Час, потраченный на создание первого «ультрафиолетового» солнышка, — это не потеря, это инвестиция. Но времени все равно было жалко. Хорошо, что портал по расписанию этого мира открывался утром — однако солнце уже поднялось к полудню, а я все еще не сделал и половины намеченного как «первоочередное».

К счастью, Тею и Элсина ждал успех. Они обошли две резиденции магов Огня, которые оказались неподалеку от центра города — а именно, дома мэтров Хлена и Гранта. Элсин хотел сразу проверить, не годится ли для нас их жилье (узнаю его эффективность: поселиться в доме одного из сбежавших магов Огня — это сразу и удобно, поскольку будет готовое хозяйство, и политическая заявка!). По итогу осмотра он решил, что не годятся. Дом Хлена предварительно забраковал как слишком большой и бестолково организованный (трудно охранять и наводить порядок), дом Гранта — наоборот как слишком маленький и «холостяцкий», не пригодный для большой компании, в том числе с потенциальными детьми. Зато Тею ждал богатый улов. В обоих особняках моя мэтресса Воды при поддержке Элсина запугала слуг, оставленных для охраны, и полностью изъяла все архивы: парочка вернулась в сопровождении четырех наших умертвий (прихваченных из Канцелярии), каждый из которых волок на себе маленькую библиотеку.

— Я тут же начну это разбирать! — воскликнула Тея с большим энтузиазмом. —

— Молодец, — Ройга вручила Тее склянку со спиртом и чистый носовой платок. — Но прежде чем приступишь к работе — лучше протрись, раз уж ты была на улице. И близко к Олле и Игнис не подходи. Вон там в уголочке сядь, где магистр Агрим сейчас место освободит.

— Можно также помыть руки с мылом, — вставил я, — но это менее надежно. Как тут с водопроводом обстоят дела?

На Гробнице я привык к почти современной сантехнике, которая в том же Руниале или на Ошибке была доступна только аристократам. Здесь дела обстояли серединка на половинку: в богатых домах — и в той же ратуше! — имелись и водопровод, и привычная мне по моему родному миру сантехника, и даже раковины с кранами. Правда, только на первых этажах. Хотя, как мне сказали, в богатых особняках работали «некромантские насосы», и туалеты с водой могли находиться где угодно.

Поскольку девушки расположились на втором этаже, мыть руки или в туалет им придется бегать на первый. Вот еще один пункт, где легко заразиться. Или пользоваться ночными горшками, или… а нет, как оказалось, для бургомистра и старших чиновников туалет имелся отдельный — вот туда девушки и будут ходить, а убираются там пусть каждые два часа. И плевать, если магу Огня не по чину отдавать распоряжения насчет туалетов — я отдам, и пусть только попробуют не выполнить!

Распоряжение я отдал, и бургомистр заверил меня, что о столь важном объекте его люди непременно позаботятся. Заодно я узнал, что в большинстве кварталов вода собственная, проведенная по акведуку. Обычно в каждом квартале имеется две-три прачечных, где оборудован подвод воды, и несколько колодцев, откуда воду поднимают ручными насосами. Вот и хорошие точки развесить мои ультрафиолетовые солнышки — над колодцами! Но это позже, сначала нужно навестить некромантов.

Кстати, еще Элсин и Тея принесли мне одежду, теперь уже от мэтра Гранта. Но короткая примерка привела к тому, что Тея же и Ройга дружно мой новый вид забраковали.

— Этот трус тебя в два раза шире! — возмутилась Ройга. — Выглядит смешно.

— Я так и подумала, — вздохнула Тея, — что не подойдет. Но Хлен ростом был почти на голову ниже, там тем более не подходило. А это хоть ушить можно.

— Так ходить нельзя, в красной мантии поверх некромантского костюма ты хоть представительно выглядишь, — скривилась Ройга. — А тут — как будто ты грабанул мага Огня!

— Что было бы правдой, — усмехнулся я.

— Не «гробанул», а конфисковал, — поправил Агрим. — Имеете право в чрезвычайной ситуации! Но в целом я согласен с дамами. Внешний вид лидера очень важен для создания правильного настроения. В черном и красном вы выглядите угрожающе. Так — не очень-то.

Я переоделся опять, попрощался с девушками, крепко поцеловав каждую из своих жен — благо, к тому времени из кабинета всех лишних уже выгнали, а Игнис не посторонняя. Олле я с сожалением сказал:

— Знаешь, любимая, наверное, это последний раз на ближайшие несколько месяцев — до тех пор, пока не справимся с болезнью.

«Или пока мы оба не переболеем и не приобретем иммунитет, если он для этой инфекции стойкий!» — это я не прибавил. Судя по описанию хода болезни, она могла кончиться для беременной очень печально: выкидышем или смертью ребенка и необходимостью удаления плода. По крайней мере, земные болезни с похожей симптоматикой порой именно так и заканчивались. Это для нас совсем лишнее.

Олла вздохнула.

— Я понимаю. Ну что ж, значит, когда это все кончится, я тебя просто съем!

Я усмехнулся.

— Жду с нетерпением!

На двух других моих супруг эти ограничения не распространялись: Ройгу я ничем заразить просто не могу (как и заразиться от нее), а Тея не собиралась сидеть в карантине — значит, имела риск заразиться примерно такой же, как и я. То есть, возможно, нам с ней стоит тоже воздержаться от близких контактов, чтобы не умножать вероятность болезни, но… вряд ли. Даже если оставить за скобками секс (очень сильно подозреваю, что в ближайшие недели нам будет не до него!), моральная поддержка нам обоим тоже понадобится. Я отлично помнил, как тяжело мне дались годы на фронтире в отсутствии по-настоящему близкого человека — и умножать стресс для нас обоих тоже не хотелось. Иногда простое объятие заменяет десятки воодушевляющих речей. Уже плохо и то, что Оллу придется исключить!

У Игнис-то муж немертвый, им контактов избегать не обязательно — только Элсину надо будет обрабатываться ультрафиолетом. Ройге, кстати, тоже придется, если она сначала пообщается со мной и с Теей, а потом пойдет к Олле!

Ладно, будем надеяться, что Бьеры и Ройга смогут оказать Олле моральную поддержку — объятия, пожатие рук и тому подобное. Все это кажется пустяком только пока ты не оказываешься надолго этого лишен.

(Справедливости ради, бывают люди, которым тактильный контакт по жизни особо не требуется или даже неприятен — но Олла к ним не относится. Особенно после восьми лет в бинтах, когда она и так вынужденно избегала прикосновений!)

Организовав работу наших девчонок, мы чисто мужским составом — я и два некроманта — двинулись в Академию. На сей раз не пешком. Элсин, слава его предусмотрительности, в особняке Хлена попросил Тею конфисковать не только архивы, но и экипаж, запряженный упряжкой лошадей. Красивые, кстати, были лошадки, ухоженные, и подобраны так, чтобы походили друг на друга волосок к волоску!

К моему удивлению, Агрим аж на них цокнул языком, побежал, оглядел со всех сторон и целых пять минут разливался соловьем — мол, какие во всех отношениях замечательные звери.

— Вы любите лошадей, магистр? — спросил я с некоторым удивлением.

— С детства, — кивнул Агрим с улыбкой. — Я вообще животных люблю… любил. Давненько не обращал на них внимания, кроме как в профессиональных целях. Но лошади — это особое. Когда поехал на учебу в город, еще до того, как обнаружился у меня некромантский дар, подрабатывал в конюшне одного аристократа. Очень подружился с одним из конюхов, он мне много рассказывал, в смену себе прочил. Но вот уже много лет передвигаться ни верхом, ни в повозке мне не требовалось. Бьер, а вы, получается, тоже разбираетесь?

— Слабо, — возразил Элсин. — Здоровую и крепкую лошадь отличу от больной и слабой, несколько раз делал умертвий для себя и на заказ. Но ваших знаний об их статях и беговых способностях у меня нет. Определить с первого взгляда скорость и выносливость не смогу. А эту четверку в конюшнях сразу заметила Тея — она о них примерно в таких же выражениях, что и вы, говорила.

Ну да, аристократы и лошади — вечная тема!

В итоге на козлы сел именно Агрим, хотя изначально Элсин хотел привлечь кого-то в качестве кучера. Благо, повозка была открытой, что-то вроде ландолета, если мне не изменяет память, и мы все равно могли беседовать по дороге.

Разговор о животных напомнил нам, что пора уже разбудить Глинку и Печеньку, которые все еще лежали у меня в сумке, — было совершенно не до того. Пришлось этим заняться, и возни с питомцами хватило до самой Академии. Дальше Глинку пришлось усыпить снова: не очень-то он хотел сидеть спокойно или оставаться ждать меня в повозке. Готическому зданию Академии, может, и не хватает крылана, летающего под потолками, но как мне его потом ловить?

А вот Печенька устроился у Элсина на плече и вел себя прекрасно — сказывался большой опыт путешествий. Попугай убедился, что, несмотря на незнакомую обстановку, хозяин рядом и запас рекомых печений у него под рукой — и успокоился.

Нам повезло с тем, что Академия также располагалась в черте города, а не в отдельном поселении. Правда, на дальней окраине, ехать пришлось больше часа. Но час — это все-таки не два и не три. Ничего, наверняка рядом есть гравийная площадка для телепортаций! А нет, то прикажу засыпать. Рядом с ратушей точно есть. Так что в дальнейшем на перемещениях время сэкономлю, и даже лишний раз огонь зажигать не придется: наверняка местные маги уже все удобные точки подготовили.

Вокруг Академии имелась обширная территория кампусного типа, засаженная зеленью и чисто прибранная. Это не стесненное пространство на Ошибке и не выжженные пепельные равнины Гробницы! А вот ворота оказались заперты на замок, и охранялись целой толпой неподвижно ждущих немертвых собак, среди которых затесалось несколько волков, крупная лисица и… животное, в котором я с удивлением опознал медоеда! Или кого-то очень похожего. Это, видимо, их секретное оружие? Медоеды и в живом-то виде полные отморозки, а уж в немертвом, надо думать, это как ракета «Калибр», несмотря на относительно скромные размеры.

Весь этот зверинец рассредоточился перед воротами и оградой, напоминая тщательно набитые и хорошо выделанные чучела: стоят ровно, смотрят перед собой, не двигаются.

— Ну что, мне их сжечь? — поинтересовался я в воздух. — Хорошие ведь зверики.

— Да, неплохо сделаны, — согласился Элсин. — Шкуры отлично выделаны, мышцы в тонусе, расставлены толково. Но если я что-то в чем-то понимаю, тут дальняя разведка тоже есть. Птички, летучие мышки. Так что нас уже срисовали и сейчас придут открывать. Интересно, почему задерживаются?

— Одежда мэтра Шелки их смущает, — высказал догадку Агрим, спрыгивая с козел. — Чтобы маг Огня, но в некромантском черном под накидкой, да еще и со знаком гильдии Алхимиков на груди? Боюсь, как бы они не подумали, что вы — какой-нибудь съехавший старый некромант, который настолько утратил связь с реальностью, что посмел вырядиться магом огня, — Агрим криво усмехнулся, показывая, что он специально так сформулировал. — Издалека ведь не видно, что вы живой.

— Угу, — сказал я. — Ну, значит, жахнем предупредительным.

И жахнул: выпустил в воздух мощную струю огня.

После чего народ действительно зашевелился: не прошло и минуты, как из-за ворот раздались сигналы свистка, и звери расступились. Тяжелые створки сразу же распахнулись, открыв группу встречающих: высокую женщину в плоском черном тюрбане, с лицом не то чтобы молодым, но довольно гладким, однако с некоторой неестественностью черт. Раньше я бы не заметил, а теперь сразу понял: эта неестественность показывала, что женщина перешла в немертвое состояние уже довольно немолодой — старше, чем Ройга, например — но после этого приложила определенные усилия к тому, чтобы разгладить морщины и начать выглядеть вне возраста. На моей памяти магистр Нидаль такое себе устроил. Пластическая хирургия для некромантов — сложная дисциплина, не менее сложная, чем для живых. Поэтому далеко не все возрастные некры заморачиваются. Но эта тетка — заморочилась, и даже брови себе сохранила. Чем-то она напомнила мне ведущего алхимика Гробницы, Рейнхард, но та пользовалась почти сценически яркой косметикой и носила длинные серьги. У этой макияж был, но малозаметный (еще год назад я решил бы, что его нет совсем, но с тех пор поднатаскался в этой теме), а украшения довольно скромные для ее статуса. Явно ректорского.

По обе стороны от женщины стояли несколько некромантов, все — немертвые, все, судя по дорогим одеждам, магистры. Видимо, верхний преподавательский состав. Ну да, Академия больше, чем в Руниале, значит, и преподавателей больше. Однако вряд ли встречать меня вышли все. Живых, видимо, не взяли. И, понятное дело, не взяли адептов.

— Достопочтенный мэтр, — некромантша в тюрбане поклонилась. — Просим прощения, что не сразу открыли ворота. В городе творится сущее безумие, а вы прибыли всего с двумя сопровождающими, поэтому мы не сразу поняли, кто вы. Моя искренняя благодарность за то, что не стали жечь имущество Академии. Я — ректор Академии некромантии Клара Файне, к вашим услугам.

— Мог бы и сжечь, если бы вы промедлили, — сказал я, держась в реноме человека резкого. — Время очень дорого. Мое имя Эрик Шелки, мне нужна помощь — вас и ваших студентов. Для борьбы с эпидемией.

— Студентов? — опешила Файне.

— Именно, — кивнул я. — Не волнуйтесь, я возьму только четвертый и пятый курсы. И — позабочусь о том, чтобы у них была страховка от болезни. И страховка на случай, если придется досрочно перейти в немертвое состояние. Для организации этих работ я хочу оставить у вас своего человека, — я кивнул на Агрима, который с большим любопытством и даже не скрываясь оглядывался вокруг.

Лицо у Файне вытянулось — она, кажется, решила, что я зачем-то притащил с собой вчерашнего адепта.

— Не соблаговолите ли пройти в мой кабинет и все обсудить? — вежливо сказала она. — Все это нужно обсудить подробнее!

…Кабинет ректора Файне ничем особенным мне не запомнился — он мало отличался от рабочих кабинетов других статусных некромантов, где мне доводилось бывать. Никакой «изюминки», вроде коллекции кубков со стрелковых соревнований, как у Олафа Трау из мира пять-триста один, или коллекции замаринованных мозгов, как у главного химеролога Рюдина с Ошибки, я не заметил. В остальном — просторно, чисто, роскошно, удобно.

Файне сразу пригласила нас присесть в удобные кресла напротив своего стола, которые сама же и подвинула. Кресел было два, она с сомнением поглядела на нас, взяла колокольчик.

— Сейчас попрошу принести еще одно…

— Ничего, я постою, — приподнял ладонь Элсин. — В настоящий момент я выполняю функции охраны при мэтре Шелки, соответственно, должен держаться начеку.

Файне кивнула, принимая это объяснение. Про попугая, который продолжал сидеть у него на плече, контрастируя с имиджем сурового телохранителя, ничего не спросила, хотя не могла не видеть, что он живой, не умертвие.

— Знакомьтесь, — тем временем сказал я. — Это магистр Элсин Бьер, мой давний друг и учитель. Это — магистр Хьялмар Агрим, вы, быть может, о нем слышали. Один из старейших некромантов Империи, до недавнего времени был главой Ковена в мире с особым статусом, код четыре-девяносто пять, наименование «Гробница».

Тщательно подведенные брови Клары Файне взлетели вверх.

— Я, безусловно, слышала о магистре Агриме! Более того, я имела честь учиться у одного из его учеников. Однако… прошу прощения, мэтр Шелки, я не собираюсь ставить под сомнения ваши слова, но поверить в… личность вашего спутника мне трудно!

— Да, магистр Файне, вековые чаяния многих некромантов наконец разрешились, — широко улыбнулся Агрим. — Мой мозг был успешно пересажен в живое тело — и очень вовремя, должен сказать. Если бы не эта мера, моим ученикам пришлось бы меня окончательно упокоить, в полном соответствии с Кодексом и цеховыми правилами! Ибо мой рассудок к тому времени полностью запутался сам в себе. А у кого из моих учеников вы учились? Он был вашим наставником?

— Нет, но я проходила стажировку у Клода Бьернсена в мире два-пять, — нахмурилась Файне.

— Бьернсен! Один из моих первых учеников! Очень способный исследователь, может быть, немного торопливый, но, судя по нашей переписке и по дошедшим до меня его работам в области обработки подкожных жиров, в последние годы он перерос эту тенденцию. К сожалению, насколько я знаю, восемнадцать лет назад он выбрал оборвать свое существование. Очень жаль!

— Да, — Файне глядела на Агрима во все глаза. — Тогда не буду унижать вас, задавая проверочные вопросы, которые обычно задаю студентам.

— Почему, можете позадавать на досуге, — невозмутимо предложил Агрим, — и даже за чашечкой чая! Почему нет? Но мэтр Шелки прав, время очень дорого, так что пока отложим.

Я не понял, это он сейчас к ней подкатил? Ну ладно, его дело. Судя по его первой реакции на наших девчонок — Игнис и Тея его особенно выбили из колеи, что неудивительно, Игнис когда-то на меня самого произвела впечатление сродни сенсорному шоку, и Тея бы произвела тоже, не увидь я ее впервые больной и полумертвой! — ему действительно необходимо немного женского внимания. Или много. А эта тетка, по крайней мере, немертвая и точно ничем его не заразит. Опять же, по возрасту ему близка.

— Прошу прощения, что задерживаю вас! — снова извинилась Файне. Явно предпочитала подстилать соломки.

— Ничего, — сказал я. — Потратили время, зато теперь вы уверены в квалификации моих людей…

Тут мне пришло в голову, что я-то ей про свою квалификацию ни слова не сказал — и ректор сейчас напряжена до крайности, не зная, чего от меня ждать. Кстати, она, хоть упомянула малое число моей свиты, ни слова не сказала про мою нестандартную одежду.

— Касательно моей собственной подготовки, замечу вот что, — сказал я. — Я давно специализируюсь на лечении людей, и чем дольше этим занимаешься, тем больше понимаешь, что обучение у некромантов и алхимиков — необходимое условие нормальной работы. Однако когда пытаешься по-честному научиться чему-то, одевшись в ало-золотую мантию… — я хмыкнул. — В общем, некоторые объяснения ты получаешь — но сами знаете, как действуют красные тряпки на представителей вашего Цеха! Поэтому и маскарад. Магистры Бьер и Агрим могут вам подтвердить, что мое образование как некроманта удовлетворяет стандартам Цеха.

— Мэтр Шелки легко защитил бы звание магистра, если бы придумал, как обойти проверку на воздействие Кодекса, — подтвердил Агрим, бросив на меня ироничный взгляд.

Ха! Интересно. С его чувством юмора в таком ключе я еще не сталкивался. Шуточка, достойная Элсина. Судя по его еле слышному хмыканью, кажется, мой учитель тоже оценил.

— Рада это слышать, — Файне одновременно чуть расслабилась — и тут же слегка напряглась, но уже более по-деловому. — Хотелось бы тогда узнать, что конкретно вам нужно.

— Во-первых, в городе явно не хватает стражи. На усиление я хотел бы придать им немертвых некромантов, причем готов им хорошо платить. Для этого, как я понимаю, мне лучше обратиться к главе Ковена, но мне дали понять, что его сейчас нет в городе…

— Да, он отбыл в старший мир на конференцию неделю назад, — подтвердила Файне. — Значит, раз порталы заблокированы, уже и не вернется.

— К кому переходит в этой ситуации руководство Ковеном? К вам?

Файне задумалась.

— По старшинству ко мне, но я не занимаюсь делами Ковена, у меня слишком много своих! Есть сотрудники администрации Ковена, видимо, кто-то из них будет выполнять функции главы.

— Хорошо, однако мне представляется, что именно Академию удобнее использовать как базу. У вас, наверняка, самые обширные контакты — и самый высокий авторитет, если судить по тому, что я слышал. Я хочу, чтобы ваши секретари разослали как можно больше писем и собрали всех немертвых выпускников, которые заинтересованы в том, чтобы помочь нам с патрулированием города до победы над эпидемией как минимум — за хорошую плату, естественно. Вряд ли я ошибусь, если предположу, что в самой Альвидре на работе занято всего десятка два или три немертвых некроманта, и все они нужны на своих местах — но из провинции можно подтянуть больше.

— Согласна с вашей оценкой. Но понадобится время, чтобы их собрать!

— Знаю, — кивнул я. — Именно поэтому я хочу, чтобы для начала патрули стражи усилили адепты. Кроме того, они у вас достаточно хорошо обучены — я надеюсь. И сумеют собрать для меня статистику о ходе заболеваний. Мне нужны только четвертый-пятый курс и только парни. Сколько их у вас? Сотня наберется?

— Только мужчины? Около ста пятидесяти на двух курсах, — сообщила Файне.

Значит, я правильно предположил, что эта Академия в несколько раз больше руниальской! На всем нашем потоке, помнится, было всего двадцать шесть или двадцать семь адептов — как небольшой школьный класс. А тут на потоке больше сотни.

— А ваша Академия единственная в этом мире? — уточнил я.

— Нет, есть еще две. На другом берегу Срединного моря — эта всего на пятьсот лет моложе нашей, хотя, конечно, с нашей не сравнится! И всего сотни две лет назад мы открыли еще один филиал в горах Сарагны, с тех пор, как близлежащие города разрослись.

Эти названия мне ничего не говорили, но, как я и думал, население этого мира тоже в несколько раз больше по численности, чем население пять-триста один.

— Хорошо, — кивнул я. — А девушек я не хочу отправлять в патрули вот почему. Риск заразиться на патрулировании довольно высок, следовательно, и риск вынужденно перейти в полностью немертвое состояние — тоже. Я уже видел на нескольких примерах, что одним из главных сожалений некромантов, когда такое происходит, является невозможность завести потомство. Поэтому мы используем новейшие разработки ученых Гробницы — и сохраним сперму всех мобилизованных адептов. Замороженной, сперма хранится годами и даже десятилетиями, так что в случае чего они смогут все-таки продолжить род, и ранняя смерть не станет препятствием для счастливых браков. С организацией вам поможет магистр Агрим.

Мне казалось, что Файне раньше на меня таращилась? Нет, раньше она просто смотрела! Вот теперь она вытаращилась.

Агрим вздохнул.

— Понимаю ваши чувства, Файне, — сказал он. — Когда услышал идею об обеспечении некромантов потомством, то воспользовался первой же возможностью перевалить организацию на подчиненного! Что ж, судьба все равно меня нагнала в этом плане. И, заверю, идеи мэтра Шелки обычно работают!

* * *

Интерлюдия. Магистр Файне и незаданные вопросы

Когда мэтр Шелки с его телохранителем — н-да, в звании магистра — удалился, Файне с любопытством взглянула на юношу, которого ей представили как магистра Агрима. Она не была знакома со старым некромантом, но слышала о нем много интересного. Например, ей рассказывали, что он пришил себе четыре лапы, чтобы не возиться с ходьбой, сидением и лежанием. А тут — вполне себе симпатичный молодой человек. Однако манера речи и манера держаться… Либо он очень хороший — и одновременно плохой! — актер, либо… все на самом деле так, как ей говорят.

Что косвенно подтверждается поведением самого Шелки.

— Гадаете, настоящий ли я? — спросил Агрим, приподняв брови.

— Нет, — качнула головой Файне, хотя именно об этом она и думала. — Гадаю, на какой-такой конференции выступал мэтр Шелки в одежде магистра некромантии, и понял ли кто-то, кто он такой. Не припомню подходящего мероприятия в соседних мирах.

Так-то ей было понятно: разумеется, ни один маг Огня, который полноценно занимается наукой, не станет участвовать в некромантском сборище, одевшись в красное. Натурально замучают настойчивой лестью и выражением глубочайшего почтения, а научную работу по-настоящему обсудить и не подумают.

— Мы идем с Гробницы, и нет, никто ничего не понял, — усмехнулся Агрим. — Он действительно весьма квалифицирован как некромант! Кстати, знак алхимика у него на груди — тоже настоящий. В смысле, он получил его инкогнито, за собственные заслуги.

— Однако, — сухо проговорила Файне. — У него есть родня алхимики или некроманты? Я думала, что иначе в Гильдию не попасть.

Кстати, родня среди некромантов многое бы объяснила! Если подумать, они с этим его учителем-телохранителем довольно похожи. Рост и сложения почти одинаковые, по крайней мере. Секрет полишинеля, что Гильдию Алхимиков создали и поддерживают именно некроманты для того, чтобы пристраивать туда своих отпрысков.

— Насколько я знаю, его вступление в Гильдию поддержала деревня на фронтире, в которой он работал юношей, — сообщил Агрим.

— Он еще и с фронтира? — ахнула Файне.

— А что в этом удивительного? Я тоже. По крайней мере, мой мир имел статус фронтира, когда я там родился. И вот еще что скажу. Если вы размышляете про себя, не зря ли все это — скажу вам так. Не знаю, можно ли победить эту болезнь, подобрав лечение и покончить с эпидемией раньше, чем она затихнет сама собой. Но если кто сумеет это сделать с минимальным количеством жертв — то только Эрик Шелки. И наш с вами долг — обеспечить ему всемерную поддержку.