* * *

Обратная дорога прошла подозрительно спокойно.

После Мира Меча я уже успел привыкнуть, что любое перемещение из одной точки в другую обязательно требует крови, нескольких взрывов и хотя бы одной причины пожалеть о принятом решении. Поэтому первые часы на корабле я невольно ждал, что кто-нибудь нападёт, формация даст сбой или один из старейшин внезапно вспомнит о двух потерянных пространственных кольцах и решит продолжить разговор в более обстоятельной форме.

Ничего подобного не произошло.

Корабль секты Облачного Меча летел над облаками, оставляя за кормой земли у Меча Небесного Разлома. Старейшины заняли передние павильоны и почти не показывались ученикам. Вернувшиеся из Мира Меча постепенно расходились по палубе: кто-то спал прямо у борта, кто-то сидел в медитации, кто-то уже успел окружить себя знакомыми и рассказывал о пережитом с тем выражением лица, которое обычно появляется у человека, сумевшего выжить там, где многие другие остались навсегда.

Только теперь у меня появилось время посмотреть, кто именно вернулся.

И почти сразу я заметил отсутствие Ло Жэня.

Сначала решил, что он находится внутри одного из павильонов.

Потом обошёл палубу.

Позже, под видом обычного любопытства, внимательно посмотрел на группы учеников, которых старейшины пересчитывали перед отправлением.

Ло Жэня среди них не было.

Это меня удивило сильнее, чем хотелось признавать.

Из всех людей, вошедших в Мир Меча, его я бы поставил в самом низу списка тех, чья смерть казалась вероятной. Четырнадцатый уровень, талант, подготовка Главы секты, боевой опыт Охотника на Еретиков и характер человека, который способен идти через стену просто потому, что кто-то однажды сказал ему держать направление.

Таких обычно убивает что-то действительно серьёзное.

Или они сами находят это серьёзное, потому что пройти мимо чужой беды им не позволяет проклятая совесть.

Второй вариант казался даже вероятнее.

Ли Жувань вернулась.

Я увидел её у кормовой части корабля. Она сидела одна возле резных перил и смотрела вниз, туда, где между облаками иногда открывалась земля. С виду цела. Ни перевязок, ни заметных ран. Ци тоже ощущалась достаточно ровно.

Вот только прежней уверенности в ней почти не осталось.

Обычно Ли Жувань держалась так, будто мир с самого рождения задолжал ей хорошее воспитание, прямую спину и соблюдение правил. Сейчас плечи были слегка опущены, взгляд рассеян, а пальцы без конца перебирали край рукава.

Подходить я не стал.

Если Ло Жэнь остался внутри, любые слова прозвучали бы пусто. Если же она знала больше остальных, однажды сама расскажет.

Я лишь задержал взгляд на несколько мгновений и пошёл дальше.

Несмотря ни на что, я не могу поверить, что Ло Жэнь умер. И убежденность, что рано или поздно я снова услышу его имя оставалась.

Лань Юэ тоже не видел.

Один из учеников сообщил, что сразу после возвращения она закрылась в предоставленной ей комнате и поставила вокруг защитные печати. Видимо, решила привести культивацию в порядок после всего пережитого.

Разумно.

Нам всё равно нужно было поговорить, однако спешки не было. Она вышла со Скрытого Этажа живой, а это сейчас было главным.

Зато Бай Чэньфэн и Тай Юньшэн обнаружились быстро.

Оба стояли у дальней мачты, окружённые несколькими знакомыми учениками.

Бай первым заметил меня.

На несколько мгновений наши взгляды встретились.

Он чуть напрягся.

Тай Юньшэн проследил за его взглядом, увидел меня и улыбнулся своей обычной мягкой улыбкой, от которой хотелось проверить, всё ли имущество ещё находится при тебе.

Ни один не подошёл.

И я был благодарен за это.

Слишком много людей вокруг.

Я слегка кивнул и пошёл дальше.

Внутри появилось почти тёплое чувство.

Бедняги, должно быть, решили, что им невероятно повезло.

Перед входом в Мир Меча между нами существовала договорённость. Если мне понадобится помощь, они должны были её оказать. В итоге я ни разу не воспользовался этим правом.

Наверняка теперь они считают долг погашенным самой судьбой.

Я с трудом удержал улыбку.

Нет.

Так просто отделаться не получится.

Услуга, которой я пока не воспользовался, не перестаёт быть услугой.

Напротив.

Она становится инвестицией.

А хорошие инвестиции особенно приятно взыскивать тогда, когда должник уже успел убедить себя, что о них забыли.

Я отвернулся от Бай Чэньфэна и Тай Юньшэна, оставив этот небольшой источник будущей радости на потом.

До секты оставалось несколько часов.

Чтобы потом меня ничто не отвлекало, я написал все, что знаю про Мир Меча — исключая несколько фактов, которые мне выгоднее скрыть — и рассказал.

Про то, как устроен Мир Меча. Что все, кто выше стадии Концентрации Ци попадают на Скрытый Этаж, даже если они скрыли настоящую культивацию.

Также отметил, что на Скрытом Этаже нет учеников стадии Зародыша, а значит, скорее всего, туда попадают только те, чья культивация ниже.

В общих чертах рассказал и про сам Скрытый Этаж, и тех, кто там обитает.

Но скрыл факт того, что у меня была ключ-карта. Вместо этого солгал, что есть некий механизм перемещения у жителей Скрытого Этажа. И я им воспользовался.

После чего передал табличку с этой информацией.

И вернулся к медитациям.

* * *

Горы Облачного Меча показались ближе к вечеру.

Сначала из облаков выступили самые высокие вершины, затем появились длинные каменные хребты, висячие мосты и знакомые павильоны. Защитная формация секты на мгновение окутала корабль голубоватым сиянием, проверяя печати, после чего пропустила внутрь.

Я неожиданно поймал себя на ощущении, которое в прошлой жизни назвал бы возвращением домой.

Мысль показалась странной.

В Ляньси когда-то осталась хижина деда Чжоу. Потом у меня появилась маленькая пещера внешнего ученика. За ней — сад Му Цинлань, собственное место для алхимии, знакомые дорожки и люди, чьи привычки я успел выучить.

Где-то между попытками выжить, разбогатеть и не дать окружающим себя убить секта Облачного Меча постепенно стала самым близким к дому местом, которое у меня осталось.

Неожиданно неприятное открытие.

Дом создаёт привязанности.

А привязанности имеют цену.

Корабль опустился на восточную платформу.

Стоило формационному барьеру открыть проход, как ученики начали сходить вниз. Нас встречало достаточно много людей. Наставники искали своих учеников, знакомые высматривали друзей, слуги уже готовились разнести вещи и сообщения по пикам.

Я задерживаться не стал.

После произошедшего у Меча Небесного Разлома мне меньше всего хотелось давать кому-нибудь время вспомнить, что со мной стоит поговорить.

Пик Весенних Трав встретил меня привычным запахом влажной земли, горьких листьев и духовных растений.

Я поднялся по каменной дорожке к верхним террасам и вскоре увидел Му Цинлань.

Она стояла возле небольшого пруда, в котором плавали широкие серебристые листья. Бело-зелёные одежды почти не двигались на ветру. Если не знать, сколько лет этой женщине и сколько людей она способна убить, её можно было принять за молодую ученицу, случайно забредшую в чужой сад.

Ошибка, которую обычно совершают один раз.

Я остановился на почтительном расстоянии и сложил руки.

— Старейшина Му.

Она обернулась.

Взгляд медленно прошёлся по мне.

На мгновение задержался дольше обычного.

Скрытое Демоническое Дыхание продолжало работать.

— Вернулся, — сказала она.

— Как видите.

— В тебе что-то изменилось, — прищурилась она. — Но я не могу понять что.

Ехидства в ее голосе можно было черпать ложкой.

— О, вы заметили? Я постригся. — улыбнувшись ответил Мин Хао.

Ее тоже позабавил мой ответ. Ведь дело и правда было в волосах.

Теперь они были серебристо-белые.

Му Цинлань посмотрела в сторону тропы, уходившей выше по склону.

— Давай пройдемся…

Я слегка удивился, однако возражать не стал.

Мы пошли наверх.

Сад постепенно оставался внизу. Дорожка шла между невысокими деревьями и каменными террасами, где росли травы, названия которых я когда-то учил едва ли не ночами. Сейчас многие выглядели почти старыми знакомыми.

Му Цинлань не торопила.

Пришлось начинать самому.

Я рассказал о Мире Меча.

Разумеется, не всё.

Сообщил о месте появления, карте, нескольких испытаниях, переходе к Скрытому Этажу.

Она немного удивилась, что Лань Сюэ дала мне копию карты Мира Меча — хотя, я думал, что именно Му Цинлань попросила ее так сделать. Оказывается, нет — это была инициатива самой Лань Сюэ.

Приятно, черт возьми…

Рассказал о двух школах, войне между Небесными Волками и Кровавой Розой, о культиваторах, оказавшихся там после того, как вошли в Мир Меча на более высокой стадии.

Про Демоническую Тень промолчал.

О Мечевом Истоке сказал лишь как об одном из важных мест внутри башни.

Кольца я сказал, что выбросил, но вряд ли она поверила — скорее уж решила, что я их спрятал в Мире Меча, чтобы потом вернуться и забрать.

Му Цинлань слушала без комментариев.

Когда я упомянул Лань Юэ, её взгляд чуть изменился.

— Лань Юэ тоже оказалась на Скрытом Этаже, — сказал я. — Мы встретились уже там. Ей пришлось довольно тяжело. В конце концов нам удалось выбраться вместе.

На губах Му Цинлань появилась лёгкая улыбка.

— Значит, ты познакомился с младшей сестрой Сюэ-эр.

— Да.

Мы прошли ещё несколько шагов.

— И как она тебе?

Я посмотрел на Му Цинлань.

Вопрос прозвучал слишком непринуждённо.

Учитывая, кто его задавал, это настораживало.

— Хорошая девушка.

— Хорошая?

— Добрая. Милая. В некоторых вещах похожа на старшую сестру, хотя характер у неё мягче. С ней проще разговаривать.

Му Цинлань остановилась.

Я тоже.

Она посмотрела на меня внимательнее.

— Она тебе нравится?

Вот этого я не ожидал.

Несколько мгновений я молчал, выбирая формулировку.

Ответить слишком быстро означало бы прозвучать грубо. Особенно учитывая, что речь идёт о младшей сестре её ученицы.

— Мне приятно с ней общаться, — наконец сказал я. — И я хорошо к ней отношусь.

Му Цинлань ждала продолжения.

Пришлось добавить:

— Но романтические отношения меня не интересуют.

Её бровь едва заметно приподнялась.

Я вздохнул.

— Я не думаю, что любовь мне подходит. У меня другой путь культивации.

На этот раз Му Цинлань действительно усмехнулась.

— Когда я была примерно твоего возраста, то решила то же самое.

Я посмотрел на неё.

Хотелось задать вопрос:

«Жалеете, что отказались от любви?»

Он уже почти дошёл до языка, но я вовремя остановился.

Есть разница между доверительным разговором и желанием проверить, насколько быстро старейшина Формирования Ядра способна сбросить ученика с собственного пика.

Мы продолжили идти.

— Что теперь? — спросила Му Цинлань.

Вот этот вопрос был проще.

— Я рассчитывал заложить Основу Духа внутри Мира Меча, — сказал я правду. — Но не получилось. — вздохнул я. — Поэтому попробую иначе. Закроюсь в пещере и буду культивировать, пока не прорвусь.

Му Цинлань медленно повернула ко мне лицо.

Под этим взглядом я внезапно почувствовал себя человеком, который принёс мастеру поддельный товар и надеется, что тот поленится рассматривать слишком внимательно.

— Пока не прорвёшься? — переспросила она.

— Да.

— Это может занять годы.

— Надеюсь, меньше.

Она продолжала смотреть.

Я вспомнил сад.

— Разумеется, я не собираюсь всё это время забывать о ваших растениях.

Лёгкая улыбка вернулась на ее губы.

Вот теперь я понял, что сказал именно то, чего она ждала.

Му Цинлань подняла руку, и в воздухе мелькнул тонкий зелёный свет. Через несколько вдохов пространство рядом с дорожкой дрогнуло.

Появилась Лань Сюэ.

Я уже несколько лет её знал и всё равно иногда ловил себя на том, что невольно задерживаю взгляд.

Красота у неё была холодной и почти безупречной. Тёмные волосы, белая кожа, спокойные глаза, лицо, на котором эмоции появлялись редко и ненадолго. В ней всё выглядело собранным, завершённым, словно любое лишнее движение нарушило бы какую-то внутреннюю симметрию.

Теперь, после знакомства с Лань Юэ, сходство между сёстрами стало особенно заметным.

Форма глаз, линия скул, и даже некоторые движения.

Однако стоило посмотреть дольше, и различия становились очевидными. Лань Юэ выглядела на несколько лет моложе. Черты мягче, выражение живее, а эмоции гораздо легче доходили до лица.

Передо мной стояла Лань Сюэ. Однако, я не мог отделаться от чувства, что это была Лань Юэ.

— Сюэ-эр, — сказала Му Цинлань. — Мин Хао только что весьма тепло отзывался о твоей сестре.

Я медленно повернул голову к старейшине.

Предательство.

Самое настоящее предательство с ее стороны.

На лице Лань Сюэ ничего не отразилось. И я даже не уверен, что это хорошо.

— Рада слышать, что они смогли поладить, — произнесла она.

Я кашлянул.

— Старшая Лань Юэ оказалась хорошим спутником.

Му Цинлань едва заметно улыбнулась.

Я решил больше ничего не добавлять.

— Мин Хао собирается уйти в длительный затвор, — сказала она. — Поэтому садом временно займёшься ты.

Лань Сюэ кивнула.

— Хорошо.

Я моргнул, и чуть удивленно склонил голову.

Му Цинлань продолжила идти, и мне пришлось сделать несколько шагов следом, прежде чем мысль наконец сложилась.

«А что, если…»

Я оглянулся на Лань Сюэ.

Она шла чуть позади, и заметив мой взгляд, замерла. Будто спрашивая, что мне от нее нужно…

Когда-то Му Цинлань рассказывала о предыдущем смотрителе. Тот позволил себе слишком многое, и ему уничтожили культивацию и вышвырнула с пика. Из контекста было понятно, что это сделала Лань Сюэ.

Из-за этой истории первые годы я воспринимал каждый её визит примерно как проверку палача перед казнью.

Я даже держал в пещере взрывные печати на случай, если однажды она решит повторить судьбу предыдущего смотрителя уже со мной.

И теперь до меня наконец дошло.

«Может быть прошлого смотрителя вообще не существовало?»

Пять лет.

Пять проклятых лет я боялся Лань Сюэ потому, что Му Цинлань однажды произнесла несколько слов с подходящим выражением лица.

Лань Сюэ и была моим предшественником в саду. И вовсе она никого не калечила из-за растений. А просто Му Цинлань меня запугала, чтобы я усерднее ими занимался.

Я вздохнул.

Да уж, Му Цинлань и Юй Жун действительно стоили друг друга.

Одна прятала хитрость за запахом алкоголя и ленивой улыбкой. Другая обманом заставляла людей работать в поте лица, оставаясь совершенно спокойной.

Я даже не мог решить, какой вариант хуже.

— Постарайся не задерживаться слишком долго, — сказала Му Цинлань. — Сюэ-эр тоже занимается культивацией. Она не может вечно ухаживать за твоими грядками.

— За вашими грядками, — осторожно поправил я.

Му Цинлань посмотрела на меня.

— Пока ты смотритель, они твои.

Разумно.

Как имущество — её.

Как работа — моё.

Очень удобная система распределения собственности.

Я перевёл взгляд на Лань Сюэ.

Интересно, рассказала ли ей Лань Юэ о моей настоящей культивации?

Лицо старшей сестры ничего не выдавало.

Она согласилась временно заняться садом без малейшего удивления. Хотя, если бы знала, что я уже заложил Основу Духа, то должна была задаться вопросом, почему я обманул ее Мастера.

Значит, скорее всего, Лань Юэ промолчала.

Спасибо ей за это.

— Постараюсь закончить за год, — сказал я.

Му Цинлань кивнула.

Лань Сюэ тоже ничего не возразила.

Прекрасно.

— Тогда перед затвором мне нужно купить кое-что.

— Иди, — сказала Му Цинлань.

Я поклонился обеим.

— Старейшина Му. Старшая Лань.

Уходя, я всё-таки ещё раз посмотрел на Лань Сюэ.

«Нет, это определенно разные люди». — сказал я себе.

Почему-то не удавалось избавиться от чувства, будто Лань Сюэ и Лань Юэ — один человек. Хотя я уже сказал себе, что не должен думать в этом направлении. Но теперь, когда провел с ней несколько месяцев — хотя большую часть этого времени вряд ли можно назвать сближающим — это чувство лишь усилилось.

* * *

Внутренний рынок секты почти не изменился.

Это почему-то успокаивало.

Пока я бегал по Скрытому Этажу, закладывал Основу, получал второе тело, участвовал в чужой войне и объяснял мастерам Формирования Ядра, что добровольно выбросил состояние, торговцы продолжали делать то, что умели лучше всего.

Завышать цены.

Я прошёл по алхимическим лавкам, заранее составив список.

Пилюли Заложения Основы мне больше не требовались.

По крайней мере для собственного прорыва.

Зато теперь я наконец мог посмотреть на них как алхимик.

Среди пилюль второго ранга трудно было найти товар выгоднее.

Спрос почти бесконечный. Каждый культиватор, добравшийся до поздних уровней Концентрации Ци, рано или поздно начинал мечтать о такой пилюле. Для обладателей среднего Корня Духа одной часто оказывалось мало. Людям с низким качеством требовались повторные попытки. Богатые кланы покупали их для наследников. Малые секты собирали ресурсы годами.

И цена держалась соответствующая.

Главная проблема заключалась в ингредиентах.

Точнее, раньше заключалась.

Основные растения уже росли в Мире Жемчужины. Там время и духовная среда позволяли получать зрелые травы с такой скоростью, которая для обычного алхимика выглядела бы оскорблением законов природы.

Оставались вспомогательные компоненты.

Их я и покупал.

В одной лавке.

Во второй.

Потом в третьей, потому что хозяин второй внезапно решил, что возвращение из Мира Меча каким-то образом увеличивает мою готовность переплачивать.

Ошибся.

Через два часа мой пространственный мешочек заметно похудел в Камнях Духа и потяжелел коробками, флаконами и запечатанными свёртками.

Этого должно было хватить, чтобы посеять в мире жемчужины.

Если научусь стабильно варить Пилюли Заложения Основы, дальше останется только увеличивать объём.

Я уже представлял цифры.

Даже самые осторожные расчёты выглядели приятно.

Очень приятно.

За следующий год мне предстояло решить две задачи.

Первая — полностью стабилизировать Золотую Основу Духа.

Сейчас она существовала, однако прорыв произошёл в таких условиях, которые нормальный человек постарался бы не повторять даже под угрозой смерти.

Вторая задача была проще.

Разбогатеть.

Серьёзно разбогатеть.

Я уже достиг Заложения Основы.

И очень скоро выяснилось, что этот великий успех всего лишь открывает дверь к следующей проблеме.

Формирование Ядра.

Если переход к Основе с моим Корнем Духа едва не убил меня, даже думать не хотелось, сколько ресурсов потребует следующая стадия.

Хотя думать как раз придётся.

И платить.

Наверняка очень много.

Поэтому я собирался встретить будущее подготовленным.

Желательно с таким количеством Камней Духа, чтобы будущие трудности хотя бы чувствовали себя неловко.

* * *

Высаживать растения в мире жемчужины я закончил уже глубокой ночью.

И как раз к этому моменту Му Цинлань выделила для меня особую пещеру для культивации.

Старую защиту пришлось полностью перестроить.

После знакомства с формациями Скрытого Этажа мои прежние меры безопасности выглядели почти детскими. Я установил вокруг входа печать двенадцати мечей, добавил несколько слоёв предупреждающих рун и привязал всё к внутреннему контуру пещеры.

Затем закрыл дверь и активировал формацию.

И даже так не осмелился отменить Скрытое Демоническое Дыхание. Пока я в секте, было бы глупо расслабляться.

Немного подождав, я пустил Ци в жемчужину, и достал два кольца. Я осторожно коснулся первого, ожидая сопротивления, однако, ничего не почувствовал.

До сих пор духовное восприятие упиралось в печати Янь Мэй и Вэй Шаня.

Я замер, и медленно посмотрел на Ши Юэ.

Слизень сидел в углу и выглядел совершенно невинно.

«Вот кто постарался…»

Пока кольца находились в Мире Жемчужины, он почему-то попросился туда. И, похоже, сумел поглотить остатки чужой Ци вместе с печатями владельцев.

Вот ведь прожорливая прелесть.

Его способность поглощать энергию оказалась полезнее половины техник, ради которых люди убивают друг друга.

Я снова погрузил сознание в кольцо, и на некоторое время забыл даже о Ши Юэ.

Пространство внутри было огромным.

Камни Духа лежали отдельными штабелями и ящиками.

Я начал считать, и чуть не задохнулся слюной.

Это и правда были сокровища всего Скрытого Этажа.

Ладно, может не всего, но точно львиная их часть.

И это только камни духа. Без учёта материалов, ингредиентов и всего остального.

Я сел, ведь стоя воспринимать подобные цифры было как-то неправильно.

Больше двух миллионов. В каждом.

На секунду я даже задумался, нужно ли мне вообще теперь продавать пилюли. Но я быстро дал себе подзатыльник — ресурсы всегда нужно.

И Камни Духа оказались далеко не самым интересным в кольцах.

Там также хранились редкие металлы, запечатанные кости духовных зверей, коробки с травами, эссенции, алхимические материалы, формационные основы, кристаллы, несколько неизвестных мне руд и десятки вещей, назначение которых я пока даже не мог определить.

Состояние двух мастеров, проживших сотни лет.

Но самым важным были артефакты и техники.

Начал я с артефактов.

У Янь Мэй был всего один артефакт.

Тот самый диск, который она использовала в бою с Вэй Шанем.

Я видел его силу и прекрасно помнил, на что он способен. Он состоял из двух частей — первый отливал бледно-голубым светом. По лезвию мгновенно выступил иней, а температура в пещере упала. Второй оказался тёмно-красным. Воздух над лезвием задрожал от жара.

Это была не обычная сила стихий. Нет, так проявлялись Инь и Янь — два противоположных начала, которые могли существовать отдельно. Но истинная сила проявляется лишь когда они вместе.

И в этом артефакте она именно что слилась.

Я уже видел разрушительную силу этого Диска. И теперь он принадлежал мне.

Правда, слово «принадлежал» пока звучало слишком самоуверенно.

Янь Мэй находилась на пределе Формирования Ядра. Артефакт соответствовал ее уровню сил — мне с Золотой Основой удастся использовать лишь часть его могущества.

Но даже часть — это очень много.

Я медленно убрал диск обратно.

Очень опасная вещь. Очень дорогая. И одна из тех, которые лучше никогда не показывать людям, знакомым с историей Скрытого Этажа.

У Вэй Шаня лежало в кольце два артефакта.

Железный браслет — боевой артефакт из тёмного особого железа, тяжёлый даже на вид.

Стоило коснуться артефакта духовным восприятием, как я почувствовал остаточную структуру техники Вэй Шаня.

Браслет позволял подчинять души духовных зверей.

Более того, захваченную душу можно было преобразовать, придав ей форму предмета.

Я сразу вспомнил Плащ Пустого Следа.

«Так вот как он был создан».

По словам Вэй Шаня, плащ был его собственной работой. Теперь стало понятно, что именно он подразумевал.

Я осторожно убрал кольцо отдельно.

Если разобраться с принципом, возможности у него почти бесконечные.

Второй артефакт оказался еще более ужасающим.

«Что это такое?» — задался я вопросом, смотря на черный флаг, вокруг которого летали молнии.

Судя по всему — это была какая-то формация. Но совсем не обычная.

Когда я попытался коснуться флага Духовным Восприятием… мое сознание чуть было не уничтожилось!

«Эта вещь явно связана с Дьявольской Культивацией», — понял я. — «Возможно, именно ее Вэй Шань украл у Янь Мэй».

Пока это было просто предположение. Но, учитывая, что она была из еретической секты — это вполне возможно.

Других артефактов в кольцах не оказалось.

Сначала это удивило.

Потом я вспомнил, что вообще-то шла война. Вэй Шань и Янь Мэй годами готовили свои школы к уничтожению друг друга. Всё, чем можно было вооружить старейшин, учеников и отряды, наверняка давно ушло в войска.

Они оставили себе только главное.

Логично.

Я продолжил разбирать содержимое.

К сожалению, техники открыть не удалось. На них были печати, которые не позволяли чужакам их выучить.

Поэтому я отдал все трактаты и свитки Ши Юэ. Когда он с ними закончит, я смогу все прочитать.

Занялся я оставшимися вещами.

Коробка.

Материалы.

Ещё несколько формационных пластин.

И вдруг пальцы замерли.

Из кольца Янь Мэй я достал небольшой предмет — тот самый Пропуск, с которым она когда-то попала в Мир Меча.

Я несколько раз видел его и теперь сразу узнал структуру пространственных печатей.

Несколько мгновений просто смотрел, а потом медленно опустился на каменную платформу.

Если я правильно понимал принцип…

Мне больше не нужно ждать следующего открытия Мира Меча. С этим пропуском я мог обойти барьер предков у вернуться, когда захочу.

Конечно, меня сразу закинет на Скрытый Этаж. Однако, это тоже не проблема, пока у меня есть ключ-карта.

Мысль была настолько серьёзной, что даже Камни Духа и артефакты на несколько мгновений перестали казаться главным открытием вечера.

Мир Меча больше не был местом, которое открывается раз в пятьдесят лет по решению девяти Великих сект. Для меня он превращался в территорию, куда существовал личный проход.

Я осторожно спрятал пропуск.

И только тогда заметил ещё одну вещь.

Небольшую пластину.

Форма была знакомой, хоть немного и отличалась.

Я достал собственную ключ-карту Скрытого Этажа и положил рядом.

Они были похожи: размер, материалы, способ, которым руны уходили в глубину поверхности… даже ощущение пространственной Ци — все было похоже.

Однако рисунок отличался.

Я долго сравнивал обе карты.

Это не могла быть ещё одна ключ-карта Скрытого Этажа.

Если бы Вэй Шань обладал способом самостоятельно покинуть Скрытый Этаж, вся его история не имела смысла.

Он хотел выбраться, но не мог.

Значит, эта карта открывала другой путь.

Мои глаза разошлись в изумлении.

— Не может быть… — тихо прошептал я, не способный поверить в свое собственное предположение.

В памяти всплыл Меч Небесного Разлома — гигантский клинок, рухнувший с небес. Ни один Предок страны Джао не знал о его настоящем устройстве, а значит они никак не могли создать Скрытый Этаж и ключ-карту.

Предки девяти Великих сект сделали печать вокруг входа, но они просто ограничили доступ. Они создали собственные ключи к своей формации.

Но ключ-карты Скрытого Этажа имеют совсем другой принцип работы.

Значит, эти карты создал кто-то другой.

Тот, кто имел отношение к самому Миру Меча.

Возможно, сам владелец Меча Небесного Разлома.

— Черт, это просто безумие… — пробормотал я.

Клинок не находился целиком в нашем мире. Он пронзал саму пространственную грань между двумя мирами.

Одна часть существовала здесь.

Другая уходила за неё, в иной мир.

Я снова посмотрел на вторую ключ-карту.

Холодное неприятное предчувствие медленно поднялось внутри.

Если первая карта открывала путь на Скрытый Этаж…

Если обе созданы одним мастером или одной системой…

Если Меч Небесного Разлома действительно соединяет пространства по обе стороны грани…

Тогда куда ведёт вторая?

Я сидел в тишине, держа маленькую пластину между пальцами.

Ши Юэ лениво колыхался рядом, совершенно не понимая, почему хозяин внезапно забыл о двух миллионах Камней Духа.

Мне же впервые за весь вечер стало совсем не до денег.

В голову пришёл ответ.

Слишком безумный, чтобы сразу в него поверить. И слишком логичный, чтобы просто отбросить.

Я медленно сжал ключ-карту.

— Что, если она ведёт в другой мир?

* * *