Таленбург, настоящее время, вечер свадьбы.
Роберт Карлович Зайцев
Рождаемость:
Живые: 5 ♂/2 ♀
Взрослые: 5 ♂/2 ♀
Умершие: 1 ♂/0 ♀
Всего: 6 ♂/2 ♀
Выходит, у графа Хаджибейского восемь детей. Я заметил, что чем выше титул, тем больше старались оставлять наследников. Каждый мальчик в потенциале — это офицер личной армии, маг, воин или вовсе разведчик. На них зиждилась защита рода.
Девочки тоже при желании могли освоить целительство или боевую магию, но редко заходили далеко в этих направлениях, предпочитая мирные занятия и помощь в обширном хозяйстве. Их растили будущими жëнами, учили управлять людьми, прививали вкус через искусство. Дочь обязана уметь руководить феодом в отсутствие отца и братьев, спектр еë знаний расширяли как могли.
Это никакая не блажь, а суровая необходимость выживания. Каждый член рода — это взаимозаменяемая единица. Что-то случилось с одним, другой становится на его или еë место. Да, кто-то хуже в военном деле или в экономических аспектах, но в общем и целом полноценный готовый правитель.
Если в роду так не принято, он в скором времени сгинет. Дочь тщательно готовили к этому экзамену жизни и лишь потом отдавали замуж. Чтобы она там на новом месте не растерялась, правильно себя поставила. Так поступали мудрые и любящие родители.
Также считалось дурным тоном, если мальчик после 16 лет, то есть после вступления во взрослую жизнь, не мог дать сдачи простолюдину или средненькому магу, гридни не в счёт. Могущество дворянской семьи опиралось не только на деньги с землями, но и на уважение, личную силу.
Наследники-неумёхи — это сигнал, что монолит рода дал трещину. Потому Василий Кержапольский так сильно взъелся на Нобуёси, что аж послал на его устранение двух убийц. В его глазах японец тогда предстал как оборванец с улицы, недостойный даже одной победы из трёх в захудалом провинциальном турнире.
Чуть позже он осознал, насколько заблуждался, но по прошествии дуэли честь наследника была восстановлена. Проиграть признанному мастеру не считалось зазорным, иначе бы Василий так и продолжил втихую мстить.
«„Рождаемость“, хм…» — я рассматривал новый динамический показатель, крутя в уме и так и эдак возможность извлекать из него пользу.
Пока нарыл два применения: актуальный сбор информации о составе рода и психологическое воздействие в прямой беседе. Например, я не знал, что у графа Зайцева погиб один из сыновей. Это сразу давало жирный штрих к его образу и характеру.
«Вот только одного количества детей как-то маловато», — размышлял я и невольно потянулся к жирной надписи «Живые».
Каждое слово подозрительно выделялось другим шрифтом при ближайшем рассмотрении.
«Ого, интересно! Как я не заметил этого раньше?»
Суматоха дел настолько затянула, что я пропустил важное уточнение, в каждую надпись при желании можно было «провалиться».
Живые: 5 ♂/2 ♀
♂ Александр Робертович Зайцев
♂ Николай Робертович Зайцев
♂ Илья Робертович Зайцев
♂ Всеволод Робертович Зайцев
♂ Константин Робертович Зайцев
♀ Ольга Робертовна Зайцева
♀ Татьяна Робертовна Зайцева
Ради интереса заглянул и в другой раздел.
Умершие: 1 ♂/0 ♀
♂ Ярослав Робертович Зайцев
Так, да у нас тут полное семейное досье! Информация о детях незаметно для испытуемого выуживалась ментальным приёмом и удобно формировалась в список. Вручную такое провернуть, это надо годами тренироваться.
Я потыркался по именам. К сожалению, граф прибыл только с женой, так что при переходе в карточки детей в параметрах закономерно выскакивали.
???????
А вот Костю Зайцева я давно знал, но внёс его в своё хранилище карточек на заре формирования «диктатуры». Тогда я даже таланты с предельным уровнем развития не с первого раза различал, не чета нынешним способностям. У графского сына был ранг Мечник (E) — пока что это вся имеющаяся информация. Слабовато для юноши моего возраста, но поправимо.
«Перевоспитаем», — твёрдо решил я.
При нашей следующей личной встрече сведения о его параметрах обновятся, и тогда прикинем его сильные стороны и вектор развития. Костик пропадал в Ростове в каком-то из кабаков, завтра пошлю за ним гридня, вот ему сюрприз будет на больную голову!
Пока я мысленно ухмылялся, из-за стола в ближнем кругу резво встал элементалист Маркел Дёмин.
— Слово хочу взять, ваше благородие! — я кивнул ему, чтобы продолжал, ученик Нобу прочистил горло и прикрикнул, чтобы гам стих. — Тихо кому говорено! Не счесть, сколько даров наш барон получил в этот светлый день и я, как последний представитель рода, от лица Дёминых, не абы кого, а тоже баронских корней, — важно поднял он подбородок. — Имею желание вручить молодожёнам подарок!
Маркел достал с лавки свёрток и подошёл к нам. Со своим эффектным ожерельем из клыков он по настоянию мастера расстался. Аксессуар мешал фехтованию ручками и в физической подготовке, но вот серебряную серёжку Дëмин отвоевал как память о потерянной семье. Она досталась ему от отца и тихо колыхалась в левом ухе при каждом шаге.
Зная вспыльчивый и местами дурашливый характер Маркела, некоторые сначала восприняли его слова за шутку, но на молодом лице читалось волнение и решительность. Для него важно было не посрамить честь ушедшего рода и отдариться по достоинству.
— Это прекрасный подарок, спасибо Маркел, — я встал и обнял его, а Марина удивлённо заметила.
— Дорогие вещицы, откуда ты их взял?
Она держала в руках два медальона из чернёного золота, инкрустированные рубинами и бриллиантами
— Заработал, — подмигнул он, — пришлось, правда, попотеть, но то ли ещё будет, хах! В них, как память, можно вложить крошечный портрет супруга. С этим я заранее подсуетился, откройте, ваше благородие, — попросил он Черноярскую, и девушка с удивлением увидела под крышкой наши точнейшие реалистичные изображения.
— Маркел, это так трогательно, спасибо, — просияла Марина, а Дёмин заулыбался, потирая от неловкости шею.
— Что ещё подарить тем, у кого всё есть? Я только хотел…
Его слова прервал сначала грохот чего-то тяжёлого, упавшего неподалёку, а затем бабские крики. Мы все повскакивали, готовые отражать атаку недругов или покушение.
— Уважаемые гости, пока не выясним, что там, из терема не выходите! Нобу, Мефодий, Леонид, — раздал я быстро команды и троица рванула первыми на разведку. — Дом защищён, без паники! Не создавайте давку! Сидите, Ваша Светлость, скоро всё выяснится, — велел я встревоженному герцогу и кивнул его смазливой рыжей лекарше, чтоб была наготове.
— Аха-ха-ха! — прогремел басовитый смех берсерка, и у многих отлегло от сердца.
— Что там? Что там произошло? — с любопытством спрашивали аристократы и их свита.
Удержать подобный наплыв я не смог и спустился с крыльца вниз, давая возможность остальным разглядеть причину переполоха.
— Иней, собака такая, ты чего творишь? — ругалась прибежавшая Лукинична, рядом с ней тёрся и Гио, земельник приветственно помахал мне.
На входе в дом валялась туша здоровенного матёрого медведя. Виверн беспардонно на неё взобрался и издал победный рык. Я уловил в его ментальном поле помимо ноток радости ещё и мстительность.
«Интересненько», — я подошёл ближе и присел, оттянув за ухо косолапого хозяина леса, горло было филигранно разорвано, а на спине виднелись глубокие раны от когтей.
— Что, отомстил обидчику? — спросил я успокоившемуся виверну, указывая на старую полоску шрама на морде.
В прошлой схватке за территорию медведь расцарапал ему лицо, и отметина осталась на всю жизнь. То поражение Иней запомнил, запало оно в его гордую душонку.
— Р-раргх! — утвердительно дёрнул шеей магзверь, чем вызвал улыбки и смех окружающих.
С основания Таленбурга Иней для многих стал символом города.
— Это твой свадебный подарок, говоришь? — уточнил я после короткого контакта без слов.
— Р-раргх!
— Господи, как он его умудрился сюда притащить? — спросила Марина, подходя с левой стороны и хватаясь за мою руку.
Распластавшийся мишка её впечатлил.
— Всё слышали? Наш Иней притащил барону подарок! Лучшего мяса этому отморозку! — огласил новость Мефодий и приподнял тушу над головой, потрясая ей перед кричащей толпой.
Марина с благодарностью погладила виверна, и тот довольно фыркнул, почувствовал к себе расположение. Мне же подал сигнал не лезть со своими мерзкими нежностями.
«Понял, так и записал», — ответил я ему.
— Хороший выйдет ковёр в мой кабинет, — подытожил я, и Куликов передал медведя глипту кожевенника. — А сейчас бегом смотреть фейерверки!
Вызванный из Москвы маг-пиротехник заготовил отменные «огненные зрелища». Мы добрались до пристани, а там сошли к песчаному берегу к реке. По моему сигналу в небе распустились фосфорические папоротники, переливаясь всеми оттенками драгоценных камней.
Сотни искусственных змеев, гонимые умелой рукой мастера фейерверков, взвивались ввысь, чтобы столкнуться в ослепительной схватке и распасться медленно тающим созвездием.
Вместе с жителями Таленбурга поглазеть пришли и его гости: важничающие старосты моих деревень со своими семьями (от каждого я также получил дары), странствующие воины и маги, ищущие куда приткнуться, любопытные ростовчане, прельщённые праздником прямо под носом, витязи из храма, несколько человек из РГО, экспедиционного корпуса, купцы нашей будущей гильдии и много различного стороннего люда, явившегося наесться от пуза. В этот день я не отказывал никому.
В сверкании огней справа от нас визжала ребятня из кадетского корпуса, а поодаль от них я различил подошедших Фенечку и мачеху. Та, к моему удивлению, во всеуслышание дала мне своё благословение, обняла и разделила со мной хлеб.
Ладонью я почувствовал лёгкий нажим от Марины и повернулся к ней.
«Так вот, кто виновница внезапного преображения Агриппины Геннадьевны!»
Увидев её улыбку, я сам улыбнулся и покрепче обнял жену. Праздник на этом дне не заканчивался, но точку в нём поставило оповещение «Диктатуры» об изменениях в наших с ней параметрах.
Марина Васильевна Черноярская
Общественный статус: «Дворянка в первом поколении» — Первая в роду, кто носит герб и титул. Её корни ещё не забыты, но с ней уже считаются.
Теперь мой статус — её статус, а значит, кардинально другое отношение от окружения. Не дай бог кому-то обидеть или слово худое сказать в моё отсутствие, гридни вмиг шкуру сдерут. Старая жизнь оставлена далеко позади. Что касается меня, то система Аластора набросала подношений не меньше, чем щедрые гости.
Параметр лидерство +5, повысился до (82/100)
Параметр макиавеллизм +5, повысился до (72/100)
Параметр харизма +20, повысился до (61/100)
Параметр дипломатия +5, повысился до (50/100)
Параметр организованность +2, повысился до (30/100)
Параметр командная работа +2, повысился до (23/100)
Я сначала не понял за что, но потом мысль догнала рванувшее вперёд удивление. Я теперь женат, а это говорило окружающим о моей уверенности в будущем. Филарет оказался прав!
Народ воспринял новость о свадьбе благосклонно, как сигнал укрепления моих позиций. Молодой барон пустил корни, всё по-настоящему. Никакого возвращения в старый род под главенство отца не предвидеться.
С макиавеллизмом и дипломатией всё просто. Я сделал ход в политической игре, и император успокоился: ведун больше не заключит никаких династических браков после того, как «замарался о простолюдинку». Ни один высший аристократ не захочет ввязываться в подобный скандал и отдавать своих детей за моих.
Организованность, командная работа и лидерство получены как следствие развития поселения и феода в целом. О чём речь, если сегодня мне доложили о прохождении всеми кадетами экзамена на первое заклинание!
А вот харизма в двадцать единиц превзошла все ожидания. Неужели одно только бракосочетание настолько добавило мне очков в глазах других женщин? Это было заметно по участившимся многозначительным взглядам, но радовался я далеко не внезапно свалившейся любви от слабого пола.
Чем выше харизма, тем охотней росла преданность ко мне как баронских людей, так и свежих рекрутов. Процесс адаптации кратно ускорится, а это прямой путь к агрессивному увеличению численности моей армии!
После фейерверков мы ещё долго отмечали до глубокой темноты, кого-то сморило раньше, и гость отправился спать, а кто-то, как Маркел и Мефодий, кутили на пару всю ночь, заставляя изнывающий от усталости оркестр бродить вслед за ними и исполнять любимые песни. Горлопанили до хрипоты.
— Иди ко мне, — сказал я, когда мы, наконец, остались вдвоём в спальне, и Марина сняла своё свадебное платье при лунном свете.
Она стояла лицом к окну, тёмные волосы растеклись по голой спине, голова чуть повёрнута вбок. Подойдя сзади, я обнял её за талию и поцеловал в плечо.
— Обещай мне, что это навсегда, — сказала она, чуть прикрыв глаза.
— Обещаю, — ответил я, продолжая наслаждаться её телом.
Марина повернулась ко мне и подняла бровь.
— Что вот так просто?
— А как… В смысле… Ты ожидала чего-то другого? — я пытался выбраться из спутавшихся мыслей.
— Я же не сказала, что конкретно «навсегда». Может, в эту формулировку я вкладывала «навсегда ходи голым» или «навсегда расстанься с волосами», а ты вот так просто взял и пообещал. Документы также подписывать будешь не глядя?
— Я, кажется, понял в чём дело, — кивнул я и, схватив её на руки, под визг раскрутил вокруг себя и бросил на кровать. — Первое условие выполнено! — с меня слетели штаны и всё, что мешало дышать коже. — Приступаем ко второму? — спросил я, взлохмачивая шевелюру.
— Пх-х-х, прекрати, не надо, я пошутила! — засмеялась она, после чего я в прыжке приземлился в кровать рядом и подверг её щекоточной пытке.
Первая брачная дочь? Ммм, она была после и это касается только нас двоих.
— Владимир! Владимир, открой, поговорить надо! — снаружи рано утром настойчивый стук в дверь вывел нас из приятной неги.
— Кто там? — разлепив один глаз, спросил я хрипло.
— Леонид… — безжизненно буркнула Марина, уткнувшись в подушку. — Я устала, уходите, если будете трындеть…
Шлёпнув её по причинному месту, я прикрыл жену одеялом, быстренько натянул штаны, рубашку и влез в свои тёплые тапочки.
— Тише ты, — сказал я, закрывая за собой дверь. — Идём ко мне.
Склодский не стал бы тревожить по пустякам. Будь кому плохо из наших — молча вылечил бы и потом доложил. А то, что он ввалился в такой день, говорило о срочных новостях. Лицо антилекаря было серьёзным, ни намëка на привычную ироничность.
— Повтори ещё раз, род Ровниных в полном составе истреблён, я не ослышался? — уточнил я, расхаживая по кабинету.
— Именно так, мой двоюродный брат случайно об этом проведал. Из Ростова перебрасывали крупную партию виверн для поисков, вот он и насторожился, разузнал адрес и сам слетал. Ошибки быть не может.
— То есть, погоди, герцогский род, герцогский, да? Он с бароном каким не перепутал? — меня это известие как обухом по голове ударило, сразу проснулся.
За дверью поскреблись, и я велел войти, кофе передали.
— Владимир, ты понимаешь, что это означает? — спросил Склодский, когда служанка вышла.
— Перестановки, — задумчиво ответил я, отпивая бодрящий напиток. — Вчера почти вся Таврида кутила у меня. Не хватало только посланников от Великого князя и Боспорского герцога, моего отца, а также Остроградского. Среди интересантов, конечно, с натяжечкой может быть и император, но…
— Потерь среди нападавших не было, — перебил меня Леонид.
— Это любопытно, — кивнул я. — Официальная версия уже есть?
— Грешат на некроманта, остатки тёмной магии обнаружили в ангаре для виверн.
— Он их забрал?
— Да, все десять штук.
— Чёрт, дела плохи.
— Как поступим с наследником? — задал он животрепещущий вопрос.
Демьян Гаврилович Ровнин, 16 лет от роду, мальчик с тяжёлой наследственной болезнью крови в одночасье превратился в политическую мишень, в цель номер один для ближайших претендентов на Черноморское герцогство.
«Зайцевы или Остроградские? Неужели опять будет война?» — раздражённо подумал я, второй раз на ту же удочку попадаться никак не хотелось.
Вопрос даже не в том, кто это организовал, тут сомнений нет, а в том, кто первый попытается убить мальца, чтобы стартовать гонку за титул. После смерти Демьяна мой феод смоет в военном конфликте такого уровня. Помимо двух графов, свои претензии на земли выдвинет и герцог Боспорский. Ожидается тотальная резня, а мне никак нельзя ближайшие год-два воевать.
Второй круг крепостных стен ещё не достроен, технология иллюзорного купола слишком сырая, а вся экономика только-только запустила свои механизмы, нужно, чтобы они прокрутились несколько циклов и заработали на полную…
Много проблем. Моё баронство как организм с уймой ветвящихся в разные стороны оголённых нервов, на которые только нажми и боль распространится повсюду.
Взять те же хутора и деревни — они сейчас совсем не защищены. Что такое десяток глипт для армии могущественных врагов? Мои подданные только-только повадились возвращаться в родные края. После такой подставы я долго не смогу восстановить их доверие.
— Герцог уже знает? — спросил я, на что Леонид пожал плечами.
— Давай к нему, — сказал я, застёгивая пуговицы на рукавах и обуваясь.
Пока остальные аристократы спали, распределённые по гостиницам, отдельным домам и в комнатах моего терема, мы прошлись мимо суетящейся прислуги. У дверей герцога на страже дежурило два высококлассных гридня. Выслушав меня, они сначала позвали рыжую лекаршу, что сопровождала наследника повсюду.
— Что произошло? — спросила та, выйдя к нам из его комнаты и запахиваясь в халат. — Его Светлость отдыхает.
— Мы в курсе, — хмыкнул Леонид, пробежавшись по ней похотливым взглядом.
— Из-за болезни я не могу надолго покидать наследника. Скажите, вам будет приятно, если за вами по пятам целый день ходит бородатый мужик? С такой работой справиться только женщина.
— Вы настоящий профессионал, — двусмысленно ответил Склодский.
— Не обращайте внимания, он когда волнуется, много язвит. Прошу сюда, — показал я ей, переходя в другую комнату.
Выслушав нас, она пришла в ужас. Ладонь прикрыла рот, а глаза уставились перед собой.
— Я… Я даже не знаю…
— Будите его немедленно, слышите? У вас ещё есть шанс спастись.
— Шанс? Вы о чём? Они… Они все мертвы, если это так легко, то придут и за Демьяном… М-мне надо уходить.
— Что такое, больше некому сгружать шекели за подогрев постельки? — спросил её Леонид, грубо схватив за локоть и притянув к себе. — А как же сострадание? Бедный мальчик остался совсем один, кто ж его вылечит теперь в этом большом несправедливом мире? Стой, где стоишь, шлюха, никуда ты не пойдёшь.
— Барон? — обратилась она ко мне за защитой.
— Сколько тебе платил старший Ровнин? — спросил я, показав Склодскому отпустить её.
Мелисса потёрла руку. Всего за секунду терпеливо-ангельское лицо расчертила надменно-расчётливая гримаса. То, что я видел «диктатурой», мой наблюдательный спутник считал на опыте. Практически нулевая преданность. Мелисса знала себе цену, как и любой профессиональный лекарь с богатым стажем.
— Двадцать тысяч, плюс по тысяче за ночь с удобствами.
— Остаёшься с ним, я возьму эти расходы на себя.
— Ещё чего, чтобы и меня вместе с ним шлёпнули, что я дура какая подписываться на такое? Пацан не жилец, срать я на него хотела.
— Ты не поняла, это не просьба.
В комнате повисла тишина. Мелисса усиленно обдумывала сложившуюся ситуацию. Угроза от ведуна — дело серьёзное. Все знали, насколько это злопамятные маги, а уж тем более добравшиеся до власти. Быть убитой сто процентно при отказе или возможно быть убитой при покушении на малолетнего герцога. Выбор очевиден, во втором случае авось не заденет и дашь дёру, а вот в первом… Тяжело простолюдину быть врагом знати.
— Добавишь пятёру за риск, — выпалила она.
— По рукам.
Спустя десять минут мы сидели в комнате проснувшегося наследника и наблюдали, как тот задыхается от расшалившихся нервов. Мальчика пробил пот, его спутница использовала порции лечения одну за другой, дабы герцог взял себя в руки.
— Держите, — я протянул ему шарик стяженя.
Малец не глядя забросил лекарство в рот. Дрожь вскоре унялась, и Демьян смог нормально с нами поговорить.
— Что теперь будет? — безжизненным голосом спросил он.
— Ваша Светлость, картина рисуется не из приятных, но я бы всë равно не советовал впадать в крайности. Здесь несколько путей развития событий, — начал я, прохаживаясь по привычке, как это делал перед тем, как принять важное решение. — Первый — обратится к нашему Великому князю Нащёкину с призывом защитить своего вассала.
— У него старые счëты к моей семье… Я… Я даже не знаю, кому сейчас верить, — слабо возразил Демьян.
Лекарша Мелисса в этот момент уселась на кровати сзади и нежно гладила герцога по голове, зыркая на нас исподтишка.
— Вы абсолютно правы! — показал я на него пальцем. — Нащёкин поможет на первое время, но потом вам придётся вернуться в родовое имение и навести порядок.
— Вернутся, туда? Как можно? — вытаращил он на меня глаза. — Там все мои братья, отец… Нет, я, я не хочу туда возвращаться, ни за что! Меня убьют!
— Что ж, логично, Ваша Светлость. Тогда переходим ко второму пути. После того, как все обнародуется, вам предложат своë покровительство господа Остроградский и Зайцев. Они согласятся присматривать за вами до восстановления династии, то есть пока не родится хотя бы один наследник.
При этих словах кровь отошла от щëк Демьяна, а левая рука смяла белое одеяло.
— Кто-то из них по-любому убийца. У них самый первый мотив избавится от моей семьи. Никак нет, удавят. Меня удавят там! Не верю я в этих некромантов, это всё их рук дело, — ему не хватало сил даже рассердиться от души, настолько слабо звучал этот юношеский голос.
— Они первые претенденты на ваш титул, это правда, но я бы воздержался от огульных обвинений на людях, — посоветовал я, придерживаясь роли. — Надо играть тонко, с холодной головой. Пусть сами нервничают и гадают, что выкинет ваша гениальная Светлость.
— Третий, каков третий путь? — взмолился Демьян, отрицательно покачав головой овеянной потоками лечения.
— Герцог Боспорский, ваш единственный сосед.
— Он мне не нравится, совсем не нравится, — чуть не плача отказался аристократ.
— Но тогда в Тавриде нет больше подходящей силы, способной защитить вас. Разве что мы обратимся к другим Великим князьям для предоставления вам политического убежища.
— Они меня продадут за жирные отступные, деньги всё решают, — последние три слова он произнёс с расстановкой. — Никому нельзя верить, Владимир, кругом одни предатели.
— Тогда надо искать тех, кому война за герцогство неинтересна. Тех, кому выгодно ваше возвращение на старое место. Управлять владениями можно через посредников, а самому не высовываться. Не обязательно рисковать личным присутствием. Так вы сохраните за собой большую часть земель и остатки казны. Вот только следует договориться с Великим князем. Покровительствовать за просто так он откажется, но за откупные забудет старые обиды. Что ему стоит расположить свой гарнизон в ваших плодородных землях?
— И правда, это вы складно придумали, — в нём чуточку забрезжила надежда.
— Всё не так плохо, Ваша Светлость, боритесь. Неужели ваш отец хотел бы такого конца для своего сына? Сейчас он смотрит с небес, ждёт от вас свершений, мужайтесь, Демьян Гаврилович, — я присел на колено, как тому подобает по дворянскому этикету. — Вы не одни, только прикажите, и мы свяжемся с любым, кто готов помочь вам. Я и мои гридни последуют за вами, какую бы сторону вы ни выбрали.
Демьян отстранился от лекарши и встал передо мной с прямой спиной. Его губы поджались. Я не поднимал взгляда, пока тот не произнёс.
— А вы, барон? Таленбург мне понравился, ладно тут всё устроено: гридней много, магзвери кругом. Люди ваши сильны и опытны… Скажите, вы же как ведун насквозь каждого видите, опознаете убийц? — спросил он с надеждой.
— Да, Ваша Светлость, мне не составит труда обнаружить их с первого взгляда! Мой город чист от преступников — убийцам, насильникам, грабителям и прочей швали здесь ловить нечего.
— Встаньте, — попросил он и посмотрел на меня уже снизу вверх, так как был ниже ростом почти на голову. — Я прошу вас дать мне и Мелиссе убежище, папенька не знал, но мы любим друг друга. Теперь я за неё отвечаю, — он повернулся к рыжей девушке и тепло улыбнулся. — Вчера на вашем примере с Мариной Васильевной я понял, как важно оставаться собой и следовать своим принципам. Даже если они идут вразрез с мнением большинства. Для любви нет преград, мы поженимся и восстановим династию, да, радость моя?
Мелисса в шоке посмотрела сначала на меня, а потом на Демьяна. Наследник воодушевлённо приосанился и пообещал.
— А за ваши старания, Владимир, после того как беда минует мой дом, я готов даровать графский титул.