Глава 12.

После примерки Лианна вернулась в свои покои. Вечернее солнце уже скрылось за горизонтом, и в комнате царил мягкий полумрак, разбавленный светом камина. Эльза, как всегда, уже ждала её — приготовила платье для ужина и грела воду в кувшине.

— Леди Изольда велела, чтобы вы спустились в малую гостиную через полчаса, — доложила она, помогая Лианне снять дорожное платье. — Сказала, сегодня семейный ужин, без гостей, но выглядеть всё равно должно прилично.

— Спасибо, Эльза. Давай что-нибудь... не слишком строгое.

Служанка кивнула и достала из гардероба платье, которое Лианна любила больше прочих. Оно было из мягкой тёмно-зелёной шерсти — цвета мха на северных камнях, глубокого и спокойного. Никакой вышивки, никаких драгоценностей: только узкий серебряный пояс на талии да длинные рукава, расширяющиеся книзу. Ворот был невысоким, открывающим шею, и это была единственная вольность, которую Изольда до сих пор не запретила.

— Волосы соберём? — спросила Эльза.

— Нет, оставь так. Только расчеши.

Эльза провела гребнем по тёмным прядям, и они заструились по плечам, как шёлковая волна. Лианна взглянула в зеркало. Оттуда на неё смотрела молодая женщина с бледным лицом, серыми глазами и губами, которые в свете камина казались ещё ярче.

Малая гостиная, в отличие от главного зала, была камерной и уютной. Её стены были обшиты дубовыми панелями, а в камине, сложенном из дикого камня, весело потрескивал огонь. Над камином висел старый гобелен с гербом Корвейских — ворон со стрелой в когтях. Свечи в бронзовых канделябрах заливали комнату тёплым золотистым светом. У окна, выходящего на море, стоял круглый стол, накрытый белой скатертью.

Семья уже собралась. Граф Корвейский сидел во главе стола — в тёмно-сером камзоле без украшений. Он редко менял одежду к ужину, предпочитая то, в чём ходил днём, и лишь изредка, по настоянию Изольды, надевал что-то более приличное. Сегодня он, кажется, даже не переоделся — на плечах всё ещё был тот же камзол, в котором он ехал из Торнхилла, только без дорожного плаща. Его лицо, изрезанное морщинами и старыми шрамами, было спокойным, но в глазах читалась усталость.

Изольда сидела по правую руку от него — прямая, как натянутая струна, в том самом лиловом бархатном платье, которое только что примеряла. Портниха, видимо, успела закончить основные швы, и теперь Изольда выглядела так, будто собралась на королевский приём, а не на скромный семейный ужин. Её золотистые волосы были уложены в высокую причёску, перевитую жемчужными нитями, а на шее мерцало ожерелье — тонкая работа, изумруды в серебряной оправе. Она потягивала вино из кубка и что-то вполголоса говорила мужу, но, заметив вошедшую Лианну, прервалась.

— Наконец-то, — произнесла она. — Мы уже думали, ты не придёшь.

— Прошу прощения, — ответила Лианна, занимая своё место в дальнем конце стола. — Задержалась.

Седрик, сидевший напротив, хмыкнул. Он был в охотничьем камзоле — тёмно-коричневом, с меховой оторочкой, — и выглядел довольным, как кот, объевшийся сметаны. Его волосы, обычно взъерошенные, сегодня были приглажены, и Лианна невольно отметила, что он даже побрился. Видимо, Розалин и правда произвела на него впечатление.

— Гуляла с Кайлом? — спросил он, и в его голосе прозвучала насмешка. — Смотри, сестрица, а то люди начнут болтать. Баронет — это, конечно, не граф, но всё же титул. Как бы он не подумал, что ты к нему неравнодушна.

— Кайл — мой друг, — ответила Лианна, беря с блюда ломоть хлеба. — И он не из тех, кто слушает сплетни.

— Друг, — повторил Седрик с той же усмешкой. — Ну-ну.

Граф поднял голову и окинул сына тяжёлым взглядом.

— Оставь сестру в покое, — произнёс он. — У тебя теперь есть дела поважнее. Как прошла примерка?

Седрик пожал плечами.

— Я на примерке не был.

— Твоё платье тоже почти готово. Мадам Дюваль обещала закончить оба к концу недели.

— Хорошо, — коротко ответила Лианна.

Стол был накрыт скромнее, чем в Торнхилле, но всё равно с достоинством. В центре возвышалось блюдо с запечённой форелью — рыбу выловили утром в горной реке, и она ещё хранила тонкий аромат лимона и укропа. Рядом стояла супница с крем-супом из пастернака, приправленным мускатным орехом. Подали также холодную оленину, нарезанную тонкими ломтями, сырную тарелку с грецкими орехами и мёдом, свежий хлеб и горшочек сливочного масла. Из напитков — кувшин яблочного сидра и графин красного вина, привезённого из Торнхилла в подарок.

— Вино от Эдмунда, — заметил граф, поднимая кубок. — Неплохое. Лучше, чем то, что привозят с юга.

— У Эдмунда отличные виноградники, — согласилась Изольда. — Надо будет попросить у него саженцы. Почему бы нам не разбить свой виноградник? Южный склон у замка пустует.

— Виноград на севере? — усомнился граф. — Вымерзнет в первую же зиму.

— Можно построить теплицу, — возразила Изольда. — Как у Торнхиллов. Зимний сад. Я давно об этом думаю.

— Зимний сад, — повторил Седрик с набитым ртом. — Ты у нас, матушка, всё мечтаешь о красоте. А я вот думаю о том, где разместить гостей на свадьбе. Торнхиллы приедут с эскортом, человек сорок, не меньше. Да ещё соседи, вассалы... Места не хватит.

— Разместим в восточном крыле, — сказала Изольда. — Там как раз закончили ремонт. А особо почётных гостей — в башне.

Разговор перешёл на хозяйственные дела: сколько закупить провизии, кого из слуг приставить к гостям. Лианна слушала вполуха, рассеянно ковыряя рыбу вилкой. Ей было неинтересно. Все эти разговоры о помолвке, платьях и размещении гостей казались ей суетой. Пустой. Далекой. Как будто она смотрела на всё это сквозь мутное стекло.

— Лианна, — голос Изольды вырвал её из задумчивости, — ты меня слышишь?

— Простите, что?

— Я спросила, готова ли ты помочь с подготовкой. Нужно будет проверить кладовые и составить список того, что нужно закупить. Ты уже достаточно взрослая, чтобы взять на себя часть обязанностей.

— Да, конечно, — ответила Лианна. — Я помогу.

Изольда кивнула и вернулась к разговору с графом. Седрик, покончив с олениной, откинулся на спинку стула и лениво потягивал сидр.

— Знаешь, сестрица, — сказал он вдруг, понизив голос, чтобы его слышала только она, — тебе бы тоже не мешало подумать о замужестве. Я слышал, у Торнхиллов есть сосед. Вдовец. С землями. Чем не партия?

Лианна подняла на него глаза. В них не было ни гнева, ни обиды — только усталость.

— Когда мне понадобится твой совет, Седрик, я спрошу, — сказала она тихо.

Он хмыкнул и отпил сидра, но продолжать не стал. Что-то в её голосе — или, может быть, в её взгляде — подсказало ему, что сейчас не время для шуток.

Ужин закончился. Граф поднялся первым и, пожелав всем спокойной ночи, удалился в свои покои. Изольда ещё ненадолго задержалась, обсуждая с экономкой завтрашние дела. Седрик ушёл, насвистывая что-то себе под нос. Лианна осталась одна за столом.

Она задула свечу , поднялась к себе в покои.

В камине уже потрескивал огонь, заботливо разожжённый Эльзой, и комната тонула в мягком золотистом полумраке. Спать не хотелось. Она скинула платье, надела тёплую ночную сорочку, набросила на плечи старую шаль — ту самую, в сине-зелёную клетку, — и подошла к книжной полке.

Пальцы привычно пробежались по корешкам. «Сказания о Звёздных Королях» — та самая книга, которую она когда-то приносила Эйнару в подземелье. Она помнила каждую страницу, каждую картинку, каждое слово, которое он повторял за ней, путая звуки. «Дра-кон». «Ры-царь». «Ли-ан». Она улыбнулась — невольно, уголками губ, — но улыбка тут же погасла, сменившись глухой, ноющей болью. Она взяла другую книгу — старый рыцарский роман, который ещё не читала, — и села в кресло у камина, подвинув ближе подсвечник.

Огонёк свечи дрожал, и тени на стенах плясали свой безмолвный танец. Лианна открыла книгу на первой странице и попыталась читать. «В год от Основания тысяча двести сороковой, когда зима выдалась особенно суровой, а волки подходили к самым стенам замка...» Строчки плыли перед глазами. Она перечитывала один и тот же абзац снова и снова, но смысл ускользал. Мысли возвращались к тому, что она услышала в Торнхилле.

Принц вернулся. Принц ищет невесту. Эйнар. Её Эйнар.

Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Перед внутренним взором встала картина: рядом с ним — незнакомка с лицом, скрытым тенью. Та, которую выберет королева Морвейна. Та, что будет стоять рядом с ним на троне. Та, что родит ему наследников. И это — не она. Не Лианна. Не девочка, которая когда-то спустилась в подземелье с краюхой хлеба.

«Лучше бы я этого не слышала».

Она сжала книгу в руках так, что костяшки побелели. Лучше бы не слышала. Лучше бы не знала. Лучше бы продолжала ждать в неведении, чем теперь — знать и мучиться. Семь лет она жила надеждой, и эта надежда была ей щитом. Теперь щит треснул, и в трещину сочился холод. Холод реальности. Холод правды.

«Он жив. Он свободен. Он станет королём. Разве этого недостаточно?»

Нет. Недостаточно. Потому что она хотела большего. Хотела невозможного. Хотела, чтобы он вернулся. К ней. За ней. Как обещал.

Она открыла глаза и заставила себя снова уставиться в книгу. Строчки наконец начали обретать смысл. Рыцарь спасал принцессу из заколдованного замка. Дракон изрыгал пламя. Всё было просто, понятно, предсказуемо. В книгах всегда так: добро побеждает, любовь торжествует, влюблённые встречаются у алтаря. В жизни — иначе. В жизни принцы забывают тех, кто ждал их в темноте. В жизни драконы не всегда бывают чудовищами — иногда они просто мальчики с белыми волосами.

Она читала час, может, два. Постепенно история захватила её — не полностью, но достаточно, чтобы отвлечь от горьких мыслей. Когда колокол на башне пробил полночь, она поняла, что глаза слипаются. Сон манил её — мягкий, тёмный, без сновидений. Она отложила книгу на столик, задула свечу и легла в постель. Простыни были прохладными, но грелка, заботливо положенная Эльзой, ещё хранила тепло. Лианна закуталась в одеяло, как в кокон, и закрыла глаза.

Последнее, о чём она подумала перед тем, как провалиться в сон, было его имя.

«Эйнар».