Я очнулся от того, что кто-то тряс меня за плечо. В голове гудело, перед глазами всё плыло, под щекой было что-то мокрое. Кровь? Я с трудом приподнялся, опираясь на руки, и увидел над собой Свету. Она бледная стояла на коленях рядом.

— Женя! Очнись! Ты жив? — спросила она дрожащим голосом.

— Кажется, да... — прохрипел я, садясь. Голова кружилась, в ушах ещё звенело, но я мог дышать, мог двигаться. Провёл по щеке рукой, крови не наблюдаю. Похоже, что просто мокрая трава. — А ты как?

— Не могу сказать, что нормально, — выдохнула она. — После того, что творилось мы, кажется, куда-то полетели и после упали. Дурдом! Мне же ничего не привиделось? Я не сошла с ума?

— Не похоже. — Я огляделся. Мы лежали на поляне — той же самой, где разбивали лагерь. Палатки, рюкзаки, дрова — всё было на месте. Только разбросанное. Лес вокруг выглядел тем же самым: те же деревья, та же трава. — Либо мы сошли с ума все вместе.

— Где мы? — раздался чей-то голос сбоку. Я узнал его — это был Димон Лапин, наш инженер-серверщик. Он сидел на земле, держась за голову. — Что это было?

Вокруг начали подниматься и другие. Маргарита Павловна… На лице было выражение, которое я никогда раньше у неё не видел: растерянность. Валера, который всё ещё сжимал в руке неоткрытую банку пива, тупо смотрел по сторонам. Елена и Сергей, наши инструктора, пыталась подсчитать всех, кто был в группе. Понятно, организаторы отвечают за всех, если какое-то ЧП произойдёт, наши доблестные органы быстро за горло возьмут, за оказание коммерческих услуг, не соответствующих требованиям безопасности. Сейчас с этим строго. Кто-то плакал, кто-то кричал, кто-то просто сидел молча, глядя в одну точку.

— Все живы? — крикнул Сергей, перекрывая шум. — Никто не пострадал? Есть раненые?

— В порядке, — отметился я, поднимаясь и помогая встать Свете.

Мы начали собираться в центре поляны. Вокруг ещё раздались голоса. Вроде бы все целы. Взъерошенные, помятые, но совсем поломанных не видно. Проведя небольшую перекличку и оглядев друг друга, предположение подтвердилось: серьёзно никто не пострадал — только несколько человек ушиблись и обзавелись синяками. Но главное, что все были живы.

— Уау! Крутая анимация! — раздался голос Оксаны Рязанцевой. — А ещё будет? А то я заснять не успела! Нет, я понимаю, что вы хотели сюрприз сделать! Он удался! Но мне ведь надо что-то в сторис выложить! Можно будет ещё раз всё это повторить? Мои подружани от зависти с ума сойдут! Такого аттракциона я даже в Дубае не видела!

— Не припоминаю, чтобы мы заказывали подобные спецэффекты, — сказала Маргарита Павловна, озираясь по сторонам. — По крайней мере через нашу бухгалтерию счета на оплату такого «праздника» не приходили.

— Где мы? — повторил кто-то, не обращая внимания на щебет Рязанцевой. — Лес, вроде, тот же. Но нас куда-то несло.

— Да, — подтвердил я, вдыхая полной грудью. Воздух вернулся в прежнее, нормальное состояние. — Куда-то несло, факт.

Я прошёлся по поляне, чтобы окончательно вернуться в нормальное состояние, и внезапно застыв в ступоре уставился на сине-зелёно-золотистое сияние. Прямо между несколькими людьми на земле стоял небольшой кейс. Но было полное впечатление, что его никто не видит. Не обратить внимание на это было попросту невозможно, но тем не менее не обращали. Этот предмет же прямо издаёт свечение, как если бы прожектор во тьме включили! Что за чертовщина?! Может это я с ума сошёл, а всё остальное — мои галлюцинации?

— Света! — позвал я девушку.

Она тут же откликнулась:

— Да?

— Посмотри вот сюда! — я ткнул пальцем в направлении странного чемоданчика. — Ты это видишь?

— Что именно? — осторожно спросила она, внимательно глядя мне в лицо.

— Ну вот же! Прямо под ногами! Светится!

— Что светится? Земля? Ничего не светится, Жень.

— Чемоданчик! — я продолжил тыкать пальцем в сторону того, что остальные не видели.

— Ты показываешь пальцем на землю, — она положила руку мне на плечо и пару раз погладила.

— Да нет же… — я примолк, понимая, что сейчас люди начнут думать, что у меня съехала кукуха. Хотя возможно, так оно и есть. Но лучше остальным этого не демонстрировать. Свяжут ещё. В целях самозащиты. Я-то ни на кого бросаться не собираюсь, но вдруг, так сказать, превентивно…

Однако было поздно, находящиеся по соседству всё уже увидели и стали посматривать на меня искоса. По толпе уже пошёл нехороший шепоток.

— Что там?

— Кузнецов по ходу с ума сошёл…

— Видать приложило сильно…

— Ну да, может головой о камень ударился.

— Да не бился он ничем, просто первый кандидат на дурку, — раздался голос подходящего к нам Валеры. — Он мне сам рассказывал, что все офисные работники рано или поздно там окажутся: не у психиатра, так по крайней мере у психолога… Ну, это почти одно и тоже! Вот, предвидел, видать, а тут ещё такие обстоятельства… ОЙ БЛЖАД! ЧТО ЭТО???? ЧТО ЭТО ТАКОЕ?!!!!

Никаких сомнений: подруливший сюда Валера уставился взглядом ровно на то, что видел я!

— Ты тоже это видишь? — обрадованно спросил я. Обрадовался тому, что я оказался не в одиночестве в предполагаемом отъезде кукухи.

— Да бл…ин, Жень, прикалываешься что ли? Как можно ЭТО не заметить?

— Вот! — я поднял вверх указательный палец и кивнул головой в сторону остальных. — А они не видят!

Валера подозрительно посмотрел на меня, на остальных, услышал от кого-то сбоку: «ещё один с ума сошёл», «да, похоже на то», убедился, что я его не разыгрываю и рявкнул в ответ толпе:

— Я с ума сошёл? Да это вы три дня не умывались! Вы чё, слепые, что ли? Да оно же светится как четвёртый энергоблок Чернобыльской АЭС!

Потом он, видимо, осознал, что сам сказал и шажком-шажком отошёл назад, подальше от непонятной хреновины. А так-то он прав, — подумал я. И, хотя я сомневаюсь, что вышеназванный энергоблок светился именно так, стало тревожно. Если выражаться нормальным языком, попросту ссыкотно! Потому что уверен: это точно светилось хуже, чем тот злосчастный реактор! По крайней мере внешне. Я тоже немного сдал назад, поймав перед этим Свету за руку. Хорошо, что она не стала спорить и послушно отступила за мной. Ещё не хватало звёздную болезнь поймать. Тьфу блин, не звёздную, а лучевую. «Чудесное видение» не улетучивалось и стояло там, где стояло. На нас недоумённо косились остальные.

— Что там у вас происходит? — напрягся Сергей, пытавшийся сохранять хладнокровие в этой максимально нестандартной ситуации и кого-то при этом то ли найти у кустов подальше, то ли пересчитать.

Когда он подошёл к нам, мы с Валерой, ну и Светой за компанию, стояли как трое отверженных, остальные пялились на нас, и не уверен, что с добрыми намерениями. Хотя, может, девушку посчитали заложницей психов и прикидывают, как её сподручнее освободить?

— Мать вашу, что это? — инструктору изменило хладнокровие, он выпучил глаза и уставился на грёбаный кейс, поделивший народ на две части. Условно нормальных и условно психических. Правда, в свете того, что нашего полку прибыло, теперь непонятно кто из нас кто?

— Нас уже трое, — хмыкнул Валера.

Остальные, прийдя к выводу, что галлюцинации не должны быть коллективными, с одной стороны расслабились, с другой — напряглись.

— Мужики, что вы видите-то? — спросил Игорь, помогавший мне с переноской тушёнки.

— Небольшой кейс, светится… ну, не всеми цветами радуги, но несколькими очень яркими, и я бы даже назвал их кислотными. От него прямо свечение исходит. — Я ткнул пальцем туда, где его видел.

— Или излучение, — мрачно добавил Валера.

Сергей при этом пару раз кивнул, подтверждая наши слова и не отводя глаз от этой штуки. Народ, кажется поверив и впечатлившись, стал расползаться подальше от условно-опасного места.

— Ребята, ещё полчаса назад я бы сказала, что вы сошли с ума, — произнесла Маргарита Павловна, — но с тех пор прошло уже целых полчаса, и в свете всего того, что мы только что пережили… наверное вы говорите правду.

— Только делать-то что с этой правдой? — внезапно спросил обычно молчаливый Пётр, к которому с двух сторон жались его жена и дочка лет десяти. — Ну, допустим, тут произошло что-то непонятное. Научный правительственный эксперимент или нападение инопланетян — не важно. Вспышки, летало всё вокруг, в том числе и мы. Было. Вот, приземлились обратно. Мы вроде как там же. Тот же лес, та же поляна. Трое видят какой-то светящийся чемодан. Верим. И? Что мы тут дальше делать будем? Пошли обратно на базу, напишем заявление и пусть соответствующие органы разбираются, куда мы вляпались, кому из учёных делать строгий выговор или надо ловить инопланетян.

Все стали переглядываться. Действительно, как просто всё. Стоим тут, обсуждаем чёрти-чё, а реально — надо просто валить обратно! Ну Пётр, ну голова!

— Пётр прав, — сказала Елена, кивая. — Мы не знаем, что здесь произошло, но нам надо возвращаться на базу, пока не стемнело. Там разберёмся. Ночевать здесь не вариант!

— Прямо сейчас пойдём? — спросил кто-то из женщин. — Нет, я не возражаю, только за! Хоть мы и устали от прошлого перехода, но что-то мне больше не хочется тут находиться.

— Да, сейчас, — сказал Сергей Ковалёв. — Это же относительно недалко, семь километров. Отойдём подальше и устроим привал. Постепенно доберёмся.

Мы начали собираться. Рюкзаки, разбросанные по поляне, были на местах, правда, некоторые вещи выпали и лежали на траве. Я поднял свой, закинул на плечи и оглянулся на то место, где, по моим ощущениям, стоял светящийся кейс. Теперь он уже не светился. Или светился, но я перестал его видеть? Развидел? Я сделал пару шагов назад. Вот, пожалуйста, стоит, переливается! Никуда не исчез. Я снова слегка замандражировал: «соответствующие органы» могут не поверить во всю эту чертовщину, передать по цепочке добрым дядям в белых халатах, и совместно обеспечить жилплощадью с мягкими стенами. Без мам, пап и кредитов.

— Пошли, — сказал я Свете, взяв её за руку. — Надо выбираться.

Мы двинулись в ту сторону, откуда пришли. Сергей шёл впереди, прокладывая путь. Я старался запоминать дорогу, хотя лес казался точно таким же, как и час назад. Те же сосны, те же берёзы, те же кусты. Но что-то было не так. Ощущение, что мир вокруг стал чуть-чуть другим. Не могу объяснить это словами. Но долго мы не прошли. Никаких семи километров и в помине не было, от силы один.

— Слышите? — вдруг сказала Лена, останавливаясь.

Мы замерли. Из-за деревьев доносился какой-то звук. Я прислушался — это был лязг металла и крики.

— Что это? — спросила Маргарита Павловна.

— Похоже на… стройку? — неуверенно предположил кто-то.

— Какая ещё стройка в лесу?

Мы сделали ещё какие-то шаги, лес расступился, и перед нами открылась панорама, которая не могла существовать у нас. Прямо перед нашим лесом раскинулся город. Но не современный, с высотками, магистралями и торговыми центрами. Это был средневековый город. И выглядел не как те древние города, которые показывают в кино — лубочно-приукрашенные. Этот был мрачноватый, пошарпанный. Каменные стены, увенчанные зубцами, кое-где обрушенными; башни, на которых развевались флаги с какими-то гербами, черепичные крыши домов, прижавшихся друг к другу. Вокруг города простирались поля, разделённые на аккуратные прямоугольники, а за ними — холмы, поросшие лесом.

— Это не Подмосковье, — ляпнул я очевидное.

— Спасибо, генерал Ясенхер, — процедил меж зубов Валера. — А то без тебя не было понятно.

Мы в оцепенении стояли напротив центральных ворот, через которые можно было попасть внутрь, но для этого надо было пройти по мосту, прокинутому над глубоким рвом. Ну и ещё чтобы ворота были открыты. Где-то там были слышны звуки паники и судорожной беготни. Дождавшись, пока внутрь пробежит стадо животных, вроде бы свиней, какие-то люди ухватились за барабан с верёвкой и, навалившись изо всех сил, стали его накручивать, таким образом закрывая ворота.

— Похоже нам тут не рады, — сказал я, глядя, как тяжёлые створки ворот с глухим стуком смыкаются, отрезая нас от входа в поселение.

За стенами слышались крики, лязг оружия, топот ног. Кто-то вопил, стадо свиней, которое успело проскочить внутрь, визжало где-то на улицах, над городом начал подниматься лёгкий дымок — то ли от костров, то ли от факелов, которые зажгли на стенах. Спрашивается: зачем? А главное: нахрена? Как и у нас, тут день полным ходом. Навряд ли хотят солнечный свет подсветить! Или это в нас собираются стрелять подожжёнными стрелами и лить на голову кипящее масло? А можно не надо?

— Они нас боятся, — сказала Света, прижимаясь ко мне плечом. — Они увидели нас и испугались.

— Да, мы такие! — горделиво прихвастнул Валера. — Пусть боятся! Мы явно обошли этих в развитии! Мы — монстры! А не то!..

Он погрозил крепостным стенам кулаком. Смотрелось комично, но вот вообще ни разу не смешно.

— Слышь, Майк Вазовски, — я искоса глянул на него, — увянь, по-братски. Сейчас обратно откроют, выскочит оттуда пара десятков рыцарей в латах, с мечами и копьями, будешь их кулачонками пугать.

Мы стояли на дороге, ведущей к мосту. Вода во рву была тёмной и неподвижной, а стены казались неприступными. Сверху на нас смотрели лучники, натянувшие тетивы. Они не стреляли, но держали оружие наготове.

— Нам нужно уйти, — сказал Сергей Ковалёв, делая шаг назад. — Если они решат, что мы опасны, они могут начать стрелять.

— Куда нам идти? — спросила Маргарита Павловна. — Мы не знаем, где мы, и что здесь есть, кроме этого города.

— Можем вернуться в лес, — предложил Пётр, прижимая к себе дочку. — Там мы хотя бы сможем укрыться. А потом подумаем, что делать.

— А что произошло? — спросила Оксана Рязанцева, которая наконец-то перестала делать стотыщную фотографию. Её лицо было бледным. — Мы правда в другом мире? Я думала, это часть анимации! Типа «Форт Боярд»! Но зачем в лес? В лесу мы можем заблудиться! Если здесь другой мир, мы не знаем, есть ли там дикие звери, опасные растения или что-то ещё.

— Всё так, Оксана, но лес похоже — наш, и прилетел сюда вместе с нами.

— Но оставаться здесь тоже не вариант, — сказал я, глядя на лучников. — Даже если они нас не атакуют, то не похоже, что и впустят. Мы для них — чужаки. Может быть, даже враги. Ещё вопрос: был ли у них тут перед воротами какой-нибудь свой лес, до нашего эффектного появления? Мы его заместили собой? И насколько это заметно? А если нет? Представьте, живёшь спокойно, возможно даже никого не трогаешь, перед тобой чистое поле, а тут хренак,

— Тогда давайте отойдём за деревья, — предложил Сергей. — Там нас не будет видно, и мы сможем обсудить, что делать дальше.

Мы медленно, стараясь не делать резких движений, начали отступать к опушке леса. Лучники следили за нами, но не стреляли. Когда мы скрылись за первыми деревьями, я выдохнул с облегчением.

— Ну и денёк, — сказал Валера, присаживаясь на траву. Он всё ещё сжимал в руке неоткрытую банку пива. — Надо было дома сидеть. Нафиг мне эта премия сдалась.

— Сейчас не время для паники, — сказала Маргарита Павловна, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Нам надо понять, что произошло, и как нам выжить. Дай отпить!

— Может не будем сидеть прямо здесь? Расстояние между нами и ними вообще никакущее, — заявил я. — Захотят — доедут моментально. Или даже дойдут.

— И куда ты предлагаешь? — потерянно спросила наша HR-директор Анна Сергеевна.

— Да хотя бы обратно в наш лагерь. Какой-никакой, но наш и прилетел сюда с нами. Дома и стены помогают, — задвинул я тему. — Хотя там нет стен.

— Вообще, — подал голос Сергей, — стен нет, но у нас там схрон с оружием… был.