальных. Папа велел нам с Максом привести сюда зрителей с арены, но я не уверена, что слуги тоже успели выбраться. Портию я не видела…

Фэй оглянулась на дворец. Фигура Сумеречной королевы увеличилась, а платье развевалось, точно ураганный столб. Между облаками летал черный дракон – ослепительным огнем он стрелял по автомобилям, которые мчались прочь от замка.

– Мисс Гарднер! – К ним бежала леди Бортрам. Она вспотела, эмалевая брошка перекосилась, а на платье темнела прожженная дыра. – Мисс Гарднер! Пожалуйста, примите мое приглашение на чай! Я вынуждена настаивать! Мой дом совсем рядом, прямо за углом!

Сейчас? Фэй вытаращила глаза.

– Но сейчас же битва… – возразила она.

– И что с того? – сурово перебила ее леди Бортрам. – Нам нужно обсудить неотложные вопросы.

– Я склонен согласиться, – пробормотал Макс.

– Да-да, – поддержала их Иллиан, – надо придумать план борьбы с Сумеречной королевой. Громкоговорителей хватит ненадолго.

Леди Бортрам положила руку Фэй на плечо. Это прикосновение напомнило Фэй папино, нежное и одновременно сильное. А в глазах леди Бортрам горели такие же искорки, как у Рены.

– Боевые планы на голодный желудок не строят, – добавила она. – Пойдем!

На таком странном чаепитии Фэй еще не бывала. Большинство гостей казались измученными – растрепанные волосы, порванная одежда и даже разбитые губы. Однако многие, увидев Фэй с близнецами, заулыбались. Все они собрались в очень приличном салоне, где на столе стояли чайники с горячим чаем, а посредине возвышался торт в виде ведьминого колпака. Он был покрыт толстым слоем глазури, на которой рука Рены аккуратно вывела надпись «Поздравляем, Фэй!»

– Я заказала его заранее, в пекарне «Из муки без муки», – объяснила леди Бортрам. – Хочешь кусочек?

Фэй покачала головой. Она сомневалась, что ее желудок обрадуется торту и другим знакомым сладостям, которых на столе было немало. Мятная кора, сладкие пустячки, засахаренные цветы чертовсполоха… Драпончики, выбравшись из-под стеклянных колпаков, накрывавших блюда, забрались на люстру, где принялись играть с хрустальными висюльками и вывинчивать лампочку из патрона.

– Когда все закончится, я бы хотел изучить взаимосвязь электричества и магии, – сказал Макс, когда они расселись по местам. – Почему электромагнитные волны дезориентируют духов, а на волшебников и на кондитерские изделия не действуют? Действительно ли все дело в отсутствии физической формы? Надо бы мне провести несколько экспериментов в мастерской…

– Возможно, сперва тебе придется ее восстановить. – Фэй взглянула в окно гостиной. За последний час буря над дворцом утихла. Облака больше не напоминали о Сумеречной королеве – она укрылась во дворце. Ее гигантский черный дракон устроился на башне мастерской, пробив когтями дыру в потолке. Макс тревожно проследил за ее взглядом.

– Надеюсь, с Зефиром ничего не случится…

– С твоим самолетом? – У Иллиан глаза на лоб полезли. – А о папе ты не волнуешься? И о конклаве? Да и вообще о нашей стране?

– Отличный повод начать сегодняшнее собрание! – Леди Бортрам постучала ложечкой по чашке, распугивая нарисованных на фарфоре птиц. – Итак, собрание «Ночных садовниц» и их гостей за номером пятьдесят шесть тысяч четыреста десять объявляю открытым.

Фэй удивленно оглядывала бесчисленное множество людей, которым удалось втиснуться в гостиную леди Бортрам. Впрочем, от ее внимания не ускользнуло, что вместо трех окон в стене теперь было шесть. Гостиная увеличивалась, прямо как их Селурдур!

– Как вы умудрились провести уже столько встреч? – удивился принц Макс.

Улыбка тронула губы леди Бортрам.

– Наше тайное сообщество существует больше двух тысяч лет. Оно уходит корнями в первую Эпоху теней, когда ведьмы организовали подпольное сопротивление. С помощью магии они выманивали из почвы растения, чтобы накормить жителей своих деревень. Они называли себя «ночными садовницами». Когда Сумеречную королеву победили и четверо первых волшебников решили контролировать использование магии, ведьмы никуда не делись. Они просто ушли в подполье и тайно передавали свои знания дочерям. А те – своим. И дочерям дочерей. Знаешь, Фэй, в свое время твоя мама тоже состояла в этом сообществе. Она была очень талантливой ведьмой. И это лишь доказывает, что яблоко от яблони недалеко падает!

– Надо же… – пробормотала Фэй.

– Теперь, – продолжала леди Бортрам, – нам надо сообща придумать способ победить Сумеречную королеву, пока она не уморила голодом весь наш остров. Убить ее невозможно, это мы знаем. Значит, надо как-то связать Сумеречную королеву.

– Необходимо выкрасть у нее тиару и уничтожить ее, – сказала Фэй. – Она обладает властью лишь благодаря тиаре. С ее помощью она крадет магию у всех, кто ей противостоит. Из-за тиары все эти дымчатые крысы, волки и медведи вынуждены выполнять ее приказы. Если разбить тиару, армия Сумеречной королевы будет не в состоянии сражаться. Ее силы иссякнут, волшебники освободятся, и мы сможем ее связать.

– А эту тиару вообще можно уничтожить? – спросила леди Бортрам.

– Кажется, волшебник Север считал, что можно, – Фэй выпрямилась и оглядела переполненный салон. – Здесь есть его ученики?

Гости расступились и пропустили вперед Артуро. Его кожа еще не утратила сероватый, как у слоновьей шкуры, оттенок.

«Во имя Равновесия… Кажется, наши испытания были сто лет назад!» – подумала Фэй, глядя на своего бывшего соперника.

– Ты говорил, что ковал мечи и немало трудился в кузнице. И тиару ты тоже видел… Как считаешь, получится у тебя ее разбить?

Артуро помолчал, но затем кивнул:

– Мне понадобится Громовой молот. И очень горячее пламя, например драконье.

– Корнелиус поможет! – сказала Фэй. – А этот Громовой молот где хранится?

– В Реуэле.

Вернее, в том, что осталось от Реуэла. Фэй лишь надеялась, что молот не навсегда погребен под развалинами замка.

– Звучит неплохо, – согласилась леди Бортрам. – Но сперва надо придумать, как украсть тиару Короля ужаса. Нельзя же просто войти во дворец и сдернуть ее с головы Сумеречной королевы! Ты и до первого поворота потом не дойдешь, как ее дракон превратит тебя в кучку пепла.

– А я не пойду, – сказала Фэй.

– В смысле? Ты полетишь на Неле? – Леди Бортрам покачала головой, и ее аккуратные локоны заколыхались. – Сражение между двумя взрослыми драконами – битва еще более жестокая. Город ее не переживет.

Иллиан запрокинула голову, но смотрела не на лампочку, а на драпончиков.

– А волшебник Запад? – спросила она. – Он может проникнуть внутрь и украсть тиару?

– Ни драконам, ни призракам это не под силу, – сказала Фэй. – Даже если Запад наберется плотности и удержит тиару, вряд ли ему удастся ее украсть. Магия Сумеречной королевы уничтожит его.

– Верно, – послышалось с люстры. Драпончики вздрогнули и, схватив лампочки, улетели. Лампочки не горели, вот почему волшебник Запад находился в этой комнате. – Я тяжело ранен.

– Но вы же и так мертвы… – возразила леди Бортрам, но решила не спорить с нервным призраком. – Хорошо, мисс Гарднер. Как вы планируете украсть эту могущественную реликвию?

Фэй посмотрела на кресло напротив, в котором с чашкой остывшего чая сидел принц Макс.

– Макс, ты как? Сможешь сварить зелье «Принцесса и горничная», но не в лаборатории?

– Если у меня будет мираж и пыль бабочки-нимфалиды, то конечно… У вас случайно не найдется таких ингредиентов? – спросил он леди Бортрам.

Пожилая ведьма покачала головой.

– Ты что это придумала? – прищурившись, Иллиан посмотрела на Фэй.

– Если мы поймаем дымчатую крысу и я приму ее облик, то попробую по туннелю для слуг проникнуть во дворец и украсть тиару.

– Вариант рабочий, – сказал Макс, – но я не знаю, каким образом эликсир сработает в случае с телесными и нетелесными существами…

– Если с дымчатой крысой не сработает, я приму облик кого-нибудь из служанок, – сказала Фэй. – На слуг обычно внимания не обращают, и вряд ли Сумеречная королева исключение.

– Все упирается в ингредиенты, – напомнил им принц Макс. – Мне нужны мираж из Восточного квартала и пыльца бабочки-нимфалиды с Юга. Чтобы их добыть, придется преодолеть бурю Сумеречной королевы.

– Прекрасная задача для «ночных садовниц»! – леди Бортрам хлопнула в ладоши. – Дамы? Есть желающие?

Вверх вытянулось немало рук и даже один пятнистый хвост, принадлежащий Сафре.

– Тебе понадобится моя помощь, чтобы поймать миражи, – прорычала гепардиха. – И Иксиор тоже должен помочь.

– Я бы хотела присоединиться к тем, кто отправится на Юг, – быстро проговорила Фэй. – Мама научила меня одной хитрости, чтобы бабочки-нимфалиды легче отдавали пыльцу.

Она взглянула на торт в виде ведьминого колпака. В нем наверняка немало сахара. Рена не из тех пекарей, кто экономит на ингредиентах. Сказать по правде, сложнее всего будет не слопать весь торт, пока они добираются в Чантуин.

– Группы должны быть небольшими, – сказала леди Бортрам, подсчитывая руки добровольцев. – И нам еще предстоит долго защищать Западный квартал.

– Давайте использовать электричество, – предложил принц Макс. Он по-прежнему наблюдал за драпончиками и лампочками. – Я помогу «ночным садовницам» укрепить границы при помощи электромагнитного поля. Беженцам оно мешать не будет, но если подключим достаточное количество удлинителей, то духов Сумеречной королевы мы остановим.

Принцесса Иллиан закивала:

– Верно. Итак, Макс останется здесь и поможет установить защиту Западного квартала. Артуро отправится в Реуэл на поиски Громового молота и всего остального, что нужно, чтобы уничтожить тиару. Сафра с Иксиором пойдут на Восток за миражом. А нам с Фэй предстоит дойти до Юга и добыть пыльцу бабочек-нимфалид. Когда мы вернемся, Макс сварит зелье «Принцесса и горничная», чтобы Фэй проникла во дворец и украла тиару. После того как Артуро разобьет тиару, Сумеречная королева ослабеет.

– Но как мы ее снова свяжем? – спросила леди Бортрам. – Даже если остальные трое волшебников освободятся от проклятья Сумеречной королевы, еще не факт, что они нам помогут. Равновесие нарушено. Центральная зала превратилась в руины.

Фэй прикусила губу. Леди Бортрам права: опять заточить Сумеречную королеву в подземелье не получится.

– Я ее свяжу, – заявила Фэй.

– В одиночку? – сухо спросил Иксиор.

– Нет. Жители Ретнека поделятся со мной силой, – ответила Фэй, – но они должны верить, что мы победим. Моя магия… После того как Центральная зала обрушилась, она снова то исчезает, то появляется. Люди теряют надежду. И винить их нельзя…

За окнами гостиной бушевала черно-фиолетовая буря, отчасти похожая на кошмары, которые отец Фэй хранил в аптечных ящичках.

– Э-хм… – послышался вдруг знакомый голос, – возможно, я смогу помочь. Хотите, я напечатаю об этом в газете?

Брайс Борзопёр. Вид у журналиста был такой же измученный, как и у всех остальных, однако он по привычке сжимал в руках карандаш и блокнот. Фэй видела криво исписанные желтоватые страницы.

– Вы серьезно? В такое время сядете и будете писать статью? – выкрикнула одна из «ночных садовниц». Фэй узнала в ней девушку из магазина ледяных коктейлей. Ту, что говорила о садовницах. Теперь Фэй все поняла.

– А что, если заметка в газете – как раз то, что нам надо? – возразила Иллиан. – Конечно, обойдемся без подробностей, но, возможно, у вас получится вдохновить жителей столицы?

Журналист задумчиво постучал карандашом по подбородку.

– «Ведьма Запад бросает вызов темной чародейке. Борьба за солнце Солума». Что-то в этом роде, да?

– Именно! – поддержал с люстры волшебник Запад. – И не забудь упомянуть, кто научил Фэй всем ее трюкам и привил ей смелость!

– Не волнуйтесь, – Брайс улыбнулся и подмигнул, – я позабочусь, чтобы Торн Гарднер получил должное признание.

Молодая женщина из лавки с коктейлями покачала головой:

– Кто будет читать статью, пока дракон сжигает наш город?

Фэй погладила листок бумаги в кармане. Пак уже давно не появлялся, наверное, был занят заклятьем фундамента.

– А что, если составить заметку как письмо волшебника? – Она вспомнила бумажные приглашения, которые наперебой зазывали ее на чай. – А что, если экземпляры «Проклятого очарования» будут летать и вслух зачитывать статью подписчикам? На такое невозможно не обратить внимания.

– Отличный рекламный ход! – обрадовался волшебник Запад. – И почему я раньше до этого не додумался? Продажи моих элискиров выросли бы раза в четыре, не меньше!