Глава 9

Кафе «Топ Кау», расположенное в слегка злачном районе Такер-Пойнт, представляло собой тесную, захудалую забегаловку с вывеской, которая настолько померкла от времени и непогоды, что её едва можно было прочесть. Официантки здесь не тратили драгоценное время на такие глупости, как вежливость и улыбки. Но еда тут была потрясающей, кофе — убойным, и я еще ни разу не видела это место без доброй половины десятка человек, терпеливо дожидающихся своей очереди на то, чтобы на них хорошенько накричали.

Я зашла в кафе, минуя толпу ожидающих, и принялась высматривать глазами громилу-напарника.

«Официально заявляю, Бог меня ненавидит — подумала я со вздохом, когда заметила его за столиком на четверых и поняла, кто сидит вместе с ним».

Деррел широко улыбнулся мне и помахал рукой, пока я судорожно пыталась придать своему лицу какое угодно выражение, кроме мученической гримасы, которая так и просилась наружу. Маркус Иванов прошелся по мне взглядом и одарил самой что ни на есть нейтральной улыбкой. Я не могла понять, раздражает ли его мое присутствие, но затем рассудила, что Деррел наверняка предупредил его о моем приходе. И если бы у помощника шерифа были проблемы с общением с моим контингентом, он вполне мог бы свалить до моего появления. Не то чтобы я была против такого расклада.

Да и плевать. Сбегать я не собиралась. К тому же мой желудок, учуяв запахи блинчиков и вафель, издал вполне обычное, нормальное урчание от голода.

«Ну, хоть один плюс, — подумала я, усаживаясь на свободный стул, который, к счастью, находился не прямо рядом с Ивановым. — Пускай я и сумасшедшая, но мне хотя бы не придется отказываться от политых сиропом углеводов».

— Энджел, вы с Маркусом знакомы? — с улыбкой спросил Деррел. — Энджел — наша новая сотрудница, — сообщил он Иванову, не дожидаясь моего ответа. — Пару недель назад устроилась водителем фургона и санитаром морга.

— Мы уже пересеклись сегодня утром на вызове, — с ровной улыбкой ответил помощник шерифа, избавляя меня от необходимости лихорадочно придумывать, как бы попонятнее объяснить историю нашего «знакомства».

Что ж, это было мило с его стороны.

— Ну да, эм, он спас меня от падения лицом в тротуар, — вставила я со смешком, который, я была уверена, прозвучал натянуто и зажато.

Деррел ухмыльнулся:

— Маркус чертовски серьезно относится ко всей этой теме с «служить и защищать». Либо ему просто нужен был повод распустить руки рядом с симпатичной девчонкой.

Я почувствовала, как лицо заливает краска, и единственным, что спасло меня от полного позора, стало то, что помощник шерифа тоже выглядел слегка растерянным. Деррел просто рассмеялся и пихнул в мою сторону меню.

— На, выбирай еду, — скомандовал он. — Мы уже заказали, но из нас троих ты тут единственная кожа да кости.

Мой желудок издал еще одно тихое урчание, но я уже в упор не понимала, чего именно он требует.

— Я, э-э, вообще-то только что поела, — промямлила я.

Рот Иванова изогнулся в улыбке.

— Тебе понадобятся силы, если планируешь работать с этим монстром, — сказал он, кивнув в сторону Деррела. Затем он снова посмотрел на меня, не снимая с лица улыбки. Чёрт подери, а он ведь реально был чертовски хорош собой. — Ты когда-нибудь пробовала здешние блинчики с начинкой? Это просто дьявольское искушение. Очень рекомендую.

— Хех. Коп рекомендует дьявольское искушение, — хмыкнула я. — Забавно.

К моему удивлению, Иванов негромко рассмеялся:

— Ты раскрыла мою темную сторону.

Деррел издал грубый фыркающий звук:

— Ага, и это всё, из чего состоит его «темная сторона». Перед тобой самый кристально чистый и правильный чувак, которого я встречал в жизни. До сих пор не пойму, как ему при этом удается не быть полным занудой.

Улыбка Иванова переросла в полноценную ухмылку:

— Ты явно никогда не общался с… эм, ребятами, с которыми я работаю.

Он даже взглядом не повел в мою сторону, но я с какой-то странной уверенностью поняла: он собирался сказать «с людьми, которых я арестовал», но вовремя осекся и переиграл фразу, потому что за столом сидела я. Какая-то часть меня была готова провалиться сквозь землю от неловкости, но куда большая часть испытывала огромную благодарность за то, что этот коп ни словом не обмолвился о том случае, когда он меня повязал, и даже не намекнул на это. Вообще не сказал ничего, что могло бы заставить меня чувствовать себя не в своей тарелке. Это было круто. И неожиданно. Хотя, может, он просто играет со мной? Выжидает момент, чтобы выдать эту инфу, когда мне будет максимально унизительно.

Но даже думая об этом, мне было трудно поверить, что всё так и есть.

Подошедшая угрюмая официантка налила мне кофе, и я всё-таки решила заказать те самые блинчики с начинкой. Маркус одобрительно улыбнулся моему выбору. Я улыбнулась в ответ чисто на рефлексах, а затем поспешно ушла с головой в процесс добавления сливок и сахара, доводя кофе до нужной кондиции. Господи, я вела себя как школьница, которая по уши влюбилась. Это же коп. А я — осужденная преступница на условном сроке. Он просто проявляет элементарную вежливость. Только и всего.

Меньше чем через минуту официантка вернулась, швырнула тарелки с едой перед Маркусом и Деррелом, пробормотала под нос, что дольет им кофе, как только у неё появится хоть одна гребаная свободная секунда, и испарилась. Я велела мужчинам не стесняться и приступать к еде, и дважды просить их не пришлось. Пока они уплетали завтрак, я потягивала свой кофе и краем уха слушала, как повар на раздаче орет, чтобы какая-то официантка забрала свой долбаный заказ. Её ответный выкрик был не менее резким, но никто в зале не обратил на это ни малейшего внимания. Это было неотъемлемой частью местного «колорита».

— Ну так что, — заговорил Деррел через некоторое время, выжидающе глядя на помощника шерифа. — У вас появились какие-нибудь зацепки по делу того безголового охотника?

Я как раз сделала глоток кофе и лишь чудом умудрилась не выплюнуть его прямо через весь стол, устроив сцену в лучших традициях дурацких комедийных сериалов. Само собой, после этого мне пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не вдохнуть кофе обратно в легкие, а это привело бы к такому приступу кашля, который выглядел бы еще более подозрительно. Я схватила салфетку и умудрилась симулировать чихание, что заодно помогло мне спрятать большую часть лица. Лицо моё к этому моменту наверняка стало багрового цвета от дикого смущения. Да уж, грация и элегантность — это прямо мое второе имя. Господи Иисусе, Энджел, возьми себя в руки!

Иванов бросил на меня неуверенный взгляд, но, к счастью, переключил всё свое внимание обратно на Деррела:

— Пока ничего. Личность жертвы, как ты знаешь, установили, но на этом всё.

Деррел понимающе кивнул:

— Адам Кэмпбелл.

— Именно, — подтвердил Иванов. — Мужик жил в рыбацкой избушке неподалеку от места, где нашли тело. Держался особняком, работал техническим писателем или кем-то вроде того. — Он пожал плечами. — Детективы опросили людей в округе, но не раскопали ни хрена.

Деррел тяжело вздохнул:

— В ту ночь дежурила Моника. Знаю, она была не в восторге от необходимости мотаться на два вызова подряд, но, судя по всему, дело там довольно любопытное. — Он покосился в мою сторону, слегка нахмурив лоб: — Ты с Моникой вообще пересекалась?

Я кивнула:

— Познакомилась со всеми на общем собрании на прошлой неделе.

Хотя «познакомилась» — это слишком громкое слово для процедуры в духе: «Эй, народ, это Энджел, наш новый гробокопатель. Энджел, это народ!» Всего у нас было три следователя по делам о смерти: Деррел, Моника Годро и Аллен Прежан — главный следователь. И три водителя фургона/санитара морга: я, Ник и бледный пожилой мужик по имени Джерри Пауэлл. Поговаривали, что коронер, доктор Дюплесси, хотел нанять еще по одному человеку на каждую должность, чтобы было проще составить график, но идею заморозили из-за каких-то проблем с бюджетом. Моё место освободилось только потому, что предыдущего водителя поймали на краже лабораторных расходников. Из-за графика смен я почти не видела Монику и Джерри. Если бы не общие собрания, которые проводились раз в две недели, я бы, наверное, вообще никого не знала, кроме Деррела. Ну и Ника, но только потому, что он меня натаскивал.

— Не знаю, насколько оно любопытное, но это определенно что-то из ряда вон выходящее, — продолжил Иванов, обращаясь к Деррелу. — Пока что они уверены только в одном: убийца был парнем не из слабых. И к этому выводу пришли исключительно благодаря заключению доктора Леблана после вскрытия.

— А как он смог это определить? — спросила я прежде, чем успела сообразить, что вообще открыла рот.

Ответил Деррел:

— Я сам отчет еще не читал, но часто такие вещи определяют по характеру и масштабу повреждений. Отрубить голову — задача не из легких, так что человеку с такими костлявыми ручками, как у тебя, пришлось бы туго.

Он добродушно рассмеялся, и я подхватила его смех — скорее от невероятного облегчения, чем от самой шутки.

Что ж, запишем еще один голос против версии «Энджел — безумный киллер-психопат».

Фух.

Наконец принесли мою еду и обновили кофе. Блинчики с начинкой оказались точно такими же восхитительными и дьявольски калорийными, как и обещал помощник шерифа. Мне удалось пережить остаток завтрака, не выставив себя полной идиоткой и не сделав ничего, что могло бы выдать окружающим, что мне вообще не место в этой сфере деятельности.

Но пока я ела, одна навязчивая мысль закралась мне в голову и наотрез отказалась уходить.

Если я действительно умудрилась голыми руками выломать крышку собственного багажника… значит, сил у меня вполне хватит, чтобы отрубить кому-нибудь голову.