Я несколько минут стоял неподвижно. Просто стоял, чтобы мысли, мечущиеся в голове, улеглись и не мешали. Я не скажу, что паниковал, но легкое волнение появилось.
В очередной раз я убедился: когда понимаешь, что от твоих решений и от твоего результата зависит чья-то, пусть и маленькая жизнь, всё приобретает совершенно другой оттенок. И одно дело если делаешь то, что варил сотни раз, там есть уверенность, а совсем другое — когда и рецепта точно не знаешь и понимаешь, что многое зависит от удачи.
Я вздохнул и напомнил себе — всё необходимое есть, нужно только правильно всё это сочетать. Когда рассветница только начала рожать, янтарная роса и эликсиры ей помогали. Что ж, оставалась у меня одна бутылочка эликсира отличного качества, ее и отдам. Далее налил в блюдечко янтарную росу и всё это отнес Киросу. Возможно сейчас это придаст рассветнице немного энергии и даст мне на десять-пятнадцать минут больше времени.
— Буду следить, чтобы она… пила, — хмуро кивнул Кирос, принимая блюдечко и ставя его возле себя.
Я кивнул в ответ и вернулся в дом.
Подойдя к столу, я достал остатки ментального отвара — того самого, обычного, не усиленного, часть которого осталась с того дня, когда я варил мощный эликсир, готовясь копаться в памяти Элиаса.
Залпом выпил весь остаток.
Сработал он не сразу, минуты через три. Я на мгновение стал спокоен. Будто погрузился в ледяную ванну и забыл обо всем, кроме главного — лечения рассветницы. Мозг заработал спокойнее, отсекая всё лишнее. Да уж, вроде просто ящерица, и Седой мне намного ближе, он со мной во всех моих походах, а всё равно не хочу ее терять. Это что, жадность? Или желание, чтобы со мной была куча питомцев?
Не знаю. Да и какая разница.
Я тяжело вздохнул и еще раз медленно обошел свой сад, всматриваясь в растения.
Ладно. Начну с того, что выявлю лучшие пропорции для уже созданного. Смесь на ящерке сработала? Сработала, пусть и слабо. А с лучшим качеством и эффект будет чуть заметнее. Функция «Оценка» берет не так много сил, как полный Анализ, что позволит сделать много попыток. Да и крови Чернорука у меня достаточно, набрал аж восемь бутылочек. Жаль, конечно, тратить такой уникальный ресурс на тесты, но это необходимость. В конце концов, выведенный сейчас рецепт пригодится не только для ящерицы, он будет работать и для нас с Грэмом. Так что я в любом случае время трачу не просто так.
Я аккуратно сорвал по одному листку с каждого растения, которое не использовал для предыдущих опытов и которое обладало хоть какими-то регенерирующими свойствами. Таких у меня в саду сейчас было более двух десятков. Хорошо, что я выкапывал и затем пересаживал всё мало-мальски ценное в предыдущие выходы в Кромку. Я выложил перед собой листья, взял плошку с небольшим количеством крови Измененного, и попытался прислушаться. Так, как я делал обычно, когда хотел совместить два разных листка.
Вот только…ничего не вышло. Лист-то я слышал, а вот кровь — нет. Она была для меня «мертвой» и не откликалась. А я уж понадеялся, что на уровне ощущений выйдет понять, что с чем сочетается.
Ну нет так нет.
Я сразу понимал, что мне придется выяснять, что синергирует с кровью Чернорука, а что нет по отдельности Растений у меня было намного больше, чем оставшихся возможностей для Анализа, даже двадцати трех применений в день теперь мне не достаточно.
Я приготовил дощечку и угольный карандаш. Буду записывать на всякий случай, комбинаций и неудач будет много. Придется методом тыка выявлять рабочие варианты и отбрасывать мусор.
Сначала я взял остатки своей лучшей восстанавливающей мази — наскреб со дна мисочки буквально каплю — и смешал с кровью Измененного.
Не совместилось. Хуже того, кровь превратилась в мутную, дурно пахнущую жижу. Тут и Анализа не нужно, чтобы понять, что это провал. Ладно, готовая мазь не совмещается и не впитывается. Но это не значит, что не сработают ее отдельные компоненты. Я начал методично проверять каждый. Едкий лишайник, мать-и-мачеха, живокост, живица-трава, капли смолопряда…
Когда выяснил, что из этого работает (это была живица-трава), то пошел дальше. Ментальные травы. Сначала подумал зачем, а потом…потом рискнул. Неожиданный эффект дала ментальная трава ясноглаз. Кровь слегка посветлела.
[Алхимия+1%.]
Оказалось ясноглаз подходит как слабый стабилизирующий компонент к крови Измененного.
А вот восстанавливающая трава в чистом виде была несовместима — кровь ее просто сжигала. Подошла только концентрированная эссенция этой травы. Так стало понятно, что чем выше качество ингредиентов, тем меньше шансов что кровь их «сожрет» — слишком уже агрессивной она была.
Решил попробовать «нагреть» кровь Измененного, но уже не на открытом огне, а через водяную баню. Кровь моментально почернела и свернулась. Оказалось, что она портится даже при таком нагреве, а при смешивании с водой банально теряет свои свойства. В связи с этим возникал закономерный вопрос: если даже такое несильное нагревание заставляет кровь портиться, то как заставить даже рабочую смесь эффективно воздействовать на рассветницу? Внутри нее сейчас настоящий котел. Лекарство просто сгорит, не успев подействовать.
Скорее всего, именно в связи с этим и возникла такая низкая эффективность того, что я ей уже дал. Кровь даже не успела толком подействовать, как свернулась. Похоже, нужен некий «доставщик», который поможет крови пережить температуру и раскрыть свои свойства.
Попытался использовать корень железного дуба, но и его кровь в прямом смысле сожрала. Это заставило задуматься — отчего в ней такая сила, в этой крови? Это значило, что кровь Измененного содержит остаточную волю? Кажется Гнус говорил, что моя кровь сама себя защищает, нет ли тут чего-то подобного? Все-таки Высший Измененный — это уже не просто Одаренный, или расколотый — это другое существо.
А вот с жилкой железного дуба, на которую я рассчитывал, ничего не вышло. Она была слишком плотной, чтобы впитывать кровь Измененного. Свои свойства «впитывания» она раскрывала только когда подвергалась долгому воздействию температуры, а тут я не мог себе этого позволить.
Ясно. Отпадает.
Я продолжил перебирать.
За время этого «перебора» я повысил Алхимию 5 раз. И, честно говоря, пусть система и отмечала рост, но не сказать, что я считал, что понял что-то новое. Да, у меня появились с этой кровью рабочие комбинации, но до какого-то нового понимания было далеко. Нужно больше рецептов и больше попыток.
Через время я вздохнул и посмотрел на стол. У меня было пять ингредиентов, совместимых с кровью Измененного. Осталось это «скормить» крови. Ну а как понизить температуру ящерицы мысль у меня уже была. Простая и банальная, но она могла оказаться вполне рабочей.
Я еще раз взглянул на кровь, на травы и понял, что кое-что я таки понял, пусть и не оформил сразу в четкую мысль. Слабая алхимия не работает на кровь таких Измененных как Чернорук — их физиология просто переваривает слабые компоненты. Я пытался кровь не «травить», а наоборот усилить, и это срабатывало только с редкими ингредиентами. Оставалось проверить кристалл живы.
Я растолок один из кусочков кристалла до состояния мелкой пыли и добавил в кровь. Она тут же начала чуть блестеть и приобрела более густой, насыщенный вид.
[Алхимия +1%.]
Решил потратить один Анализ, чтобы узнать, что именно изменилось в крови.
И вот тут новые свойства были неожиданными.
[Кровь Измененного (насыщенная частицами кристалла)
Свойства: Продление срока хранения крови (до 14 дней). Снижение чувствительности к посторонним воздействиям.]
Я застыл. Снижение чувствительности к посторонним воздействиям…можно ли считать огненное воздействие тела рассветницы именно таким? По идее да. По сути, эту кровь стало чуть сложнее уничтожить. И это то, чего мне не хватало. Уже что-то.
Дальше я начал собирать всё воедино: кристаллы, кровь, янтарную росу, эссенцию восстанавливающей травы и пару капель смолопряда.
Получилась первая рабочая смесь.
Я потратил еще полчаса выверяя пропорции, чтобы достичь отличного качества. Раз уж есть рабочая комбинация, надо довести ее до предела.
Через полчаса я получил результат, который меня удовлетворил.
[Алая Паста Жизни
Качество: Отличное (81%)
Свойства: заживление внутренних ран (среднее). Временное, но мощное ускорение общей регенерации (зависит от объема пасты). Повышенная сопротивляемость посторонним воздействиям.]
Я подхватил плошку с густой, чуть мерцающей алой пастой и вышел наружу, к огненной зоне, где сидел Кирос.
Пасту разделил на три части. Одну проверить прямо тут, у огненной зоны, а остатки уже в другом месте. Похолоднее.
— Дай ей это, — сказал я, протягивая смесь. — Возможно сработает.
Кирос осторожно приоткрыл пасть тяжело дышащей рассветнице и заставил слизать часть пасты.
Грэм с совершенно спокойным видом сидел неподалеку. Да уж, с «вылеченными» ребрами он даже тренировку не мог провести. Седой сидел рядом с ним, и старик отгонял его от корзинки с насекомыми. Я собирался их перебрать по приходу но, жизнь скорректировала планы. Так что Седому придется немного потерпеть.
Кирос прислушивался к рассветнице, а потом вдруг сказал:
— Работает, но слабо…не лучше того, что ты дал в прошлый раз.
Я кивнул. Ладно, подобного я ожидал. Да, кристаллы повысили термоустойчивость, но внутри ящерицы сейчас всё равно высокая температура. Да и она вдобавок находится в огненной зоне.
— Кирос, нам нужно переместить рассветницу отсюда. — заявил я.
— Зачем? — удивился приручитель.
— Ее внутренний жар мешает свойствам моей смеси усвоиться. Ингредиенты портятся быстрее, чем успевают лечить. Нужно оттащить ее от огненной зоны, возможно, окунуть в холодную воду и дать лекарство там. В общем, ее нужно максимально охладить.
Учитывая, что в рассветнице больше нет кристалла, а сама она теперь полностью зависит от температуры окружающей среды, это было логично. Охладить ее было возможно.
— Ей будет больно, если окунуть ее в холодную воду. Очень больно, — предупредил Кирос, с сомнением глядя на меня.
— Так надо, — ответил я. — Иначе оно не сработает, и она умрет. Лучше пусть потерпит боль, чем умрет.
Кирос пару секунд подумал, а потом кивнул.
— Ладно, если надо, то попробуем. Только главное — постепенно. Не надо сразу в воду. Сначала положим рядом, а потом уже в…воду.
Я принес Киросу глиняную мисочку (он попросил) он положил туда ящерицу и перенес ее в тень возле корыта.
За матерью тут же бросились мелкие ящерицы-дети, смешно перебирая лапками и пытаясь поспеть за ней.
— Кыш! — шикнул на них Кирос, отгоняя рукой. — Ей сейчас не до вас.
Мелкие какое-то время еще шли, шагов пять, а потом, поняв, что вне огненной зоны им зябко и некомфортно ретировались обратно на горячие камни.
Рассветница чуть привыкла к новой температуре, ее дыхание стало еще более хриплым. Кирос осторожно, поддерживая ее обеими руками, погрузил миску с ящерицой в воду.
Ей это категорически не понравилось. Даже через подавляющую связь с Киросом она дернулась, попытавшись вырваться. Вода вокруг нее тихо зашипела, пуская пар.
— В обычной ситуации она бы попыталась сбежать или напасть, но я ее успокаиваю и держу через связь.
Секунд десять ящерица брыкалась, а потом как будто чуть успокоилась. Не удивлюсь, если Кирос применил какой-то «прием».
Я же осторожно прикоснулся к телу рассветницы, проверяя на температуру. Понизилась она быстро. То, что нужно.
— Элиас, ей… очень больно, — сквозь зубы процедил Кирос, — Еще одну минуту она не выдержит. Давай там, что ты приготовил.
— Понял, — кивнул я и тут же подсунул ей под морду плошку со смесью. Она нехотя, но начала слизывать алую пасту. Вылакала все до последней капли.
Минуту я не позволял Киросу вытаскивать рассветницу из воды.
— Всё, Элиас, дольше нельзя. — выдохнул он, и поднял над водой глиняную миску.
Мы стояли над рассветницей и ждали минут пять. Она дышала тяжело и видно было, что переносить столь низкую температуру ей тяжело.
— Ну как? — спросил я
— Работает. — признал он, — Ей стало чуть легче.
Еще через две минуты он сказал:
— Да, Элиас, не знаю что ты там приготовил, но когда ящерка в холоде, твоя смесь работает.
— Работает — это главное. — сказал я, — Но насколько ей это помогло? Что-то внутри затянулось? Вы такое можете почувствовать?
— Могу, — кивнул Кирос, — В нескольких местах боль стала меньше — это значит, что смесь работает. Но ее было недостаточно. Ты дал ей еще времени, но основные повреждения внутри не затянулись.
Я стиснул зубы.
— Значит, нужно несколько раз провести такие процедуры.
— Только сначала она должна отогреться, — предупредил Кирос. — Чтобы повторно погружать ее в воду. Ну а смесь… у тебя есть еще?
— Сделаю. — ответил я и вернулся в дом.
Я вернулся и продолжил делать смесь. Теперь я знал пропорции, правильную последовательность и не совершал ошибок. Но я понимал, что этой смесью выиграю время и улучшу состояние рассветницы, но это не тот эффект, которого я ожидал от этой «Пасты Жизни».
Нужно что-то сильнее. Намного сильнее.
На новые смеси ушло минут десять времени. Я отдал обе порции Киросу и сказал, чтобы делал тоже самое, что и в первый раз, а сам еще раз вышел в сад.
Я лихорадочно искал вариант создать что-то по-настоящему сильное. Что-то, что не просто отсрочит смерть, а вылечит.
Я еще раз перебрал в уме свойства всех своих ингредиентов. И вдруг мой взгляд упал на грядку в самом центре сада — на Золотой Женьшень.
Стоп…а что если?..
Да, он предназначался для другого, для лечения духовных корней. Но я помнил его системное описание: он впитывает свойства других ингредиентов почти без потерь! И если для жилки железного дуба нужна была сложная «выварка», чтобы заставить ее впитывать чужие свойства, то тут, возможно, всё иначе?
Да, использовать женьшень было жалко, да и добывали его для другого, но…я не видел проблем с его выращиванием и размножением. Имея Скитальца, свою кровь Симбионта и Сердечник Древний я могу позволить себе рискнуть.
Я взял кинжал, подошел к женьшеню и аккуратно отщипнул небольшой, совсем крошечный кусочек золотистого корня. Положил на стол и капнул на кусочек кровью Измененного. Она мгновенно впиталась.
Вот только дальнейший результат меня совсем не обрадовал. Через секунд десять Кровь Измененного просто сожрала женьшень, уничтожила его свойства, а затем распалась сама. Кусочек превратился в труху.
Я замер, думая, что не так. Это полная несовместимость компонентов, или…нужно чем-то помочь женьшеню?
Женьшень, по сути, огромное вместилище живы. Он высасывает всё вокруг. Что если отщипнутый кусочек поддержать моей живой? Какое-то время он еще «живой». Может это поможет ему впитать кровь Измененного?
Решил проверить на еще одном таком же небольшом кусочке.
В этот раз я не отпускал кусочек, держа в пальцах и напитывая его живой. Связи не было, потому что полноценным растением оно уже не было, но крохи жизни в женьшене еще пульсировали, и я поддерживал ее вливаниями своей живы.
Кап!
Капля медленно и как-то нехотя начала впитываться в женьшень. Я почувствовал, как кровь Измененного пытается медленно сжирать женьшень, но теперь и он сам боролся за свою жизнь.
Я поддал еще живы.
Еще…
И на удивление ее тратилось очень много. Но женьшень боролся. Это уже не алхимия, это что-то другое.
Через десять секунд женьшень жадно впитал кровь не разрушившись, а лишь приобретя легкий красноватый оттенок.
[Алхимия+1%]
Я понимал, что добился результата, но также понимал, что скорее всего ни один другой травник или алхимик не смог бы совместить эти два компонента. Просто потому что этот кусочек женьшеня отнял у меня десять единиц живы, прежде чем справился с кровью Измененного, да еще и потребовал вмешательства Дара. Однако это заставило задуматься вот о чем. Очевидно, некоторые высокоранговые компоненты можно стабилизировать только своей личной энергией в момент слияния. Возможно некоторые алхимики с слабым запасом живы используют для этого кристаллы, мне же такого не нужно. Я сам по себе огромный кристалл живы.
Анализ!
[Женьшень Золотой (измененный)
Свойства: Сохраняет способностью «сшивать» трещины духовного корня, но эффект незначительно снижен воздействием Крови Измененного. Обладает регенеративными свойствами крови Измененного (эффект снижен)
Редкость: Невероятная]
Хорошо. Я на верном пути. Идем дальше.
Я попробовал добавить к этому кусочку эссенцию и всё испортил. Корень мгновенно почернел.
Я замер и сделал глубокий вдох. Всего лишь небольшая неудача.
Хорошо, что я действовал с крошечными кусочками.
В том, что кусок женьшеня впитал свойства крови, я видел выход. Это значит, что внутри рассветницы он не потеряет свои свойства.
Я задумался. Эссенция…может всё дело в том, что более сильный элемент в виде крови Измененного, добавленный первым, просто блокирует и выжигает более слабые компоненты, не давая им раскрыться.
Я попробовал взять готовую Алую Пасту и впитать ее в женьшень. Ничего не вышло. Паста просто облепила корень снаружи. Ну, хоть не испортил кусок женьшеня.
Ладно. Меняем порядок.
Я отщипнул еще кусочек женьшеня и окунул его в янтарную росу. Эффект был почти мгновенным, после погружения женьшень засиял еще ярче, а главное, его структура стала мягкой, податливой, как теплый воск.
[Алхимия+1%]
Вот тут действительно видно, что это синергирующие компоненты.
Затем я проверил, впитывает ли он кристаллы живы. Крупные осколки он ожидаемо отторг, а вот растертую в пыль крошку всосал мгновенно, засияв изнутри золотистым светом. При этом он продолжал тянуть мою живу как насос.
После этого я аккуратно ввел эссенцию восстанавливающей травы и свежие капли смолопряда (загустевшие капли женьшень игнорировал).
И лишь в самом конце, когда корень был напитан всем этим до предела, я добавил кровь Измененного. При этом каждый раз, добавляя ингредиенты, я подпитывал женьшень живой, но ни один компонент не требовал таких вливаний как кровь.
Несколько секунд ничего не происходило, а потом корень засиял рубиновым.
У меня в пальцах оказался полупрозрачный комок, сверкающий внутренним светом, словно драгоценный камень. Никакой жизни в этом куске я уже не чувствовал.
[Алхимия +1%]
[Рубиновый Корень Высшей Регенерации (Уникальное слияние).
Качество: Совершенное.
Редкость: Невероятная
Свойства: Залечивание тяжелых внутренних повреждений (скорость средняя), временная стабилизация энергетической системы организма. Мощнейшее временное ускорение регенерации (требует увеличенного количества пищи)
Примечание: Уникальный продукт. Требует колоссальных затрат живы при создании.]
Да уж…
В принципе, глядя на этот кусок женьшеня, больше напоминающий чуть мягкий драгоценный камень, я и так понимал, что качество в нем должно быть очень высокое. Но «совершенное»…это значит 100%?
Ладно, не о том думаю. Я еще раз взглянул на кусок женьшеня и только теперь осознал почему именно он так ценен. Золотой Женьшень сам по себе позволяет алхимику игнорировать муторную, долгую варку и проблему несовместимости компонентов. Но и требовал на это больших затрат живы.
Я ведь даже не представляю, сколько стоит золотой женьшень, я ни разу и никого об этом не спрашивал. Я в принципе слабо ориентировался в ценах на ингредиенты. Тех же гнилодарцев я просто попросил его добыть и они добыли.
А теперь если представить, что у кого-то из алхимиков появился женьшень. Во-первых, к тому моменту женьшень просто либо умрет, либо будет на последнем издыхании. Я же беру кусок свежего и напитанного под завязку женьшеня. И неужели кто-то будет тратить его на такие рискованные эксперименты, как у меня? Нет. Его будут использовать строго по назначению. Но самое удобное, что я могу сам залечивать женьшень с помощью Дара и смеси гидролатов.
Я еще раз посмотрел на получившийся рубиновый корень и вышел наружу.
— Кирос, нужно кое-что попробовать!
Приручитель, выглядевший уже изрядно уставшим, кивнул и снова понес рассветницу к корыту с водой. Думаю, усталость у него была именно из-за того, что он каждую секунду чувствовал боль рассветницы.
— Нужно, чтобы она это проглотила, — сказал я, показывая светящийся рубиновый комок.
Кирос прищурился. В его глазах мелькнул неподдельный интерес.
— Что это? Выглядит… дорого.
— То, что ей поможет, — уклончиво ответил я.
Старик осторожно разжал челюсти ящерицы, и я протолкнул комок ей в глотку.
Минуту мы сидели в полной тишине. Я чувствовал, как бешено колотится мое сердце.
Именно этот кусочек рубинового корня определял жизнь рассветницы. Выкарабкается она или нет. Придумал я рабочее средство, или нет.
Стоп! Я забыл про пищу! В описании было сказано про увеличенное количество пищи, а я ничего не дал рассветнице.
Я метнулся в дом и поставил перед ящерицей миску с янтарной росой и эссенцией огненной крапивы.Я опасался давать чистую огненную пищу, боясь что она «уничтожит» корень. Поэтому ограничился нейтральной росой и эссенцией с гидролатом.
Кирос сразу понял чего я хочу и, видимо, силой заставил ящерицу есть. Нехотя она слизала всё, что я поставил перед ней.
Несколько минут ничего не происходило, а затем Кирос резко выдохнул.
— Элиас… не знаю, что это за магия, но оно… работает. И работает пугающе быстро. А еще оно как-то влияет на ее живу, на духовную часть тела.
Он закрыл глаза, видимо погружаясь через связь в ящерицу.
Значит, у нее были не только физические, но и энергетические повреждения. Хорошо, я понимаю, что средство рабочее, но такой небольшой кусочек женьшеня нужен для сравнительно небольшой ящерицы, а для человека же нужно намного больше.
Через десять минут Кирос открыл глаза.
— Сработало! Одна из самых глубоких ран внутри затянулась. И начала затягиваться еще одна.
— Значит, нужно еще? — уточнил я.
— Да. — кивнул Кирос, — Еще две-три таких штуки и она залечит основное.
Я кивнул.
Вернулся к Золотому Женьшеню, осмотрел его, а затем аккуратно отщипнул еще три куска. В этот раз сразу покрыл места, где отщипывал кусочки женьшеня смесью гидролатов и дал большую порцию своей живы, которую женьшень тут же начал использовать для восстановления и «заращивания» ран.
Три рубиновых корня. Я понял, что это в любом случае было бы пределом. На большее у меня банально не хватило бы эссенций, да и свежих капель смолопряда не оставалось, только застывшие.
А еще, — и это было самым обидным, — я истратил всю пыль от кристаллов живы.
Я покачал головой. Глупости! Главное, что это сработало. Осколки кристаллов Седой и его стая мне принесут. Такое добро они находят «на ура».
Я вынес все три корня Киросу. Мы скормили их рассветнице один за другим.
С каждым проглоченным куском ее дыхание становилось всё ровнее, чешуя, потерявшая блеск, снова начала наливаться огненным цветом, а потемнения внутри исчезали.
— Раны…затянулись, — наконец с облегчением произнес Кирос, вытаскивая ящерицу из воды.
Он бережно поместил рассветницу обратно в центр огненной зоны. Оказавшись на горячих камнях, она даже ожила, приподняла голову и благодарно лизнула старика в палец.
Кирос выглядел…не довольным, а скорее удивленным, и я понимал почему. Он увидел слишком много у меня. Слишком много ценных ингредиентов, пусть он и не знал, что конкретно я использовал, но он ведь не дурак.
А вокруг рассветницы тут же радостно засуетились ее дети. Тот, что плевался огнем, смешно чихнул и пустил крошечную струйку пламени прямо в своего собрата. А тот, кристальный, совершенно не обратил на это внимания — он жадно впитывал в свои кристаллики окружающую живу, и они, со времени его вылупления, продолжали приобретать всё более насыщенный оранжевый цвет.
Хоть я остался почти пуст (живу надо срочно восстановить) и без запасов пустых кристаллов, я смотрел на мелкую огненную ящерицу и понимал — оно того стоило. Вдобавок, я теперь знал новый способ совмещать ингредиенты друг с другом. Осталось проверить его на менее ценных ингредиентах.
К тому же я потратил все применения Анализа на сегодня. Так что визит к Хабену и к его рецептам откладывается на завтра. Я осторожно погладил новорожденных ящериц.
Сейчас бы применить на них Анализ. Слишком уж они «особенные». Но это подождет до завтра.
Я опустился на камни рядом с Киросом. Ну а Грэм незаметно успел заварить нам с приручителем по чашке травяного чая и поставить миску с медом.
Я сделал большой глоток, чувствуя, как тепло расходится по уставшему телу. Вроде и не делал ничего такого. Не было длинных варок, не было десятичасового стояния над котлом, а всё равно…устал.
— Не думал, что у тебя выйдет, Элиас, — честно признался Кирос, глядя на меня с каким-то новым выражением, уважением что-ли? — Не знаю, что ты там за ингредиенты использовал и где вы их с дедом откопали…
— Лучше тебе и не знать, Кирос, — подал голос Грэм.
— Да я не о том, старик, — отмахнулся Кирос. — Я к тому, что уверен: выручить за эти ингредиенты ты мог немало. Очень немало, Элиас. Золотом. А потратил их на нее.
Я понимал старика. Тран говорил, что он немного «сдвинутый» как и многие приручители. И такое проявление заботы о ящерицах задело его. По хорошему, конечно.
— Знаете, Кирос, — ответил я честно, глядя в кружку с чаем, — Это рассветница залезла на меня, спасаясь от хищной твари — вроде как выбрала…а это что-то да значит. А потом…потом по утрам мне грела грудь. Такое не забываешь. Она теперь часть нашей семьи. Я, конечно, не могу ее чувствовать как ты, и не могу приказывать. Но раз она от нас не убежала за всё это время, значит ей тут по нраву.
Кирос несколько минут молчал, а потом вдруг сказал:
— А знаешь, Элиас… Сделаю-ка я в ней закладку.
Я удивленно поднял взгляд.
— «Закладку»? — переспросил я.
— Да, — кивнул старик и тут же пояснил. — Сильные приручители могут ставить так называемые «закладки» в сознание редких животных. Чтобы их не смог увести или подчинить другой, более слабый приручитель. Не знаю как оно сложится, но вот мою закладку вряд ли кто-то «сломает».
Я застыл. Эта информация была для меня абсолютно новой. И слово «закладка»… Оно слишком сильно напоминало ту ментальную работу с памятью, которую проделал отец Элиаса. Ментальный блок.
— Спасибо, Кирос, — искренне сказал я.
Он ведь прав: в данный момент любой приручитель мог пройти рядом и подчинить рассветницу. Никто в поселке, правда, таким не занимался, но чем черт не шутит.
Я посмотрел как рассветница удобно устраивается поближе к камню с пальцем первородного, а ее мелкие дети укладываются вокруг нее плотным кольцом. Устали…набегались.
Осталось еще трое, — подумал я, глядя на жар-сердце, где внутри лежали невылупившиеся яйца.
Я повернулся к приручителю.
— А можно поподробнее про эти закладки? — спросил я, подавшись вперед. — Что это вообще такое и как оно работает? Потому что я о таком никогда раньше не слышал.
Кирос вздохнул и глотнув чая начал рассказывать.