После бурной ночи с любимой, Кайн утром проснулся под бормотание телевизора. Наташа лежала, подложив под голову несколько подушек. В правой ладони она зажала пульт от телевизора, а её взгляд был направлен на экран, расположенный напротив.

Заметив, что парень зашевелился, она оторвалась от просмотра передачи и посмотрела на него.

— Привет, — улыбнулась она. — Я тебя разбудила? Прости. Просто я телек не смотрела пару месяцев, а ты спал. В твой ноутбук я лезть постеснялась, а в смартфон побоялась. Вдруг нарвусь на какую-то прослушку или что-то такое.

— Ничего страшного, — потянулся Кайн. — Интернетом пользоваться можно. Мои телефон и ноут чистые. Главное, в свои почтовые ящики, аккаунты и соцсети не заходить.

— Я завтрак приготовила, — продолжила девушка. — Ждала, когда ты проснёшься. Одной есть не хотелось.

— Наташенька, ты так похудела... — покачал он головой из стороны в сторону. — Не нужно меня ждать. Поела бы. Я бы позже позавтракал.

— С тобой интересней, — внимание девушки привлекло нечто на экране, и она устремила на него взгляд, после чего на пульте прибавила громкости.

На телеэкране показывали утренние новости. Энергичный диктор — мужчина средних лет в хорошем костюме, зачитывал текст:

— Секта так называемых «магов» была осуждена вчера вечером. Напомню для наших зрителей, что эта секта стала печально известна тем, что заманивала в свои ряды доверчивых граждан под предлогом обучения их «настоящему волшебству». При этом она маскировалась под философский клуб по интересам, а знания по «магии» подавались как лекции по современной философии. В итоге московский Басманный суд вынес постановление для всех высокопоставленных членов этого предприятия — они все получили условные сроки, а сразу после суда президент помиловал этих людей, заявив, что они сами являлись жертвами обмана.

— Это они сейчас о нас?! — Кайн понимал, что в новостях говорят про его маленький бывший бизнес, но не мог поверить своим ушам. — В смысле, всех вчера помиловали? Это какая-то ловушка? Уверен, что это ловушка.

— Помиловали? — в глазах Наташи отражался шок.

Им обоим пришлось замолчать, когда прервались кадры из здания суда и ведущий снова заговорил:

— Наталья Дьякова, которая ранее считалась одним из основных лидеров секты «магов», не дошла до суда. Вчера утром её освободили из-под следствия из-за отсутствия весомых доказательств её вины. Дмитрий Иванов, который ранее считался лидером и основателем секты, был признан невиновным. Было обнаружено, что некие злоумышленники воспользовались молодым человеком, инвалидом с синдромом дауна, чтобы под его именем создать прибыльный теневой бизнес. К сожалению, Дмитрия до этого ошибочно объявили в розыск. Президент лично в интервью нашей телекомпании принёс извинения Дмитрию.

Кадр сменился с офиса телестудии на роскошный президентский кабинет. В кадре крупным кадром демонстрировали солидного пожилого мужчину с короткими седыми волосами и военной выправкой — Василия Васильевича Жгутина, лидера страны.

— Добрый день, дорогие телезрители, — рублено начал он. — От лица страны я приношу извинения Дмитрию Иванову за допущенную ошибку. Обещаю, что подобного больше не повторится и все виновные обязательно понесут ответственность. В качестве компенсации за понесённые мучения гражданину Иванову выделена премия в размере ста миллионов рублей. Дмитрий, если вы это смотрите, обратитесь к любому представителю правоохранительных органов, и вы получите свои выплаты. Официально заверяю господина Иванова в том, что произошедшее с ним — досадная случайность и страна не имеет к нему никаких претензий.

В этот момент у Наташи дрогнул палец, и она случайно нажала на кнопку включения, которая так же отвечала и за выключение. В следующее мгновение экран телевизора погас, оставив в тишине шокированных парня и девушку.

— Ди-и-и-м... — Наташа первой протяжно нарушила гробовую тишину. — Это что сейчас было? Мне показалось, или президент лично перед тобой извинился и пообещал выплатить сто миллионов? Разве не столько нам был нужно для покупки фермы? Что вообще происходит? Я перестала что-либо понимать.

— Я сам пока плохо понимаю происходящее, но, кажется, начинаю догадываться, — вид у Кайна был глубоко задумчивым. — Помнишь про зомби в Ухте? Полагаю, эти твари жутко напугали правителя. Настолько напугали, что он готов пойти на всё ради спасения страны, но в первую очередь самого себя. Сделка с преступником вроде меня — пустяки, когда речь заходит о спасении от зомбиапокалипсиса. Даже если шансы на успех минимальные.

— Эм... — Наташа взъерошила волосы, которые после сна напоминали птичье гнездо. — Всё равно ничего не понимаю.

— Я перед отъездом из Белгорода отправил письмо в приёмную ФСБ, в котором подробно объяснил природу зомби и то, кто за их созданием стоит. Помнишь демона, которого мы призвали?

— Это невозможно забыть, — поморщилась девушка. — Кстати, меня о нём подробно допрашивали недавно. Неужели это он поднял тех зомби? Хотя... Он же тогда у нас на глазах оживил того дохлого голубя.

Вспомнив о голубе, который остался плавать в формалине и был изъят сотрудниками ФСБ в качестве вещдока, Кайн грустно вздохнул. Он так и не успел исследовать эту птицу, вернее, магию, которую использовали для её оживления. В птице должен был остаться небольшой заряд маны, которого хватило бы для того, чтобы непродолжительное время ею воспользоваться. Вот только парень этого делать не стал и не собирался, поскольку опасался того, что архибомж мог оставить в своей зомби-поделке закладку, через которую мог как-то повлиять на конкурента, то бишь, второе существо в этом мире, которому кое-что известно о настоящей магии — на него, Кайна.

— Дим, и что теперь делать? — продолжила Наташа. — Мы теперь, получается, свободны? Президент даже обещал тебе награду.

— Звучит заманчиво, но я соглашусь на это сделку лишь в крайнем случае.

— Почему? — с недоумением посмотрела на него спутница. — Это же сам президент! Он по телевизору пообещал тебе деньги и объявил о нашей свободе.

— Ну-ну... — ухмыльнулся Кайн и медленно покачал головой из стороны в сторону. — Тебе напомнить про все обещания политиков? Сколько из них было выполнено?

— Не, ну если так подумать, то да, в столь щедрое предложение сложно поверить, — нахмурилась она. — Думаешь, это ловушка, чтобы поймать тебя?

— Это вряд ли, — снова Кайн покачал головой из стороны в сторону. — Скорее, правительство находится в отчаянном положении. Им срочно нужен консультант, который хоть что-то соображает в настоящей магии. Если не останется иного выбора, мне придётся присоединиться к этим людям. Пока же для нас есть хорошие новости — мы больше не в розыске. А это значит, что нам больше не нужно скрываться. Плохие новости в том, что у нас нет документов и почти закончились деньги. Сегодня нам негде будет переночевать.

— Может, тогда тебе стоит согласиться на предложение президента? — прикусила губу Наташа. — Всё же сто миллионов — большая сумма.

— Нас за эти деньги заставят пахать, словно рабов на плантациях, — закатил глаза Кайн. — К тому же, присмотр за мной будет настолько плотным, что нам сложно будет сбежать в другой мир, как я собирался сделать изначально. Так что нужно хорошенько подумать о том, стоит ли на это соглашаться.

Вечно находиться в этой квартире они не могли. Аренда заканчивалась в полдень. К этому моменту никакого решения у Кайна не созрело. Он уже начал склоняться к тому, чтобы сдаться и пойти получать свои сто миллионов, к которым прилагался неподъёмный груз работы на благо политической верхушки — спасение их задниц от архидемона. Он даже начал находить в этом плюсы, но и минусы не игнорировал.

Ему наверняка предоставят самые лучшие ресурсы, людей, учёных, программистов, суперкомпьютер, тысячи животных для жертвоприношений и тому подобное. И всё это будут ему давать ровно до тех пор, пока будут уверены в успехе его действий или же пока это не принесёт положительный результат. Потом уже с ним могут сделать многое, в том числе и устранить как опасное существо, сравнимое с тем же архидемоном. Он пятой точкой чуял, что чтобы он ни сделал, в итоге его решат устранить. То есть, если он сейчас согласится на условия правителя, то станет его временной марионеткой с царскими условиями финансирования. Если не согласится, то вряд ли его оставят в покое, ибо власть имущим важна безопасность собственных шкур, которую он может им предоставить благодаря своим знаниям.

В полдень Кайн сдал квартиру арендодателю, после чего они с Наташей вышли на улицу. Когда они приближались к станции метро, Кайн замер и придержал спутницу. Несколько прохожих вдалеке показались ему подозрительными. У них была бледная кожа и затуманенный взгляд, словно у любителей дурмана под кайфом. Ещё они шли шатающейся походкой.

— Стой. Видишь их?

— Что? — опешила девушка и посмотрела в указанном направлении. При виде странных прохожих у неё на лице отобразился испуг. — Зомби?

— Похоже на то, — слегка кивнул Кайн. — Эта магическая зараза добралась до столицы. Больше тут находиться небезопасно. Нужно отсюда срочно бежать.

Он потянул девушку за собой прочь от станции метрополитена. Она ускорила шаг, поскольку сама не желала подвергнуться нападению зомби.

Не успели эти двое отойти и на десять метров, как позади раздались испуганные и возмущённые крики прохожих.

— А-а-а-а! Не кусай меня, псих! — вопила какая-то дамочка, которую за грудь укусил толстячок с мутным взглядом в потрёпанном деловом костюме. В силу того, что у женщины было открытое декольте, одежда не защитила её от укуса. А вот ходила бы она в бронежилете... Ну или хотя бы в плотном пиджаке, то зомби мог бы сразу ткань не прокусить.

— Не-е-е-е-е-т!!! — громче неё фальцетом завизжал напуганный бугай, который до этого казался монументальным воплощением греческих статуй качков. — Отста-а-а-а-а-нь!!!

Уж от кого такого визга не ожидаешь, так это от силача. Но стоило узреть, что с ним происходило, как приходило понимание того, что на его месте так же вопил бы любой мужчина. Его укусила зомби, что примечательно, женского пола. На ней был густой слой яркой косметики, а откровенное одеяние намекало на принадлежность к профессии, которая хоть и считается древнейшей, но уважения в обществе не вызывает. И это не сантехник! По всей видимости, в силу прежних профессиональных привычек, зомби-дамочка укусила качка за то самое сокровенное место в районе паха, которое не захотел бы подвергать подобному воздействию ни один нормальный мужчина. Часть этого самого бывшая шлёндра даже откусила и проглотила.

— Какие интересные предпочтения у этих зомбей, — замер на месте Кайн, обернувшись к месту, на котором пятеро заражённых начали кусать всех подряд.

— Дима, бежим, — подёргала его за рукав ветровки Наташа. — Они и нас могут покусать.

— Не стоит бежать, — остался стоять парень. Он лишь шарил глазами в поисках того, что можно использовать в качестве оружия. Заметив панику на лице спутницы, он решил объяснить свою позицию. — Пойми, если мы побежим, то сможем стать лёгкими мишенями. Неизвестно, какие у этих зомби реакции. Может быть, они начнут преследовать именно тех, кто убегает? К тому же, их всего пятеро... Пока... Тут...

Взор Кайна замер на скамейке, на которой хулиганы выкрутили болты с одной из досок. Доска лежала на своём месте на честном слове. Парень тут же рванул к скамейке и вооружился жёлтой рейкой.

— Менее удобно, чем специальная дубина, но сойдёт, — решил он. — Наташ, держись позади меня. Найди что-нибудь увесистое, чтобы в случае чего отбиваться от зомби.

— Дим, но народ разбегается, — обратила она его внимание на людей, которые в панике разбегались от «сумасшедших», которые бросались на прохожих, чтобы их покусать.

Стоит заметить, что после одного смачного укуса, зомби теряли интерес к жертве и начинали искать кого-то другого, кого ещё не успели покусать. Но это происходило лишь после того, как была прокушена кожа и плоть. Когда же жертве удавалось прикрыться сумочкой, намотать на руку куртку и использовать её в качестве защиты, словно при сражении с собакой, или каким-то иным способом избежать болезненного укуса, то зомби продолжал атаковать до тех пор, пока не добирался до цели и не метил жертву своими зубами. Было очевидно, что целью заражённых являлось не убийство окружающих, а заражение всех людей. На диких собак, которые тусили неподалёку и с опаской косились на шумных людишек, ни один из зомби не посмотрел.

Кайн не хотел своей спутнице озвучивать реальную причину, по которой он решил тут задержаться. Он за короткое время оценил боевой потенциал зомби. С его боевым опытом это было несложно. И вердикт был подобен приговору для этих безумцев. Они не отличались по силам от обычных людей. Наоборот, были даже несколько неуклюжей обывателей. Единственное, что дарило им преимущество — небывалый напор и настойчивость, плюс слабая восприимчивость к боли. При этом боль они чувствовали, что отражалось на их лицах болезненными гримасами. Травмы приносили им те же неудобства, что и обычным людям. Какой-то бешеной регенерации и сверхспособностей у них не наблюдалось. А это всё в совокупности означало, что для него они не опасней обычных людей.

Недавно ему довелось в сражении раскидать спецназовцев — лучших из лучших бойцов, которых обучали сражаться и убивать. А тут обычные увальни, пусть и чрезмерно целеустремлённые. При этом у него наблюдалась явная нехватка маны, которую можно получить от близкой гибели живых существ. Зомбей же ему совершенно не жалко. Они уже потеряли рассудок и лишились человечности. Это когда-то они были обычными людьми со своими эмоциями, переживаниями, работой и личной жизнью. Теперь же это монстры, цель которых — уничтожение человечества. И хоть в этом нет их вины, но самое эффективное, что можно сделать для спасения людей — убить этих тварей, да так, чтобы наверняка и с гарантией.

Проблема окружающих заключалась в том, что все они мыслили привычными законопослушными шаблонами. Убийство для простых граждан было одним из самых больших табу, за которым следовало не причинение физического вреда. Поэтому нормального отпора «кусакам» так никто и не дал. Ну и те, кто должен был разрулить ситуацию, тоже сплоховали. Верхушка до последнего умалчивала о возможности появления зомби на улицах российских городов. Если бы люди были морально подготовлены к этому, то жертв было бы в разы меньше.

В общем, Кайн видел в «кусаках» не источник опасности, а батарейки на ножках, которые способны снабдить его дефицитной на Земле маной. В ней он очень остро нуждался. Чем больше у него будет маны, тем быстрее он сумеет вернуть свои магические способности.

Вот только как это объяснить Наташе, которая ещё не смыла с себя налёт цивилизованности? Она, как и многие девушки, может не до конца осознавать уровень угрозы и принимать необходимость жёстких мер.

— Стой тут, я разберусь с этими тварями, пока они нас не покусали...

Пока Наташа собиралась остановить своего парня, тот шустро сорвался с места. Он подлетел к одному из зомбей — к той самой бывшей жрице любви, которая пыталась откусить мужское достоинство у бледного студента. Последнего пока ещё спасал тубус с чертежами, которым он пытался отбиться. Зомби-шлёндра пыталась прогрызть путь к чижику паренька через тубус, и у неё это получалось. От некогда надежного футляра для чертежей осталась в лучшем случае половина.

В следующее мгновение жёлтый дрын с огромной скоростью и силой обрушился на затылок кусаки. Её голова треснула, словно праздничная пиньята, вот только из неё вместо конфет брызнуло серым веществом. После чего зомби прилегла навечно отдохнуть.

Об её гибели Кайну сообщили ощущения того, что заклинание гипноза перезагрузилось. Вместе с этим он почувствовал, как вторые чары начали щекотать его изнутри. Это было непривычно и неприятно, но вместе с этим дарило удовольствие и надежду на лучшее будущее. Ведь это означало, что его задумка оказалась рабочей — заклинание для «массажа» духовных корней работало, как и было задумано. Ему лишь требовалось накопить определённый уровень маны. Гибели зомби хватило на несколько «сеансов массажа», и это помимо подзарядки гипноза.

— Ллос вам в постель! А вас выгодно убивать, — он кинул на труп зомби-шлёндры оценивающий взор, как если бы был игроком в виртуальной игре, который убил ценного моба. — За зомби дают больше маны, чем за кур...

Студент окинул его опасливым взглядом, после чего на ватных ногах побежал прочь от станции метро, даже не поблагодарив спасителя. И хотя ноги у него подкашивались, а дышал он, словно паровоз на подъёме, он продолжал шустро убегать.

— Цыпа-цыпа, — обернулся Кайн к оставшимся четырём зомби. — А ну-ка идите к папочке! У меня для вас подготовлена особая программа...