В 2014 году в книге «Не кричите на детей» [33] я впервые описал метод активного молчания, который разработал специально для родителей. Ознакомившись с исследованиями Густаво Пьетрополли Шарме [34], я понял, как можно применить его идеи о прекращении нарциссической подпитки подростков в парадигме родительского воспитания. Метод активного молчания был создан, чтобы справляться с подростковой импульсивностью.

Я предложил родителям простое решение: делать прямо противоположное тому, к чему они привыкли. Вместо того чтобы бесконечно настаивать, упрекать, обвинять, взывать к совести — то есть всего того, что должно внушить почтение, опасение и страх последствий, — занять совершенно иную позицию.

Суть метода проста: нужно на время прекратить общение. Главное здесь не добавить что-то, а, наоборот, убрать. В те годы меня поражало, как родители, обращавшиеся ко мне за помощью, не могли перестать давить на своих детей, хотя сами видели, что это не работает. Они продолжали и продолжали, будто движимые не желанием добиться результата, а какой-то внутренней потребностью.

Тогда я еще не задумывался всерьез о том, как нарциссизм захватывает наше общество [35], но уже понимал: происходит что-то новое. Ни моим родителям, ни мне самому не требовались особые педагогические приемы, чтобы справляться с детьми-подростками. Родительский авторитет тогда еще был достаточно силен, чтобы обеспечивать четкую иерархию в отношениях между поколениями.

За последние десятилетия мир изменился до неузнаваемости. Родительский авторитет больше не является чем-то само собой разумеющимся, поэтому мамам и папам нужны новые инструменты, чтобы справляться с главной задачей — помогать детям взрослеть.

Со временем я обнаружил, что метод активного молчания эффективен не только с подростками, но и с детьми от трех лет — теми самыми «маленькими тиранами», которых становится все больше. Дети, проявляющие агрессию к родителям, отказывающиеся слушаться, стремящиеся все контролировать и всеми командовать, — тоже примета времени, еще один признак нарциссической эпохи, в которую мы живем.

Родители, решившиеся опробовать этот метод, сразу увидели результаты. Дети оказались в непривычной ситуации: возникала угроза потерять контакт с родителями (об этом я расскажу подробнее). Тогда они сами начинали искать общения и шли на контакт.

Но прежде чем рассказать, как именно работает метод активного молчания, я хотел бы прояснить несколько важных моментов, чтобы избежать недопонимания.

Это не наказание. Речь не о том, чтобы наказывать детей молчанием за плохое поведение. В наказании всегда присутствует элемент унижения, которого нет в методе активного молчания: если наказание причиняет боль, то активное молчание — нет.

Это не шантаж. Поначалу многие родители говорили мне: «Моя мать, а особенно отец, могли не разговаривать со мной неделями. Не хочу так поступать со своими детьми. Мне будет невыносимо тяжело повторять то, что делали со мной мои родители. Я категорически против». В активном молчании нет шантажа, нет принципа «ты — мне, я — тебе»: «Начну с тобой разговаривать, только когда ты наконец…». Это совсем другое. Шантаж — способ угрозы. Активное молчание — нет.

Это не месть. «Я не буду с тобой разговаривать, потому что… ты сделал то, чего не должен был… ты меня обидел… я тобой недоволен…», «Ты обещал это сделать, но не сделал, поэтому я теперь с тобой не разговариваю». Такая детская месть не имеет ничего общего с родительским поведением. Метод не заключается в том, чтобы отвечать на поступки ребенка зеркально.

Это не эмоциональная реакция. Пожалуй, данный пункт — самое важное и сложное, ведь мы часто прибегаем к молчанию именно в тех ситуациях, которые задевают нас за живое, вызывают боль, гнев или печаль. Когда узнаешь, что ребенок что-то натворил или плохо себя повел, трудно справиться с нахлынувшими эмоциями. Наш метод как раз и создан для того, чтобы не дать этим эмоциям выплеснуться. Он помогает справиться с напряжением. Раньше в таких случаях закуривали сигарету…

Нет смысла кричать на ребенка, выплескивая свой гнев из-за его проступка, а потом заявлять: «Все, до завтра я с тобой не разговариваю!» или «Я не думал, что ты способен на такое. То, что ты сделал, — отвратительно. Не хочу тебя больше видеть!». Это совершенно не то, что я подразумеваю под активным молчанием.

ЧТО ЖЕ ТОГДА АКТИВНОЕ МОЛЧАНИЕ?

Это способ донести свою позицию без слов. Вместо бесконечных нотаций, упреков и криков родитель выбирает более действенный путь — просто замолкает на определенное время. Принцип работы как у красного сигнала светофора на перекрестке: практический инструмент с четкой технической задачей. Так же и активное молчание — ясный сигнал от родителей, показывающий ребенку, что он перешел допустимые границы.

КОГДА ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЭТОТ МЕТОД?

В первую очередь когда подростки проявляют агрессию к родителям, будь то оскорбления или даже рукоприкладство. Метод также хорошо работает при серьезных нарушениях правил. Например, если подросток отказывается участвовать в домашних делах (речь не о беспорядке в комнате — это, как мы уже говорили, нормально для подросткового возраста) или когда дело касается прогулов в школе. Хотя сейчас пропускать занятия затруднительно из-за строгой системы контроля с электронными дневниками.

К серьезным нарушениям относится употребление алкоголя, табака или запрещенных веществ. Еще одна частая проблема возникает, когда подростки в пятнадцать-шестнадцать лет начинают активно гулять по выходным и не соблюдают время возвращения домой.

УСЛОВИЯ, КОТОРЫЕ НЕОБХОДИМО СОБЛЮДАТЬ

Главное условие успеха — родители должны действовать заодно. Если мама и папа не договорились между собой и применяют метод каждый по-своему, то он не сработает. Сложнее, но все же возможно использовать его в случае развода или когда один родитель воспитывает детей самостоятельно.

Важно помнить: к методу активного молчания нельзя прибегать слишком часто и по любому поводу. Не стоит им злоупотреблять. Активное молчание — серьезный инструмент, и применять его нужно редко, только в действительно важных случаях. Именно тогда он будет работать.

С КАКОГО ВОЗРАСТА МОЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ МЕТОД АКТИВНОГО МОЛЧАНИЯ?

Метод активного молчания особенно эффективен с одиннадцати до пятнадцати лет. Работает он и в шестнадцать, но к семнадцати годам постепенно теряет эффективность.

Более того, иногда мне приходится специально просить родителей прекратить использовать этот прием, ведь семнадцатилетний подросток (не говоря уже о восемнадцатилетнем) в ответ на молчание мамы и папы только закатит глаза и мысленно поблагодарит небеса за то, что родители наконец отстали.

Метод активного молчания действительно перестает работать после шестнадцати лет, когда подростки уже не так сильно нуждаются в родительском внимании. На пороге совершеннолетия они уже считают себя взрослыми, а не детьми.

Метод работает гораздо эффективнее, если применять его в рамках общего подхода, который я предлагаю в этой книге. Тем не менее он относится к парадоксальным техникам, поэтому, даже если использовать его отдельно, четко следуя всем правилам, он все равно может быть действенным.

Барбара Петракки, консультант по вопросам воспитания и мать троих подростков, рассказывает, как в их семье прижилось активное молчание.

Как только я узнала об этом методе, я сразу же решила попробовать его со своими детьми. Для нас с моим мужем Лукой он оказался настоящим спасением. Раньше мы увязали в бессмысленных спорах, кто-то обязательно хотел оставить последнее слово за собой, часто говорили неуместные вещи или вытаскивали на свет старые проблемы, которые вообще не имели отношения к делу. Иногда мы использовали молчание как способ показать обиду.

Мы с мужем договорились и объяснили детям, что теперь будем на время прекращать общение, если хотим показать, что они зашли слишком далеко и нужна пауза, чтобы все вернуть в нормальное русло.

Первый раз, когда мы это применили, эффект оказался потрясающий. Стефано тогда было четырнадцать. Не помню, что именно случилось, но никогда не забуду его удивленное и растерянное лицо. Я говорила ему только самое необходимое: «К столу», «Пора убирать со стола».

Расскажу еще пару примеров.

Кьяра (тринадцать лет) просит разрешения не идти на тренировку. Я напоминаю ей о договоренности и умолкаю. Она злится, начинает говорить, что устала, что хочет отдохнуть, что я ее заставляю… Я молчу. В итоге она собирается и идет на тренировку.

Стефано (пятнадцать лет) играет на трубе. Он готовится к экзамену по музыке, но у каждого в доме есть свои обязанности, от которых нельзя отлынивать. Я прерываю его, чтобы напомнить о том, что нужно сделать. В ответ он реагирует совершенно неадекватно: «Я занимаюсь!!! Мне нужно играть!!! У меня экзамен!!! Попроси их [братьев и сестер]… Вы все меня достали!!!»

Вместо того, чтобы вступить с ним в перепалку, я твердо говорю: «Стоп. Так разговаривать нельзя. Все должны помогать по дому. И ты тоже». С этого момента — никаких дежурных фраз, полное молчание.

Перед сном Стефано приходит пожелать мне спокойной ночи. Появляется возможность все исправить. Мне не нужны извинения, важно, чтобы он понял: есть граница, черта, которую нельзя переступать, а если переступил — нужно остановиться.

В заключение расскажу об особенно ярком и эмоциональном случае применения этого метода. История Микелы:

Летний отдых с семьей в горах. Муж договорился с местным альпинистом-инструктором, чтобы тот взял с собой нашего сына на целый день заниматься скалолазанием. Артуро четырнадцать лет, он обожает приключения и не может дождаться следующего дня. Вечером накануне долгожданной экскурсии мы получаем звонок от инструктора. К сожалению, он сообщает, что из-за плохого прогноза погоды на завтра придется все отменить.

Муж сообщает эту новость сыну: «Прости, Артуро, но завтрашнее скалолазание отменяется. Инструктор говорит, что по такой погоде это опасно».

Сын моментально взрывается. Мы видим, как его лицо искажается от злости и разочарования. Он поворачивается ко мне и начинает кричать: «Это ты во всем виновата! Ты не хотела, чтобы я пошел в горы! Это ты позвонила инструктору и все отменила!»

Муж тут же вмешивается, встает между нами и твердым голосом говорит: «Артуро, нельзя кричать на маму и толкать ее. Такое поведение недопустимо».

Но сын уже себя не контролирует. Он идет к книжному шкафу в гостиной и начинает швырять книги в соседнюю комнату. Папа пытается его остановить, но Артуро продолжает.

Муж спокойно говорит ему: «С этого момента ни я, ни мама не будем с тобой разговаривать, пока ты не успокоишься».

Мы видим, как Артуро на мгновение замирает и смотрит на нас с вызовом. Потом, словно проверяя нашу решимость, начинает намеренно провоцировать: включает телевизор на полную громкость, заходит в нашу спальню и сбрасывает покрывало с кровати, идет на кухню, берет все ножи и разбрасывает их по полу.

Мы молчим. Ничего не говорим и никак не реагируем на его провокации.

Время идет, а Артуро все пытается привлечь наше внимание. Но мы с мужем продолжаем молчать. Постепенно замечаем, что до сына начинает доходить: его действия не вызывают никакой реакции.

Десять часов молчания с нашей стороны. После этой долгой паузы мы возобновляем общение и нейтральным тоном сообщаем, что ужин готов.

Молча наблюдаем за Артуро, видим, как он встает и идет в гостиную. Там он начинает собирать книги и аккуратно расставлять их по полкам.

Мы никак это не комментируем, просто даем ему закончить уборку.

Потом он поворачивается к нам и говорит: «Простите. Я не должен был так себя вести».

История Микелы показательна. В ней есть все типичные составляющие подросткового поведения: неумение справляться с разочарованием; обвинения в адрес матери и явные попытки ее задеть; взрыв ярости с разбрасыванием вещей. Классический случай, когда необходимо применить активное молчание. Да и возраст мальчика самый подходящий для этого метода.

В четырнадцать лет активное молчание работает особенно эффективно. Следуя правилам, его применяет непосредственно отец, хотя родители действуют сообща. При соблюдении всех условий подросток постепенно переходит от полной эмоциональной несдержанности к переосмыслению своего поведения, начинает замечать его негативные стороны. Он осознает свою ошибку и понимает, что на собственных промахах можно учиться, — именно это, не унижая, ему позволяют сделать родители.

Знание метода активного молчания помогает выбраться из трясины эмоциональных столкновений, бесконечных препирательств, пустых споров, а главное, угроз, которые обычно не дают никакого эффекта, разве что мгновенный и краткосрочный.

Самое важное — помочь подросткам найти себя, направить свои силы в правильное русло и научиться использовать возможности по максимуму. И, конечно, научить их понимать разницу между приемлемым поведением и тем, чего делать категорически нельзя.

35. D. Novara, Organizzati e felici, op. cit., pp. 33–40.

34. G. P. Charmet, Fragile e spavaldo. Ritratto dell'adolescente di oggi, Laterza, Roma-Bari, 2008.

33. Новара Д. Не кричите на детей! Как разрешать конфликты с детьми и делать так, чтобы они вас слушали. — М.: Альпина Паблишер, 2024.