Всю неделю после разговора возле музея я готовилась к предстоящей встрече с Родериком. Составляла аргументы «за» и «против» обучения Софи в моей школе, продумывала возможные решения проблем, которые могли возникнуть. Я даже написала примерный план индивидуальной программы, учитывающей ее интерес к географии.

Суббота наступила неожиданно быстро. Мы договорились встретиться в небольшом кафе недалеко от парка, где обычно гуляли с Софи. Я пришла немного раньше, выбрала столик у окна и заказала чай, чтобы чем-то занять руки.

Когда дверь кафе открылась, я подняла глаза, ожидая увидеть Родерика с Софи. Но к моему удивлению, он был один.

Сердце пропустило удар.

Родерик подошёл к моему столику. Сегодня он хромал сильнее обычного — возможно, из-за перемены погоды. Осень вступала в свои права, и утро выдалось сырым и промозглым.

— Мисс Свон, — поздоровался он, слегка поклонившись.

— Герцог Бельмонт, — ответила я, стараясь придать голосу официальные нотки. — А где Софи?

— Я решил, что нам лучше обсудить этот вопрос наедине, — сказал Родерик, садясь напротив меня. — В спокойной обстановке, между двумя взрослыми людьми. Софи слишком эмоциональна в этом вопросе и может не понять всех практических сложностей.

Его лицо оставалось бесстрастным, голос — ровным. Никаких признаков того, что этот разговор для него что-то значит, кроме обсуждения образования сестры.

— Понимаю, — кивнула я, хотя внутри нарастало напряжение от необходимости разговора с ним наедине.

Подошла официантка, и он заказал кофе. Когда она ушла, между нами повисло неловкое молчание. Я смотрела в свою чашку, не зная, с чего начать разговор.

— Итак, — наконец произнёс Родерик, — Софи очень хочет учиться в вашей школе. Что вы думаете об этом?

Я подняла глаза, встречаясь с его взглядом. В нём не было ничего, кроме спокойного интереса — холодного, делового, отстранённого.

— Я считаю, что это хорошая идея, — ответила я, переходя на деловой тон. — Софи умная, любознательная девочка. Ей пойдёт на пользу систематическое образование и общение с другими девочками.

Родерик кивнул.

— Я согласен. Но есть некоторые вопросы, которые нужно решить.

— Да, — сказала я. — Прежде всего, нам нужно оценить её текущий уровень знаний. Я понимаю, что из-за болезни у нее могут быть пробелы в образовании.

— Именно так, — подтвердил Родерик. — Преподаватели, с которыми она занималась в поместье, делали всё возможное, но из-за длительного перерыва у нее не было возможности получить полные знания по некоторым предметам, хотя другие даются ей довольно легко.

— В таком случае, ей понадобятся дополнительные занятия, чтобы догнать программу, — сказала я. — Я готова взять это на себя.

— Вы очень добры, — сказал Родерик сдержанно. — Но где и когда могли бы проходить эти занятия?

Я задумалась.

— В школе по вечерам проводятся занятия для взрослых женщин, так что классные комнаты заняты, — сказала я. — А моя квартира слишком мала и не приспособлена для уроков.

Родерик помолчал, словно обдумывая что-то.

— В нашем столичном доме у Софи есть просторная учебная комната со всем необходимым, — сказал он, а потом вдруг осёкся, словно только сейчас осознав, что приглашает меня в свой дом.

— Я понимаю, что это может быть… неудобно для вас, — добавил он ровным тоном. — Но это было бы наиболее практичным решением.

Я колебалась. Посещать дом Родерика, пусть и для занятий с Софи, казалось шагом назад, в прошлое, от которого я так стремилась отдалиться. Но с другой стороны, это действительно было самым практичным решением. У Софи там были все необходимые книги и материалы, ей не пришлось бы лишний раз выходить на улицу в холодную погоду после школьных занятий.

— Я думаю, это приемлемо, — сказала я наконец. — Если мы будем относиться к этому как к обычным урокам.

— Разумеется, — согласился Родерик. — Чисто деловые отношения.

Его лицо оставалось непроницаемым, голос — ровным. Ничто не выдавало его мыслей или чувств.

— Как часто вы предлагаете проводить эти дополнительные занятия? — спросил он.

— Думаю, дважды в неделю будет достаточно, — ответила я. — По вторникам и четвергам, после основных занятий в школе. Если это вам подходит.

— Полностью, — кивнул Родерик. — Я буду следить, чтобы в эти дни Софи возвращалась домой сразу после школы и была готова к дополнительным урокам.

Мы обсудили ещё несколько моментов — учебники, которые понадобятся Софи, школьную форму, расписание. Родерик был внимателен к деталям, задавал уместные вопросы, проявлял интерес к методам обучения в моей школе, но всё это — с деловой, отстранённой вежливостью.

Когда все вопросы были решены, и мы допили свой чай и кофе, Родерик расплатился за нас обоих, несмотря на мои протесты.

— Позвольте мне хотя бы это, — сказал он. — В качестве благодарности за вашу готовность помочь Софи.

Мы вышли из кафе вместе. На улице моросил мелкий дождь, и я раскрыла зонт. Родерик остановился под козырьком кафе, глядя на дождь с некоторой неприязнью.

— Ваш экипаж далеко? — спросила я, заметив, как он поморщился, делая шаг.

— За углом, — ответил он. — Не беспокойтесь, я дойду.

Но я видела, что дождь усиливается, а Родерик сегодня хромает сильнее обычного.

— Позвольте мне проводить вас, — сказала я, поднимая зонт повыше, чтобы укрыть нас обоих. — У меня всё равно нет других планов на сегодня.

Он посмотрел на меня с лёгким удивлением, но потом кивнул.

— Спасибо.

Мы пошли рядом, под одним зонтом, стараясь держаться на расстоянии друг от друга, но неизбежно соприкасаясь плечами. Я чувствовала тепло его тела рядом с собой, слышала его дыхание, ощущала знакомый аромат одеколона. Воспоминания нахлынули с новой силой — о том, как мы гуляли вместе в саду поместья Бельмонт, как он держал зонт над моей головой, как смотрел на меня с нежностью, которую я тогда считала искренней.

— Вот мой экипаж, — сказал Родерик, указывая на элегантную карету, стоящую у обочины.

Мы остановились. Дождь усилился, барабаня по зонту, создавая вокруг нас своеобразный кокон из звуков воды.

— Благодарю вас, — сказал Родерик официальным тоном. — Позвольте подвезти вас до дома. В такую погоду непросто найти кэб.

— Нет, спасибо, — быстро ответила я. — Мне недалеко, и прогулка будет полезна.

Это была ложь — до моего дома было не менее получаса ходьбы, но мысль о том, чтобы оказаться с Родериком в тесном пространстве экипажа, заставляла меня нервничать.

Родерик не настаивал. Он только слегка поклонился и открыл дверцу экипажа.

— До встречи, мисс Свон, — сказал он, забираясь внутрь.

— До встречи, герцог Бельмонт, — ответила я, опуская зонт.

Экипаж тронулся, и я осталась стоять под дождём, глядя ему вслед и пытаясь разобраться в своих чувствах. Почему моё сердце до сих пор колотилось как безумное? И почему, несмотря на все мои усилия забыть прошлое, оно продолжало преследовать меня в образе синих глаз Родерика Бельмонта?

Я не знала ответов на эти вопросы. Знала только, что во вторник мне предстоит переступить порог его дома — и это пугало больше, чем я хотела признать.