– Нужно восстановить события до исчезновения вашей сестры и понять, где и когда она могла получить зонт.

Цзыяо взял со стола пустой стаканчик из-под горячего шоколада, используя его как реквизит для объяснения.

– Вот время, в которое Синьцзе вышла из дома. Зонтика у нее с собой не было, верно?

Цзыяо поставил стаканчик на край стола, обозначив время, когда Синьцзе отправилась на работу.

Ицзе ничего не ответила, только поджала губы и уставилась на стаканчик. Цзыяо понимал, что она все еще сомневается. Можно ли доверять незнакомцу, который так внезапно ворвался в ее жизнь и заявил, что исчезновение Синьцзе связано с каким-то бумажным зонтиком?

Цзыяо решил продолжать. Он провел пальцем по столу рядом со стаканчиком, словно рисуя невидимую временную шкалу.

– Начинаем двигаться вперед – к концу рабочего дня. Во сколько Синьцзе обычно уходит с работы?

– Примерно в шесть. Сначала идет от офиса до станции W, а потом едет на электричке домой, до станции T.

– Хорошо, тогда здесь – шесть часов.

Цзыяо остановил палец и положил на то место, которое соответствовало концу рабочего дня Синьцзе, брелок от ключей.

– Вчера в шесть вечера уже шел дождь. Несильный, но под ним все равно можно было промокнуть. Синьцзе вышла из офиса и поняла, что у нее нет зонта. Вы хорошо ее знаете, как вы думаете, что она могла сделать? Как она обычно ведет себя в подобных случаях?

– Сначала она досадует, что не взяла зонт с утра, а потом клянется, что в следующий раз точно не забудет. Я слышала от нее подобные жалобы сотни раз. Но мокнуть она в любом случае не станет: возьмет зонт у коллеги или попросится в компанию. В общем, найдет какой-нибудь выход.

– То есть Синьцзе потратила некоторое время на то, чтобы найти зонт в офисе, и только после этого отправилась к станции W… Или, может, она купила зонт в круглосуточном магазине?

– Нет, она не станет тратить на это деньги, – уверенно сказала Ицзе.

– Тогда мы сосредоточимся на этом промежутке.

Цзыяо положил телефон рядом с брелоком, обозначив последнюю известную точку: фактическое время ухода Синьцзе с работы.

– Между окончанием рабочего дня и реальным уходом из офиса она успела получить от кого-то бумажный зонтик. Это важный факт.

Цзыяо указал на пустое место между брелоком и телефоном, посмотрел на Ицзе и спросил:

– Вы знаете кого-нибудь из коллег Синьцзе? Вдруг они помогут нам найти ответ.

Ицзе нахмурилась, глядя на стол, и после недолгих раздумий произнесла:

– Я на улицу, надо позвонить. Скоро вернусь.

И Ицзе вышла из кофейни. Через панорамное окно Цзыяо наблюдал, как она разговаривает по телефону. Судя по выражению ее лица, беседа была очень серьезной.

Даже сейчас Цзыяо не понимал до конца, что в голове у Ицзе. Готова ли она ему довериться? Если нет, то она вполне могла сейчас разговаривать с полицейскими, обсуждая с ними Цзыяо как главного подозреваемого.

Но оставалось лишь сидеть и ждать ее возвращения. Была не была.

Ицзе вернулась в кофейню и произнесла слова, от которых у Цзыяо внутри все похолодело:

– Я только что звонила в полицию.

К счастью, следующая реплика его успокоила:

– Они на пути в компанию, где работала Синьцзе. Будут проверять записи с камер видеонаблюдения. Я сказала, что тоже подъеду. А вы?

– Я с вами.

Цзыяо быстро встал. За последние пять лет он не чувствовал такого прилива решимости, как сейчас.

* * *

От станции Т до станции W на электричке можно было доехать примерно за десять минут. Компания Синьцзе находилась совсем рядом со станцией W.

Час пик закончился, и в вагоне почти не было людей, так что свободных мест хватало.

Цзыяо еще многое хотел сказать Ицзе, но они были едва знакомы, поэтому он нарочно сел через сиденье от нее, чтобы сохранять дистанцию.

Когда поезд тронулся, Цзыяо повернулся к Ицзе:

– Э-э… Спасибо.

– За что?

– За то, что поверили мне, – криво улыбнулся Цзыяо. – Вообще-то вы могли отмахнуться от меня и самостоятельно продолжать поиски. Даже если всерьез считать бумажный зонтик важной зацепкой, нет никакой гарантии, что это куда-либо приведет. У меня есть ощущение, что если я узнаю, откуда взялся зонт, то раскрою правду о гибели друга и помогу найти вашу сестру. Но, возможно, это только домыслы…

– Все в порядке, не волнуйтесь. Сейчас Синьцзе ищет и полиция, и наша семья. Если я использую новую зацепку, шансы найти ее только вырастут.

«Чем искать вслепую, разве не лучше сначала определиться с направлением?» – подумал Цзыяо.

– Могу я узнать, чем вы занимаетесь? – полюбопытствовал он.

– Я пиар-менеджер. Очень интересная работа.

– А, неудивительно, – будничным тоном заметил Цзыяо.

– Почему вы так говорите? – спросила Ицзе, заинтригованная его реакцией.

– Вы производите впечатление человека, который открыт ко всему и готов принять любой вызов. И при этом у вас развита интуиция: например, вы решили, что мне можно доверять. Наверное, вы очень успешны в своей сфере.

– Ну, на работе приходится иметь дело с самыми разными людьми. Даже мошенники иногда попадаются.

Ицзе посмотрела на Цзыяо, и на ее лице впервые появилась искренняя улыбка без тени настороженности:

– Мой опыт подсказывает, что вы точно не лжете.

* * *

Синьцзе работала в офисном здании рядом со станцией W. Когда Ицзе и Цзыяо прибыли, на месте уже находилась полиция: офицер стоял на ресепшене и что-то обсуждал с администратором.

При виде Ицзе полицейский помахал рукой:

– Госпожа Лянь, сюда!

Ицзе и Цзыяо подошли к офицеру. Полицейский посмотрел на Цзыяо с некоторым подозрением, и Ицзе пояснила:

– Это мой коллега, он хочет помочь.

Офицер кивнул и указал на мониторы, которые демонстрировали записи с камер видеонаблюдения. Экранов было так много, что глаза разбегались.

Полицейский произнес:

– Я уже попросил администратора найти вчерашнюю запись, на которой ваша сестра уходит из офиса. На первый взгляд на ней ничего подозрительного, но на всякий случай вам тоже стоит посмотреть.

– Конечно, – отозвалась Ицзе.

Офицер подал знак администратору, и тот включил запись на одном из экранов.

Цзыяо и Ицзе встали позади, наклонившись вперед, чтобы лучше видеть.

Камера висела напротив дверей и вестибюля, так что в кадр попадали все, кто входил и выходил из здания. Едва видео началось, как на экране появилась Синьцзе. Она стояла у окна, тревожно поглядывая на дождливую улицу: видимо, переживала, что не взяла зонтик. Затем девушка решительно развернулась и пошла обратно к офисам, исчезнув из поля зрения камеры, но вскоре появилась вновь, теперь держа в руках зонт. Несомненно, тот самый.

Сама эта сцена не слишком удивляла, но из-за того, что произошло дальше, Цзыяо едва не закричал.

Когда Синьцзе приблизилась к двери и раскрыла зонт, с его поверхности соскользнула высокая темная фигура и встала рядом с девушкой.

Цзыяо сразу понял: это оживший рисунок – женщина в кимоно.

Разрешение у камеры было невысокое, но изображение женщины казалось необычайно четким: бледная кожа, скорбное выражение лица, черное кимоно с красными пятнами, будто забрызганное кровью. Казалось, она существует совершенно отдельно от всего, что запечатлено на записи.

Когда Синьцзе уже собиралась выйти за дверь, женщина в кимоно приподняла голову, словно понимая, что за ней кто-то наблюдает. Она резко посмотрела прямо в камеру, и Цзыяо ощутил леденящий ужас.

После того как Синьцзе вышла из здания, женщина в кимоно исчезла с экрана вместе с ней.

Администратор щелкнул мышью, поставив видео на паузу.

Полицейский спросил:

– Ну как? Заметили что-нибудь подозрительное?

– Что?.. – Цзыяо старался сдерживать дрожь и говорить спокойно: – Что это сейчас было? Разве женщина в кимоно вам не кажется подозрительной?

– Женщина в кимоно? – Полицейский и администратор обменялись озадаченными взглядами.

– Она же была прямо на экране! Вы что, не видели?

Цзыяо повернулся к Ицзе, надеясь на поддержку; ему надоело продираться сквозь трудности в одиночку. Та схватила Цзыяо за рукав и слегка потянула. Ее взгляд будто говорил: она видела то же, что и он, но сейчас это обсуждать не стоит.

Ясно одно: женщина в кимоно показалась только им двоим.

Ицзе сменила тему, обратившись к администратору:

– Моя сестра ушла из дома без зонта. Вы не знаете, где она взяла тот, который был на видео?

– Наверное, на стойке с зонтами. – Он кивнул на противоположную сторону вестибюля. – Мы предоставляем запасные зонты всем, кто работает в этом здании. Правда, их часто не возвращают, так что хлопот не оберешься.

Цзыяо и Ицзе посмотрели туда, куда указал администратор: на стойку с двумя зонтами с логотипом управляющей компании.

– Этот угол вестибюля попадает на камеру? – спросила Ицзе.

– Как раз нет, это слепая зона. Общие зонты – расходный материал, компания особо за этим не следит… – лениво ответил администратор.

Офицер задал ему еще несколько незначительных вопросов, затем пообещал Ицзе, что полиция скоро найдет ее сестру, и ушел.

Цзыяо вздохнул. Он знал: если рассказать полиции о бумажном зонте, его просто сочтут фантазером. За последние пять лет он привык к этому чувству.

Да и потом, только они с Ицзе увидели на записи женщину в кимоно…

Интуиция подсказывала Цзыяо: незнакомка не случайно позволила им увидеть себя. Все-таки у него и Ицзе есть нечто общее: оба напрямую связаны с теми, кто пропал без вести.

Казалось, женщина в кимоно намекала: «Если хотите спасти исчезнувшую – сначала найдите меня».