«Смена партнёра!»

«Старые, но прекрасные мастера обольщения», Хэппи-Корнер, штат Нью-Гэмпшир

Забудьте про фиктивные свидания ради дела. Да и о самом деле забудьте вовсе.

Когда Конрад притянул её к себе, Джейн тут же обняла его в ответ, чувствуя, как по телу пробежала сладкая дрожь. О, как же она скучала по этому мужчине! Ничто не могло сравниться с его крепкими, дарящими покой объятиями.

Нет, неправда. Его пряный аромат — вот что било наповал. Он проникал в каждую клеточку, кружил голову. Она пьянела от него, как от дурмана, а может, даже сильнее. Если бы Конрад разлил этот аромат по флаконам, он заработал бы миллиарды.

— Как ты меня нашёл? — спросила она, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

Он бросил на неё взгляд, как бы говорящий: «Милая, ты серьёзно?», и усмехнулся:

— Выслеживать людей — моя работа. И Бо писал мне, держал в курсе.

Бо писал? И не предупредил её? Джейн не знала, злиться ей или радоваться. Она ахнула и резко подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Как ты можешь быть со мной сегодня вечером, если раньше не мог? Моё доброе имя очищено?

— Я не мог поддерживать с тобой связь и при этом вести дело. Мне нужно было взглянуть на улики, поэтому я выбрал второй вариант.

Одной рукой он обхватил её затылок, погрузив пальцы в волосы, а вторую положил на поясницу… и прозвенел таймер. Пока участники вокруг поднимались со своих мест и суетились, Конрад сказал ей:

— Ты больше не подозреваемая… на данный момент.

Джейн покачнулась и тут же поспешила выпрямиться.

— Ну, конечно, нет! Я невиновна. — Ей гораздо больше нравилось быть следователем, чем объектом расследования. — Но… эм… что убедило агента Хайтауэр?

— Для начала, против тебя не нашлось ничего существенного. Всё можно объяснить. Но Хайтауэр всё равно считает, что ты каким-то образом замешана, и она всерьёз на тебя нацелилась. Говорит, что… цитирую: «внутри тебя есть тьма».

Тьма? В Джейн? Он согласился с этим?

— Поскольку мне не разрешено официально заниматься этим делом, а ты в основном вне подозрений, — продолжил Конрад, — я решил взять отпуск. Давно пора. Я всегда вызывался работать по выходным и праздникам и никогда не отдыхал. А теперь, когда мне не нужно ходить в офис, я могу проводить с тобой столько времени, сколько захочу.

Простое признание, но сколько всего за ним скрывалось. С чего ей вообще начать? С того, что он никогда раньше не брал отгулов? С отсутствия у него интереса к праздникам? Или с его желания быть рядом с ней?

— Пойдём. — Конрад накинул пиджак и снова притянул её к себе, обняв за талию. — Отвезу тебя домой. Покажешь мне всё, что тебя настораживает и почему, а заодно поведаешь, что ты делала с телом, пока камера наблюдения якобы переключилась на Ролекса. Как будто я не заметил шторы. Мы разберёмся с этим вместе. Нет! — оборвал он её, как только она открыла рот, чтобы возразить. — Даже не проси меня вернуться в офис. Тебе сейчас нужна любая помощь. Хайтауэр славится невероятно высоким процентом раскрываемости, маниакальным желанием доказать свою правоту и отсутствием уступок.

Конрад почти восхищался полной бескомпромиссностью этой женщины. Для Джейн это звучало тревожно, особенно учитывая, что она сама была воплощением мягкости и уступчивости. Но как бы там ни было, он был здесь, а это чего-то да стоило.

На самом деле, стоило очень многого. Конрад, привыкший всегда следовать правилам, добровольно сворачивал с проторенной дорожки, возможно, даже нарушая прямые приказы, чтобы помочь «девушке с кладбища». Сердце Джейн забилось чаще при осознании этого, и на её лице расцвела улыбка. Она просияла, глядя на агента и прижимаясь к его боку. Этот парень был от неё без ума.

Стоп. Подобные романтические жесты могли обернуться бедой. Огромной бедой. Чем чаще он так поступал, тем выше был риск того, что она влюбится в него, а Джейн категорически, абсолютно категорически отказывалась влюбляться. Как только это случится — бум! — между ними всё будет кончено.

Дрожа, она выпрямилась, чтобы увеличить дистанцию. Ехать домой и оставаться с ним наедине прямо сейчас — не лучшая идея. Нет. Вообще никакая.

— Нам стоит остаться здесь ещё немного. После мероприятия я договорилась встретиться с одним парнем, пропустить по стаканчику. С Гасом, кажется.

Конрад почему-то напрягся. Ему было известно что-то, чего не знала она?

— Он друг Робби Уэйнса, — поспешно добавила Джейн, — так что наверняка у него будет какая-то полезная информация для нас.

Когда Конрад немного расслабился, она заметила, как Гас шагает к выходу, а на его руке повисла очередная спутница.

Ничего себе. Договориться о встрече с одной женщиной, а уйти с другой… Где же его мужская честь? Конрад никогда бы так не поступил. Джейн невольно опустила голову ему на плечо.

Красный код! Тревога! Ей не следовало так восхищаться им. Её защитные барьеры могли рухнуть.

Снова выпрямившись, она попыталась сделать шаг назад, но Конрад крепко придержал её и даже закатил глаза.

— Сотри панику со своего лица, — улыбнулся он. — Я принимаю твои правила. Мы продолжим играть в «будут они вместе или нет» столько, сколько тебе нужно. Я здесь, рядом, и никуда не денусь.

С одной стороны, Джейн хотелось притвориться, что она не поняла его намёка. Но с другой стороны, она была уверена, что это самые приятные слова, какие ей когда-либо говорили. От них её паника чуть отступила — и в то же время стала в тысячу раз сильнее.

— А теперь, — продолжил Конрад, — расскажи про парня, с которым ты собиралась выпить, а я расскажу всё, что знаю о Робби Уэйнсе.

Он уже что-то нарыл?

— Мне нечего тебе рассказывать, поскольку Гас только что ушёл с другой.

— Тогда скажи, зачем ты хотела поговорить с ним и почему его дружба с Робби Уэйнсом важна для тебя.

Это не входило в их договорённость, но Джейн решила не спорить.

— Представь себе, Гас вывалил на меня, почти незнакомку, целую лавину сведений про своего якобы друга. Судя по всему, Робби был влюблён в Ану. Они сходили на несколько свиданий, потом по какой-то причине поссорились и расстались. Но вдруг Гас тоже любил её? Или что, если…

— Позволь прервать тебя на этом и сообщить, что мистера Уэйнса видели с мисс Айронс в то утро, когда она умерла.

Что?!

— Он вполне мог отравить её кофе, — заявила Джейн.

Конрад не стал комментировать её догадку. Вместо этого он предложил свою сделку, и его голос стал низким, чуть лукавым:

— Я хочу отвезти тебя домой. Скажи «да», и я позволю тебе допросить меня. Не будет никаких ограничений ни по теме, ни по количеству вопросов. Хоть по делу, хоть про моё прошлое. Могу даже добавить бонус: сделать вид, что твоё любопытство ко мне ничего не значит.

Что ж, это была сделка, от которой она не могла отказаться.

— Хорошо. Но только потому, что тебе так не терпится поделиться. — В любом случае Джейн предпочитала обратиться напрямую к источнику, а не через друга. А это означало, что завтра она встретится с Робби Уэйнсом лицом к лицу.

— Уверена, Ролекс только и ждёт, чтобы пустить твою кровушку, — добавила она, ухмыляясь.

— Идеально. Я как раз мечтал о новом шраме в форме когтя, — криво улыбнулся Конрад.

После того как Джейн забрала свои вещи, он повёл её к выходу. Она мельком взглянула на Фиону и получила одобрительный жест. Бо кивнул, сохраняя непроницаемое выражение лица.

— Постой, Джейн! — окликнул её Тони Миллер, подходя ближе. Он обратился к Конраду: — Куда вы ведёте мою клиентку, агент?

Пусть он дешёвка и продажный до мозга костей, но Джейн не могла не отдать должное его хватке.

— Она больше не представляет интереса для следствия, — ровным тоном ответил Конрад и, скользнув взглядом по Джейн, приподнял бровь. — Можешь уволить его, если хочешь.

У Тони отвисла челюсть.

— Так это я вычеркнул её из списка подозреваемых? — Он хлопнул себя по бедру и ухмыльнулся, глядя в потолок: — Не могу выиграть дело, даже если прижму судью, да, Эмма? Ты снова промахнулась, детка. — Он снова обратил внимание на Джейн и посерьёзнел. — Я пришлю тебе счёт.

— Только не забудь про мою скидку. — Вообще-то, это ей стоило выставить Тони счёт. Она практически сама вычеркнула себя из списка подозреваемых, тем самым улучшив его профессиональную репутацию.

— Не забуду. И про нашу сегодняшнюю консультацию тоже не забуду, — бросил он и поспешил сменить тему, пока Джейн не стала возмущаться. Консультацию?

— Я просто рад, что Хайтауэр согласилась с моей точкой зрения, — добавил Тони, покосившись на Конрада почти с надеждой. — Она не упоминала обо мне?

— Нет, — ответил агент. — Не упоминала.

— С чего бы ей? — поинтересовалась Джейн, и между её бровями пролегла морщинка. Он что, запал на агента? Или что-то замышлял?

Тони выпрямился, словно она дала ему пощёчину, и широко развёл руки.

— С чего? С того, что она не могла насытиться старым Тони Миллером. Она пожирала меня глазами. Вот с чего.

Рыкнув напоследок, он развернулся и направился к бару.

— Джейн, невинная разрушительница эго, — пробормотал Конрад, подталкивая её к выходу.

Они миновали стол регистрации, где застыли сёстры Бердайз.

— Эй, куда ты, Джейн? — окликнула Шарлотта, когда они приблизились. — Ты не можешь с ним встречаться. Он не покупал билет.

Свободной рукой Конрад распахнул полу своего пиджака, сверкнув значком:

— Я забираю мисс Лэдлинг под гражданский арест.

Сёстры разинули рты, а Джейн прикусила язык, чтобы подавить нелепый смешок. Без сомнения, эта парочка будет питаться новой сплетней неделями. Одри хлопнула Шарлотту по плечу:

— Я же говорила, что не стоит пускать подозреваемых в убийстве!

— А что она совершила? — требовательно спросила Шарлотта у Конрада, наклонившись вперёд.

— Нарушила мой покой, — невозмутимо ответил он.

Джейн рассмеялась, когда специальный агент Райан провёл её через вестибюль гостиницы и мимо резных деревянных дверей — оригинальных, ещё со времён постройки поместья. Снаружи солнце уже садилось, раскрашивая темнеющее небо полосами розового и золотого.

— Какой замечательный день сегодня выдался, — пробормотала Джейн себе под нос. — Сплошные зацепки, направление и романтика… ну надо же.

Они достигли переполненной парковки. Её машину узнать было несложно: единственный катафалк в округе. Конрад подвёл её к пассажирской двери и потянулся за ключами, но она держала их вне его досягаемости и покачала головой:

— Моя машина. Я поведу. Кстати, а где твой седан?

Разве ему не полагался служебный транспорт на время отпуска?

— Я заберу его утром.

Её хватка на ремешке сумочки усилилась.

Он что, собрался ночевать у неё? Он ведь сказал, что знает правила, но действительно ли знал?

Новая волна паники накатила на неё. По её вине они так и не обсудили ожидания от их «может быть, а может, и нет» отношений. А это означало, что он так и не согласился на её не подлежащие обсуждению условия: абсолютно свободные отношения, но при этом исключительно друг с другом, и никаких намёков на любовь. А ведь ему, как и почти всем остальным, наверняка нужны были эти намёки.

Да что там, он, возможно, получал признания от других ежедневно. Наверняка каждое утро у его двери выстраивалась очередь из заинтересованных красоток. И почему бы ей не выстраиваться? Он замечательный: заботливый, верный, умный. А Джейн в лучшем случае была осторожной и закрытой. Раз уж она не собиралась завладеть его вниманием, то не имела права и жаловаться, если он будет делить его с другими.

Её желудок скрутило от неприятного предчувствия — пока Конрад снова не закатил глаза и не сказал:

— Я сегодня ночую у Бо. Он заедет за мной к твоему дому после того, как встретит свою «настоящую любовь» сегодня вечером.

Его сухой тон вызвал у неё смешок.

— Поверь мне, лапушка. Я не бросаю слов на ветер и не пытаюсь торопить события между нами. — Он стал серьёзным, как закупоренные холестериновыми бляшками артерии, и провёл костяшками пальцев по её подбородку, отчего её тело пробрала дрожь. — Некоторые вещи стоят того, чтобы ждать.

— Правда? — спросила она, прикусив нижнюю губу и чувствуя себя уязвимее, чем когда-либо. — И сколько именно нужно ждать эти определённые вещи?

— Я буду идти так медленно, как тебе нужно, клянусь. Мы сделаем это правильно.

Не спрашивай его, почему он готов на это пойти. И не смей думать о проклятии! О последствиях риска, на который идёшь ради отношений. О боли, которая приходит с потерей. Ты думаешь об этом. Остановись!

Её сердце затрепетало.

— Спасибо, Конрад.

Она быстро чмокнула его в щёку, вызвав у него гордую улыбку, и поспешила к водительской двери. Он устроился на пассажирском сиденье, и через пару минут они были уже пристёгнуты и неслись по дороге.

Поскольку Поместье находилось совсем рядом с домом Тиффани Хотчкинс — не более пяти минут езды, максимум десять, — чего им стоило сделать небольшой крюк? Чтобы вернуться в «Сад Памяти», Джейн всё равно нужно было проехать мимо охраняемого жилого комплекса… если бы она случайно свернула не туда и заехала в соседний район. Что она и сделала. Быстрый проезд мимо никому не навредит.

Она остановилась у шлагбаума охраны и ввела код. Этот код знали все в городе. Ничего особенного.

— Что ты делаешь, Джейн? — в голосе Конрада звучала обречённость. — Это не дорога на кладбище.

— Мы едем живописным маршрутом. Наслаждаемся неспешной поездкой вдвоём, прежде чем приступить к делу. Какой предлог тебе больше нравится?

Он застонал, пока Джейн медленно ехала по улице Тиффани. Трёхэтажный просторный особняк замаячил впереди, золотистый свет лился из живописных окон. Вдова, видимо, была дома. С Джейком?

— К твоему сведению, миссис Хотчкинс не убивала Ану, — объявил Конрад.

— Откуда такая уверенность?

— Я лично проверил всех, у кого могла быть хоть какая-то причина иметь зуб на тебя, и её алиби оказалось безупречным.

— А разве люди не могут нанять киллера, чтобы он сделал грязную работу за них? Или встречаться с таким?

Агент фыркнул.

Краем глаза Джейн заметила, как по извилистой подъездной дорожке мчался гладкий чёрный спорткар. Случайно — честное слово! — Джейн резко затормозила, перекрыв единственный выезд.

Спорткар автомобиль с визгом остановился. Через несколько секунд пассажирская дверь распахнулась, и появилась Тиффани. Водитель остался в машине. Джейн прищурилась, пытаясь разглядеть что-то сквозь тонированное лобовое стекло, но могла различить лишь угловатую фигуру мужчины.

Ну здравствуй, Джейк.

В свете фар к ним подошла хмурая вдова Хотчкинс. Водительская сторона катафалка была обращена к ней. Джейн опустила стекло — миллион оборотов ручки, никаких автоматических кнопок. Прохладный, бодрящий ночной воздух наполнил салон.

— Джейн? Это ты? — спросила утончённая красавица, поправляя единственную бретельку облегающего чёрного мини-платья. — Что ты здесь делаешь? — В её голосе смешались раздражение и любопытство. Любопытство было хорошей чертой, верно?

Но Джейн не могла оторвать взгляда от преображённой Тиффани. Никаких больше покрасневших зелёных глаз. Исчезли прилизанная причёска и сдержанная элегантность, которую она носила как жена доктора. Распущенные волосы, шестидюймовые шпильки и откровенный наряд говорили об одном: женщина вышла на охоту. Надеялся ли мужчина за рулём стать её следующей добычей?

— Джейн? — настойчиво повторила Тиффани. — Ты ведь здесь не просто так, верно?

— О… эм… да. Я еду со своим парнем. Хотя он не совсем мой парень. Технически он даже не один из моих пятнадцати сегодняшних кандидатов на быстрых свиданиях. — Её щёки горели. — То есть, конечно, сегодня он мой спутник, потому что мы вместе. Но не то чтобы мы прямо вместе-вместе. Мы ещё разбираемся. Мы ещё не дали этому никаких ярлыков, но… — Замолчи. Просто заткнись.

Конрад вежливо помахал брюнетке.

— Привет. Я тот самый парень.

— Да, я вас помню. Полицейский. — Тиффани прищурилась, потом снова обратилась к Джейн. — Я спрошу ещё раз. Что вы здесь делаете?

— Я увидела твою машину, и моя нога сама нажала на тормоз. Автоматический рефлекс, честное слово. Любой другой на моём месте сделал бы то же самое, я уверена. Не волнуйся, катафалк не застрял. Я могу его убрать в любую секунду.

Тиффани тяжело вздохнула:

— Это не проблема, правда. И вообще… я рада, что ты здесь.

Что?!

— Рада?

— Я как раз хотела с тобой связаться. Это мне нужно извиниться. — Вдова опустила взгляд на свои нервно сжимающиеся руки. — Я плохо обошлась с тобой после смерти Маркуса и хочу поблагодарить тебя за помощь властям в поиске того, кто убил его. — Она обернулась и помахала водителю. — Что ты делаешь в следующую субботу вечером? Приходи в гости, я приготовлю ужин. Можешь привести своего парня, а я возьму своего.

Следующая суббота? Целая неделя впереди. Ужин, приготовленный Тиффани и с участием Джейка? Мечта любого следователя. И это отчего-то казалось Джейн подозрительным. Зачем им подставляться под допрос? Если только они не надеялись допросить её саму?

Хватит! Конрад был очень умным парнем, и он считал Тиффани невиновной. Так что, она и правда могла быть невиновной. Но также могла быть и виновной. Это не домыслы, а факт: виновником мог оказаться кто угодно. Люди творят всякое.

А что насчёт этого таинственного Джейка? Почему он до сих пор не вышел из машины? Прятался?

— Я… согласна? — Джейн покосилась на Конрада.

Наконец дверь со стороны водителя спорткара распахнулась, и наружу выбрался привлекательный мужчина с копной светлых волос. Золотистый загар, квадратная челюсть. С этого расстояния цвет глаз было не разглядеть.

Он сунул телефон в карман и подошёл ближе с почти глуповатой, но вроде бы искренней улыбкой. В своей почти свободной, но почему-то слишком обтягивающей футболке и бежевых брюках он выглядел так, будто сошёл со страниц журнала «Красивые люди».

У Тиффани явно был свой типаж.

— Прошу прощения, — снисходительно и весело произнёс Джейк. — Мама не давала мне повесить трубку.

Тиффани просияла, глядя на него, и, честно говоря, такой счастливой Джейн её никогда не видела. Мужчина тоже выглядел абсолютно довольным. Он с улыбкой обнял Тиффани за талию — точно так же, как Конрад совсем недавно обнимал Джейн.

— Здравствуйте, — непринуждённо улыбнулся всем присутствующим Джейк, будто ему было совершенно нечего скрывать. — Рад познакомиться с вами обоими.

Для чего он создавал впечатление, что ему нечего скрывать, если на самом деле что-то скрывал? Зачем вообще приехал в Аврелиан-Хиллз начинать всё с чистого листа? Почему не выбрал город покрупнее, где было больше возможностей для художника?

— Угадай что? — Тиффани схватила его за руку. — Джейн и Конрад придут к нам на ужин в субботу!

— Замечательно! — Джейк окинул взглядом их машину, и его весёлое настроение сменилось лёгким недоумением. — Вы не возражаете, если я спрошу, почему вы ездите на катафалке?

Убийца наверняка знал бы ответ на этот вопрос — и именно поэтому не стал бы его задавать.

— Я владею местным кладбищем. Тем самым, куда все так любят свозить покойников. — ответила Джейн, не сводя с мужчины глаз, выискивая хоть малейшую реакцию на свои слова.

— В этом-то и смысл, не так ли? — Джейк перевёл растерянный взгляд на Тиффани, словно ища поддержки. — Покойники должны быть на кладбище.

Вдова хихикнула и похлопала его по груди:

— Я объясню позже, малыш.

«Малыш». У этого парня уже было прозвище? Вот это да. Джейн даже Конраду не дала ни одного. Ну, кроме «агента с перчинкой», но это не в счёт, потому что… просто потому.

Внезапный смех вырвался из груди Тиффани, будто Джейк пощекотал её; она подпрыгнула на месте.

— Всё, больше не могу! Можно я расскажу Джейн нашу новость? Мне срочно нужно с кем-то поделиться, иначе я взорвусь! — Не переводя дыхания и не дожидаясь ответа, она выпалила: — Джейк больше не мой парень. — Сияя от чистой радости, она подняла руку и пошевелила пальцами, демонстрируя огромное кольцо с бриллиантом. — Я будущая миссис Тиффани Стивенсон!

***

Тиффани помолвлена? Сначала вышла замуж, теперь вот вторая помолвка, а Джейн не могла удержать ни одного парня рядом дольше пары месяцев, хотя её вины в этом не было. Вся вина лежала на проклятии Лэдлингов — и точка. И это было так несправедливо!

Она с шумом выдохнула. Ладно, может, Фиона была права, когда говорила, что Джейн сама себя проклинает, заранее ожидая печального финала. Но что, если она рискнёт, оступится, сгорит дотла и превратится в пустую оболочку, навсегда лишившись шанса на счастье? И сейчас она вовсе не драматизировала — такое вполне могло случиться.

— Вроде всё прошло неплохо, да? — спросила она Конрада, выруливая на катафалке в сторону кладбища.

— Мне интересно, что ты вкладываешь в понятие «неплохо», — отозвался он. По крайней мере, в его сухом тоне не было ноток злости. — Я бы сказал, что могло быть и лучше.

Он имел в виду приглашение на ужин или её унизительное объяснение их отношений? Или и то, и другое сразу?

— БРУ проверяли новоиспечённого жениха Тиффани?

— В этом не было необходимости.

— Значит, вы понятия не имели, что она снова начала с кем-то встречаться?

Он фыркнул:

— Нет. Это значит, что причин для проверки не было. Утром в день убийства он был с Тиффани.

— А он не мог потихоньку улизнуть?

Мало того что Джейк переехал в город незадолго до смерти Аны, так он ещё и познакомился с журналисткой на выставке «Золотая лихорадка», а также был связан с доктором Хотчкинсом через вдову.

Конрад застонал:

— Узнаю этот тон. Бедняга Джейк только что возглавил твой список подозреваемых?

— Не-а. Он там уже несколько дней. Если тебе от этого станет легче, он делит первую строчку с кучей других кандидатов.

Джейн плавно затормозила у ворот кладбища, тормоза катафалка привычно скрипнули. Железные ворота не были автоматическими — бабушка Лили считала, что автоматизация лишает всё изящества и элегантности, поэтому Джейн никогда их не меняла. Да и денег на это всё равно не было. Но когда она уезжала сегодня днём, она закрыла ворота и заперла их. А теперь они были открыты. Либо кто-то проник внутрь, либо Фиона и Бо вернулись раньше неё, хотя они должны были оставаться в гостинице, выуживая как можно больше информации у других участников быстрых свиданий. Скорее всего, последнее.

Она медленно въехала на территорию, мастерски лавируя на поворотах. Вдоль черной асфальтированной дороги тянулись цветные фонарики на солнечных батареях, дополняя свет луны и фар. Ничто не казалось неуместным. Лёгкий ветерок шелестел листвой, словно ветви деревьев приветствовали её возвращение домой аплодисментами.

Появился домик смотрителя с верандой и синими ставнями на окнах. Нахлынула ностальгия. Когда-то бабушка Лили сидела здесь, в кресле-качалке, дожидаясь Джейн. Её сердце сжалось, когда она припарковалась под гигантским дубом, между грузовиком Бо и кабриолетом Фионы. Эти двое уже были внутри дома. У обоих были ключи.

Уже здесь… Должно быть, они покинули мероприятие всего через несколько минут после ухода Джейн и Конрада. Кто-нибудь вообще воспринимал это дело всерьёз?

Конрад выдохнул и провёл ладонью по своим тёмным волосам, приглаживая их. Несколько прядей выбились из общей массы и остались торчать острыми пиками. Даже раздражённый, он был чертовски хорош.

— Хочешь ещё что-нибудь обсудить со мной, прежде чем мы зайдём в дом? — спросил специальный агент, когда она заглушила двигатель и бросила ключи от машины в сумочку. — Или сразу начнём твой допрос?

— Есть много вещей, которые я бы хотела обсудить с тобой… — В наступившей тишине и темноте Джейн едва не поддалась приступу паники, однако быстро взяла себя в руки и решительно добавила: — Но начнём с допроса. В частности, меня интересуют истории Аны.

Обвинения журналистки не выходили у неё из головы.

— Хорошо. Допрос так допрос, — согласился Конрад. В его голосе проскользнуло лёгкое разочарование, что заставило Джейн разочароваться в самой себе. — Если хотя бы половина её обвинений верна, то Аврелиан-Хиллз — это, по сути, исправительная колония в процессе становления. Соседские дозоры, которые способствуют кражам, а не безопасности; операции с поддельными купонами; тайные общества и их издевательские обряды посвящения. Ещё Ана подозревала, что кладбище является частью подпольной схемы по контрабанде золота.

— Что?! — Да, убийца доктора Хотчкинса утверждал, что нашёл самородок на участке, но с тех пор других самородков там не находили. А Джейн искала. Часто и тщательно. — Ана ошибалась насчёт кладбища.

— Да. Ты права, — Конрад отстегнул ремень и потянулся, чтобы переплести свои пальцы с её. — Хайтауэр проверяет участников быстрых свиданий, но пока ничего подозрительного не всплыло.

— Пока, — поправила Джейн. От прикосновения его грубой ладони она почувствовала долгожданное утешение, по телу разлилось приятное тепло.

— Пока, — согласился он. — Пока я в городе, планирую поговорить с некоторыми людьми насчёт других историй Аны. И нет, тебе со мной нельзя.

— С чего бы мне хотеть участвовать в столь бесплодной затее? — Ну разве что из-за отчаянного желания быть рядом с ним.

Они посидели в тишине какое-то время. Его пьянящий аромат проникал в каждый её вдох… и будто размывал границы, подтачивая самые глубокие защитные стены.

— Джейн, — произнёс Конрад мягче, чем раньше.

Как и в прошлый раз, когда он пытался заговорить об их отношениях, она запаниковала, словно глупая школьница, и остановить это было невозможно. Дыхание стало поверхностным. Если она озвучит свои сокровенные мысли и чувства, это… нечто между ними станет окончательным. Пути назад не будет. Чем раньше они начнут, тем быстрее всё закончится.

Джейн была не готова. Она уже потеряла так много людей, тем или иным образом. Сначала родителей. Потом бабушку и дедушку. Обоих своих парней. Однажды она потеряет и Фиону, и Ролекса. Они не могли жить вечно. Джейн превратится в пустую оболочку. Она ни за что не переживёт потерю кого-либо ещё.

Презирая себя за трусость, она вернула разговор к делу:

— Кто-нибудь упоминал список любовниц доктора Хотчкинса? Говорят, он гуляет по «Хедлайнеру». Бо, возможно, упоминал об этом, раз вы, ребята, судя по всему, любите переписываться.

Ещё одна пауза. Усталый вздох.

— Да, я видел список.

Джейн оживилась:

— Организаторы сегодняшнего мероприятия считают, что любовницам доктора грозит опасность.

— Сомневаюсь. В списке пятьдесят восемь имён. Тридцать шесть — «верняк», и двадцать два — возможные варианты. Ана составила этот список. Она отметила звёздочкой трёх женщин: Кэролайн Уиттингтон, Эмму Миллер и Эбигейл Уэйнс-Кирклэнд.

Кэролайн — убийца «горячего» доктора Хотчкинса. Эмма — бывшая Тони. Эбигейл — сестра Робби. Интересно.

— В блокнотах, которые мы изъяли из квартиры Аны, часто встречаются теории о миссис Уэйнс-Кирклэнд и её брате, мистере Уэйнсе. Она считала, что они недавно устроились в музей, чтобы украсть документы с выставки «Золотая лихорадка!» и заменить всё подделками. Хайтауэр сейчас тщательно проверяет их, прежде чем назначать встречи.

Джейн знала, что между ними есть связь! Она планировала выследить Робби завтра. Заскочив в музей, она сможет поговорить и с Эбигейл.

— А теперь, — проговорил Конрад, разворачиваясь к ней всем корпусом и принимая суровый вид. При этом он ни на секунду не ослабил хватку, наоборот — сжал её руку крепче. — Я пересматриваю свою стратегию в отношении тебя. Думаю, я совершил ошибку, не надавив на тебя и не развеяв твой страх перед проклятием, хотя бы немного. Это делает ситуацию неясной и позволяет тебе делать поспешные выводы. Так что я меняю подход. Ничего серьёзного. Договорились? Но я хочу, чтобы ты не стеснялась возражать. Или соглашаться. Выбор за тобой. Готова?

— Нет!

— Жаль. Но я всё равно скажу. Ты веришь, что проклята. Несмотря на все вытекающие из этого последствия, ты мне нравишься. В романтическом плане. Я хочу встречаться с тобой.

— Непринуждённо, но при этом исключительно друг с другом? — пискнула Джейн. — Даже зная, что мы обречены?

— Да и да. Хотя в «обречённость» я не верю. — Он выждал мгновение. — Расскажешь мне больше о проклятии?

Джейн дрожала от удивления, волнения и страха — Конрад хотел того же, чего и она! — и всё же кивнула. Он заслужил это.

— Оно передаётся из поколения в поколение и затрагивает только женщин в нашей семье. Ни одна из нас не смогла удержать мужчину, которого любила.

— Значит, ты думаешь, что мы расстанемся, как только влюбимся? — Его мягкий тон придавал ей сил продолжать.

— Не сразу, нет. Иногда проходят недели, месяцы или даже годы до неизбежного конца. — Дедуля и бабушка Лили прожили вместе несколько десятилетий.

Конрад склонил голову набок, пристально вглядываясь в неё. Тени исказили его черты.

— А как же твоя мама? Она замужем почти двадцать лет.

— Только потому, что согласилась жить с мужчиной, которого не любит.

— И нет никакого способа разорвать этот порочный круг?

— Нет. Лэдлинги пытались, поверь мне. — Её бабушка всегда клялась, что её любовь к мужу свела его в могилу раньше срока. Джейн не хотела носить на себе такое же чувство вины.

Конрад погладил свой подбородок.

— Как насчёт этого? Каждый раз, когда мы будем вместе, я обещаю изо всех сил стараться давать тебе повод не влюбляться в меня. — Он протянул руку и заправил прядь волос ей за ухо. — Я редко кладу грязную одежду в корзину. Обычно она валяется кучей на полу.

— Какой ужас, — выдохнула Джейн с притворным содроганием, хотя глаза её искрились весельем. — Но ты продолжай. Это работает.

— Ну и язва же ты! — фыркнул он.

В каждом его слове она слышала нежность, и паника вернулась с новой силой, ударив её прямо в грудь. Дыхание вдруг стало непозволительной роскошью. Но в этот раз Джейн не сбежала, а собралась с духом и спросила:

— Почему я тебе нравлюсь? Почему ты готов ради меня на такие жертвы?

Конрад моргнул и посмотрел на неё с недоумением, будто она только что загадала неразрешимую головоломку.

— Проще перечислить то, что мне в тебе не нравится. Например, твоё сопротивление моему обаянию, — ответил он с дразнящим подмигиванием. — А ещё твоя склонность сломя голову бросаться прямо в пекло. И твоё нежелание обсуждать определённые темы.

Конрад сделал паузу и вопросительно приподнял бровь:

— А что ты чувствуешь ко мне? Чего ты хочешь от меня?

Её всю трясло.

— Я… ты мне тоже нравишься, несмотря на твою привычку обвинять меня в убийстве, и я не хочу, чтобы мы встречались с кем-то ещё. Даже если мы не пара. — Так, хватит откровений на сегодня. Она высвободилась из его объятий и отстегнула ремень безопасности. — Кажется, это Фиона машет нам с крыльца?

Уголки его губ чуть дрогнули.

— На крыльце никого нет, Джейн. Но, честно говоря, ты продержалась гораздо дольше, чем я ожидал. И призналась в большем, чем я рассчитывал.

У неё не было времени на ответ. Она уже распахнула дверь и шагнула в теплоту ночи. Конрад не отставал. Он догнал Джейн у катафалка и положил руку ей на поясницу. Его тепло, просочившись сквозь ткань платья, ласкало кожу.

— Не переживай, — тихо сказал Конрад. — На сегодня я закончил с расспросами. Я буду давать тебе столько пространства, сколько нужно, пока ты не будешь готова к большему.

Её дрожь постепенно утихла. Но, чёрт возьми, он говорил так нежно, что у Джейн защипало в глазах от подступивших слёз. Скрип дверной ручки и шорох москитной сетки прервали их разговор, избавив Джейн от необходимости подбирать слова в ответ.

Фиона распахнула сетчатую дверь и протянула небольшую коробку, не дав Джейн даже коснуться ручки:

— Это доставили, пока нас не было.

Кофе Аны!

Конрад, должно быть, прочёл этикетку и уловил связь, потому что застонал:

— Не может быть.

— Ну… — замялась Джейн, перекатываясь с пятки на носок.

— Где вы вообще пропадали? — требовательно спросила её удивительная подруга, спасая Джейн от объяснений. — Мы уже просмотрели половину постов Аны в «Хедлайнере». Подождите, пока не увидите, кого и в чём она обвинила!