Земля. Российская Федерация, Москва, офис компании «Игрек-7 Ресэйл групп».

Фух, наконец-то. Потянулся в кресле, спина побаливает, как у любого офисного работника. Да-да, знаю, что у шахтёра в забое работа тяжелее, но на каждом месте свои минусы могут встретиться. Работа на сегодня почти окончена, осталось распечатать эти договоры. Доделывал их несколько часов и вот она, победа! Всё проверил, всё хорошо. В бумажной работе я почти не косячу. Впереди выходные, может быть даже и весёлые. Но это не точно — как пойдёт. Хотя в любом случае корпоративная пьянка меня не пугает. У нас всё как-то поприличнее проходит, чем в кринжовых роликах с ютуба, где чья-нибудь условная главбухша с лишним весом отплясывает канкан на столе, опрокидывается с него и летит вниз вверх тормашками, ломая себе что-нибудь, и одновременно нанося урон по площади всем окружающим. Многие над такими роликами ржут, а я их не люблю. Мне неприятно смотреть на страдания людей, которые больно ударились чем-то обо что-то. Искренне не понимаю, кто под такими ставит ржущие смайлики и «смешнявые» комментарии.

В общем, нафиг, у нас такого не происходит, а если брать нашу главбухшу, Маргариту Павловну, то уж где-где, а в таком ролике она точно не снимется: подтянутая, сухощавая, с идеальной осанкой. Выглядит лет на тридцать пять, при своих сорока семи — сказывается многолетняя привычка следить за собой. Брюнетка с классическим каре, очки в тонкой золотистой оправе, одевается в дорогие костюмы. У неё идеальный порядок в документах, в кабинете и в голове: всегда всё помнит и работает на упреждение. В условиях ресторана я её уже видел, отличий с офисом было немного, выпила в меру, держалась, как всегда, никаких буйных выходок с вышеупомянутыми пьяными танцами на столе, драк с охраной и требованиями выпить с ней на брудершафт — даже не интересно. Зато интересно, как она будет выглядеть завтра в лесу.

Руководство, начитавшись каких-то модных книжек, вдруг заявило, что для повышения производительности труда нам срочно требуется сплочение коллектива, а значит тимбилдингу на пленэре — быть! Поэтому у нас планируется не просто корпоратив, а аж целый трёхдневный поход, совмещённый с первыми майскими праздниками. Не знаю, насколько можно сплотить коллектив людей, который тебя в принципе давно достал, но руководству виднее. Хотя я к коллегам отношусь по большей части ровно, меня если и достают некие личности, то достают не сильно, не часто и вообще в целом всё норм. Ну что ж, будем сплочаться. Или сплачиваться? Надо заяндексить. Удобно: что-то не знаешь, пара кликов — уже знаешь. Не представляю себе, как люди раньше жили без интернета. Мне-то тридцать два, а родился я в 1989-м году, то есть сейчас в интернете и двухлетние сидят, но лично я впервые познал связь с сетью в 1996-м, когда мне было семь лет. По тем временам это было прямо-таки достижение. Приходишь в школу и начинаешь хвастаться перед одноклассниками. Причём в тот момент и хвастаться было особо нечем, всё тогда было малофункционально в этом плане: в игры по сети было ещё не поиграть, послушать музыку — тоже нет, один файл с любой песней можно было качать час или два, но при этом он запросто мог занять один-два процента жёсткого диска компьютера. А то и пять-десять, смотря, что за компьютер и какой размер винта. Это была просто ачивка: «побывать в интернете», возвышающая тебя над другими просто за сам факт таковой.

С внутренним удовлетворением ткнул мышкой на значок принтера. Но что-то пошло не так. Принтер, стоящий в углу нашего открытого пространства, также известного как — «опенспейс», издал привычное жужжание, потом пару раз хрустнул, как старая бабушка, поднимающаяся с дивана, и замолк с явно виноватым писком. На экране моего монитора выскочило окошко: «Замятие бумаги. Откройте крышку и удалите замятую страницу».

— Твою ж дивизию, — пробормотал я, подходя к принтеру. Очень невовремя.

Ситуация была дурацкая. С одной стороны, что там сложного? Открыть крышку, вытащить бумагу, закрыть. С другой стороны — я знал себя. Если я берусь за что-то руками, даже за такое простое дело, оно почти гарантированно превращается в катастрофу. В прошлый раз, когда я попытался заменить картридж, я умудрился сломать защёлку, и полдня весь отдел не мог печатать. Когда-то сдуру я полез в системный блок, чтобы переставить планку оперативной памяти (я же умный, посмотрел видео на ютубе!), компьютер после этого отказался включаться вообще.

Нет уж. Говорят, что умный человек учится на чужих ошибках, глупый — на своих. Я определённо глупый, потому что ошибок в жизни было — не перечесть! С другой стороны, это дало мне главное понимание в жизни: всё что я мог бы сделать своими руками, мне лучше не делать. Работает — не трогай. Не работает — зови на помощь. Так что не буду ничего ломать. Документы обязательно надо сдать до выходных, так что тут надо действовать наверняка.

Я посмотрел на принтер, приоткрыл крышку, увидел край замятой страницы, торчащий между валиками, и аккуратно, словно сапёр, закрыл крышку обратно и достал трубку смартфона.

— Валера, ты где? — На самом деле, я догадывался, где. — Помощь нужна.

Наш системный администратор, он же эникейщик, он же «мальчик на побегушках» для всей оргтехники, наверняка сидел в своём закутке в конце коридора. Валерий Шмидт — в быту просто Валера — парень под тридцатник, достаточно крепкий, с вечно взлохмаченными русыми волосами, в джинсах и растянутом свитере с надписью «Я не маг, я только учусь». Глаза за модными очками смотрели на наш офисный мир с обречённостью человека, который в сотый раз объясняет секретарше из соседнего отдела, почему не надо поливать клавиатуру чаем. Со зрением, насколько я знаю, у него всё в порядке, и очки у него без диоптрий, но зато с каким-то специальным напылением, якобы помогающим от чего-то там. Скорее это просто маркетинг, чем реальная помощь, однако с учётом Валериной специфики очки возможно и нужны. Например, при сверлёжке очередной миллиардной дырки, через которую можно просунуть оптоволоконный кабель. Будьте уверены, если куда-то можно просунуть оптоволоконный кабель — Валера его просунет.

Наш царь офисной техники появился через минуту, жуя какую-то печеньку.

— Звал? — спросил он, вытирая крошки с губ.

— Там бумага застряла, — я кивнул на принтер. — Боюсь сам лезть.

Валера посмотрел на меня, потом на принтер, потом снова на меня. Как на дурака. В его глазах загорелся тот самый огонёк, который я не хотел увидеть, но понимал, что навряд ли без него обойдётся — огонёк едкой насмешки.

— Кузнецов, ты серьёзно? — он подошёл к принтеру, открыл крышку одним лёгким движением, вытащил замятую страницу (она вышла как по маслу, даже не шуршнула), закрыл крышку и нажал кнопку сброса. Принтер довольно зажужжал и продолжил печатать. Всё заняло секунд десять.

— Ну вот, — сказал Валера, поворачиваясь ко мне. — Всё. Элементарно же! Даже пальцы не замарал.

— Спасибо, — выдавил я.

— Слушай, Кузнецов, — Валера сложил руки на груди и прислонился к столу. — Ты мужик или где? Тебе тридцать два года, а ты даже бумагу из принтера вытащить боишься! Это же не бомбу обезвредить.

— Я не боюсь, — соврал я. — Я просто стараюсь бережнее относится к технике. Знаю свои руки-крюки.

— Руки-крюки, — повторил Валера, усмехаясь. — Ладно. А в лесу-то ты как жить собрался? Мы ж завтра на тимбилдинг едем. Палатки ставить, костры разжигать, дрова колоть. Ты хоть раз в жизни палатку ставил?

— Ставил, — мрачно выдохнул я. — Однажды. Когда студентом был. Потом как-нибудь расскажу, чем это закончилось…

— Ну ясненько, — протянул Валера. — Будешь в сторонке стоять и менеджерским взглядом помогать. — Он хлопнул меня по плечу. — Не боись, Кузнецов, научим. В лесу законы другие. Там твои контракты, презентации и созвоны с партнёрами не помогут. Там придётся поработать не только языком! А ты, традиционно, в этом плане... — он приподнял свои руки и согнул ладони, став похожим на тираннозавра, символизируя мою криворукость. Хорошо хоть не стал символизировать мою рукожопость. Страшно подумать, как бы он это визуализировал.

В этот момент дверь в наш опенспейс приоткрылась, и в проёме появилась Света. Светлана Белова, веб-дизайнер из маркетингового отдела. Девушка симпатичная и очень мне нравилась, но дальше обсуждения каких-то рабочих моментов дело не заходило. Девушка вообще замужем. Не буду же я подкатывать к замужней? Так что близко не общались.

Она была в белой футболке, которая сидела на ней так, словно её шили по индивидуальным меркам, и синих обтягивающих джинсах, подчёркивающих каждый изгиб. Светлые волосы собраны в высокий хвост, на ногах — белые кроссовки. Лет ей, кажется, двадцать восемь, или около того. Фигура — закачаешься. Я, конечно, старался не пялиться, но глаза сами собой скользнули туда, куда из приличия смотреть не следовало.

Рядом со мной Валера аж перестал жевать. Я покосился на него — он смотрел на Свету так, словно увидел пришельца. Или богиню. Трудно сказать.

— Принтер освободился? — спросила Света, подходя ближе. Голос у неё был очень приятный. — А то мне тоже распечатать надо. Макеты для клиента.

— Да-да, пожалуйста, — сказал я, делая шаг в сторону. — Я уже всё.

— Я как раз починил, а то Женёк тут наворотил делов, — добавил Валера, выпрямляясь и поправляя свитер. Можно подумать это поможет предмету одежды, который по виду перед тем, как его надели был скомкан так, как будто его из задницы вытащили. Голос эникейщика стал на полтона ниже и бархатистее. — Впрочем ничего сложного, просто замятие бумаги. Быстро справился.

Света кивнула и повернулась к принтеру, открывая ноутбук, который принесла с собой.

— Представляете, у меня сегодня флешку спёрли. Ну, с моего разрешения. С возвратом. Но не вернули, само собой. До понедельника я её точно не увижу, потому так.

Когда она наклонилась, чтобы подключить кабель, футболка чуть натянулась на спине, и я поймал себя на мысли, что смотрю на гм-гм… спину, дольше, чем положено. Отвёл глаза. Надеюсь, никто не заметил.

Валера, естественно, заметил. Хотя сам, гад, смотрел туда же!

— Так это, по вайфаю же можно. Не пашет, что ли? Сказала бы, я б настроил моментом. — сказал он, небрежно облокачиваясь о стол. — Свет, а ты чего до сих пор на работе? Восемь часов уже.

— А мне спешить некуда, — ответила она, не оборачиваясь, настраивая параметры печати. — Дома всё равно никого нет.

— Мужа, что ли, в командировку отправили? — уточнил Валера, и в его голосе мне почудилась надежда.

— Нет, — Света на секунду замерла, потом продолжила возиться с ноутбуком. — Мы развелись, уже месяца два назад. Так что теперь я сама по себе.

— Ого, — протянул Валера. — А почему?

— Не сошлись характерами. — Она отвернулась, как будто не хотела, чтобы по её лицу можно было что-то прочитать.

— Сочувствую, — ляпнул Валера настолько радостным тоном как будто в лотерею выиграл. Но сразу сменил его на якобы сочувственный. — Ну, то есть... сочувствую бывшему. Он, наверное, дурак, что такую красавицу отпустил. Я бы так не сделал! От меня женщины не уходят! И, кстати, я не женат! Адын, савсэм адын!

Я внутренне поморщился. Слишком прямо. Или оно так и работает? Женщины реально ведутся на такие грубые подкаты?

— Так если женщины не уходят, почему ты адын? Савсэм адын? — Света только усмехнулась краешком губ. — Сам выгоняешь?

Получив отповедь, наш технарь временно заткнулся. Принтер зажужжал, выдавая первые листы с её макетами — яркие, сочные, с идеально выверенными цветами. Она просматривала их, склонив голову, и я невольно залюбовался тем, как свет падает на её волосы.

Валера, видимо, решил, что пауза затянулась.

— А ты завтра на тимбилдинг едешь? — спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

— Да, — Света кивнула и посмотрела на нас обоих. — А вы?

— А как же, — Валера широко улыбнулся. — Мы с Кузнецовым в первых рядах. Правда, Кузнецов у нас... как бы это помягче... — он покосился на меня, и в его глазах заплясали чёртики. — Руками не очень. Прикинь, он даже пожёванную бумагу из принтера вытащить побоялся. В лесу-то ему придётся несладко.

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу.

— Я не побоялся, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто не хотел рисковать техникой.

— Ну-ну, — Валера хлопнул меня по плечу. — Завтра скажешь ещё, что палатку боишься сломать.

Света подняла глаза от распечаток и посмотрела на меня. Ожидал увидеть во взгляде насмешку, но её там не было. Скорее — любопытство. Хотя мне, наверное, просто этого хочется, ага, любопытство, размечтался.

— А ты не умеешь ставить палатки? — спросила она.

— Умею, — соврал я. — Просто... давно не практиковался.

— Он вообще ничего руками делать не умеет, — влез Валера, и снова зазвучали насмешливые нотки. — Гвоздь забить не может, розетку починить — тем более. Зато контракты складывать — первый парень на деревне. Вот скажи мне, Женя, что ты будешь делать, если у тебя смеситель сорвёт? Утонешь прямо в своей квартире?

— Кран на стояке перекрою. А потом вызову для починки такого как ты, — я пошёл в контрнаступление. Все предъявы были по делу, но мальчиком для битья я быть не собирался. — А может и прямо конкретно тебя. Ты же мне уже смеситель менял, помнишь? Договорились на тысячу, но ты ещё ныл потом, что за демонтаж старого надо бы столько же доплатить, рассказывал, какая это сложная работа и инструмент у тебя дорогой, отбивать надо. Тысячу сверху я тебе не дал, но совокупно за всё две сотни накинул, когда ты ещё про дорогой проезд стал жаловаться. Хотя живёшь ты рядом со мной и пешком там минут десять идти. Может ты самокат в аренду взял, чтобы до моего дома доехать, не знаю. Говорят, самокаты напрокат брать не так уж дёшево, но я не в курсе. Никогда этого не делал.

Валера побагровел. Самокатчиков он терпеть не мог, считал представителями нетрадиционных ценностей и сравнение с ними не понравилось ещё больше чем то, что я сказал до этого. Похоже, не ожидал от меня такой защиты. Он открыл рот, но не нашёлся, что ответить и закрыл обратно.

Света перевела взгляд на Валеру, потом снова на меня. Её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло что-то, чего я не смог прочитать.

— Ну, — сказала она, собирая распечатки в аккуратную стопку, — не всем же быть мастерами на все руки. У каждого свои таланты. А ты, Валера, — продолжила Света, поворачиваясь к нему, — всегда так о коллегах отзываешься и сразу посторонним вываливаешь какие-то их проблемы? — В её голосе прозвучала лёгкая усмешка. Валера смешался, забормотал что-то невнятное про «шутку» и «без обид». Потом девушка развернулась ко мне и заявила: — А вообще я тоже не умею палатки ставить. Но не думаю, что это проблема. Можем вместе поучиться.

Она улыбнулась и вышла из офиса, оставив после себя лёгкий аромат цветочных духов. Валера проводил её взглядом, потом повернулся ко мне.

— Смотри-ка, Кузнецов, глядишь и повезёт тебе — сказал он с нехорошей усмешкой. — Она, похоже, любит неудачников.

— Тогда у тебя все шансы. А то ты-то охереть удачник, — огрызнулся я, стараясь не показывать, что меня что-то задело. Да меня, по сути, и не задело. Было, конечно, слегка неприятно, что этот кадр меня полоскал при постороннем человеке, но так-то правду сказал, да и наезд его вербальный я отбил. Но с неудачником я не согласен. Я не неудачник. Просто неумёха. Клинический. Это разные вещи.

Валера фыркнул, развернулся и свалил в туман. А, да, за этой перепалкой чуть не забыл: ещё один файл надо распечатать, так что остался стоять у принтера, глядя, как он выплёвывает один за другим мои идеально оформленные договоры. Листы ложились ровной стопкой, на каждом — свежая печать, чёткие цифры, красивые факсимильные подписи.

Посмотрел в ту сторону, куда ушла Света. Внутри всё переворачивалось. Блин, только влюбиться не хватало. Я так-то тоже в разводе. Тяжело со мной жить, знаю. В бытовом плане. Если бы существовала какая-нибудь бытовая магия — ха-ха, естественно никакой магии не существует, — то я был бы в ней антимагом! Или магом-разрушителем! Вот жена как-то и собрала сумки, часть каких-то вещей и свалила куда-то. Вроде к маме, но я даже не уточнял. Детей не было и делить особо тоже было нечего. Квартира была добрачная, даже выплатить ипотеку я каким-то образом умудрился до женитьбы, гораздо раньше обозначенного срока, претендовать на неё было без шансов, я бы и не отдал, а остальное барахло можно было забирать хоть всё, не так парило. Главное — моя крыша осталась над моей головой. Так и живу, один.