Покинув сестер, я решила найти Зейда и направилась к мужскому корпусу общежития. Парни с темного факультета, которых я встретила у крыльца, с утра его не видели. По их словам, в комнате его тоже не было. Кто-то заходил к нему по делам перед завтраком.

— Получается, он так и не вернулся к себе? — пробормотала я задумчиво и попросила ребят передать ему, что я его искала.

Где еще Зейд может быть? На тренировочной площадке? Или в библиотеке?

— В библиотеке! — осенило вдруг меня.

Тренироваться ему сейчас незачем, зато он мог искать там информацию. Не зря же именно там мы сталкивались уже дважды.

Я повернулась, чтобы уйти, как вдруг заметила Катишь.

— Эй, Дюваль, ты не видела Дракса сегодня? — поинтересовался у нее тот же парень, который искал его перед завтраком.

Брюнетка ему не ответила, лишь пожала плечами и одарила меня каким-то странным взглядом, проходя мимо.

Вчера после нашего короткого, но экспрессивного разговора она ушла расстроенная, а сейчас так и лучилась превосходством. Хм… Интересная, однако, смена поведения. Словно Катишь знала что-то такое, чего не знала я.

Некстати вспомнились подслушанные слова Зейда про постель. Может, она согласилась на его условия, чтобы получить над ним больше власти и добиться своего?

Эта мысль заставила свернуть с намеченного пути и тихонько последовать за Катишь. Что мной двигало? Не знаю… Наверное, жгучая ревность.

Тем временем брюнетка все дальше удалялась от кампуса — туда, где были расположены многочисленные оранжереи природных магов. Она то и дело оглядывалась, и это укрепило меня в мысли, что дело тут нечисто.

— Похитила Зейда и держит его где-нибудь здесь? — предположила я вслух.

Представить подобный расклад было сложно. Но наш громила-отец часто повторял, что обиженная женщина способна на многое, и поэтому никогда нас не обижал.

Оранжереи на отшибе выглядели совсем заброшенными и нуждались в ремонте. К одной из них и направлялась Катишь. В очередной раз оглянувшись по сторонам, она юркнула внутрь, притворив за собой покосившуюся дверь.

Больше не сомневаясь, что она задумала что-то недоброе, я подобралась ближе, собираясь выяснить, что именно.

— Что ты там трешься, Вайтстоун? — окликнула меня Катишь, стоило подойти поближе. — Твою ауру я чувствую за километр. Сделай уже с ней что-нибудь.

Моя пятая точка настойчиво подсказывала, добром дело не кончится, но я все равно шагнула через порог. Стеклянный потолок оранжереи был грязным и местами потрескался, приглушая солнечный свет.

Оглядевшись, я отметила, как много тут засохших растений, а бодрых сорняков — еще больше.

— Значит, это здесь ты спрятала труп Дракса?

Брюнетка залилась истерическим хохотом.

— Ну что ты! На душечку-Зейда у меня другие планы. Хотя… — Она презрительно поморщилась. — Так и быть, можешь оставить его себе.

Не знаю, планировала ли она меня разозлить, или это была ее обычная манера общения, но я решила не возражать на всякий случай. Наверняка она этого только и ждет.

— Спасибо, ты так добра. Обязательно воспользуюсь твоим предложением. Если это все, что ты хотела мне сказать, могла бы сделать это сразу. Зачем было так далеко идти?

— Не все! Прежде чем ты бросишься в объятия Зейда, хочу предупредить: роду Драксов кранты. Теневой дракон, который их прославил, больше не откликается на зов. А завести другого фамильяра мешают какие-то древние клятвы или что-то в этом роде, — небрежно бросила брюнетка, словно говорила о чем-то непринципиальном. — Но тебя я позвала сюда за этим! — выпалила она с ожесточением и вскинула руки, направив потоки тьмы вверх.

Потолок взорвался осколками.

— Ты что творишь, идиотка?! — Крик девушки с седой прядью в волосах, которая вдруг появилась в другом конце помещения, потонул в звоне битого стекла.

Студентки прикрылись магическими щитами. И я тоже, но с опозданием. Защитные плетения мне удавались хуже прочих, и несколько острых осколков пробили кожу форменной куртки, воткнувшись в предплечье, а упавшая балка ударила по плечу и сбила с ног.

— Жаль… Я надеялась, эффект будет чуть более «на лице», — неуклюже скаламбурила брюнетка, аккуратно ступая по битому стеклу туфельками.

— Ты с ума сошла? Это же применение темной магии в стенах академии! — возмутилась незнакомка, торопясь мне на помощь.

Катишь смерила ее взглядом, но ничего не ответила, лишь растянула губы в ядовитой улыбке, а потом посмотрела на меня, и в ее глазах плескалась тьма.

— Это только начало, Вайтстоун. Поверь, твоя жизнь превратится в бездну боли и отчаяния, — шепнула она, направляясь мимо меня к выходу.

— Ты как? — подскочила ко мне студентка с факультета природной магии, судя по форме.

— Ну… Она не решилась продолжить при свидетелях, значит, жить буду… — пробормотала я, пытаясь избавиться от балки.

Рука слушалась плохо. От шока я сначала ничего не почувствовала, но теперь боль разливалась по предплечью кипятком.

— Не двигайся! У тебя кровь хлещет! Боги…

Природница отскочила в сторону, чтобы отдышаться. Моя аура ужаса заставила ее отойти подальше.

— Ты Дара Вайтстоун, — сказала незнакомка утвердительно. — А я — Каролина Васкес. Да-да, та самая, что взорвала лабораторию зельеварения. Ну, ты, наверное, слышала?

Я кивнула, а Каролина собралась с силами и, превозмогая страх, который нагоняла моя аура, снова попыталась поднять балку.

— Она слишком тяжелая. Лучше позови кого-нибудь, а я здесь подожду.

Каролина усмехнулась и снова отошла подальше.

— Так. Попробуем иначе.

Природница повела руками и что-то шепнула. Из земли полезли толстые зеленые побеги, которые приподняли балку достаточно, чтобы я смогла из-под нее выбраться.

— Ребра не сломаны? — поинтересовалась Каролина с тревогой.

— Не знаю… — ответила я и уставилась на раненую руку, из которой торчал крупный осколок стекла и несколько поменьше.

Представив, что, по задумке Катишь все это должно было воткнуться мне в лицо, я передернулась. В голове вдруг помутилось, в ушах зазвенело… Не думала, что грохнусь в обморок при виде собственной крови. Но вот этот осколок стекла…

Очнулась я уже на руках у магистра Стэра, который куда-то меня нес.

— Дара, как вы? — спросил он с участием. — Мы почти на месте. Сейчас вами займутся целители.

Отчего-то мне стало смешно.

— Магистр, похоже, ваша мечта исполнилась, — пробормотала я, плохо ворочая языком.

Во рту было сухо-сухо.

— Моя мечта? — удивился тот.

— Угу. Помнится, вчера вы стремились затащить меня в лазарет, и вот я здесь.

Мужчина улыбнулся.

— Мне нравится ваше чувство юмора, — заметил он, и я смутилась.

— Может, я дальше сама?

— Ну уж нет!

Стэр отпустил меня, лишь усадив на кушетку в процедурной комнате. Ко мне тут же подскочила рыжеволосая целительница Линна Вейл, дежурившая сегодня. Мы уже были знакомы. Правда, чаще сюда попадали мои сестры, чем я. А еще все те, кто приходил чистить ауру после длительного контакта со мной.

— О! Как же пробирает, — оценила эффект моей ауры ужаса целительница, осматривая руку. — Перевязка сделана на двоечку. Толку-то от нее, пока стекла не извлечены, — заметила она, разматывая насквозь пропитанный кровью белоснежный платок с кружевом и вышитой золотой нитью монограммой «ЭВ».

— Простите. Я далек от лекарского дела, — смутился Элиан.

При виде торчащих из моей руки осколков у меня снова начала кружиться голова, и я отвернулась.

А что бы сейчас сказал Зейд?

Наверное, что-то вроде: «Запомни, мелкая, темные маги не показывают слабости. Для остальных — мы неуязвимы. Не испытываем ни боли, ни страха…

«Ни отвращения к торчащим из руки стеклам», — добавила я от себя.

— Магистр, выйдете, пожалуйста. Мне нужно осмотреть пациентку, вы свою миссию выполнили.

Линна прямым текстом выставила за дверь преподавателя и целого принца!

— Да-да. Прошу прощения. Студентка Вайтстоун, вас подождать?

— Спасибо, не стоит. Я справлюсь. И потом, вдруг меня оставят здесь до утра? — поспешно отказалась я, испытывая двоякие чувства.

Несмотря на весь восторг моих сестер по поводу принца и его повышенного внимания ко мне, мое сердце уже бессовестно украл один несносный темный маг.

Стэр вышел, а Линна взялась за меня всерьез.

— Потерпи немножко. Сейчас будет больно, — сказала она, готовя инструменты и снадобья.

— И ты. Будет немного страшно, — пошутила я. — А потом много.

Целительница посмотрела на меня и заливисто от души расхохоталась.

— Хорошо, что я сама могу почистить свою ауру. Но, похоже, работать и правда придется с передышками, но не переживай, я не позволю тебе истечь кровью. Не двигайся, сейчас тебя просканирую.

Я замерла, ощущая мягкое тепло, окутывающее все мое тело.

— На плече только синяк. Ушиб серьезный, но перелома нет. Несколько царапин и вот это. — Линна указала на мою руку.

Осторожно вынув самые крупные стекла пинцетом, она помогла мне снять куртку и, разрезав рукав рубашки, принялась за мелкие осколки, внимательно проверяя, чтобы не оставить ни единого в теле. Все это время целительница отвлекала меня разговором и больше ни разу не отошла, чтобы справиться со страхом, который неизбежно испытывали все находящиеся рядом со мной.

Разговор плавно коснулся магистра Стэра.

— Так значит, он принц? Хм, — Линна задумчиво сузила глаза, глядя куда-то сквозь пространство.

Она уже перебинтовала мне руку и отошла, чтобы немного прийти в себя.

— Ага. Я тоже не сразу его узнала. Честно, даже не знаю, зачем Элиан устроился преподавателем? Он хоть и младший, но все же принц.

— Думаю, это из-за тебя.

— И ты туда же?

— А кто еще? — с искренним интересом спросила целительница.

— Мои сестры — Триша и Риана.

— Знаю-знаю, они мои частые гостьи. Особенно Ри.

Я пожала плечами.

— Боевики чаще попадают в лазарет, чем мастера иллюзий.

— Темные маги тоже. Но, возвращаясь к теме нашего разговора, я почти уверена, что принц здесь все-таки из-за тебя. Если не ошибаюсь, он был в Роузенкрик во время прорыва и знает, что ваша семья сделала и для него в том числе.

— Сестры тоже думают, что Элиан проникся ко мне после того, что случилось. Хотя… Он ведь даже меня ни разу не видел. С чего бы ему воспылать чувствами?

— Почему бы и нет? Может, он думал о тебе все это время и решил понаблюдать за тобой в естественной среде? В конце концов, он тоже сильно рисковал в Роузенкрик, а вы его спасли.

— Мы сделали то, что должны. Любой на нашем месте поступил бы так же.

— Вовсе нет! — возразила Линна. — Да ты только представь, какой романтический образ мог создать в своей голове Элиан Виртэс! В отличие от старшего брата, он-то может выбрать себе невесту по сердцу.

— Зачем принцу невеста из простой семьи? — отмахнулась я.

— Иногда аристократы влюбляются и в простых девушек.

Говоря это, Линна чуть покраснела и принялась тщательно убирать рабочее место, складывая все испачканные кровью бинты в специальный поддон.

— Тогда он выбрал бы Тришу. Из нас троих она больше всех похожа на настоящую леди, — пробормотала я.

— Вовсе не обязательно. Я вот уверена, что ему нужна именно… — Линна вдруг замолчала на полуслове и завертела головой. — А где?..

Она заглянула под кушетку, под стол и даже проверила мусорную корзину.

— Ты что-то потеряла?

— Платок. Тот самый, которым была перевязана твоя рука. Я бросила его в поддон первым. Я уверена в этом на все сто.

— Платок магистра Стэра? Тот, которым он меня пытался перевязать?

— Именно!

Линна тряхнула рыжей шевелюрой и нахмурилась.

— Я не знаю наверняка, какого рода интерес испытывает к тебе его высочество принц Эрганский, но теперь мне все кажется крайне подозрительным.

Слова целительницы окончательно сбили меня с толку, как и поворот нашей беседы.

— В каком это смысле?

— Знаешь, Стэр ведь заходил сюда на днях. Я застала его у двери хранилища образцов крови.

— Чего?!

— Да-да. Мне показалось, что он хотел проникнуть внутрь. Когда я спросила, что он здесь делает, Стэр забубнил что-то невнятное про эксперименты с артефактами. А потом уточнил, есть ли у нас образцы крови темных магов и не может ли он получить некоторые. Ты же знаешь, что все студенты должны сдать образцы?

Я согласно кивнула.

— Таковы правила.

— Вот! Но доступ к ним строго ограничен. Они могут использоваться лишь главными целителями, и то только в случаях крайней необходимости. Например, для активации родовой магии или поиска, если на то будет воля родственников. Но ни я, ни кто другой из младшего персонала лазарета не имеет доступа к хранилищу. Только главный целитель и ректор!

— Хочешь сказать, Элиана интересовала кровь магов с темным даром?

— Да. Он этого не скрывал. Правда, потом он извинился и сказал, что не знал, что использовать эту кровь запрещено.

В груди нехорошо екнуло. Кровь мага — один из сильнейших ингредиентов. Несколько капель еще ничего, но определенное количество можно использовать во вред умеючи. Особенно если кровь свежая. А с того платка разве что ручьем не текло!

— Что-то мне все это не нравится… — пробормотала я.

— И мне. На твоем месте я бы нашла магистра и потребовала отдать тебе платок, а потом сожгла бы его, как поступаем мы с отходами.

Подтверждая свои слова, Линна щелкнула пальцами, и бинты вспыхнули ярким пламенем, которое за секунды уничтожило и их, и даже осколки стекол, извлеченные из моего тела.