Кайн с нетерпением ожидал информации от начальника СИЗО. И она поступила ему через пять долгих часов в виде всего одного сообщения в мессенджере:

«Встречайте завтра в восемь утра»

Завуалированность этого текста была на высоте, конечно же, если рассуждать об этом с сарказмом. Кайн напрягся. Он надеялся на то, что переписка этого человека не находится под пристальным контролем сотрудников спецслужб.

«Хорошо ещё не в Максимке написал, — подумал он. — Уверен, что там информация сразу подвергается обработке искусственным интеллектом и отсылается куда надо».

По поводу паспорта ему ничего не сказали, а это означало, что толстяк не обнаружил подделку. Да и как её обнаружить, если он до этого с паспортами зарубежных стран дел не имел? А показывать этот документ он никому не мог. Он даже жену собирался бросить, ведь на кону стояли сто миллионов долларов. По крайней мере, он так думал. А на такие деньги он себе сотни новых жён купит моложе, красивей и покладистей, которые не будут устраивать ему скандалов, чтобы не лишиться финансирования.

Следующего дня Кайн ожидал с нетерпением. Но он не сидел сложа руки, а активно готовился к побегу Наташи. Всё должно выглядеть естественно. Никаких подозрительных действий после того, как её выпустят из СИЗО. При этом им следует быстро удалиться оттуда как можно дальше.

Он разработал несколько путей отхода, по которым прошёлся и проехался. Затем на следующие пару суток арендовал две квартиры в разных концах города. В зависимости от обстоятельств, он собирался отступать по одному из маршрутов. И если в одну квартиру будет проблематично попасть, он собирался поехать в другую.

На все эти действия ушёл весь остаток дня. Он вернулся в квартиру возле СИЗО поздно вечером. Метки показывали, что автомобиль начальника СИЗО припаркован возле его дома, что несколько успокоило Кайна.

Ночь прошла в беспокойном сне. Парень несколько раз просыпался, после чего с трудом засыпал от волнения. И вот в семь утра он начал действовать. Возле метро он договорился с частником, который на своём автомобили подрабатывал в качестве таксиста. Арендовав машину на пару часов, Кайн с грустью попращался с предпоследними деньгами. После всех щедрых трат его сбережения почти показали дно. То, что он зарабатывал на протяжении последних пары месяцев, неожиданно быстро закончилось. У него осталась всего пара тысяч — копейки по сравнению с тем, что требовалось для хорошей жизни и побега. Но кто будет считать деньги, когда в любой момент эпидемия магического зомби-вируса может захлестнуть страну, а потом и весь мир?

Такси подъехало к СИЗО и припарковалось неподалёку на противоположной стороне дороги, поскольку на другой стороне остановка была запрещена. Серая корейская машинка не выделялась на фоне других автомобилей, поэтому на неё никто не обращал внимания.

Когда до восьми утра оставалось пять минут, калитка СИЗО распахнулась и выпустила наружу удивлённую девушку. Кайн узнал её с первого взгляда несмотря на то, что за последнее время она изменилась, причём не в лучшую сторону. Её кожа стала бледней, она сильно похудела, хотя и до этого не имела склонности к полноте. Но главное заключалось в глазах, которые до этого сияли юношеским восторгом. В них поселилась затаённая печаль вперемешку с болью и грустью. Волосы не расчёсаны и напоминали воронье гнездо. Одежда мятая и далека от идеалов чистоты. На ней был тот же наряд, в котором её задержали — некогда красивое чёрное платье, в котором на майской утренней прохладе ей явно было холодно.

— Наташа, — опустив заднее окно, помахал ей Кайн.

Девушка сразу же дёрнулась, услышав своё имя. Она посмотрела через дорогу, после чего от узнавания у неё широко распахнулись глаза.

— Дима?! — в изумлении прошептала она.

В следующее мгновение девушка, будто завороженная, шагнула на дорогу. Наплевав на автомобили, она подобно зомби двигалась по направлению к припаркованной на обочине машине. Кайн подвинулся и открыл ей дверь, в которой предварительно закрыл окно, чтобы не выпускать из салона тепло.

Наташа дошла до такси и села на заднее сиденье за водителем. В её взгляде, устремлённом на Кайна, царило неверие с нотками восторга.

— Дима! — счастливо улыбнулась она, но в её улыбке затаились грустные нотки.

— Едем-едем-едем, — поторопил парень водителя, который молча тронулся в путь на оговоренный адрес.

— Как ты? — начала было Наташа, но заполучила от парня многозначительный взгляд.

Кайн приложил указательный палец к губам и стрельнул зрачками в водителя. После чего он сказал ей:

— Наташ, потом поговорим. Не будем отвлекать человека от управления автомобилем. Скажу лишь одно — я очень рад тебя видеть.

— Я тоже, — стала её улыбка ещё счастливей.

От её внимания не укрылось, как Кайн принялся оглядываться по сторонам и посматривал в зеркала заднего вида, для чего ему приходилось сильно наклоняться. Девушка тут же насторожилась, заподозрив, что её освобождение прошло не совсем законным образом. Но в то же время она пребывала в недоумении, ведь её попросту выпустили на свободу, хотя по идее не должны были этого делать. Это было странно и наводило на разные мысли. Но она старалась отбросить их, как и забыть о голоде из-за пропущенного тюремного завтрака. Ответы она надеялась вскоре получить, когда останется с парнем наедине.

— А ты изменился, — всё же не удержалась она от рвущихся из груди слов. — Сменил образ. Я тебя в очках и с короткой стрижкой даже не сразу узнала.

— Пришлось сменить стиль, — подмигнул он спутнице, после чего взял её за ладошку. Та была прохладной. — Замёрзла?

— Не особо, — качнула она головой из стороны в сторону. — Хотя есть немного.

— Надень мою ветровку, — он тут же стянул с себя кофту от спортивного костюма и протянул её девушке.

Та тепло улыбнулась ему в ответ и без промедления натянула на себя курточку. В уголках её глаз появились крошечные слезинки, которые она смахнула и проморгалась, шмыгая носом.

— Это было так ужасно, Дим... — не сдержалась она. — Мне было страшно.

— Всё позади, — хотя его тон звучал уверено, но он не верил в свои слова. Они были сказаны лишь для успокоения. Он чуть крепче сжал её ладошку. Не говорить же, что это лишь начало глобальной катастрофы, от которой им предстоит сбежать? По крайней мере, не сейчас и не при свидетеле. — Я снова с тобой.

— Я кушать хочу, — шмыгнула она носом.

— Потерпи немного, любимая, я тебя скоро накормлю, — снова сжал её ладошку Кайн.

Всё это время водитель молча управлял автомобилем, стараясь не обращать внимания на пассажиров и их разговоры. Но ему было сложно их игнорировать. Его мысли возвращались к тому, откуда вышла девушка. Он был местным жителем, поэтому ему было прекрасно известно, какое заведение скрывается за колючей проволокой. А это означало, что девушку выпустили на свободу из СИЗО. Это наводило его на мысли о том, что она преступница. А значит, её парень тоже может быть преступником, например, грабителем. И это его напрягало, заставляя ожидать от пассажиров внезапного нападения. О неоплате он не думал, поскольку молодой человек заранее внёс деньги за поездку.

В определённый момент Кайн попросил водителя остановиться, после чего парень быстро покинул салон и поторопил Наташу. Та с подозрением начала оглядываться по сторонам.

— Не крути головой, — Кайн потянул спутницу в ближайший супермаркет и подвёл к женскому туалету.

— Зачем мы сюда пришли? — во взгляде Наташи поселились нотки лукавства. — Неужели ты по мне настолько сильно соскучился? Может быть, сделаем это в квартире, а не в общественном туалете?

— Не говори глупостей, — Кайн закатил глаза к потолку. — Женщины... Вы только об одном и думаете. Держи...

Он скинул со спины рюкзак и расстегнул его, демонстрируя спутнице содержимое. Там хранилась запасная одежда. — Иди, переоденься. В этом платье ты слишком заметна.

— Ах, это всё для того, чтобы я переоделась... — в голосе девушки послышались нотки сожаления, но она безропотно приняла рюкзак и скрылась в туалете.

Наташа вышла из уборной минут через пять. Внешне она преобразилась. На ней был бесформенный спортивный костюм, который скрадывал её великолепную фигуру. На голове надета бейсболка, а лицо прикрывали большие солцезащитные очки. Кайн забрал у неё рюкзак, из которого достал свою спортивную кофту и футляр, из которого достал очки и надел их, прикрывая лицо.

— Дим, что происходит? — Наташа ещё больше стала подозревать, что с её освобождением что-то нечисто.

— Хм... — он оглянулся по сторонам. Не обнаружив рядом свидетелей, парень продолжил: — Я организовал тебе побег из тюрьмы. Наверняка вскоре нас будут искать по всей Москве и полиция, и спецслужбы. Поэтому нам нужно срочно валить отсюда. Ну и... — он запнулся и на мгновение замолчал, после чего продолжил: — Есть ещё кое-что, но об этом позже.

— Ты серьёзно? — собеседница широко распахнула глаза. В её взгляде смешались восторг и восхищение своим парнем, к которым примешивалось нотки страха. Её сердце отплясывало в груди бешеную сальцу, а в висках застучали молоточки. — Ты освободил меня, устроив побег? Но как? Почему тогда меня выпустили надзиратели, словно отпускали на волю?

— Это долго объяснять, но я постараюсь, — Кайн потянул её за руку на выход, потом по направлению к киоску с шаурмой. — У нас мало времени, но его должно хватить на то, чтобы накормить тебя. Сначала закажу шаурму, потом продолжу...

Так и вышло. Он сначала заказал две шаурмы, после чего они с девушкой отошли в сторону и в ожидании заказа парень продолжил:

— Я с помощью чар загипнотизировал начальника СИЗО. Но это заклинание перезаряжается пару месяцев или с помощью жертвоприношений, поэтому сейчас оно бесполезно. Этот мужик подделал документы о твоём освобождении. Потом он отдал приказ отпустить тебя. При этом ты должна знать — сотрудники эфэсбэ устроили на меня ловушку, в которой ты выступаешь в качестве приманки. Поэтому я и сказал, что у нас мало времени. Да и начальника СИЗО должны быстро разоблачить.

— Ты поэтому так долго меня вызволял? — Наташа смотрела на парня как на героя. — Потому что готовил это заклинание?

— Не только поэтому, — он с расстроенным видом покачал головой из стороны в сторону. — Мне сначала самому нужно было освободиться...

Он постарался в сжатом виде, но без утайки поведать о том, что с ним случилось за время разлуки. В своём рассказе он не упоминал лишь о зомби. Но даже без них уложиться в пять минут, пока готовилась шаурма, оказалось невозможно. Но вскоре они с едой в руках начали идти прочь от людного места, и Кайн продолжал повествование. Наташа его слушала с широко распахнутым ртом, иногда она даже забывала о еде и своём голоде.

— Знаешь, — с грустью вздохнула она, когда шаурма была доедена, — я думала, что мне нелегко пришлось. Но и ты жил не на шоколадной фабрике. Я знала, вернее, я была уверена в том, что ты меня освободишь, но... — она тяжело вздохнула. — Но всему есть предел.

Наташа в этот момент выглядела усталой, будто женщина за сорок лет, на которой висел груз ипотеки, воспитание троих детей и забота о пожилых родственников, и всё это на зарплату продавщицы Семёрочки. Она продолжила:

— В какой-то момент меня накрыла жуткая тюремная атмосфера. Признаюсь честно, в тот момент я сдалась. Я устала верить в счастливый исход и была уверена в том, что надолго поеду в тюрьму. Я даже подумывала о том, чтобы роскомнадзорнуться, но что-то меня останавливало от этого шага. Теперь я рада, что не решилась на это. Я очень рада тому, что ты меня освободил, но что дальше? Дим, ведь я правильно поняла, ты потратил на операцию по моему освобождению все деньги? Зачем? Ты бы один мог наверняка сбежать за границу. Бросил бы меня. Теперь мы обречены. Нас найдут, и теперь уже обоих посадят в тюрьму.

— Во-первых, я тебя люблю, — начало его ответа заставило девушку на мгновение застыть с глупой и мечтательной улыбкой. — Поэтому я не мог без тебя сбежать, хотя физически мог это сделать не раз. Во-вторых, ты не знаешь главного — бежать за границу бессмысленно. И это не из-за «фейсов».

— Не из-за них? — удивилась Наташа. — Тогда почему же?

— Помнишь архидемона-бомжа, которого мы призвали в Волгограде?

— Такое сложно забыть, — на лицо Наташи выползла насмешливая ухмылка. — Надо же было так проколоться: хотели призвать кого-то могущественного, а явился какой-то бомж.

— Милая, тебя не должен вводить в заблуждение его внешний вид, — стал полностью серьёзным Кайн. — Несмотря на безобидную внешность, это могущественный демон. И недавно он устроил в своей Ухте, можно сказать, тест-драйв по натравливанию на людей зомби. Этакое тестирование зомбиапокалипсиса в миниатюре. Зная демоническую натуру, я уверен в том, что это была всего лишь проверка. Вскоре этот монстр устроит глобальный писец всему живому на этой планете. Поэтому у нас единственный шанс выжить — свалить из этого мира раньше, чем нас втянет во всё это дерьмо.

— В смысле апокалипсис?! — в ужасе широко распахнула глаза Наташа. — А как же мои родители? Мой брат? Племянники? Они тоже погибнут?

— К сожалению, шансы на это высоки, — развёл руками в стороны Кайн, которого жизни родных его девушки не волновали, как не беспокоили бы они любого другого дроу.

У тёмных эльфов попросту отсутствуют такие социальные роли, которые присущи людям. В силу особенностей воспитания у дроу родных не признают. В лучшем случае могут быть друзья детства. И эта дружба тянется из самого раннего возраста. Но это такая редкость, что сам Кайн такого чувства избежал.

Вернее, когда-то давно в юношестве у него был лучший друг. Они с ним были не разлей вода. Но его друг был слишком задиристым, что его и погубило — он погиб в молодом возрасте на очередной дуэли. После этого никаких других друзей у Кайна не было.

— Дим, — твёрдо посмотрела на него Наташа, — ты же сможешь спасти моих родных? Пожалуйста! Я знаю, что ты можешь.

— Эх... — тяжело вздохнул он, чувствуя, как начинает ломить в висках. — Ты же понимаешь, что я пока не в силах даже нас с тобой спасти? Нам бы сначала уйти от преследования властей.

— Дима, я знаю, что у тебя получится, — уверенно продолжила девушка, цепляясь за его локоть. — Ты же у меня такой сильный. Такой умный. Ты самый крутой волшебник в этом мире!

— Хорошо, я подумаю над этим... — он знал, что это станет его огромной головной болью, но всё же дал обещание.

***

Тем временем начальник СИЗО времени зря не терял. Поскольку он не сумел так быстро оформить отпуск, да и сбежать из страны хотел поскорее, то он притворился больным и сказал своему заместителю, что едет в больницу брать больничный. Сам же тем временем на своём подбитом БМВ рванул в аэропорт Домодедово.

Он всё рассчитал таким образом, чтобы свалить из страны как можно раньше. Купил горячий тур в Шарм Эль Шейх. Его самолёт должен был вылететь в двенадцать часов дня.

Он решил сразу валить за границу по полученным от «Китайчика» документам, поскольку считал, что так его будет сложнее найти. Поэтому билет через сайт покупал на имя Джима Хендрикса, которое было указано в паспорте.

В аэропорт он прибыл заранее — за пару часов до отлёта самолёта. Если бы не пробки, он бы приехал на пару часов раньше. Но это столица, а он выбрал поездку на автомобиле в утренний час-пик.

В аэропорту он старался подавить волнение, от которого его колени пытались пуститься в пляс. И это ему удалось, по крайней мере, он прошёл через контроль и добрался до стойки регистрации. Отстояв очередь, он протянул европейский паспорт симпатичной девушке. У той при виде паспорта ничего не дрогнуло. Она спокойно, всё с той же профессиональной улыбкой, забила данные в компьютер и распечатала посадочный талон.

Принимая билет и паспорт, мужчина обливался потом. Внутри он вопил от восторга из-за того, что прокатило. Он с облегчением выдохнул по пути к предпосадочной проверке.

Пройдя через рамку металлоискателя, он протянул паспорт с посадочным талоном женщине в таможенной форме. Она со спокойным лицом посмотрела на разворот документа, прищурилась, после чего начала разглядывать лицо пассажира. Затем она снова начала разглядывать паспорт.

Мужчина начал переживать, поскольку процедура проверки явно затягивалась. Он переминался с носков на пятки.

В следующее мгновение женщина из таможенной службы подала едва уловимый знак рукой стоящим неподалёку полицейским. Двое стражей порядка в тот же миг сорвались со своих мест и оказались рядом с опешившим начальником СИЗО.

— Что случилось, Маш? — спросил один из сотрудников полиции.

— Фальшивый заграничный паспорт, — процедила она, выпустив на свободу накопившееся напряжение.

— Поняли, — кивнул тот же страж порядка. — Мужчина, пройдёмте с нами. Расскажите, откуда у вас фальшивые документы и почему вы по ним пытались покинуть страну?

Сердце толстяка пропустило удар. Его лицо стало бледнее мела. У него в голове пронеслась мысль:

«Подстава! Чёрт побери — Китайчик меня подставил! Выдал фальшивку паршивого качества. Он специально слил меня коллегам, чтобы не платить сто лямов бачинских. Скотина! Ворюга! Я ведь знал, что бандитам нельзя доверять. Они свою мать родную могут легко продать, а уж о легавом якобы союзнике и говорить нечего».

— Вы чо, угораете? Какое задержание? — завопил начальник СИЗО. — Вы хоть знаете, кто я такой? Да я высокопоставленный сотрудник полиции! Я просто вас проверял. Молодцы, отлично сработано. А теперь посмотрите во внутреннем кармане пиджака моё служебное удостоверение.

— Значит, ты ещё и оборотень в погонах? — полицейские лишь усилили хватку и не повелись на его крики. — Хороший улов. Премию получим...