Вернувшись домой, я сразу направился к своему столу. Крутил в голове состав рецептов. Семь рецептов, которые нельзя забыть. Достав несколько чистых деревянных дощечек и угольный карандаш, я принялся за работу. Кстати, угольный карандаш был предпоследний, скоро нужно сесть и сделать новую «партию».

Закончив с записями, я спрятал дощечки обратно за стол и вышел наружу к Грэму, который продолжал заниматься забором.

— Ну что, как там Хабен? — спросил Грэм, обернувшись.

Я на секунду застыл, обдумывая ответ.

— Он обладает очень полезными знаниями, — наконец сказал я, вставая рядом.

— Значит, будешь учиться у него? — старик прищурился, внимательно изучая мое лицо.

Я знал, что Хабен ему не нравится, но его знания мне нужны. Это факт.

Я посмотрел на Грэма, вздохнул и ответил предельно честно:

— Не совсем учиться. Я хочу узнать у него побольше, вытянуть всё, что смогу, но при этом не быть ему обязанным. Только пока не представляю, как это сделать. Хабен не дурак, он понимает цену своим секретам.

— Вот как? — переспросил Грэм, чуть приподняв брови. — Жаль, что ты вообще к нему сунулся, он…

— Я знаю, что ты о нем думаешь, — не дал я ему договорить, — И знаю, что большая часть слухов, что о нем ходит, правда. Но ты знаешь кого-то другого, кто сможет научить меня алхимии вне гильдии?

Грэм отставил в сторону топор, подумал, а потом вдруг сказал:

— Нет, не знаю, но…у тебя вроде и так неплохо получается благодаря твоему Дару. Ты делал такие вещи, какие не каждый подмастерье в гильдии сможет.

— Всему есть пределы, дед, — покачал я головой. — Я такое могу только из-за редких ингредиентов и возможности их сохранять в «живом» виде. Да еще и Дар помогает совмещать несовместимое, но базовых знаний он не заменит. Я не знаю свойств сотен растений, не знаю, как они взаимодействуют и сочетаются в алхимическом котле. А с остальными травниками в поселке у меня такие отношения…

Я покачал головой.

— Ничего они мне не скажут. Остается Хабен. Нет, если бы в Кромке жили какие-то травники-отшельники, которые бескорыстно берут учеников — это одно дело. А так…

— А, так ты уже всё решил. — констатировал он.

Почти минуту он молчал, а потом вдруг сказал:

— Ладно, как сделал, так сделал. Ты уже взрослый. Раньше бы я что-то тебе поперек говорил, ругался бы, но теперь… ты совсем самостоятельным стал.

— Я и раньше самостоятельным был. Просто делал не то и не так. — заметил я.

Грэм посмотрел на меня как-то оценивающе.

— Да нет. Ты повзрослел. Общение с гнилодарцами и постоянные походы в Кромку пошли тебе на пользу… и твой Дар тоже.

Я не стал спорить, ибо это в каком-то смысле была правда.

Я осторожно прикоснулся к Грэму и передал ему часть живы.

— Спасибо, — кивнул он.

Но это, как обычно, был повод применить Анализ.

Меня волновало сколько вчера «ушло» черной хвори.

[Черная хворь: 26,2%]

Это хорошо, очень хорошо! Еще три-четыре сеанса с Рыхлым, и хворь сойдет на нет. Останутся остатки, до которых его пиявки не смогут дотянуться, и там в дело вступит грибная вытяжка и пепельная лоза. Может даже удастся их совместить.

— Знаешь. — вдруг сказал Грэм, посмотрев в сторону Кромки, — Забор я наверное расширю еще больше, а потом сделаю тут настоящий частокол из толстых бревен. Кто его знает, какая теперь опасность из леса может прибежать после этого Прорыва. Достаточно одной крупной твари, с которой не справится волк — и весь твой сад вытопчут.

Я кивнул. Пусть. Так даже лучше.

Я же пошел к огненной зоне и первым делом проверил пепельную лозу, которую недавно высадил. Она мало того, что прижилась, так еще и стала толще раза в полтора. Оно и немудрено — с моей подкормкой и бесконечным потоком огненной живы. Пока бесконечным. Насколько хватит запаса этого огненного пальца — никто не знал. Даже система этого не показывала. После, взглянув на спящих ящериц, я медленно пошел по саду вдоль грядок, подпитывая каждое растение своей живой. У восстанавливающей травы и серебряной мяты отросли новые сочные листья, достигнув практически того же размера, что и до моей масштабной срезки перед приходом Марты. Еще день-два — и их можно использовать для создания эссенций. Правда, не так по-варварски, как в тот раз.

Подойдя к едкой зоне, где почва была густо пропитана соком железного дуба, я замер. Едкие одуванчики изменились. Их обычно нежно-зеленые стебли потемнели, приобретя почти болотный оттенок, а на кончиках листьев проступили капельки желтоватой слизи.

Я наклонился и, прикоснувшись, использовал Анализ.

[Едкий одуванчик (Эволюционировавший)

Свойства: Стебли содержат концентрированный едкий сок. При попадании в открытую рану вызывает легкий парализующий эффект и сильное жжение.]

Я присел и посмотрел на землю, потрогал ее в разных местах пальцами. Внимательно осмотрел остальные растения и стало понятно, что другие растения не эволюционировали.

Через секунду до меня дошло. Едие одуванчики через свою разветвленную корневую систему вытянули весь сок в себя и эволюционировали, тогда как остальные довольствовались остатками. В следующий раз учту. Но главное — метод работает. Через изменение среды едким соком дуба эти растения получают толчок к эволюции.

Ладно. Я опустился на колени и наклонился ко всем этим едким растениям и, закрыв глаза, попытался запомнить запах каждого из них. Сначала в нос ударил резкий, кислый запах — общий для всех едких растений. Они действительно пахли очень похоже и одинаково неприятно. Сосредоточившись, я начал улавливать нюансы. Одуванчик отдавал острой, перечной горечью, от которой слегка щипало в носу. Едкий лишайник пах словно мокрой ржавчиной. А вот с остальным было сложнее. Другие запахи перебивали их. Да уж, надо брать каждое отдельно и запоминать, чтобы ничего не смешивалось.

Поднявшись, я задумался. А действительно ли мой нюх острее, чем у обычного человека? Я ведь никогда не обращал на это внимания, привыкнув полагаться на Анализ и особо не «внюхиваясь». А надо бы.

Отряхнув колени, я заметил Седого. Мурлык лежал кверху пузом, раскинув лапы, и тихо похрапывал, переваривая свой роскошный завтрак из ядовитых жуков. Я почесал ему сытое брюхо и использовал Анализ. Раз уж поход к Хабену ограничился семью рецептами, Анализ можно смело тратить.

[Трансформация: 6.5%]

За один день обжорства — отличный результат! Но этот процесс определенно можно ускорить. Я понимал, что мне нужно снова идти к Прелому Низовью — той самой «речке-вонючке» — за кристаллами, растущими на камнях, которые так хорошо стимулировали Седого. А еще нужно добыть свежего сока едкого дуба и попытаться сделать из него концентрированную вытяжку.

Глядя на спящего мурлыка, я задумался. Любопытно, как он будет выглядеть после полной трансформации? Что вообще значит «первая ступень» для вполне обычного зверя? Он станет больше? Быстрее? Сильнее? Или у него появятся какие-то особые способности?

С другой стороны, даже если он будет идти с такой скоростью к следующей ступени, на переходе всё равно возникнут трудности. Тран ведь говорил, что для перехода зверя на следующую ступень понадобится либо очень мощный кристалл с идеально подходящим типом живы, либо специализированный эликсир прорыва для животных. То есть даже когда я докормлю Седого до 99%, перед самим скачком придется изрядно поломать голову. Но это потом… Сейчас же Седому предстоит куча едкого и ядовитого. И лопает пока он это с огромным удовольствием.

Продолжая обход сада, я вдруг зацепился взглядом за улитку-живосвета, медленно ползущую по камню. Вернее, мой взгляд привлек не сам живосвет, а влажная, мерцающая дорожка слизи, которую он оставлял за собой.

Я ведь уже анализировал ее. Слизь обладала слабым заживляющим эффектом. Тогда я решил, что она мне не особо нужна — любая восстанавливающая трава в моем саду работала лучше. Но сейчас, после лекции Хабена, я посмотрел на это иначе.

Тихие компоненты, — вспомнил я слова алхимика. — Те, что не имеют своего громкого голоса, но идеально растворяются, дополняют и многократно усиливают свойства других.

Может ли слизь улитки быть таким связующим звеном?

Я сходил в дом, взял небольшую глиняную мисочку и аккуратно собрал в нее тягучую радужную слизь с камня. Нужно будет набрать побольше и провести тесты с каждым регенерирующим растением в саду, а затем уже в различных вариантах «варок». Может при обычном контакте она и не раскроет своих свойств, а вот при готовке вариации отвара вполне.

Сейчас, правда, у меня была другая насущная проблема — эссенции. Мои запасы стремительно таяли. Смеси гидролатов уходили на лечение Золотого Женьшеня, а концентрированные эссенции требовались для новых эликсиров себе, Грэму и гнилодарцам.

Предупредив Грэма, я взял две самые большие корзины и направился на луга у Кромки. Через двадцать минут я был на месте. На удивление, за это время листья даже той восстанавливающей травы, которую я срезал, успели восстановится. Как и мяты.

Почти два часа я монотонно срезал восстанавливающую траву и обычную серебрянную мяту. Работа успокаивала, позволяя мыслям течь свободно. Дала время подумать и о сказанном Хабеном, и о не сказанном. Ни к каким выводам не пришел, может потому что и не хотел приходить.

Когда я вернулся во двор, тяжело нагруженный зеленью, то увидел Кироса. Старик-приручитель сидел на корточках прямо над жар-сердцем.

— Ты вовремя, Элиас. Сейчас полезут, — не оборачиваясь, бросил он.

Я поставил корзины у крыльца и присел рядом. Все мелкие ящерята из первого выводка сгрудились вокруг, с любопытством наблюдая за пульсирующим сердцем пеплошкура. Рассветница тоже подползла поближе, поглядывая на него. Кирос же, когда решил что пора, наклонил, перевернул сердце и убрал его верхушку. Едва он это сделал, наружу недовольно и медленно выбрались еще три ящерицы.

Первая была покрыта тонкими, но плотными костяными наростами, идущими вдоль всего хребта — ну самая настоящая броня. Она двигалась тяжело, но как-то уверенно, и поглядывала на других с небольшим превосходством. Всё потому, что она была крупнее раза в полтора. Вторая выглядела…необычно. Она была двухцветной. Левая половина тела пылала огненно-красным, а правая была матово-серой, цвета остывшего пепла. И смотрела она как-то слишком осмысленно. Это меня как-то сразу напрягло. Третья ящерица была самой мелкой, но на ее лбу, прямо между двумя обычными глазами, открылся третий, вертикальный глаз, полыхающий чистой огненной живой.

— Вот это приплод, — восхищенно выдохнул Кирос, поглаживая подбородок. — Ну что, Элиас, решил, кого продашь мне?

Он выжидающе посмотрел на меня.

— Давай чуть позже, Кирос, — мягко ответил я. — Я еще толком их даже не рассмотрел. Пусть окрепнут пару дней.

— Ладно-ладно, — понимающе кивнул старик, хотя я понимал, что кого-то отдать ему придется. Еще и просто потому, что за всеми я не услежу. Да и не нужно мне так много ящериц, как бы не хотелось оставить их себе.

Я улыбнулся, протянул руку и кончиками пальцев коснулся каждого новорожденного, используя Анализ.

[Броненосная рассветница.

Свойства: Высокая физическая защита, генерация внутреннего жара.

Редкость: Высокая.]

[Двуликая рассветница.

Свойства: Способна поглощать и использовать как чистый огонь, так и пепел.

Редкость: Невероятная.]

[Трехглазая рассветница.

Свойства: Способна с помощью особого глаза создавать концентрированный огненный луч.

Редкость: Невероятная.]

Я убрал руку, скрывая удивление. Этот выводок был просто сокровищницей мутаций. Да, оно было понятно и так, анализ это лишь подтвердил. Но трехглазая действительно была чем-то невероятным.

Рассветница подошла к своим детям и они тут же облепили ее. Да, Кирос говорил, что у них есть связь.

Двое других ящерят (Огнеплюй и Кристаллик) забрались в жар-сердце и там возились. Так что я решил чуть отложить их Анализ. Подождут.

Пока мы с Киросом завороженные наблюдали за возней рассветницы со своими детьми, к нам подошел Грэм.

— Элиас, пошли есть.

Я встрепенулся.

— А, сейчас. Мне надо только быстро с травами закончить.

Я быстро (насколько это было возможно) вымыл от грязи собранные травы и погрузил их в воду, чтобы к тому моменту, как я буду делать из них эссенцию они не завяли.

После этого был обед. На удивление, Кирос решил присоединиться.

— А что? — пожал он плечами, отвечая на недовольный взгляд Грэма, — Всё утром бегаю туда-сюда, даже кусочка хлеба не успел в рот закинуть.

— Ешь уже молча. — фыркнул Грэм, — Разболтался.

Дальше все ели уже молча. Даже Седой присоединился к трапезе. Он сел на подоконнике и жевал жука, наблюдая за нами.

Потом мы втроем на крыльце пили травяной чай.

— Ладно, — отставил в сторону пустую кружку Грэм, — Нам пора в лес. Ты останешься тут, Кирос?

— Да, пожалуй понаблюдаю за ящерицами. — кивнул он.

Я же молча начал сборы, которые были уже как обычно быстрыми. И, похоже, сегодня нам критически необходимо зайти в Хрустальный Лог, проверить мурлык и поторговаться с ними. Мне нужны были осколки кристаллов живы, я потратил все запасы на создание Рубинового Корня для рассветницы, а без них качество моих эликсиров заметно просядет. Надеюсь, мурлыки успели натащить в своих схроны кристаллов.

Когда я уже стоял готовый, с живой корзиной за спиной и в броне (и защитном комбинезоне Шурши) Седой взлетел мне на плечо.

— Ну что, уничтожитель жуков, — усмехнулся я, почесав его за ухом. — Сегодня к твоим сородичам идем?

— Пи! — воинственно пискнул мурлык.

Сейчас он еще вряд ли готов потягаться с тем рыжим вожаком, но после первой трансформации, думаю, всё изменится.

Грэм тоже стоял наготове со своей секирой и топором за поясом.

Он кивнул мне и мы двинулись к Кромке.

Скитальца я вновь оставил дома, зато взял сразу двух корнечервей. Пусть ищут мне семена. Когда вернусь, стоит попробовать поставить в них закладки, о которых говорил Кирос и понаблюдать как и что в них изменится, если перестать их контролировать через связь.

Виа уже спешила навстречу из леса.

А железные дубы-якоря ощущались еще отчетливее. Видимо, чем больше я помечу дубов из одной сети, тем ярче они будут мигать в моем восприятии. Сейчас я мог выйти к ним даже с закрытыми глазами.

Первым делом мы с Грэмом сделали крюк к роще едких дубов. Мы остановились, я аккуратно сделал надрез и вставил трубочку. Едкий вонючий сок закапал в кувшин, который я захватил с собой. Пока ждал, когда наберется достаточное количество сока, восполнял свою живу. Виа в это время кружила вокруг охраняя нас. Немного сока я тут же дал Седому. Тот с жадностью вылакал едкую жидкость, довольно жмурясь.

Интересно, в дикой природе существуют такие вот мурлыки перешедшие на следующую ступень? Или все-таки им слишком тяжело добывать такие вот едкие растения?

Пока мы шли, я постоянно восполнял живу. Я подходил к крупным деревьям и использовал Поглощение, вытягивая из них живу. Попутно я высматривал в подлеске травы, необходимые для создания регенерирующей мази. Но в большинстве случаев травы либо не успели восстановиться, либо я их выкопал к себе в сад. Да, нужно идти разными дорогами.

К тому моменту, когда мы подошли к дому Морны, мой запас живы был восполнен на треть. Было бы больше, но как обычно секира Грэма сожрала много. Да уж, не представляю, кто еще бы мог так как я каждый день ее наполнять живой. Корнечервей я отправил исследовать территорию дома Морны. Может и найдут что-то более ценное тут, раз по пути их добычей была только дюжина сомнительных семян (которые еще предстоит проанализировать).

Во дворе было непривычно тихо. Рыхлого нигде не было видно. Отсутствовали и Нурл, Арна и Иглыш. На крыльце сидел только Клык, и работал уже над другой костью — видимо свое копье он уже закончил делать. Дети, наверное, были на заднем дворе у пасеки.

Уже когда мы проходили мимо изгороди, которая стала, к моему удовольствию, еще чуть выше, из дверей дома показалась Морна.

Только увидев ее я вдруг понял, что за разговором с Хабеном и остальными делами забыл про то, что должен был сделать — сварить Морне хотя бы один отвар укрощения зверя.

Однако…выглядела она сегодня спокойнее. Не так, как вчера.

— А Рыхлый где? — сразу спросил Грэм, опираясь на секиру.

Все-таки пришли мы за лечением, в данный момент это была основная причина, почему мы ходили сюда. Гнилодарцы уже не в таком тяжелом состоянии и не требуют моей ежедневной подпитки. Хотя, конечно, она им тоже не помешает.

— Он ушел затемно на новое место, — ответил Клык, откладывая нож. — С ним ушли Нурл с Арной и Иглышом. Он им показывает, что там да как.

— Вот как… значит уже определился с местом? Интересно, какое выбрал, — задумчиво почесал бороду Грэм, а потом взглянул на Клыка, — Ладно, давай тогда с тобой продолжим лечение.

Клык кивнул и указал старику на бревно рядом с собой. Я уже знал, что процедура старику предстоит болезненная и лучше ему не мешать терпеть боль. Так что я вошел внутрь дома вместе со своими корзинами. Морна пошла вслед за мной, но она села за стол, а я направился сразу к гнилодарцам, которые лежали на циновках.

— Сразу к больным, — заметила она.

— Да. Как они?

— Уже лучше. Даже просыпались ненадолго. — ответила она.

Я осмотрел их, и действительно — все раны уже затянулись, но тела перенесли это восстановление очень тяжело. Потратили все резервы. И это несмотря на постоянные вливания моих эликсиров. Я прикоснулся сначала к Микле, а потом к Шель и передал им большую порцию своей живы. Передавал до тех пор, пока не ощутил, что больше не влезает.

— Эликсиры еще остались? — повернулся я к Морне.

— Да, — Морна кивнула на стол, где стояли бутылочки. — Я уже сегодня им давала.

Вдруг женщина-гнилодарка, Шель, тихо застонала и открыла глаза. Ее взгляд сфокусировался на мне.

— Это Элиас, — мягко произнесла Морна, подходя ближе. — Я тебе рассказывала про него. Он вылечил вас. Вытащил с того света.

Шель долго смотрела на меня. Ее губы дрогнули.

— Спасибо… — еле слышно прошептала она и, обессилев, вновь провалилась в сон.

А вот Микла пока не просыпался. Я посмотрел еще раз на Шель. Теперь я видел ее по-другому. Она наконец-то ожила и заговорила.

Внутри что-то…тронулось. А ведь без меня она бы действительно была мертва. Я присмотрелся к ее лицу, тогда, из-за ран и полного истощения, было сложно понять ее возраст, но сейчас силы возвращались и, похоже, что лет ей не так много. Возможно тридцать-тридцать пять. Микле было примерно столько же. Наверное муж с женой. Интересно, а гнилодарцы какие-то обряды вообще проводят? В поселке был ритуал связывания корней, а у них?

Я еще раз понял, как мало знаю об этой «закрытой» деревне, которой уже, по сути, и нет.

Я вздохнул и пододвинул корзину с собранными по пути растениями для создания мази к столу. Один за другим, я выложил растения на стол. Энергетический лишайник, живокост, мать-и-мачеху, немного живицы.

— Морна, ты же знаешь все эти растения?

Морна внимательно оглядела кучку зелени, потрогала лишайник и кивнула:

— Знаю. Базовые лечебные травы.

— Я покажу тебе, как из них делать мазь, которую использовал для вашего лечения, — сказал я. — Есть ступка?

Морна кивнула и принесла мне ступку, достав из ящичка.

— Смотри… — начал я объяснять и показывать, в какой пропорции и в каком порядке нужно добавлять травы.

Она кивала и запоминала, внимательно наблюдая за моими движениями. Да, без вливания моей живы мазь будет слабее, но это всё еще будет отличная, рабочая мазь.

— Это на тот случай, если меня не будет рядом, а помощь потребуется срочно. — пояснил я.

— Поняла, — кивнула Морна.

— А вообще, — добавил я, вытирая руки, — будет лучше, если ты или остальные начнете попутно собирать эти травы. Те места у Кромки, где мы с Грэмом обычно ходим, я уже вычистил. Новые травы пока не выросли. В вашей части леса с такими травами проблем быть не должно, но тут мы не ходим.

— Проблем не будет, — уверенно ответила Морна. — Я знаю, где растут эти травы. По ближней Кромке через день-два уже смогу ходить. Силы возвращаются. А рецепт я запомнила.

Я кивнул и вдруг понял, что не использую знания Морны. Вернее, не использовал. А ведь как минимум парочку рабочих рецептов она должна знать. А может и больше.

— И еще, Морна. Если ты знаешь какие-то рецепты — расскажи. С моими навыками я смогу их доработать и улучшить. Возможно рабочие связки растений, которые усиливают друг друга или дополняют. Есть такое?

Морна задумалась, присела на край стола, нахмурив лоб.

— Я не алхимик, Элиас, но кое-что варить умею. Я же тебе говорила, что кое-чему меня Ульма научила. Хоть и самому простому, там, где не требуется жива и идеальная точность пропорций. Правда, я не совсем понимаю зачем тебе это, один твой эликсир чего стоит. То, что я знаю и рядом с ним не стоит.

— Ничего. Мне всё пригодится.

Еще до появления Целителя и ухода гнилодарцев она бы мне может и не рассказала рецепты, но сейчас…сейчас ситуация совсем другая. Да, может Морна права и рецепты ее не слишком ценные, но для меня это не важно. Я из обычного восстанавливающего отвара благодаря эволюции растений и использованию эссенций сделал неплохой эликсир. Тем более, если Хабен продолжит рассказывать принципы алхимии, которые он знает, — я смогу это применить.

Она продиктовала мне пять рецептов. Два из них были четырехкомпонентными мазями: «Болотная припарка» для вытягивания гноя и «Морозная растирка» от ушибов. Три других — отвары: «Костеломный сбор», «Жаропонижающий отвар» из горьких корней и «Кровеостанавливающая паста».

— Это то, чем я чаще всего пользовалась. С остальным нужно немного подумать и вспомнить. — сказала Морна под конец.

— Ничего. Я не спешу.

Я умолк секунд на пять, внимательно осмотрел тело Морны, которое пока вполне сохраняло человеческий вид. Хуже за этот день ей не стало.

— Ты продержишься еще день-два? Я просто не успел сделать тебе твой эликсир.

Она тяжело вздохнула, потирая виски.

— Я… сумела проконтролировать себя. Да, вчера я едва не сорвалась, зверь внутри рвался наружу, но… после того как я выместила злобу на Черноруком, стало легче. Кровь успокоилась. Но это временно.

Я кивнул, а потом спросил:

— А где он, кстати? Чернорукий.

— В яме за домом. Обложили камнями, приковали цепями и веревками. За ним круглосуточно следит Шурша со своими пауками. Не сбежит. Кстати, его кровь оказалась полезной?

Морна посмотрел на меня с легким любопытством.

— Да, кое-что с ней можно придумать. Уже знаю что. Но нужно время.

Я бросил взгляд на двух гнилодарцев и пошел наружу. Хотелось вдохнуть свежего воздуха. Клык и Грэм уже заканчивали. В этот раз, хотел того старик или нет, но пришла очередь его правой ноги. И теперь он сидел и осторожно двигал ею.

Мы с Морной сели неподалеку, на соседнем бревне. Седой уже успел вылезти из корзины и теперь гонялся за обычными лесными ящерицами на крыше дома.

Рядом со мной неожиданно, абсолютно бесшумно, появилась Лира. Девочка присела на корточки и пододвинула ко мне две плетеные корзинки.

— Вот, — тихо сказала она. — В этой — еще ядовитые насекомые для твоего мурлыка.

Она подтолкнула вторую корзинку.

— А это для тебя. Хваталы. Как ты и просил.

Я заглянул внутрь. Там лежало около двух десятков мертвых жуков-хватал. Идеальный консервант для моих будущих алхимических смесей.

— Спасибо, Лира. Ты очень помогла.

Внезапно Морна снова напряглась.

— Что случилось? — тихо спросил я и прикоснулся к изгороди, готовясь если что пустить ее в ход.

Грэм уже держал в руке секиру.

Из леса на поляну вышла фигура. Человек шел чуть шатаясь, тяжело переставляя ноги.

Могильщик.

— Разве так встречают друзей? — криво улыбнулся старик и сел на камень. Ему никто не ответил.

Естественно, никто его и не думал атаковать, все понимали, чем это может закончиться. Демонстрация силы не прошла бесследно. Я же смотрел на его руку. Рукав его просторной рубахи висел абсолютно пустым, разорванным в клочья у самого плеча. Ткань была пропитана чем-то темным.

— Ух… ну и ночка выдалась, вы даже не представляете, детки, — хрипло выдохнул он.

Теперь, вблизи, было совершенно очевидно — у него по самое плечо оторвана левая рука.

— Что с рукой, Зикар? — обеспокоенно спросила Морна и поднялась.

— Сиди-сиди, — махнул он целой рукой, — Подумаешь, рукой больше…рукой меньше. Отращу новую.

И тут произошло то, от чего у меня по спине побежали мурашки.

Из-под его рубахи, из-за пазухи, из карманов хлынул поток янтарных насекомых. Нет, не тех, что были внутри него, но тоже каких-то особенных. Они стремительно стекались к обрубку плеча, цепляясь друг за друга, сплетаясь жвалами и лапками. За несколько секунд эта живая, копошащаяся масса сформировала плотный, жужжащий контур новой руки, вплоть до пальцев.

— Ух…так, конечно, получше будет, — вздохнул Могильщик, заметив мою реакцию, и пошевелил «пальцами» из жуков. — Не красиво, да. Зато… удобно.

— Кто тебя так? — спросил Грэм прямо.

— Немного повздорил с гостями из Глубин. Не сошлись во мнениях.

Кто бы ни были эти «гости», способные оторвать руку Могильщику, они были невероятно сильны. Мы с Грэмом и Морной переглянулись. Все подумали об одном и том же.

— А жук твой где? — подала голос Лира, — Я его не чувствую.

— Да там и остался, — отмахнулся Могильщик. — Удобряет землю. Вместе с теми самыми гостями. Нет больше жука, Лира.

Лира сразу загрустила. Да, я помнил как она в первое посещение Могильщика каталась на нем.

— Да что вы так испугались, — хрипло рассмеялся Могильщик, заметив повисшую тишину. — Теперь они сюда не сунутся. Можете спать спокойно, я всё уладил.

— А кто это был? — тихо спросила Морна, — Это… за мной пришли? Из-за Чернобрюхого?

Могильщик посмотрел на нее своими выцветшими, но цепкими глазами. Затем медленно покачал головой.

— Не-а, — произнес он. — Не за тобой. Так… разношерстная компания. Два Гиблых да один друид.

— И что они забыли тут? — прищурился Грэм.

— Ооо… — протянул Могильщик и вытянул вперед ноги с облегчением. — Это будет любопытная история. Морна, может это…чайку заваришь?

Морна вздохнула и пошла в дом.

Друзья. Важное объявление. Теперь возраст ГГ 18 лет. Соответственно в начале первого тома ему 17, а после ДР ему 18.

Да. как оказалось, некоторые люди, что-то, там увидели в первых томах. (не знаю, что они там увидели) и по той же причине глава с Хабеном (концовка) была переписана, еще днем. Там тоже отдельные личности увидели, пропаганду, чего-то там, ну и пожаловались администрации. В общем, мне не проблема была переписать ту часть главы которая была выложена изначально, просто немного обидно, что люди видят то, чего там и в помине нет. Такие дела…

Так что теперь Элиас СОВЕРШЕННОЛЕТНИЙ.( на всякий случай, чтобы не было никаких вопросов в дальнейшем)

p.s. Завтра-послезавтра во всех предыдущих томах будет изменен его возраст (там где он упоминался). Может оно и к лучшему даже. Ладно, чем быстрее забуду, тем лучше. Идем дальше. И еще попрошу вас, если не сложно, без негативных комментариев по поводу этой ситуации, и без острых тем, не хочу чтобы потом и модератор приходил, и жалобы кидали. Лучше вообще просто про главу)))