Утро началось с разочарования. Я как раз заканчивала собирать сумку для ритуала, когда прилетела записка от Лили — маленький бумажный журавлик материализовался прямо у меня на плече.

«Кайла, дорогая, прости меня! У бабушки снова случился приступ и мы с родителями срочно отправляемся к ней. Я знаю, что обещала быть рядом сегодня, но… В общем, я в тебя верю! Ты справишься.

P.S. Арчи велел передать, что «не все то, что кажется неудачей, ею является». И еще добавил что-то загадочное про «интересный день». Вечно он говорит загадками!»

Журавлик рассыпался серебристыми искрами, оставив после себя легкий запах жасмина — любимые духи Лили. Я вздохнула. Конечно, я понимала, что благополучие престарелой родственницы гораздо важнее какого-то там ритуала. Но часть меня отчаянно хотела, чтобы подруга была рядом.

— Кайла! Завтрак стынет! — раздался снизу голос отца.

В кухне пахло яичницей с травами и… горелым тостом? Отец стоял у плиты, отчаянно отскребая от сковороды то, что когда-то было хлебом.

— Прости, — виновато улыбнулся он. — Хотел порадовать тебя завтраком, но, кажется, немного увлекся чтением «Современного Бытового Мага». Представляешь, они наконец-то опубликовали мою статью о самоочищающихся половых тряпках!

— Пап, — я не смогла сдержать улыбку. — Только ты можешь так радоваться статье про половые тряпки.

— Эй, ты недооцениваешь бытовую магию! — он шутливо погрозил мне лопаткой. — Между прочим, когда я только начинал…

— Томас, — мама появилась в дверях как раз вовремя, чтобы спасти меня от очередной истории о великих свершениях в области домашней магии. — Надеюсь, ты не собираешься весь завтрак рассказывать о тряпках и метлах? У Кайлы сегодня важный день.

— Я знаю, дорогая, — отец подмигнул мне. — Именно поэтому я и хотел рассказать ей…

— Даже не начинай, — мама решительно отобрала у него лопатку. — Кайла, ты повторила все заклинания?

— Да, мам.

— Руны проверила?

— Да.

— Свечи новые купила? Не те дешевые из лавки Маргарет?

— Нет, мам. Самые лучшие, из магазина мадам Эвелин.

Она кивнула, по выражению лица было понятно, что это далеко не полный список предметов, требующих проверки.

Отец поторопился вмешаться.

— Лили придет поддержать тебя? — спросил он.

Я покачала головой.

— Нет. У нее бабушка снова приболела, ей пришлось срочно уехать.

На секунду между бровей отца залегла складка, но он тут же улыбнулся и обнял меня за плечи.

— Ну ничего страшного, ты справишься! Ты ведь дочь семьи Мортимер.

Мама поджала губы, но промолчала. Почему-то от этого молчания стало еще тревожнее.

Завтрак прошел в странной атмосфере. Мама то и дело бросала на меня обеспокоенные взгляды, отец пытался разрядить обстановку историями из своей практики, а я… я просто пыталась заставить себя съесть хоть что-нибудь.

— Ну что ж, — наконец произнесла мама, поднимаясь из-за стола. — Пора.

Я кивнула, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. Почему-то именно сейчас, когда до ритуала остались считанные часы, все мои страхи и сомнения навалились с новой силой.

— Кайла, — отец догнал меня уже в прихожей.

— Да, пап.

Он ободряюще улыбнулся.

— Послушай, ты никому ничего не должна доказывать. Ты наша дочь и мы гордимся тобой. Сила элементаля — это не главное, — продолжил он. — Главное — слушать свое сердце и находить силы внутри себя, а не во вне. Помнишь, как я случайно «оживил» метлу? Она разнесла мне половину лаборатории, но этот случай научил меня всегда оставаться спокойным, даже когда что-то идёт не по плану.

Я прыснула от смеха, вспоминая ту историю.

— Томас! — донёсся из кухни возмущенный голос мамы. — Не сбивай ребёнка с толку!

***

Коридор, ведущий к ритуальному залу Академии, встретил меня гробовой тишиной. В этот час здесь обычно толпились студенты, но сегодня, казалось, все сговорились избегать этого места. Может быть, не хотели стать свидетелями очередного провала Кайлы Мортимер? Или опасались быть подпаленными или промокшими, если ритуал, как обычно, пойдет не по плану?

Я достала мел и начала чертить круг призыва. Руны ложились на каменный пол ровно и чётко — по крайней мере, в этом я была уверена. Часы практики с Лили и Арчи не прошли даром. При мысли о подруге снова кольнуло разочарование. Сейчас бы очень пригодился даже саркастический комментарий Арчибальда…

Появление Селены окончательно выбило меня из колеи, но я все же была решительно настроена закончить ритуал. Раненый палец саднил и пульсировал, но я отмахнулась от неприятных ощущений.

Шагнув в круг призыва, я еще раз тщательно сверила руны со своими записями. Уже тогда я заметила нечто странное: начерченные мелом знаки слегка светились, а пламя свечей неестественно склонялось к центру круга, будто стремясь дотянуться до меня. Я опять же списала все на свою нервозность и гулявшие по залу сквозняки.

Воздух стал тяжелым как перед грозой, в углах зала начали собираться тени, пламя свечей наконец выправилось, но вместе с тем стало ярче и выше. Оно издавало тихий, неестественный гул, напоминавший древние гимны, которые я точно не заказывала в комплекте с этим ритуалом.

Где-то на краю сознания билась мысль: «Это вообще не похоже на обычный призыв элементаля.»

Я быстро тряхнула головой, пытаясь вернуть себе сосредоточенность. «Не сейчас, Кайла. Ты не можешь снова облажаться.» Наверняка Селена сейчас стоит за дверью, с нетерпением ожидая, когда я допущу ошибку. Ее ядовитую улыбочку я переживу, а вот сочувственное 'ну ты же старалась' — никогда.

Мои руки дрожали, но я продолжала. «В конце концов, это просто ритуал. Я провела таких не меньше десятка. Что может пойти не так? Ну, кроме всего.»

Слова заклинания легко слетали с моих губ, эхом разносясь по залу. Гул пламени усилился, и мне казалось, что свечи живут собственной жизнью, старательно вплетая пение в древний текст, произносимый мною.

«Отлично, свечи. Пойте, пока я здесь магичу. Не зря же я заплатила за вас целую месячную стипендию.»

Я почувствовала, как что-то теплое стекает по пальцу — ранка снова открылась. Капля крови упала на одну из рун, и та вспыхнула багровым светом. А затем, как по цепочке, начали загораться остальные руны, одна за другой, пока весь круг не засиял зловещим красноватым светом.

Порыв ледяного ветра загасил все свечи разом. Вместе с тем стих и непонятный гул, так беспокоивший меня. Но теперь, оказавшись в абсолютной тишине и мраке, освещенном лишь пылающими рунами, я, кажется, была бы рада даже ему. Мелькнула запоздалая мысль о том, что, возможно, стоило всё-таки обратить внимание на дурные предзнаменования и прервать ритуал, но слова сами рвались с моих губ, словно кто-то или что-то заставляло меня продолжать.

А потом появился он.

Когда тьма начала обретать форму, я не сразу поняла, что вижу. Но это определенно не было похоже на изящный силуэт воздушного элементаля. Сначала в свете портала проступили лишь смутные очертания, но постепенно они становились всё более выразительными, и от открывшегося зрелища у меня перехватило дыхание.

Передо мной возвышалась фигура не меньше двух метров ростом. Демон — а это определённо был демон — обладал пугающей, завораживающей красотой. Его кожа напоминала полурованную бронзу, мерцающую в тусклом свете, будто под ней текла лава. Идеально очерченные мускулы покрывала сеть древних рун, которые двигались, как живые змеи, при каждом его вздохе.

Из его чернильно-черных волос, спадающих тяжелыми волнами до плеч, поднимались два элегантных рога цвета темного обсидиана. Они изгибались назад и вверх, образуя почти идеальную корону. На его точеном лице — которое можно было бы назвать безупречно красивым, если бы не его хищная, неземная природа — выделялись глаза, светящиеся как расплавленное золото. В их глубине плясали искры, напоминающие отблески адского пламени.

За его плечами струился плащ, настолько черный, что, казалось, поглощал свет. Его края колыхались подобно живым теням, в зале больше не ощущалось ни малейшего ветерка. Массивные цепи опоясывали его шею и запястья, словно причудливые украшения. Но я видела, что это не декор — древние руны на металле пульсировали силой, явно сдерживая что-то гораздо более опасное, чем то, что я могла видеть. Цепи звенели при каждом его движении, и этот звук наполнял мое сердце примитивным страхом.

А его улыбка… О боги, эта улыбка! Она была одновременно обворожительной и пугающей, как лезвие, покрытое медом. Идеально ровные белые зубы казались чуть острее человеческих, а уголки губ изгибались с какой-то первобытной грацией хищника, загнавшего добычу в угол.

Тени вокруг него двигались неестественно, словно живые существа, то сгущаясь, то растворяясь в воздухе. Его присутствие наполняло зал тягостной энергией. Воздух потрескивал от силы, и я чувствовала, как волосы на затылке встают дыбом.

Он медленно осмотрел зал, и его взгляд наконец остановился на мне. В этот момент я поняла, что значит быть действительно напуганной. Потому что в его глазах читался острый, проницательный ум и сила, способная разрушить миры. А еще почему-то — искреннее любопытство.

— Кто ты такая? — прорычал он низким, гулким голосом, от которого завибрировал воздух и задрожали стены.

Я должна была бежать. Кричать. Звать на помощь. Вместо этого я стояла, не в силах отвести взгляд, парализованная не только страхом, но и странным, завораживающим осознанием того, что передо мной существо из древних легенд. Что-то внутри меня, какая-то безумная часть, даже восхищалась этим зрелищем. В конце концов, я хотела призвать что-то особенное. Кажется, у меня получилось.