Андрей Киньямяки приехал через полчаса после её звонка.

Начальник охраны стоял на пороге и держал под мышкой планшет. За его спиной, у дорожки, виднелся автомобиль. Он осмотрел номер. Подошел к двери, провел пальцем по расколотой древесине.

Потом повернулся к Стерховой.

– Что пропало?

– Коробка с документами.

Он ждал продолжения, но она молчала.

– Полицию вызвать? – спросил Киньямяки.

– Не нужно.

Он кивнул слишком быстро, как будто ждал такого ответа.

– Могу предложить другой номер.

– Я останусь здесь.

– Завтра утром вставят новый замок, – сказал Киньямяки и вышел на улицу.

Стерхова закрыла за ним дверь, задвинула щеколду. Привязала дверную ручку к шкафу толстым капроновым шнуром, который нашла в ванной. Узел затянула потуже. Шкаф был тяжелым. Сдвинуть его с места, не разбудив её, было невозможно.

Она легла, не раздеваясь. Свет не выключила. Спала плохо. Несколько раз просыпалась. Подходила к двери. Раздвигала жалюзи и смотрела в окно.

Утром ее разбудил телефон.

– Анна Сергеевна? – голос женщины-администратора звучал ровно, без интонаций. – Валерий Николаевич в курсе вашей проблемы. Но вам лучше самой пойти к слесарю. Он переставит замок.

Стерхова села на кровати.

– Где его найти?

– Мастерская за территорией. Идите вдоль берега от четвертого причала – так будет ближе, чем по дороге.

Она положила трубку и быстро оделась. С собой взяла только сумку.

Дорожка от восьмого коттеджа вела к воде. Стерхова дошла до причала с табличкой «4» и свернула на узкую тропу, вытоптанную в прибрежной траве.

Ладожское озеро простиралось тяжелой гладью. От него тянуло холодом – ровным и плотным, как из открытого погреба.

Шла она долго. Тропа петляла меж валунами, забиралась в низины и поднималась к скальному гребню. Вокруг – ни одного человека, и ни одной лодки на воде.

Но вдруг Стерхова замерла. Оглянулась.

Никого.

Только скалы, сосны и тяжелая вода.

Она пошла дальше.

Большое складское здание появилось за поворотом. Оно расположилось у подножия скальной гряды, вплотную к отвесному склону. Стены сложены из серого кирпича, крыша покрыта рубероидом.

К воде вели ржавые рельсы. По ним, к складу, медленно двигались тележки с ящиками. Двое мужчин в синих робах разгружали катер, пришвартованный у причала.

Стерхова остановилась у распахнутых ворот.

Внутри было темно. Пахло деревом, машинным маслом и свежей рыбой. Вдоль стен тянулись стеллажи с продуктами – консервы, крупы, бутылки с водой. Организовано, аккуратно и слишком чисто.

Она шагнула в темноту.

– Мне нужен слесарь, – сказала мужчине, сидевшему за конторкой.

Кладовщик поднял голову. Посмотрел на неё и махнул рукой в глубь помещения.

– Это в мастерскую. Дальше, прямо по коридору.

Анна пошла туда, куда он указал: в коридор с тусклыми лампами под потолком. Там гудел компрессор, и пахло соляркой.

Дверь в мастерскую была открыта. Внутри, у верстака, стояли двое: хозяин базы и рабочий в промасленной спецовке.

Лайтинен опирался рукой о край верстака.

– Давай аккуратнее, – сказал он рабочему. – Не тяни, сорвёшь резьбу.

Рабочий кивнул. Взял ключ, примерился.

Лайтинен повернул голову и увидел Стерхову.

Она шагнула в проем.

– В восьмой коттедж нужен слесарь.

Лайтинен медленно выпрямился.

– Знаю. Мне уже сообщили.

Последовала пауза.

– Пришёл за слесарем сам. Планировал вместе с ним отправиться к вам. – Он смотрел на неё спокойно, без удивления. – Когда это произошло?

– Вчера. Поздно вечером.

– Я вызову полицию.

– Не нужно.

– Это стандартная процедура.

– Прошу вас только сменить замок.

Он смотрел на неё. Пауза затянулась.

– Уверены?

– Безусловно.

Лайтинен кивнул и повернулся к рабочему.

– Саша. В восьмом коттедже поменяешь замок. Сейчас.

Рабочий поднял голову.

– Понял.

– Возьми новый со склада.

Рабочий отложил ключ, вытер руки и вышел.

Лайтинен шагнул к двери и любезно пропустил Стерхову в коридор. Они пересекли складское помещение, вышли на улицу и направились к озеру.

Тропа вдоль берега была по-прежнему пуста. Темная вода уходила в серый горизонт.

– У нас такого ещё не бывало, – произнес Лайтинен.

– Система работает, пока её не нарушат. – Стерхова смотрела на воду. – Много у вас постояльцев?

– Достаточно.

– Служба безопасности справляется?

– К Андрею Киньямяки претензий нет.

Какое-то время они шагали молча. Тропа петляла между валунами. Где-то за деревьями стучал дятел. Звук был сухим и отрывистым.

– Знаете, почему база отдыха называется «Сампо Ранта»? – спросил Лайтинен.

– Догадываюсь.

– Тогда скажите.

– Сампо – священный предмет из «Калевалы». Приносит благополучие.

Он кивнул.

– Не предмет. Сампо – это механизм, который даёт муку, соль и золото.

– Без участия человека?

– С участием. Но без его усилий.

Она помолчала.

– Сампо, кажется, украли?

– Все началось с того, что кузнец Илмаринен выковал его для хозяйки Севера.

– И Сампо был разрушен…

– Его разбили. Потом утопили в море. Но отдельные части остались. И они продолжали давать результат.

– Система разрушена, но процесс не остановлен…

Лайтинен внимательно посмотрел на неё.

– Можно сказать и так.

Когда они вышли к восьмому коттеджу, слесарь уже работал у двери. Новый замок лежал на полу, ещё в упаковке. На террасе стоял Андрей Киньямяки. Увидев их, он шагнул навстречу. Кивнул Анне. Пожал руку Лайтинену.

– Разберись с этим, – строго сказал Лайтинен. – И доложи.

– Уже разбираемся.

Лайтинен повернулся к Стерховой.

– Ещё раз приношу извинения. Если потребуется что-то ещё – скажите.

– Скажу.

Он кивнул и вместе с Киньямяки зашагал к главному корпусу.

Стерхова смотрела им вслед. Потом перевела взгляд на слесаря. Тот уже снял старый замок и примеривал новый. Работал молча, не отрываясь.

Она подошла к двери, остановилась рядом.

– Долго ещё? – спросила.

– Минут двадцать.

Стерхова кивнула и спустилась по ступеням с террасы. Достала телефон, посмотрела на экран.

Ни звонков. Ни сообщений.

Она обернулась на дверь и направилась к озеру.

Тропа привела ее к воде, где камни, коряги и вода были одного, серого цвета. Она подошла к причалу. У самого края – табличка с выбитой цифрой «4». Доски – старые и белесые от воды и ветра. Перила – из струганного дерева.

Анна дошла до края причала. Села на край и свесила ноги. Через минуту пальцы онемели – вода была ледяной.

Вопрос возник сразу. Пришел не как оформленная мысль, а как пустота. Почему кто-то боится старых фотографий и писем Кеттуненов?

Прошло тридцать пять лет. Семья исчезла. Дом сгорел. Кордон ликвидировали. Свидетели молчат или мертвы.

Но кто-то пришел, взломал дверь и забрал коробку.

Не деньги. Не технику.

Фотографии. Письма. Документы.

Она достала телефон и набрала номер.

Мелентьев ответил после третьего гудка.

– Слушаю.

– Коробку с вещественными доказательствами украли, – сказала она. – Пока меня не было, кто-то взломал дверь.

Последовала длинная пауза.

– Когда?

– Вечером.

– Пропало что-нибудь ещё? – спросил Мелентьев.

– Нет.

– Значит, шли конкретно за ней. Кто-нибудь ещё знал, что они у вас?

– Нет. Никто. Вы, я… и кладовщик из архива.

Он помолчал.

– В полицию заявили?

– Нет.

– Почему?

– Потому что это не бытовая кража. Это изъятие. Если сейчас подключить ваших местных, мы потеряем больше.

– Логика есть, – сказал он наконец. – Ладно. В полицию не идём.

– Нужно ехать к Илмари Кеттоле. Других живых источников у нас нет.

– Буду в «Сампо Ранта» через два часа.

– Езжайте сразу в Вуори. Я доберусь на велосипеде. Так будет быстрее.

Она собралась подняться и вдруг замерла.

Между досок, в щели, что-то блеснуло. Металл застрял глубоко.

– Анна? – прозвучал голос Мелентьева в трубке.

– Подождите…

Стерхова отложила телефон. Ногтем поддела за край.

Ничего не вышло.

Сняла с волос заколку. Вставила в щель. Чуть заметно сдвинула.

Ещё раз. Осторожнее. Подцепила.

На ладонь легла женская серьга. Золотая с темно-зеленым камнем. По краю – мелкие фианиты.

– Что там? – спросил Мелентьев.

– Серьга, – сказала она. – Застряла между досками причала.

Пауза.

– Что?

– В деле есть описание ювелирных украшений Лихитченко?

Было слышно, как зашуршали страницы.

– Сейчас проверю.

Тишина. Плеск воды. Стерхова смотрела на серьгу и не убирала её в карман.

– Есть. – Голос Мелентьева прозвучал глухо. – Со слов матери. Серьги золотые с тёмно-зелёным камнем и фианитами. Носила постоянно.

Стерхова сжала серьгу в кулаке. Металл врезался в ладонь.

– Поняла.

– Это серьга Лихитченко?

– По всей вероятности – да. Встретимся в Вуори.

Она отключила телефон и не сразу разжала пальцы.

Серьга лежала на ладони.

Она посмотрела на щель между досками. Узкая. Глубокая. Серьга застряла там слишком плотно. Она была вдавлена. Случайное падение исключалось. Значит, Лихитченко здесь удерживали.

Стерхова подняла голову.

Берег был пуст.

Но она уже знала, что это не так.