— А что не так? — забеспокоился аристократ. Он ещё раз по диагонали пробежался глазами по протоколу допроса, который лежал перед ним на столе, стараясь уловить какую-то ошибку. — Вроде всё верно? Подписи, формулировки — всё как я просил.

— Число. Дата. Она не сегодняшняя. — спокойно ответил менталист, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди. — Я запросил доступ к уголовному делу и мне его сразу выдали. Мне не пришлось ему ничего внушать! Он сам всё это написал, и не сегодня. А на первом же допросе после того, как его взяли. Сразу же. И показаний не менял. Допросов было уже несколько, он твёрдо стоит на своём: организатор ограбления — он. Все системы защиты ломал он. Артефакты забрал он. А вашу дочь он пойти на преступление принудил.

— Как? А… — до графа начало доходить. — Начинаю догадываться… Бедолага влюбился в мою дочь и решил взять на себя всё, пусть даже это сулит ему больше проблем. Но я от своих обещаний не отказываюсь! Тем более, я ему помогу со смягчением наказания!

— Не совсем так… — отрицательно покачал головой «психолог». — Ну, про «влюбился», да. Влюбился, это факт. Но вот всё остальное… Доступ к материалам дела мне дали моментально. Я полистал его пока ехал, и у меня сразу стало складываться впечатление, что да, глава этого «преступного синдиката» — Лайам Смит. Там есть все описи материалов, по которым он готовился! Это сложно подделать в одночасье. Я смог с ним переговорить. И в разговоре со мной он также жёстко придерживался изначальной версии, написанной в признании: преступник он, а ваша дочь — невинная жертва его козней и интриг. И это почти правда.

— Что?! — побагровел Джеральд Ларвуд. — Так это на самом деле он втравил мою дочь вот в это вот всё?! Мерзавец! Да я его в порошок сотру!

— Я сказал «почти». — ИСБшник выделил это слово другим тоном, наклонившись вперёд. — Почти правда. Понимаю, ваши чувства, но кричать всё-таки не стоит.

— Простите. Неожиданно всё! Я был уверен, что это Вивьен всё устроила… Но как же протокол её допроса?

— Он тоже настоящий. Она выгораживает Лайама Смита. Но и он выгораживает её. Они оба выгораживают друг друга!

— В смысле? Так кто из них главный? Я уже ничего не понимаю!

— Главный — Лайам. Но он не шантажировал Вивьен. Вы же знаете, обмануть меня практически невозможно. Уж точно не сопливому юнцу, у которого с параметром «воля», кстати, всё в порядке. Я бы и не смог навязать ему ложных воспоминаний. Но я точно видел, что он врал, когда рассказывал, как он вовлёк её принудительно. В реальности этого не было. Она пошла на это добровольно. Я грамотно расставил ему ловушки в разговоре. Не важно, какие фантазии он там рассказывает следователю или мне, но если я задаю вопросы, на которые нужно отвечать «да» или «нет», а потом вижу, что человек врёт, то картина проясняется сама собой. И вопросы я задавал именно такие! Спрашиваю, вижу, что человек врёт — отлично! Меня это устраивает. Делаю поправку в разговоре и спрашиваю следующее, что хочу узнать. Опять врёт? Очень хорошо, есть почва для третьего вопроса. И так далее. В моей работе всё довольно просто, потому и осечек не бывает. Полчаса такого разговора, и выяснилось, что ваша дочь сама каким-то образом узнала о том, что задумал её одноклассник. И сама навязалась на это «мероприятие». Более того, он её отговаривал и вообще не хотел брать с собой! Но она каким-то образом настояла!

— Моя девочка! — вырвалось у Ларвуда. — Хотя она о сих пор не доставляла никаких проблем, тем не менее всегда была упрямой, своенравной, не терпящей, чтобы ей указывали. Даже меня могла дожать в некоторых вопросах. Не во всех. Но характер у неё имеется. Я потому сразу и поверил в то, что эту акцию организовала именно она.

— Организовала не она, зато очень помогла при ограблении. Ну, отвечал-то Лайам он обратное, наоборот клялся, что он делал всё сам, а её чуть ли не силой затащил в музей, но я же видел, что он врёт!

— Вы — страшный человек.

— Да, я знаю, спасибо. — ИСБшник ухватился за фарфоровую супницу, стоящую над магическим огненным камнем, чтобы суп не остывал, и, не вызывая официанта, налил себе тарелку половником, лежащим внутри. После чего быстро и сосредоточенно заработал ложкой.

— То есть я, по сути, могу почти ничего не делать? Нужно будет «потерять» из дела показания дочери, а дальше всё почти само собой уладится? Смит уедет далеко и надолго, ведь оказалось, что на самом деле организатором ограбления реально оказался он и просто получит своё заслуженное наказание. Дочь я выставлю жертвой, тем более этому и признание есть и постепенно утрясу этот вопрос. И … всё?

— Наверное, — с набитым ртом ответил менталист, не переставая методично уничтожать суп. — Меня другое удивило.

— Что именно? — без интереса спросил граф, уже расслабившись в кресле и потягивая кофе. Он чувствовал, что груз ответственности начинает спадать с его плеч.

— Я спросил у него то, чего не было в протоколах. Ну, наверняка у него интересовались и до этого, но в официальные записи это не попало.

— Что спросили?

— Зачем?

— Что зачем?

— Ну, у любого преступления есть мотив. Вот мне и стало интересно, для чего же аж два года велась такая тщательная подготовка, которая фактически привела к успеху. Обвалилось-то всё в последнюю секунду, из-за нестабильной работы этого дурацкого «Станка». Это он предусмотреть не мог, так как оперировал данными за более ранний период. А так всё удалось блестяще. Он почти сделал это, взял то, что было ему нужно и почти сбежал в другой мир. Да, почти.

— Ну и зачем? — всё-таки это действительно интересно.

— Он сказал, что хотел поднять цивилизацию в другом, неразвитом мире. Помочь выйти людям на новый цивилизационный виток. Для того ему и нужны были вещи нашего легендарного императора. Здесь мол, без дела валяются и никакой пользы не приносят, а где-то средневековье: мрак, голод, холод и болезни. И там бы всё это действительно пригодилось. Вот такая вот у него была цель.

— Юношеский максимализм. И я же говорил, — поморщился граф. — Эти вещи хороши лишь историей. Они интересны только коллекционерам, да и то, такое никто не купит. Разве что забиться с ними в глубокий бункер, на минус двадцатый этаж, и там сидеть их в одиночку рассматривать, без возможности показать кому-либо. В остальном же… они практически потеряли силу, поверьте, я точно в курсе. Когда я был на закрытом приёме в музее, мне не просто довелось видеть их ближе, чем кто-либо другой … Представьте себе, я это самое «Эхо творца» в руке держал. Более того, даже на эту самую руку потом надел, аж до плеча. И что-то вдруг не стал быть ровней древнему Императору. Я даже прилива сил не почувствовал. Как мне объяснили потому, что и без того достаточно силён. Про «Первую Каплю Росы» мне говорили тоже самое. И не вижу причин не верить тем людям, кто мне об этом рассказал.

— Но он то этого не знал. — ИСБшник доел и отложил ложку, промокнув губы салфеткой. — Не самая плохая цель, да? Вы правы: наивная, юношеская, максималистская, в конечном счёте недостижимая, но не самая плохая.

— В первую очередь всё то, что вы сначала перечислили. Ладно, — сухо ответил граф, не желая вдаваться в философские рассуждения, и вставая из-за стола, — я благодарен вам за помощь.

— Не сильно-то я помог. Всё, что вы хотели получить, уже было в наличии, осталось только забрать. Парень накуролесил и готов за это ответить. То, что он сам себя дополнительно подставил, выгораживая вашу дочь — его выбор. Его он тоже сделал самостоятельно, без дополнительного нажима.

— Не важно. Вы помогли разобраться в вопросе и сильно меня успокоили, а вот это как раз важно. Так что — спасибо. — Аристократ протянул руку агенту Имперской безопасности, и тот её пожал. — Если будет нужна какая-то помощь — обращайтесь. Всё, что в моих силах.

— Жизнь долгая… не могу обещать, что не обращусь. До свидания.

— Всего хорошего.

Граф поднялся из-за стола, чувствуя, как в голове проясняется. Выйдя из ресторана, он пошёл в направлении стоянки, и к нему на выходе прилепился охранник, ожидавший своего работодателя в общем зале ресторана. Подойдя к магмобилю, увидел рядом с ним ещё один, внедорожный, принадлежавший к его службе собственной безопасности. Оттуда выпрыгнул подтянутый, широкоплечий и высокий сотрудник в чёрном костюме, заместитель начальника СБ, он же — один из лучших оперативников.

Он поприветствовал графа и доложился:

— Шеф, вы просили разузнать кое-что, о последних днях Вивьен перед, так сказать, гм-гм… «музейной экскурсией». — Он передал в руки начальника планшет с открытым видеофайлом, по которому оставалось только кликнуть. — Мы нашли кое-что интересное.

— Садись со мной, в мобиле посмотрю. — скомандовал граф, и безопасник мгновенно нырнул в салон, закрыв за собой дверцу. Лимузин тронулся с места, плавно вливаясь в поток других магмобилей.

Они рядом, на заднем сиденье, а безопасник продолжил рассказывать:

— Пробили, с кем и когда она разговаривала по магофону за последние три недели. Там, в общем, всё понятно — друзья, подруги, школа. Но есть два звонка, которые нас заинтересовали. Один раз она звонила на скрытый номер, через несколько дней один раз ей набрали также со скрытого. Остальные звонки обработали — всё мимо, подозрительные только эти два. Но получилось составить карту отклика магофона, накинули сверху карты, примерно геолоцировались, нашли парк с названием «Оленья роща». Там ещё дурацкая скульптурная композиция на входе. Скульптор перед тем как сваять свой «шедевр» чего-то несвежего поел. Ну, не суть. Пошерстили по тамошним серверам и пожалуйста: нашли, как Вивьен встречалась с этим Лайамом Смитом.

— В смысле, встречалась?

— В прямом. Встретились, типа! Посмотрите, там есть и кое-что интересное, — он наконец ткнул на воспроизведение.

Пошёл ролик, и на первых кадрах было видно, как его дочь и этот юноша увиделись и пошли куда-то внутрь парка. Потом нашли палатку с какой-то едой, и камера была установлена прямо на ней, потому кадры вышли крупные: Лайам расплатился, забрал две коробочки, одну отдал его дочери. Вивьен была в простой одежде и без украшений. Она выглядела расслабленной и естественной. Оба улыбались и забрав купленное, пошли к лавке. Не похоже, чтобы кто-то кого-то шантажировал или к чему-то принуждал. Как, собственно, и сообщил менталист. Камера переключилась, и картинка оказалась дальше. Рядом сели, плечом к плечу.Дальше кадр отдалился на лавку, где они стали ужинать. Сидели, вроде бы довольные, но с этого ракурса видно было хуже.

— Приблизить как-то можно?

— Конечно, но детализация будет хуже. — Безопасник сделал несколько движений по планшету. — Был бы у нас магический интеллект, он бы сам дорисовал все подобности с почти стопроцентной вероятностью.

— Никаких магических интеллектов, я даже думать об этом запрещаю! — рявкнул Ларвуд, чувствуя, как от одной этой мысли у него сводит скулы. — С ума сошёл? Это же запрещено на уровне Императорского указа!

— Шеф, у нас тут всё экранировано. — попытался успокоить его безопасник.

— Без разницы! За это даже мне Император голову оторвёт! Забудь о магических интеллектах! Закрыли тему! — разволновался очень влиятельный человек. Его лицо покрылось красными пятнами, но потом он успокоился и снова уставился в планшет. Отмотал обратно к киоску, и снова стал смотреть на довольных жизнью ребят. — Что они едят? — поморщившись, спросил граф. — Из этих ужасных на вид картонных коробок?

— Фастфуд, Ваше сиятельство. «Крошка-моркошка». Уличная еда, популярная среди молодёжи.

— Почему такое странное название?

— Там пекут картофельные клубни в фольге, разрезают печёную картошку, добавляют туда сыр, масло, и некоторые наполнители. Недорогую колбасу, например, или сосиски.

— А почему «моркошка»? — он снова остановил запись.

— Один из самых популярных в народе наполнителей — маринованная морковка с дешёвыми специями.

— Отвратительно, — скривилось «сиятельство». Помолчало и добавило: — Купи мне такую. Прямо сейчас. Найдёшь где?

— Конечно. Их ларьки натырканы по всему городу. — Безопасник как по волшебству материализовал в руке магофон и, открыв карты, через три секунды отчитался: «через километр будет прямо по пути следования».

Он дал команду водителю лимузина остановится в нужном месте, и минуты три спустя подал шефу в руки ту самую коробочку и пластиковую вилку, завёрнутую в пару салфеток. Тот принял всё это, открыл и с подозрением понюхал. Потом, оглядевшись по сторонам, как будто совершая что-то запретное, и не желая быть застуканным на месте преступления, воткнул вилку в съедобную массу, заодно оторвал кусок от картофельного клубня, закинул в рот и стал жевать.

— А не плохо так, — удивлённо сказал он. — Даже эта… моркошка. Тьфу, морковка! Придумают же. Вилка только пластмассовая — это ужас какой-то! Неужели нельзя давать нормальные?

— Фастфуд, Ваше Сиятельство. — пожал плечами сбшник. — Всё сделано для уменьшения расходов производства. Пластмассовая вилка дешевле, её не нужно мыть. Поел — выкинул.

— Гм, ну ладно. — Он нажал на иконку воспроизведения и стал поглощать «быструю еду» чуть ли не синхронно с теми, за кем наблюдал в записи.

А вот последующие события ему вообще не понравились. К мирно сидящим и жующим ребятам подвалила какая-то троица быков. Подвалила и стала размахивать руками, явно с недобрыми намерениями. Граф аж перестал жевать и отложил коробку с едой в сторону.

— Что это за черти? Приблизь поближе, но чтобы не с совсем плохой детализацией! Посредине между тем и этим как-то сделай.

«Черти» тем временем стали явно наезжать. Граф приблизился к экрану, сжал зубы, а потом кулак, мечтая провалиться в недавнее прошлое, в этот парк и оказаться возле поганых ублюдков. Друг его дочери тем временем встал со скамейки и перегородил её собой, как только смог. Хулиганы достали какие-то короткие дубинки.

— Шокеры, — подсказал безопасник без просьбы, проследив за взглядом шефа.

Тот промолчал, но ноздри уже раздувались от гнева, он понимал, что сейчас, возможно, произойдёт что-то неприятное. Оно и произошло. Только не для Лайама и Вивьен. Два гопника один за другим внезапно упали прямо на тротуарную плитку и стали по ней кататься, явно не от удовольствия, а третий что-то достал, кажется, нож, но ему это тоже не помогло. Почти сразу он схватился за свою собственную руку, его перекрючило, и непонятно было как именно, но он явно также вышел из строя.

— Так их! — эмоциональный граф ударил кулаком одной руки в ладонь другой. — Уроды, мешают людям спокойно отдыхать и ужинать.

А юная парочка тем временем взяли друг друга под руку, прижались поближе и спокойно, не убегая, пошли к выходу из парка.

— Молодцы! Наподдали козлам! — разулыбался довольный отец. Но тут же сменил улыбку на строгое выражение лица. — Кто это такие?

— Мелкая банда. Двое — те, что упали на пол первыми, обратились в травмпункт. Оба с электротравмами. Третий не появлялся, ущерб был меньше. Сначала.

— Что значит «сначала»?

— Значит, что, когда мы выяснили подробности того, кто это такие, и натравили на них полицию, они все ещё раз получили ущерб. Чуть сильнее первого.

— Хорошо, — снова заулыбался граф. — Лайам что, электромаг? Чем он этих приложил? Какие-то боевые заклинания? Нарушает закон? Ах да, что человеку, который полез грабить Императора, такие мелочи.

— Нет, как и написано в деле, его конёк — бытовая магия и артефакторика. Боевой магией он не пользовался. По крайней мере в тот вечер. Исключительно бытовой.

— Как же тогда?

— Да он просто дистанционно магией сломал им шокеры и перенаправил разряд электричества в обратную сторону, та до кучи прошла через батареи, что увеличило силу тока, ну они и схлопотали.

— А-ха-ха-ха, молодец! Молодец парнишка! И Вив прикрыл и защитил.

— Ну, она и сама не промах: как мы выяснили, третьего выключила именно она, своими друидскими штучками. Следов её магии найти не удалось, но по описанию из допроса это было что-то именно из друидской школы магии, которой она и занимается. Какой-то цветок из клумбы на этого имбецила прыгнул.

— Умница, дочка! Умыли они этих ублюдков. А что там дальше с ними?

— Полиция задержала троих, а по их показаниям ещё пятерых из той же банды. На всех уже нарыли железные доказательства в нескольких ограблениях, хулиганстве, вандализме и ещё пара угонов.

— А полиция без постороннего пинка работает вообще? — недовольно скривился Ларвуд.

— Работает, но не так эффективно. Хороший пинок почти как магия высшего уровня.