Интерлюдия. Элсин Бьер и домашние хлопоты

Меньше всего Элсину хотелось оставлять Влада одного в чумном городе. Игнир, Кьяр и Петерсен представлялись ему вполне адекватным эскортом — но только при обороне от обычных живых бойцов, ни в коем случае не от других немертвых некромантов! Никто из местных академических рекрутов не мог похвастаться ни по-настоящему солидным опытом, ни большой пропускной способностью. Что неудивительно: карьеры ученого преподавателя и боевика, как правило, пересекаются только на фронтирах.

Но переговоры с алхимиками продолжались довольно долго, а затем Влад резонно сказал:

— Мне нужно сейчас вернуться в Высшую Школу, зажечь ультрафиолетовые солнышки там. Это время. Потом — к некромантам, и там повторить то же самое… по крайней мере, в общежитии! Пока суд да дело, уже стемнеет. Не ночевать же девчонкам в ратуше! Ройга с поста уйти не может, так что жилье искать тебе. Прихвати Тею, пожалуй, для солидности — с ней никто спорить не посмеет.

— Да и со мной не посмеет, — пожал плечами Элсин. — Особенно если ты отдашь мне ту подвеску с кристаллом Огня, через которую раньше создавал солнышки.

Элсин очень гордился Владом за то, что тот давно уже не пользовался этой подвеской, хотя никогда не говорил этого вслух: очень нелогичная гордость — он ведь при всем желании не мог бы научить бывшего подопечного более искусному обращению с Огнем!

— Если она со мной, прямо сейчас отдам… — Влад похлопал себя по карманам.

— Она во внутреннем кармане той же сумки, куда ты Глинку положил, — напомнил Элсин. — Кстати, его тоже мне давай. Он сам проснется, или найти мага Жизни, чтобы его разбудил?

— Сам проснется, часа через два. Ну раз ты знаешь, где подвеска, так зачем меня спрашиваешь? — в тоне Влада прорезалось легкое раздражение: устал, и устал очень тяжело, несмотря на подпитку Жизнью. К сожалению, Элсин не мог сейчас позволить себе настаивать, чтобы подопечный отдохнул: Влад все равно не послушает совета, только разозлится сильнее. Да и, объективно говоря, его действия более чем необходимы.

— Черкни записку, что мне можно такое носить, — пояснил Элсин. — На Гробнице ты никому не предъявлял этот кулон на людях, а тут могут возникнуть вопросы. Меня пока в лицо не успели выучить.

Влад тяжело вздохнул, опять пробормотал себе под нос что-то насчет «гребаной сословности», но записку написал. Даже сказал:

— Напомни мне, что вас всех нужно обвешать рубинами или огненными кристаллами — для представительности!

— Ройга тебе сама напомнит, — усмехнулся Элсин. — Она всегда мечтала носить рубины.

На самом деле он не знал, было ли выражение «всегда мечтала» адекватным. Но как-то, очень давно, Ройга при нем действительно выразила сожаление, что не может себе позволить надеть никакие красные камни — даже яшма, мол, является цеховой прерогативой алхимиков, и некромантам разрешены только черные и белые камни. А ей бы очень даже пошло.

(Насчет последнего Элсин тоже сомневался: по его мнению, рубины вместе с рыжими волосами должны смотреться несколько кричаще. Но спорить не собирался. Влад, он знал, тоже спорить не будет. Главное, чтобы нравилось самой Ройге).

Так и получилось, что Элсин вынужден был оставить Влада. Сам же он на второй повозке, уже крытой, конфискованной у алхимиков, вместе с юным магом Жизни, Глинкой и Зурро, отправился к Ратуше.

В ратуше опытный глаз Элсина тут же обнаружил следы командования Оллы Шелки — чего и следовало ожидать! Он отлично помнил, как в Южной Крепости на Ошибке у нее все по струнке ходили. Да и на Гробнице, как только она перестала быть «обычной наемной простолюдинкой» и получила статус жены некроманта (а потом и жены магистра некромантии), то умудрилась довольно быстро обработать начальников складов и производств, чтобы они ей выдавали все нужное по первому требованию, а не гоняли триста раз туда обратно с якобы «неправильно оформленными заявками». Игнис тоже хорошо умела командовать, но ей недоставало опыта именно с бюрократическими структурами.

Влияние Оллы выражалось в том, что ратуша явно оживилась. Когда они пришли сюда утром, здание казалось будто вымершим. Теперь туда-сюда сновали клерки с бумагами, какими-то коробками и мешками, внизу, в трапезной, получали обмундирование вновь завербованные стражники из числа обычных горожан, везде висели наспех нарисованные, но четкие плакатики, призывающие мыть руки с мылом. Он даже заметил написанный незнакомым почерком указатель: «Бесплатное мыло (раздача)» — и стрелку, указывающую в сторону кухни.

Спирт девушки явно решили не раздавать — очень здравое решение.

Элсин не рискнул оставлять мальчика в повозке, поэтому поднялся наверх с ним на руках, ловя на себе любопытные взгляды. Вопросов, конечно, ему никто не задал. На бывшем кабинете бургомистра, отданном их дамам, висела также написанная от руки табличка: «Карантинная зона! Не входить!» И на сей раз он узнал почерк Ройги.

Элсин постучал, затем сразу отворил дверь и зашел.

— А, фиалочка! — Ройга, конечно, узнала его по шагам. — Привет. Как наш мэтр? Это кто у тебя в руках?

Она говорила негромко, но явно избегала называть Влада по имени.

Зурро, заметив Ройгу, тут же слетел у Элсина с плеча, перелетел к ней и начал ластиться, требуя по своему обыкновению «печеньку». Элсин знал, что потом он облетит всех остальных девушек — и от каждой, скорее всего, что-нибудь да получит, хотя бы просто почесывание затылка, вымогатель.

— Это — новый участник нашей команды, — сказал Элсин. — Еще одна жертва волшебных объятий Огня. Маг Жизни, зовут Лейф Бьернсен, приблизительно двенадцать лет, сирота. Контрольной опухоли уже нет, но мальчик сильно истощен. Пока спит, мэтр просил по возможности его не будить.

— Бедняжка! — Тея тут же вскочила со своего места. — То есть у него была опухоль, и Эрик ее убрал⁈ Дай мне на него поглядеть!

Как заметил Элсин, реакция Оллы и Ройги была вовсе не такой однозначной: женщины переглянулись между собой, слегка нахмурившись. Явно в отличие от Теи, которой двигало исключительно сострадание, сразу подумали о том же, о чем и сам Элсин в первые минуты: собирается ли Влад усыновить мальчика, каков будет его статус, не придется ли им играть для него роль матерей или тетушек и каково будет воспитывать чужого, уже подросшего ребенка с непонятным характером — особенно учитывая, что их самих трое? Но ни та, ни другая ничего не сказали.

— Глядеть гляди, но не трогай, — сказал Элсин. — Мальчик последние дни только и делал, что возился с больными, в том числе тяжелыми. Пока не выкупается как следует с мылом и не сменит одежду, лучше бы тебе к нему не приближаться. А вам, Игнис, Олла, не стоит приближаться даже после этого.

— Хорошо, — сказала Игнис. — Ты сам как?

Элсин улыбнулся жене. Игнис выглядела как всегда прекрасно, но он не мог не отметить, что она тоже очень устала. У нее выдался крайне тяжелый день, а тут еще дополнительная нагрузка на организм в виде двойной беременности.

У него сжалось сердце, он сообразил, что опять позволил ему биться без команды — и притормозил непослушный орган. Тело относительно свежее, но так разбазаривать ресурс никуда не годится!

Очень хотелось обнять жену, прижать к себе и не отпускать как можно дольше — ну хотя бы несколько минут. Выслушать ее дыхание, поглядеть на ее лицо вблизи, чтобы точно убедиться, что она в порядке. Но сейчас он не мог себе этого позволить, поскольку его одежда, кожа и волосы могли послужить для нее источниками заражения. Легче умереть окончательно, чем допустить такое.

— Если не считать беспокойства за тебя и за нашего мэтра — все отлично, — сказал ей Элсин чистую правду. — Эрик сейчас в Академии Некромантии и в Высшей Школе магов Жизни, делает для них обеззараживающие солнышки. Меня отправил к вам с поручением позаботиться о расселении. Тея, поможешь? С магом Воды будет проще.

— Разумеется, — кивнула Тея.

Как показалось Элсину, она оставила свой стол с наваленными на нем бумагами с явным облегчением.

— Только сначала помогите мне пристроить мальчика, — попросил Элсин. — Ройга, проследишь за ним?

— Ну конечно, — вздохнула некромантша. — Куда деваться!

Мальчика в итоге устроили на небольшом диванчике в углу, сняв лежавшие на нем документы и книги на пол, и укрыли тем же одеялом. Игнис и Олла заверили, что близко подходить к нему не будут, даже если он начнет стонать или метаться во сне, позволят Ройге о нем позаботиться. В голове у ребенка пристроили тоже все еще спящего Глинку. Крылан нормально слушался и Игнис, Оллу и даже Ройгу — можно было не опасаться, что они не справятся с летучим лисом, когда тот проснется.

Уходя, Элсин даже не мог обменяться с Игнис поцелуем — ну что ж, по крайней мере, она ему улыбнулась. Как удивительно: даже после двух лет совместной жизни он до сих пор не мог собрать полный каталог ее улыбок — каждая хоть чем-то да отличалась!

Когда они выходили из ратуши, Тея шагала особенно быстро, и вообще у нее как будто исправилось настроение. Это несмотря на то, что Влада при нем не было. Элсин не мог не осведомиться о причине.

Тея несколько смутилась:

— Не обидишься, если я прямо скажу?

— С чего бы? — удивился Элсин.

— Игнис — она такая… громкая! Так безапелляционно раздает приказы! У нее обычно нормальный голос, а когда она начинает распоряжаться — как будто в уши ввинчивается! Я вздрагиваю каждый раз! И Олла с ней все время болтает! Они при этом все нормально успевают делать, а я не могу, вслушиваюсь каждый раз, отвлекаюсь, потом не могу найти место, на котором остановилась… Очень, очень утомляет.

— И почему я должен обидеться? — улыбнулся Элсин. — На что? На то, что Игнис умеет сделать так, что ее голос трудно игнорировать? Отличное качество для командира боевого отряда.

— Ну, в этом смысле да, — Тея ответила улыбкой на улыбку.

— Мы оборудуем тебе отдельный кабинет, — пообещал Элсин. — В ратуше или еще где-то. Займусь этим сразу же, как появится хоть какая-то определенность насчет того, где тебе лучше разместиться. У тебя просто другая особенность рабочего процесса, этого нечего стесняться. До того, как я стал немертвым, тоже не мог нормально работать, если в той же комнате кто-то разговаривал.

— Спасибо! — прочувствованно проговорила Тея. — А мальчик очень милый… Ты уверен, что ему двенадцать лет? Выглядит куда моложе.

Элсин не в первый раз подумал, что Влад все-таки невероятно везуч: найти столь деликатную и добросердечную мэтрессу Воды, совершенно не испорченную ни высоким положением, ни даже аристократическим воспитанием — редкая удача! Правда, пока она была больна и страдала от непрестанного дурного самочувствия, характер у нее был куда хуже — но это как раз более чем типично. С другой стороны, все они везучи не меньше, раз им повезло столкнуться на жизненном пути с Владом.

— Его возраст мне назвал преподаватель в Высшей Школе, — пояснил он Тее. — Думаю, что мальчик недополучал хорошего питания. Кроме того, контрольная опухоль сильно тормозит рост.

Элсин скомандовал вознице, который вместе с повозкой был прихвачен из Гильдии Алхимиков — один из учеников, молодой еще парень — вести к особняку Эрнеста Блауза, мага Огня.

— Знаешь, где это?

— Как не знать, господин некромант!

По пути Элсин осведомился у Теи, не хочет ли она поесть. Та мотнула головой.

— Нет, нам с кухни приносили… Олла организовала. Я не голодна.

— Поверю тебе на слово, — ответил Элсин. — Хотя у меня такое ощущение, что тебе не совсем хорошо.

— Просто страшно, — Тея обхватила плечи руками. — Но не за себя. За Оллу в основном. За Игнис. Моя собственная мама… — она закусила губу. — Моя мама умерла, когда была беременна моим братом или сестрой. Заболела чем-то… Сначала просто простудилась, потом все хуже и хуже. Отец поехал за магом Жизни, но не успел. Мы жили далеко от столицы, на другом острове. Тогда он, когда мама умерла, отвез меня к матушке Нейгарт, а сам поехал куда-то на заработки… кажется, нанялся капитаном боевого отряда к какому-то богатому лорду… — Тея вздохнула. — И больше я его не видела.

— Ты ведь доверяешь Эрику, — мягко сказал ей Элсин. — И мне, если уж на то пошло? Или твое мнение обо мне настолько испортилось после того, как выяснилось, что я не разделяю твои вкусы в области натурфилософии?

Тея слабо улыбнулась.

— Нет, что ты.

— Мы не допустим, чтобы кто-то из них заболел, — спокойно сказал ей Элсин. — А даже если так случится, Эрик сумеет их вылечить. Я своими глазами видел в Высшей Школе жизнюков, которые уже переболели и выздоровели — или пошли на поправку. Это при том, что здешний уровень преподавания оставляет желать много лучшего. Эрик гораздо лучше образован, он знает, как справляться с эпидемией. Неужели ты думаешь, что он даст умереть кому-то из своей команды? И тем более одной из своих жен?

— Конечно, нет! — с явным облегчением произнесла Тея.

Элсин отнюдь не чувствовал той уверенности, с которой говорил. Да, он тоже верил в своего ученика — но он также понимал реальные ограничения как магии Жизни, так и тех перенесенных из другого мира лечебных методик, которыми пользовался

Влад. Смертность больных с осложнениями всегда выше, а беременность — сама по себе осложнение. Более того, болезнь, которая может не повредить матери, способна привести к нарушению развития плода. Или выкидышу. Правда, наверное, лучше выкидыш, чем… Но тут Элсин воспользовался преимуществами высокодисциплинированного немертвого разума и оборвал эту цепочку мыслей. Он знал о себе, что готов пожертвовать даже с таким трудом зачатыми детьми, лишь бы с Игнис все было в порядке. Знал также и то, что Игнис займет противоположную позицию. Сделать он с этим все равно ничего не мог — так что лучше просто не думать.

К счастью, Тея не обладала такими обширными знаниями в области лечебного дела, какими незаметно для себя оброс Элсин по ходу своей преподавательской карьеры — и позднее, благодаря совместной работе с Владом. Слова Элсина ее, похоже, успокоили. Конечно, Влад успокоил бы ее лучше, но, к счастью, и Элсину она доверяла достаточно.

В особняке Блауза, еще одного мага Огня, повторилась сцена с предыдущими двумя резиденциями огневиков, которые они осмотрели утром. Одновременно наглые и запуганные слуги отнюдь не горели желанием оказывать содействие магессе Воды и магистру некромантии, пусть даже действующим от имени Главы Круга. Но с ними Тея легко разобралась. Особняк Блауза стоял на высоком берегу реки, девушка просто «зачерпнула» большую каплю воды, превратила ее в лезвие с помощью своего посоха и мягким тоном сказала, что если ей будут препятствовать, она попросту разрежет дверь — и войдет сама. После чего слуги расступились.

Резиденция Блауза понравилась Элсину еще меньше резиденции Хлена. Главным образом тем, что в поместье обитало аж четыре разряженные красотки, которые перепуганно столпились в гостиной и начали возмущаться вторжению в «их дом» и высказываться в том смысле, что вот вернется их господин мэтр Огня, уж он-то им покажет!

Элсин и Тея переглянулись.

— Однако, — усмехнулась Тея. — Вот как, оказывается, выглядят гаремы других магов Огня! Так себе уровень.

Элсин был с ней согласен: девицы все плюс-минус относились к одной и той же категории — шлюха городская обеспеченная, так называемая «дама полусвета». Ройга в свое время провела ему целый ликбез по этой социальной страте: они очень часто всплывали в ходе тех или иных расследований. Иногда буквально всплывали, в реке Элс, что течет через Руниал.

— Ваш господин вас бросил на произвол судьбы, — сказал им Элсин. — Если вы не хотите лишиться заодно и дома, рекомендую оказывать всяческое содействие мэтрессе Воды.

— Да зачем мне их содействие, — поморщилась Тея. — Пусть просто под ногами не путаются.

В отличие от Хлена и Гранта, у Блауза не оказалось никакой литературы и никаких записей вовсе — кроме долговых расписок.

— М-да, — пробормотала Тея. — С доходами мага из процветающего мира Огня так влезть в долги — это надо постараться! Все, этот дом нам не подходит. Мало того, что этих особ выгонять — так еще и кредиторы могут явиться в любой момент!

— Сомневаюсь, что кредиторы явятся в текущих обстоятельствах, — сухо проговорил Элсин. — Как и вообще что они явятся к магу Огня.

— Но… погоди, не может же маг Огня безнаказанно обирать кого попало?

Элсин поглядел на Тею молча, ничего не сказав. Она задумалась, начала шевелить губами, нахмурившись. Потом сказала:

— Нет, точно не может! Они же могут собраться, подать жалобу…

— Кому?

— Н-ну…

— Они подадут жалобу главе Круга, — вздохнул Элсин. — А тот может подать ее дальше через Канцелярию — а может не подать. Я не знаю, что делают в таких ситуациях, как эта — когда глава Круга явно злоупотреблял своим положением годами и прикрывал своих подельников. Может быть, кредиторы могут собраться вместе и обратиться за помощью к королю или какому-нибудь достаточно высокопоставленному Водному магу, чтобы те подали жалобу за них. Но, думаю, что вряд ли это легко осуществить.

— Как мерзко… — пробормотала Тея. — Да, я очень понимаю, почему Игнис сбежала от всего этого!

— Я тоже понимаю, — кивнул Элсин. — Мне тоже не хочется возиться с расчисткой этого дома, но должен сказать, что, не считая слабых морально-волевых качеств его владельца, место неплохое. Внутри все довольно аккуратно, хорошо организовано, подходящее количество комнат подходящего размера. Опять же, есть три отдельных выхода, что позволяет организовать карантин так, чтобы не пересекаться друг с другом. Но давай еще посмотрим резиденцию мэтрессы Гилли, прежде чем решать.

— Давай, — благодарно согласилась Тея. — Я понимаю твои доводы, но мне тут не нравится!

Неужели она опасается, что Влад нахватается от бывшего здешнего хозяина неверности и решит расширить круг своих жен?.. Элсин был почти уверен, что этого можно не опасаться. При понятиях его ученика о верности и чести он, скорее всего, и трех женщин одновременно не приблизил бы к себе, не будь Тея и Олла так близки между собой и не влюбись в него одновременно — и не согласись Тея сама допустить Ройгу.

…Резиденция мэтрессы Гилли располагалась значительно дальше от центра города, чем резиденции Хлена, Гранта и даже Блау — именно поэтому они оставили ее напоследок. Это был небольшой особняк, обнесенный высокой крутой стеной, из-за которой выглядывали пышные кроны садовых деревьев — Элсин с удовольствием узнал листву апельсинов, чьи плоды в любом виде так любили Игнис и Влад. Правда, Влад предостерегал против потребления цитрусовых во время беременности… Но тем не менее — хорошо, что они тут есть. А вот и вишня, которую так любит Тея.

Однако стучать в ворота оказалось бесполезным — никто не вышел. Ворота оказались заложены изнутри засовом, зато дверь в калитку подалась, когда Элсин ее толкнул.

— Похоже, что слуги сбежали, — нахмурилась Тея. — Испугались болезни? Наверняка еще и разграбили напоследок!

— Как минимум, некроманты должны были остаться, — покачал головой Элсин.

И тут же понял, что не давало ему покоя с самого утра: ни в одной из четырех резиденций они не встретили некромантов охраны! Сперва Элсин не увидел в этом ничего странного: Грант мог забрать своих охранников с собой, они ведь не знали, в каком составе он ушел в младший мир. Телохранители Хлена могли отсутствовать еще по какой-то причине. Скажем, он отправил их перепрятать какое-нибудь сокровище или охранять членов семьи или любовниц, которых не пожелал взять с собой. Но чтобы у всех четверых?

В особняке Гилли ситуация выглядела и вовсе вопиющей: пусто — а охраны нет. Не бывает таких контрактов, которые позволяют бросить жилье принципала совсем без защиты, особенно в таких мутных обстоятельствах. Элсин знаком был со стандартными юридическими текстами договоров охраны, одобренными Цехом некромантов. На случай форс-мажора они предусматривали необходимость связаться с официальными лицами, выступить свидетелями и дождаться окончания расследования. Разве только Гилли сама рассчитала и отпустила свою охрану перед смертью. Но почему или зачем она это сделала?

Однако у особняка обнаружился неожиданный защитник.

Едва они переступили порог, как услышали громкое мяуканье. К ним навстречу через двор бежал большой пушистый котяра, серо-белый, с таким роскошным мехом, что мог бы посоперничать с лисьим.

— Какой милый! — Тея всплеснула руками.

Кот, почувствовав внимание к своей особе, тут же начал тереться об ноги мэтрессе Воды, истошно мяукая.

— Бедняга, наверное, голоден! — вздохнула Тея. — Ну-ну, пойдем, мой хороший, покажешь, где тут у вас кухня! Надеюсь, не все растащили, хоть что-то да найдется!

Но кот привел их не на кухню. Кот привел их в спальню своей хозяйки — мэтрессы Гилли. По дороге Элсин успел беглым взглядом оглядеть коридоры и помещения, через которые они проходили, открыть несколько дверей — не похоже, что его и правда кто-то разграбил! Видно было, что слуги бежали отсюда в спешке и, быть может, прихватили кое-что из имущества, но мебель, посуда, картины и все прочее оставались на своих местах. Может быть, только пока.

Отделка особняка, кстати, Элсину пришлась по душе. Не то чтобы он был любителем пастельных тонов и обоев в цветочек, пусть даже они считались в Руниале последним писком. Но, несмотря на эти стилевые изыски, — светло, просторно, минимум ненужных украшений, зато много живых цветов в горшках и на шпалерах. Тея влюбилась в такой интерьер с первого взгляда, ясно было по ее возгласам. Цветы поливали сравнительно недавно, завять пока они не успели. Игнис понравится вид на реку и то, что особнячок расположен на вершине холма — отсюда легко слететь на крыле, если что. Владу придутся по душе просторные комнаты — он никогда не говорил, но Элсин заметил, что ученик предпочитал меньше обстановки и больше пространства.

В целом, пожалуй, как ни странно, подходит лучше всего. Опять же, кот: видно, что Тея в него уже влюбилась. Нужно только проверить, есть ли здесь дополнительные выходы.

В спальне мэтрессы Гилли ничего, похоже, вообще не было тронуто. Потому что запах крови и гудение мух Элсин услышал издали. И предостерег Тею, придержав ее за руку.

— Там, похоже, лежит тело мэтрессы, — сказал он. — И ее, возможно, убили.

— Что⁈ — ахнула Тея. — Огненную магичку⁈ Как⁈

— Или не ее… — пробормотал Элсин. — Запах разложения пока очень слабый, но у меня ощущение, что там больше одного тела… Да еще и кровь.

Когда они вошли, оказалось, что там действительно больше одного тела. Целых три.

Спальня тоже оказалась просторной — светлая, комфортабельная комната, с большой кроватью на постаменте. Тело мэтрессы Гилли — молодой темноволосой женщины, одетой в свежую белую рубашку — лежало нетронутым под легким одеялом. Судя по чудовищной сыпи, покрывавшей ее лицо, она все же была больна, даже если умерла не от этого. Рядом с кроватью, уронив голову на простыню, сидела пожилая женщина в одежде служанки из богатого дома — тоже мертвая. А кровью пахло от небольшого тазика, стоявшего в изножье кровати. В розовой жидкости лежало тело крошечного, не больше килограмма весом, недоразвитого младенца.

К счастью, Элсин вовремя сориентировался и преградил Тее путь.

— Тебе не нужно это видеть.

— Я не настолько впечатлительная! — Тея побледнела.

— Прости, но именно настолько. Не стоит.

Да, болезнь все же вызывает выкидыши. Учитывая, что трупы обеих женщин лежат тут с утра, и гнилостные изменения уже начались, вряд ли удастся их поднять и расспросить. Но Элсин был почти уверен, что магесса погибла из-за осложнений при болезни, которые вызвали очень преждевременные роды. Что, в свою очередь, привело к непомерной нагрузке на организм. А ее старая служанка, если судить по отсутствию внешних повреждений, скорее всего, умерла от сердечного приступа или чего-то в этом духе. Остальные слуги, похоже, сбежали, испугавшись, что в случае чего им придется нести ответственность. И в первую очередь сбежали жизнюки мэтрессы, которые допустили эту ситуацию. Хм. А допустили по неосторожности — или специально? Не в сговоре ли они были с пропавшими некромантами охраны? Элсин сделал себе мысленную пометку заняться этим вопросом. Может оказаться важным для безопасности всей их группы.

Впрочем, это потом. Пока же важнее другое соображение: даже если этот дом подходит лучше всего, в эту спальню Игнис и Олле заходить нельзя. Ни в коем случае. И в сам дом — только после того, как Влад запустит сюда минимум десяток своих ультрафиолетовых солнц.