Глава девятая Главный поединок

Хранитель не мог отказаться от поединка. Не мог проиграть намеренно. В момент вызова отключался разум, энергией управляли инстинкты: древние как мироздание и жестокие, как ошалевшие фанатики. Черлинд знал это не хуже других, но отчего-то боялся, что Дино не придет. Как всякий, кому больше нечего терять, не думал о возможном исходе, просто делал, что должен. Помнил Эрслоу и ее слова: «если я не справлюсь, значит, настал мой срок».

Дино возникла неожиданно. Ударила явно давно заготовленным приемом. Резким, сильным, смертоносным. Черлинд выставил энергетическое зеркало, хитрую, не всем доступную вещицу. Дино скорчилась от своего же удара и тут же отправила в него новый. Еще одну убийственную заготовку. Черлинд поглотил атаку. На миг ощутил связь с Эрслоу и ее энергией, похоже, не справился сам.

Дино поежилась. Видимо, рассчитывала, что заготовок хватит. Черлинд усмехнулся и использовал свою. Жадное, голодное кружево из несбывшихся надежд. Дино охнула. Пространство вокруг затрещало миллионами разрядов и схлопнулось, сжимая ее до микроскопической частицы. Черлинд почувствовал, как она тянется к полотну за помощью, и добил простым и точным ударом. Соперница упала совершенно обессиленная. Черлинд почти кожей ощутил, как ее разум окутывает непроглядная тьма. Не думал, что выйдет так быстро. Нет, победить Дино было нелегко, но он ожидал, что процесс растянется во времени.

— Передам привет Эрслоу, — прошептала едва слышно и закрыла глаза. Похоже, последний удар отнял все.

Черлинд устроился в ее кресле и долго смотрел на исчезающую плоть. Энергия покидала Дино полосками, сначала тело будто распалось надвое, хотя на самом деле просто исчезла часть в центре. Потом начали пропадать квадратики, маленькие участки, и тело стало походить на лоскутное одеяло. А после и вовсе исчезло. Черлинд закрыл глаза и набрал полную грудь воздуха. Кажется, он добыл еще одну жизнь на поиски, и, как знать, может, хотя бы ее половину они проведут вместе с Эрслоу.

Посмотрел на изумленных хранителей, зевак, привлеченных перетоком энергии. Поймал удивленный взгляд брата и полный уважения взгляд Фаракута, а еще возмущенный — Каты. Похоже, он сумел сотворить то, что от него никто не ожидал. К счастью, присутствующие оценили не только внешний эффект, но и прикинули уровень умений, и потому не спешили оспорить его достижение.

Черлинд потянулся сознанием к полотну. Для начала следовало принять новые обязанности, думать о соперниках, если те появятся, будет потом.

В пещере было душно и сыро, но сам того не желая, хранитель почувствовал, что наконец-то попал домой. Понимал, что это лишь приветствие нового предназначения, но не стал сопротивляться ощущениям. На миг прикрыл глаза и отозвался подсказанным еще отцом обещанием: принимаю тебя и готов окружать заботой, пока хватит моих сил.

Полотно мироздания напоминало неспокойное море. Разношерстное, тревожное, оно ползло в неизвестную даль, что бы в самом конце снова распасться на мириады разномастных нитей. Черлинд ухмыльнулся: как хитро… Сначала казалось, что концы клубков, сползающиеся в единую ткань, и есть начало всего, но потом становилось понятно, что нет. Они были финалом, точкой, в которую приходила энергия, чтобы измениться и повести по предначертанному пути новую жизнь. Дать судьбу очередной сущности.

Черлинд приблизился, осторожно положил ладони на ткань и закрыл глаза. Цвета, звуки, чужие чувства, случайные мечты — пронзали будто иглами, но он не чувствовал боли, скорее приятное удовлетворение от того, что все идет как положено. Фыркнул и убрал руки. Пора приниматься за помощников. Соединил ладони и начал концентрировать энергию, чтобы заняться уже знакомым по предыдущему назначению делом. Создать тех, кто после сильно облегчит ему жизнь.

Справится быстро и потом снова примется за поиски. Раз уж мироздание подарило ему еще одну жизнь, оно просто обязано дать ему возможность еще хотя бы раз обнять возлюбленную.

* * *

Движение энергии, сопровождающее смену хранителя нитей судьбы, просто не могло пройти незамеченным. Эрслоу тоже почувствовала его. Удивилась, и только. Опыт подсказывал: Дино была еще достаточно сильна, чтобы занимать свое место, по крайней мере, пока живо поколение Фаракута. Хотелось бы знать, кто одолел ее? Хранительница мира мертвых подавила возникшую в сердце надежду. Вряд ли Черлинд… Если за это время он не продвинулся дальше хранителя снов, даже гармоничная связь с ней не помогла бы победить. Да и обменивались энергией они слишком давно, рассчитывать на ее помощь было бы глупо. Чтобы обойти Дино, Черлинду понадобились бы невозможные для него усилия. Махнула рукой. Не стоит ни гадать, ни спешить. Сейчас новый хранитель создаст помощников, выдохнет от забот и придет навестить ее. Не было еще ни одного, кто не приходил в гости в самом начале своего пути вдоль полотна.

Где-то в глубине души снова заскребли кошки. Захотелось если не обнять Черлинда, то хотя бы увидеть. Не стала спорить с собой, сосредоточилась и попыталась найти его в окружающем пространстве. Хотя бы полетает рядом с возлюбленным невесомой тенью. Тщетно! Черлинд запропастился неизвестно куда. Вздрогнула в тревоге, сжалась, будто кто-то выкручивал выжимая, и обратилась к своим владениям, к миру мертвых. «Лишь бы живой», — пронеслось в голове. Самый слабый из его поколения уже ушел, а дальше могло случиться что угодно. Могло не хватить сил прийти в себя после поединка, мог неудачно сработать новый метод воздействия на энергию или возникнуть ошибка при переходе между мирами. Да мало ли что могло случиться!

Вздохнула с облегчением, когда поняла, что новичков из хранителей не было. Чувствовала, что Дино неспешно идет по знакомому пути в одиночестве. Значит, возлюбленный просто прячется. Интересно от всех или только от нее? Грустно улыбнулась. Знать бы способ нарушить клятву и Черлинд бы никуда не ушел. Не отпустила бы. Эрслоу вздохнула. Понимать бы, какое наказание за это самое нарушение, и то, уже можно было бы решиться. А не мучиться, словно неудачница!

В голове шевельнулось далекое смутное воспоминание, и Эрслоу насторожилась, прислушиваясь к себе.

Конечно, неудачница! Та первая ученица, ее, кажется, звали Лериотта и ей катастрофически не везло. Вполне может быть, что она нарушила клятву. Хранительница мертвых вздохнула и направила взгляд во вверенный ей мир.

За спиной Эрслоу, в мире мертвых, души отбывали каждая свой срок. Умирая, сущность забирала не всю энергию и, пока остаток не потратила хранительница, души оставались под ее надзором. Эрслоу пила из них по капле, и мучились мертвые довольно долго, но рано или поздно они попадали в руки хранителя печали, чтобы, забыв все, заново начать путь вдоль полотна. Ученица ушла в мир мертвых очень давно, и оставалось лишь надеяться, что с ней еще можно поговорить.

Эрслоу окунулась сознанием в подвластный ей мир и позвала ученицу.

— Лериотта… — прошипела она, отлично понимая, что для мертвых ее зов болезнен. — Лериотта…

— Ты звала меня, Эрслоу? — из душной темноты откликнулась прозрачная тонкая тень.

Хранительница поежилась. У ученицы не было плоти, зато ее энергия излучала столько ненависти, что та грозила стать материальной. Откуда что берется? При жизни неудачница была довольно милой.

— Мне кажется, ты нарушала обещание… — без лишних предисловий заговорила Эрслоу. Даже мысленное пребывание в мире мертвых обходилось дорого. — Расскажи, какое было наказание?

— Обещай, что в следующий раз выпьешь меня первой…- запальчиво отозвалась Лериотта, или то, что от нее осталось. — Я хочу уйти отсюда и начать новый путь.

— Я не могу выбирать, могу только пообещать попробовать. Этого достаточно?

— Да, — прошуршала тень.

— Обещаю, — твердо отозвалась Эрслоу. — Говори!

— У меня отобрали всю энергию, и восстанавливаться она стала лишь через несколько дней. Я просто не успела накопить новой к поединку и умерла, лишившись своего предназначения.

— Спасибо!

Эрслоу поспешила прочь. Страшно хотелось в мир живых.

— Про обещание не забудь, — кинула Лериотта ей вслед.

Хранительница кивнула. Осталось только разыскать Черлинда. Конечно, лишиться всей силы даже на время — это большой риск, но она не просто хранитель, на поединки ее вызывают редко, к тому же неясно, можно ли у такой, как она забрать все, своей энергии у нее почти нет, только чужая.

Снова сосредоточилась в надежде найти Черлинда, и опять не преуспела. Удивилась, но решила не форсировать события. Даже если возлюбленный сознательно прячется ото всех, рано или поздно он должен где-то промелькнуть. Она подождет, у нее, в отличие от других, достаточно времени.

Еле дотерпела до следующего утра. Арра еще только приподнялась над горизонтом, а Эрслоу уже шерстила пространство в поисках бывшего ученика. Тщетно! Разозлилась после очередной попытки. С каких это пор вселенная в состоянии кого-то спрятать от нее? Открыла сознание и зачерпнула из мира мертвых. Взревели потревоженные души. Все вокруг будто распалось на мелкие частицы и, содрогнувшись, выдало вердикт — нужный сгусток энергии в обители нитей.

Удивилась — и только. Не стала медлить, покинула дом и, вопреки принятому порядку, направилась навестить нового хранителя.

Эрслоу отлично помнила дорогу. По этому длинному коридору можно было перемещаться только ногами, и она почти бежала, наплевав на угрожающие надписи и торчащие отовсюду острые камни. Сейчас наконец-то снова обнимет своего юношу. Сколько лет! А сколько еще в будущем… Хочется верить, что они будут радостными.

Страшный порог перешагнула без пауз и нерешительности, души взвизгнули в очередной раз, но Эрслоу вошла в пещеру. Пахло плесенью и пылью, где-то противно капала вода, но хранительнице было плевать.

Черлинд стоял около полотна и заканчивал создание очередного помощника. Глаза возлюбленного закатились, а на лбу обозначилась морщинка. Незаметной тенью Эрслоу дождалась, пока он закончит. Материализовалась, желая обнять, удивить, обрадовать. Он увидел ее раньше и отскочил, не давая прикоснуться.

— Нельзя, — выдавил, хмурясь идеальными бровями. Облизнул губы и покачал головой: — я бы очень этого хотел, но боюсь за тебя.

— Плата за нарушенное обещание — кратковременная полная потеря энергии, — будто объясняя правила, сообщила Эрслоу. — Если не будет вызова на поединок, все пройдет гладко. — Глубоко вдохнула и добавила шепотом: — Не томи.

Черлинд подхватил ее объятья и обжег поцелуем губы. Эрслоу закрыла глаза, позволила выплеснуться еще не отобранной энергии и утонула в блаженстве. Как она скучала, как мечтала об этой встрече!

— Любимая, нежная моя, сладкая, — шептал он с юношеской жадностью и покрывал поцелуями ее лоб, щеки, шею.

Эрслоу стонала от блаженства и теряла разум от накатывающей нежности. Силы ушли, и на время затихла гармония, но все остальное по-прежнему волновало и тело, и разум.

Не успели продвинуться далеко. Наслаждались очередным поцелуем, когда хранительница четко уловила, что кто-то посторонний уселся на ее кресло за Столом Предназначений. Вызвали на поединок.

— Что случилось? — прошептал Черлинд и не думая прерываться.

— Кто-то сидит на моем месте, надо ответить, — выдохнула Эрслоу и закрыла глаза.

Рядом с возлюбленным было божественно, жаль, что так недолго. Лериотта или не поняла, или соврала специально: платой за обещание была не просто потеря энергии, а еще и поединок в довесок. Иначе как объяснить, что пустовавшее столько лет кресло Эрслоу вдруг кого-то заинтересовало.

— Если не справлюсь, — еле слышно прошептала она, растворяясь в пространстве, — значит, просто настал мой срок.

— Вот уж нет! — зло выпалил Черлинд и поспешил следом за возлюбленной в зал со Столом. Сейчас он сделает все и даже немножко больше, чтобы удержать любимую рядом.

На кресле Эрслоу сидела Ката, гармоничная пара Нарифа. Черлинд подозревал, что лучшая половина была куда сильнее братца и уступила тому место впереди только из большой любви. А вот зачем ей понадобилось предназначение Эрслоу, Черлинду даже в голову не приходило. Не иначе как помутнение рассудка. В любом случае сегодня Ката место хранительницы мира мертвых не получит!

Черлинд намеревался использовать показанный отцом прием и наградить Эрслоу своей энергией. Поставить пару на полотно и подарить ей столько силы, сколько требуется.

Ката уже нанесла удар, когда Черлинд закрыл глаза и обратился к полотну, своему новому источнику. Эрслоу отразила атаку, еще не понимая, что придет помощь. Отбилась витиевато, но низкозатратно. Похоже, решила брать умением.

Черлинд согласовался с полотном и потянулся к Эрслоу, одаряя возлюбленную. Проникая своей силой в каждую ее частичку и умоляя провидение, не дать ей сопротивляться подарку. На всякий случай потянулся к разуму возлюбленной, желая не только понять, что происходит, но и убедить принять помощь, если она не сообразит, в чем дело.

Ката ударила еще раз. Чем-то несложным, но мощным. Черлинд сцепил руки в замок. Эрслоу выставила зеркало. А следом, похоже, почувствовала поток и без проволочек ударила соперницу. Не самым затратным, но метким ударом.

Опыт помог. Ката не успела ответить. Охнула и застыла, будто не понимая, что делать дальше. Эрслоу ударила еще и еще. Сопернице хватило. Она упала на пол и выгнулась дугой. Зал наполнил то ли хрип, то ли стон. Черлинд поежился. В первый момент испугался, что сила полотна в руках возлюбленной действует как изощренная пытка, но стон утих.

Эрслоу не стала добивать. Вероятно, считала, что если Кате пришел срок, то все случится и без участия хранительницы мира мертвых. Вздохнула и поспешила прочь из зала со Столом Предназначений.

Черлинд невидимым стражем последовал за ней. Тело била мелкая дрожь, но душу наполняло ликование. Кажется, он отыграл у вечности одну маленькую счастливую жизнь на двоих!

Эрслоу перенеслась домой, в белую комнату с высоким потолком и огромным окном. Черлинд почти мгновенно появился рядом. Обнял и обволок силой со всех сторон.

— Теперь они долго тебя не потревожат, — констатировал он, поглаживая Эрслоу по голове. — Зато я пристану прямо сейчас.

— Спасибо! — едва заметно улыбнулась хранительница. — Не сразу поняла, что это ты. Все встало по местам, когда показалось, что могу управлять силой своего вечного соперника.

— Соперника?

— Помнишь туманное облако, которое мешалось под ногами? Он часть полотна.

— Понял, — Черлинд поцеловал ее в макушку и крепче прижал к себе.

— Мальчик мой, — только и смогла выдохнуть хранительница, пряча нос у него на груди. — Как же хорошо с тобой! Так боялась, что больше не смогу обнять. А каждый раз, когда замечала, что ты рядом, жутко боялась, что настанет день, когда ты не придешь.

— Так ты видела меня? — удивился мужчина.

— Не я, — покачала головой Эрслоу. — Гостиная. Она никогда не ошибается.

— Люблю тебя, — прошептал запальчиво. — Знаю, среди наших не принято, но я слишком долго был без тебя. Хочу, чтобы ты перевезла бутыль с жидкостью ко мне. Ведь бутыль же твоя домовая метка?

— Да.

— Я знаю рецепт жидкости, — улыбнулся Черлинд и покачал головой. — Думаю, привяжу тебя этим сильнее, чем гармоничной парой. — Сжал в объятиях: — больше никогда не оставлю надолго. Слышишь?

— Я и сама не уйду, — Эрслоу потерлась носом о его грудь. — Я-то рецепт давно потеряла. — Подняла на Черлинда глаза: — Тоже люблю тебя. Так сильно, будто с тобой живу свою первую жизнь.

Хранитель осторожно поцеловал ее в губы.

— Предлагаю продолжить начатое…

— Попробуем, — обняла его Эрслоу и закрыла глаза, позволяя едва заметной энергии потянуться навстречу силе Черлинда и предвкушая грядущие радости.

В пещере с полотном прозрачная, нигде не участвующая ранее нить, дернулась, прошла сквозь крючок и присоединилась к общему узору, оттеняя его, делая объемнее и ярче. Перестала капать вода, будто кто-то необычайно могучий смог закрутить кран.