У этого метода есть своя довольно необычная история. Однажды ко мне на консультацию пришла женщина с шестнадцатилетним сыном — единственным ребенком в семье. Его отец работал за границей и почти не бывал дома. Подросток вел себя как и все в его возрасте, но не так, как хотелось бы маме, а точнее, он совсем не соответствовал ее ожиданиям. Мать была недовольна, уже не могла справляться и попросила о помощи. Особенно ее выводило из себя молчание сына. Вот что она рассказала.

Как рыба, честное слово. Все время молчит. Египетская мумия и та была бы разговорчивее. Максимум что-то буркнет. Но я не сдаюсь, все время пытаюсь до него достучаться. Я не могу смириться с его молчанием. Задаю вопросы, хочу оставаться с ним на связи. Я же его мать! «Как дела в школе?», «Тебе нужен новый свитер?», «Когда собираешься записаться на теннис?», «Как у тебя с деньгами?», «Тебе что-нибудь нужно?», «А что насчет воскресенья? Какие планы?», «Куда собираешься сегодня вечером?». Тишина. Никакого ответа. Иногда кажется, что он меня даже не видит. А я ведь здесь и хочу, чтобы он это чувствовал. Боюсь, что сын решит, будто родителям на него наплевать, будто мы его в упор не замечаем. Что еще я могу сделать? Я и так из кожи вон лезу.

Мне приходит в голову одна идея, и я спрашиваю у женщины, есть ли у них домашние животные. «Да, есть кот», — отвечает она. Спрашиваю у нее, как она обычно себя ведет, если хочет его погладить: «Хватаете на руки или есть другие способы?» Она отвечает, что просто садится в кресло, на диван или на кровать и кот сам приходит, мурлычет и с удовольствием позволяет себя гладить. «Отлично, — говорю я, — поступайте так же и с сыном!»

Она смотрит на меня в полном недоумении и возражает: «Но он же не кот…» — «Конечно! Но принцип тот же: ждать, а не преследовать. Пусть он сам к вам потянется, не нужно его донимать». «Не сработает», — говорит мать без всякой веры. Прошу ее попробовать. Понимаю, что будет непросто, но настаиваю.

Через месяц она приходит снова и рассказывает, что поначалу сын был удивлен отсутствием привычного допроса с пристрастием. Он слишком к этому привык. А потом в один прекрасный день сам сделал первый шаг: «Раз уж ты со мной больше не разговариваешь, давай я сам расскажу». И начал делиться планами на лето — куда хочет поехать с друзьями. Завязался разговор, во время которого мать узнала о жизни сына то, о чем раньше даже не догадывалась. Метод сработал.

Я и сам в юности вел себя с матерью точно так же — не посвящал ее в свои дела. Тогда она придумала свой собственный метод, совсем не похожий на метод кота: переключила свой допрос с меня на моих друзей и стала выведывать у них разные подробности. Поначалу они попадались на удочку, но потом раскусили ее тактику и начали придумывать совершенно невероятные истории. Развлекались за мой счет. Правда, мы уже были взрослыми, почти двадцатилетними… Конечно, в том возрасте нам не требовались никакие особые родительские методы. Мы чувствовали, что жизнь принадлежит нам, и просто хотели жить ее по-своему.

Почему я использую метафору кота? В детстве отношения родителей и ребенка больше напоминают отношения с собакой — домашним животным, которое почти неотступно следует за тем, кто о нем заботится. Этот образ хорошо передает особенности детского возраста, когда ребенок несамостоятелен и зависит от взрослого. Когда же он вырастает и становится подростком, отношения меняются, и на сцену выходит кот. Кота непросто поймать, он прячется, если его раздражать — может поцарапать, может даже укусить и причинить боль. В отличие от собаки, которая слушается хозяина и взаимодействует с ним, кот идет на контакт, только когда сам этого хочет.

Мой метод кота построен на принципе ожидания. У него есть несколько преимуществ. Одно из важнейших — эффект неожиданности, ведь этот метод выбивает у подростков почву из-под ног. Родитель отказывается от привычной опекающей позиции («Я без конца напоминаю тебе о том, что ты должен делать, но ты не делаешь») и меняет свой воспитательный подход.

Ожидание не означает, что родитель исчезает, — наоборот, делает его ценнее.

Он становится опорой, а не назойливым контролером. Человеком, с которым можно посоветоваться, зная, что он поможет и поддержит, а не просто проверит и отчитает.

Вот что рассказывает Дария, мама двух подростков четырнадцати и шестнадцати лет.

Я и не знала, что использую какой-то особый метод. Просто вижу, что дети уже большие, и само собой получается ждать, пока они сами захотят поговорить. Иногда они делятся со мной своими чувствами… Это драгоценные моменты, которые нельзя торопить или выпрашивать. Помню, как Джулио, старший сын, в четырнадцать лет попросил купить ему мопед. Благодаря этому у нас состоялся важный разговор: мы обсудили, как безопасно ездить по городу.

Метод кота — не просто набор инструкций, которым нужно слепо следовать. Напротив, главное — проникнуться самой идеей этого подхода. Да, многие педагогические методы вполне применимы на практике, но они работают, только если родители искренне в них верят и действуют сообща.