Шумно дышу, вдавливая предательски притихший телефон в ухо. Слышу лишь стук собственного сердца. Вадим молчит. Пауза затягивается.

— Алло, Вадим! Ты слышишь меня?

— Приезжай через час, — наконец отвечает друг. Его голос по-прежнему нейтрален.

— К тебе домой?

— Нет, я еще в офисе. Жду, — коротко бросает Вадим и отключается.

Я снова сажусь на лавочку и совсем другим взглядом смотрю на поблескивающее в темноте здание. Теперь, на волне поднявшегося во мне беспочвенного воодушевления, оно уже не кажется таким неприступным. Вместе с тем я отдаю себе отчет, что рано не только праздновать победу, но даже мимолетом думать о ней.

Прикидывая, как лучше построить предстоящий неприятный разговор, двигаюсь в сторону офиса. Спешить некуда — от места, в котором меня осенила безумная идея, до работы около получаса ходьбы, так что можно успеть подготовиться.

Представляю, как выглядело известие о том, что верный бизнес-партнер планирует совершенно добровольно оказаться за бортом. Но я не планирую совсем покидать Вадима, хочу лишь на время передать другу управление фирмой и собственными проектами. Но учитывая то, что Вадим и так работает из последних сил, балансируя между делами фирмы и навалившимися на него семейными заботами, предсказать, как он отреагирует на подобное предложение, невозможно.

Помня о том, что в запасе есть еще лишние полчаса, пытаюсь хоть как-то отвлечься и открываю с телефона сайт «Неслучайной Встречи». К своему разочарованию, не нахожу раздела с вакансиями. Это несколько остужает мой пыл, ведь теперь предстоит выяснить, каким образом компания набирает персонал. Возможно, мне повезет и «Неслучайная Встреча» пользуется для набора услугами одного из кадровых агентств, для которых мы когда-то делали рекламу. Мне даже удается вспомнить некоторых представителей, и я удовлетворенно вспоминаю, что среди них есть и вполне приятные девушки, к которым можно было бы заявиться под каким-нибудь миловидным предлогом.

Уже начав было продумывать хитрые стратегии использования своего обаяния с целью добраться до заветной службы знакомств, вдруг одергиваю себя, напоминая, что проблемы следует решать по мере их поступления. А поступившая проблема сейчас одна — предстоящий разговор с партнером. И мне стоило бы сосредоточиться на словах, которыми я собираюсь объяснить свою позицию Вадиму, чтобы не потерять друга и выстроенный такими стараниями бизнес.

— До встречи, — шепчу я, обернувшись на здание с синими стеклами, и машу ему рукой.

На этот раз здание безмолвствует.

Как ни стараюсь сбавить шаг, ноги сами несут меня в сторону агентства, поэтому в офисе я оказываюсь чуть раньше назначенного Вадимом времени. Как только появляюсь в дверях конторы, из своей комнаты привычно выглядывает дядя Боря.

— Александр Владимирович? — от удивления он снова переходит на официальный тон. — Не ожидал вас сегодня еще раз увидеть.

Я не комментирую свое возвращение, а лишь интересуюсь, на месте ли Вадим.

— Да, он в своем кабинете, у него гости.

— Гости? — удивленно спрашиваю я и сразу чувствую, как в голове поселяется предательская мысль: уж не с юристами ли меня встречает дорогой друг. Для визитов клиентов время позднее: скорее всего они уже наслаждаются шашлыками на своих дачах, запивая их водочкой из маленьких запотевших рюмок.

Прохожу вдоль темного коридора. Без привычной дневной суеты, телефонных звонков, разговоров и цокота маленьких острых каблучков по паркету офис выглядит непривычно безжизненным. Лишь из-под двери кабинета Вадима все так же разрезает темноту тоненькая полоска света, и доносятся приглушенные голоса находящихся за дверью людей.

Открываю дверь. Вадим действительно не один — он сидит в своем удобном кожаном кресле и вместе с ним в помещении находится некто, сидящий спиной ко мне.

Вадим сразу замечает мое появление и кивает в знак приветствия. Неизвестный гость оборачивается, и я узнаю в нем Илью. Того самого Илью, с которым у нас состоялся интереснейший диалог о знакомствах на уютном семейном торжестве в честь празднования дня рождения Вадима.

Здороваюсь с парнями и сажусь рядом с Ильей за длинный стол для совещаний, примыкающий к рабочему месту друга. Вадим, прочитав в моих глазах немой вопрос о причине нахождения здесь одного из наших клиентов, кивком указывает на Илью:

— Это Илья. Вы ведь знакомы?

— Да, конечно, — киваем мы с улыбкой друг другу.

— Вадим, я не совсем понимаю… — начинаю я, но друг жестом просит меня замолчать.

— Ты, наверное, знаешь, что Илья — представитель одного из наших клиентов. Мы делаем общий проект уже несколько недель. Еще когда ты мне впервые рассказал о проблемах с «Неслучайной Встречей», я решил, что вас стоит познакомить поближе. Но после твоего последнего звонка я решил, что откладывать дольше не стоит.

Все еще не видя связи между происходящими событиями и странным визитом Ильи, я выжидательно смотрю на друга.

— Так вот познакомься, — с напускной торжественностью произносит Вадим, — это Илья Викторович Слуцкий — главный архитектор игрового мира в компании «Неслучайная Встреча».

От этих слов внутри меня все переворачивается. Чувствую странную, трудно объяснимую смесь безудержного восторга от неожиданной удачи и тянущей глупой досады на самого себя от того, как близко все это время находилась веревочка, за которую можно было начать распутывать завернутый Вадимом клубок.

Пока я прихожу в себя, Илья, улыбаясь, протягивает руку:

— Приятно еще раз познакомиться с тобой, Саша. Мы толком не разговаривали с момента встречи дома у Вадима. И я рад новой возможности поговорить и обсудить перспективы рынка виртуальных знакомств. Тем более что, насколько мне известно, тебе недавно довелось м-м-м… познакомиться с этой темой чуть ближе, ведь так?

Илья хитро щурит глаза, а потом они с Вадимом вдруг заходятся в смехе. Смекнув, интересуюсь у лучшего друга:

— Скажи, Вадим, а не с помощью ли твоего влиятельного напарника ты отправил меня в виртуальное путешествие, предварительно доведя до беспамятства?

— Не без помощи, — уклончиво отвечает Вадим, с трудом сдерживая смех.

— Да что там, — азартно перебивает его Илья, тут же сменивший официальный тон на прежний приятельский. — Я все организовал почти в одиночку. Договорился о твоем немедленном погружении сразу после сканирования. Проследил, чтобы тебя бережно, как младенца, перенесли из автомобиля и аккуратно уложили в капсулу. Должен признаться, я не завидую дежурившей в ту ночь смене техников. В капсульный зал меня не пустили — такие уж у нас правила, я лишь сопроводил тебя до входа в здание Дайв-спота на Сретенке. Но от тебя так сильно несло перегаром, что команда, готовившая тебя к погружению, сама должна была прилично захмелеть.

Илья громко смеется, а Вадим просто улыбается — видимо, слышит эту историю не в первый раз. Илью радует эта неожиданная возможность насладиться эффектом от раскрытия деталей провернутой операции. Наверное, чувствует себя фокусником, объясняющим публике секрет своего лучшего выступления.

— Так вот почему ты здесь околачивался всю позапрошлую неделю! — догадываюсь я.

— Ну, поработать мы тоже успевали, — разводит руками Илья. — Но главным образом, да, по твою душу. Мы обсуждали детали твоего принудительного отбытия в незапланированный отпуск.

— А что у нас за дела с «Неслучайной Встречей»? — спрашиваю я у Вадима, аккуратно направляя разговор в нужное мне русло.

— Я расскажу, — не дав ответить Вадиму, снова берет инициативу разговорчивый Илья. — Известные бренды вдруг обратили на нас внимание и стали рассматривать наши погружения всерьез. Они же не дураки. Невозможно игнорировать тот факт, что все больше людей обращаются к нам, чтобы провести незабываемое путешествие с идеальным спутником. Ну так вот, владельцы брендов захотели, чтобы в наших виртуальных мирах игроки пользовались в быту образцами их продукции. Ты, наверное, в своем путешествии заметил, что вокруг не было ни одной из известных тебе торговых марок?

Вспоминаю и признаю, что Илья прав — на всех вещах, которые меня окружали, включая одежду, я видел либо логотип с монограммой «НВ», либо его полное отсутствие на привычном месте. Я тогда счел это частью философии отказа от всего городского и полному погружению в атмосферу, созданную туристическим агентством. А теперь оказалось, что «Неслучайная Встреча» просто на момент моего погружения еще не договорилась с рекламодателями.

— Так вот, — продолжает Илья, — мы по большей части программисты, дизайнеры, психологи. И ничего не понимаем в рекламном бизнесе. А на одной из выставок рекламной индустрии я познакомился с Вадимом. Последние дни мы обсуждали, как ваше агентство могло бы помочь нам правильно выстроить проект по размещению рекламы в игровых мирах, созданных моим отделом для «Встречи».

— Так ты создаешь виртуальные миры? — спрашиваю я Илью.

— Мы создаем, — уточняет он. — У меня в команде еще два игровых архитектора. Я руковожу всеми процессами, но иногда, чтобы не растерять навык, сам сажусь за Дрим-редактор и создаю какой-нибудь мир или занимаюсь отладкой того, что наворотили мои орлы. У тебя же «Остров» был?

Киваю.

— Ну вот. Мы делали. Точнее, один из наших архитекторов. Тоже, кстати, Сашей зовут. Понравилось?

Я снова киваю и обращаюсь к Вадиму:

— Илья в курсе, по какому поводу мы здесь собрались?

Их лица принимают серьезное выражение.

— Да… — отвечает Вадим. — Я посвятил Илью в то, как развивались события после твоего отпуска.

— Ага, я в курсе. Не совпавшая пара. Неприятная история, сочувствую тебе, друг. Но, к сожалению, такое бывает. Мы всего лишь даем людям возможность сделать выбор, но не определяем этот выбор за них.

— Можно ли как-то узнать личные данные другого игрока, с которым меня соединила ваша система?

— Оля, ее зовут Оля, — зачем-то уточняет Вадим.

— Может быть, и Оля, — подтверждаю я и снова поворачиваюсь к Илье. — Так можно?

— Нет, совершенно невозможно, — без раздумий отвечает архитектор. — Давай объясню, как у нас все устроено. Есть направление архитектуры, которым руковожу я. Мы создаем виртуальные миры, определяем сценарии и модели поведения персонажей, описываем их характеры, поступки и реакции на действия игроков. Картинка, которую ты видишь, погрузившись в игру, — результат работы нашего отдела. Еще есть отдел разработки — они переводят все, что мы спроектировали, на язык специального кода, который затем транслируется в сознание путешественников. Это сложная техническая работа, которую проделывают специалисты разного профиля: от программистов до нейробиологов. Есть и другие вспомогательные службы: служба эксплуатации, в чьи обязанности входит поддержание работоспособности оборудования для погружений. Служба сервиса, которая работает с игроками после того, как они вынырнут. Есть служба безопасности, которая следит за всем происходящим. И конечно же, служба по работе с клиентами, которая как раз и занимается обработкой и хранением персональных данных, работает с новыми игроками, назначает даты сканирования и погружения.

— Вот последняя служба меня интересует больше всего, — перебиваю я его.

— Понимаю. Не одного тебя. Многих интересует. И именно по этой причине бравые ребята из службы безопасности наиболее рьяно охраняют как раз этот отдел. Никто не знает, где находятся работники этой службы, никто их никогда не видел. Иногда от них поступают в письменном виде какие-то комментарии, касающиеся работы других служб, но эта переписка всегда обезличена. Любые попытки добраться до них жестко пресекаются руководством, вплоть до увольнения. И если архитекторы еще иногда встречаются с программистами — все-таки наша деятельность сильно связана, — то клиентскую службу мы не видим никогда.

Я разочарованно вздыхаю и, откинувшись на спинку кресла, закрываю глаза. Вот так поворот! Вот тебе и диверсия изнутри! Как я и предполагал, даже поддайся я сиюминутному желанию припереть кого-нибудь из выходивших с Дайв-спота на Сретенке работников, это бы не принесло никакой пользы. Точно так же, как и полная романтического авантюризма затея взять штурмом проклятый особняк с капсюльным залом.

— Скажи ему то, что сказал мне по телефону, — тихо просит Вадим.

— Я хочу устроиться к вам на работу, — не открывая глаз, бормочу я в потолок.

Опускаю голову, чтобы оценить реакцию. Илья смотрит мне прямо в глаза, пытаясь понять, не шучу ли я.

— Чего-чего ты хочешь? — медленно повторяет он, думая, что ослышался.

— Я тоже считаю это странной затеей, — бросает Вадим.

— Я хочу у вас работать. В любой из служб. Хоть мыть полы от соленой воды, стекающей с ног вынырнувших игроков. Мне плевать! Мне нужно оказаться внутри вашей конторы.

— Но я ведь только что объяснил тебе, почему в этом нет никакого смысла! — повышает голос Илья. — В клиентскую службу тебе не устроиться, никто даже не знает, как они набирают людей. А другие службы никогда не получат доступа к нужной тебе информации!

Я упрямо дергаю плечами.

— Вадим, а ты что скажешь? — ищет защиты у моего друга Илья. — Твой партнер пытается устроиться работать в другую компанию! Ты что об этом думаешь?

Вадим молчит.

— Вот что, друзья, — говорит Илья. — Я пойду покурю с Борис Сергеичем, а вы тут пообщайтесь. Похоже, вам есть о чем. И я тебя прошу, Вадик, ну, ты же взрослый человек, хоть ты направь этого романтика на верный путь!

С этими словами Илья выходит. Идут минуты, Вадим молча смотрит в пустоту перед собой, опершись подбородком на переплетенные пальцы, а я не знаю, что ему сказать. Впервые в жизни не знаю. Все отрепетированные по пути в офис красивые фразы вылетели из головы, будто кто-то не закрыл клетку.

— Вадим, друг, — осторожно начинаю я, — ты же знаешь, что я не отступлю.

Молчание.

— Помнишь, помнишь, что ты мне говорил в кафе, сразу после того, как встретил у Дайв-спота? Ты согласился, что легко любить, когда все хорошо. А потом добавил, что грош цена волшебству, которое исчезает, когда на горизонте возникли сложности. Так вот сейчас и возникли. Они не похожи на те бытовые неурядицы, которые ты имел в виду, говоря о проблемах, с которыми предстоит столкнуться. У нас действительно с Олей нет общих детей — ни реальных, ни цифровых. Мы не ссорились из-за незакрытой зубной пасты, надоедливых родственников или не опущенного сиденья унитаза.

— Так ты себе представляешь бытовые неурядицы? — иронично усмехается Вадим, впервые посмотрев на меня с тех пор, как я начал говорить.

— Не в этом дело, — отмахиваюсь я. — Все это не имеет значения. Важно то, что сейчас мое волшебство… наше с Олей волшебство столкнулось с трудностями. И впервые в жизни я готов бороться изо всех сил, пока не буду уверен в том, что Оля специально убила это волшебство. Я буду до последнего считать все случившееся глупым стечением обстоятельств, пока Оля сама не признается в том, что она — убийца.

Вадим продолжает молчать, но взгляд от меня не отводит.

— Я сделаю это, даже если мне придется отдать тебе свою долю в агентстве.

Друг удивленно вскидывает брови, услышав последний аргумент, которым я неожиданно для самого себя выстреливаю в него в упор.

— Мне не нужна твоя доля, — медленно и как-то обиженно произносит он. — Ты знаешь меня двадцать лет, как ты можешь подумать, что я, пользуясь твоей минутной слабостью, отниму то, в чем твоих заслуг не меньше, чем моих?

Мне становится стыдно за это предположение, и я виновато пожимаю плечами. Вадим продолжает:

— Ты самый чокнутый придурок из всех, кого я знаю. И то, что ты затеял, глупо, недальновидно и неосмотрительно. Я бы так никогда не поступил.

Молчу.

— Но! — поднимает указательный палец Вадим. — Весь смысл, на котором строится наша дружба, в том, что я — не ты, а ты — не я. И неизвестно, где бы мы оказались, если бы не поступали так, как того требует логика нашего характера. Я отдаю себе отчет, чем обернется твое длительное отсутствие для меня, но моя задача как друга — поддерживать тебя в сумасшедших идеях, даже если я их не разделяю. Это то, что я делаю постоянно, и то, о чем я еще ни разу не пожалел. Поэтому, если Илья сможет устроить тебя, иди и ищи свою цифровую подругу.

Я молча встаю из-за стола, обхожу его и крепко обнимаю друга. Когда возвращаюсь на свое место, в кабинет входит Илья, сопровождаемый терпким табачным запахом.

— Ну что? — обращается он к Вадиму.

Тот отрицательно качает головой.

— Значит, так, — тяжело опускаясь на стул, говорит Илья. — Во-первых, я сделаю вид, что не слышал о подлинных мотивах твоего трудоустройства. Это понятно? Ты пришел ко мне на собеседование по рекомендации одного из наших подрядчиков. — При упоминании о подрядчиках Илья кивает на Вадима. — Во-вторых, — продолжает он, — ты чертов романтик. Я не намного старше, но не одобряю это юношеское безумие и делаю только для того, чтобы ты наконец успокоился, вернулся в свой бизнес и вы вместе придумали для нас грамотную концепцию продажи рекламы в виртуальности. Это понятно? — Я с готовностью киваю. — А в-третьих, — продолжает Илья, выдержав эффектную паузу, — раз такое дело, мне только что, пока я курил с дядей Борей, срочно понадобился стажер в архитектурный отдел. — Я вскакиваю со своего места, но Илья поднимает руку в упреждающем жесте: — И я попробую! — он интонацией подчеркивает это слово. — Попробую тебя протащить под предлогом временного перехода сотрудника будущего подрядчика на нашу территорию. Постараюсь мотивировать это необходимостью более плотного погружения рекламщика в наш бизнес для успешного запуска сотрудничества с крупными брендами. Если затея выгорит — поработаешь, научишься делать виртуальные миры, несколько раз ударишься в глухую стену, о которой я тебе говорил, и вернешься обратно. Договорились?

— Договорились! — горячо кричу я и протягиваю Илье руку. — Спасибо тебе!

— Пока не за что, — ухмыляется Илья, пожимает руку и обращается к Вадиму: — Это все, о чем ты хотел поговорить?

— Да, — отвечает Вадим. — Прости, что украл у тебя половину пятничного вечера. Сам понимаешь, дело срочное.

— Да ладно, ничего страшного! Олеська с малым ждут меня в кафе неподалеку, она впихивает в ребенка мороженое. Просто удивительно, как в этих маленьких созданиях умещается столько сладкого!

Отцы семейств дружно смеются. Мы выходим из кабинета, прощаемся с дядей Борей и оказываемся на улице. Илья направляется куда-то в сторону центра, а мы с Вадимом остаемся вдвоем на пороге офисного здания.

— Думаешь, выгорит? — спрашиваю, провожая освещенную уличными фонарями спину удаляющегося главного архитектора.

— В любом случае будет полезно, — отвечает Вадим, — изучишь деятельность будущего партнера.

— А ты как всегда, — улыбаюсь я, — во всем находишь практичный подход.

— А ты как всегда, — не остается в долгу друг, — пытаешься найти подход через…

Вадим тактично не заканчивает реплику, но я понимаю, что именно он хотел сказать. Мы прощаемся и расходимся.

На Москву опускается ночь. Где-то далеко люди готовятся к пятничному маскараду, празднику городского безумия. Где-то далеко…

Слишком далеко от меня.