Я шла по дорожкам, по которым мы недавно гуляли, но окружающие красоты пока мало радовали глаз. Вдалеке среди деревьев увидела Зерриду. Кажется, дриада была чем-то обеспокоена и я сменила направление к морю, обходя её стороной. Пикироваться с ней в остроумии или терпеть колкости не было никакого желания. Лучше быть подальше от её вотчины.

Спустилась к морю и пошла по берегу. Хотелось уединения, чтобы собрать себя по частям. Нужно не терять оптимизма. А ведь как чувствовала, не желая ехать с Максом! Это он тащился по эльфам, и костюмированным переодеваниям, не я. Вот почему его не перенесло сюда вместо меня?! Пусть бы бегал в этом мире по лесу, бряцая оружием, придурок.

Ведь интуиция меня предупреждала, но позволила ему себя убедить, что всё будет хорошо. Вот и верь после этого мужчинам! А теперь мои родители с ума будут сходить от беспокойства и думать, что я заблудилась и замёрзла в лесу.

От тяжёлых мыслей у меня из груди вырвался горестный вздох. Душа болела за родителей и сложно было смириться с мыслью, что ничего не могу поделать. Не в моих силах вернуться обратно. И я словно попала в капкан чужих ожиданий: Арджана надеется, что я сделаю счастливым её сына, Ирина видит во мне шанс изменить отношение Владыки к нашему миру. Для Арратаса я просто свалившаяся головная боль, за которую он теперь несёт ответственность. Ничего не хочу плохого о них сказать, все они хорошие люди, готовы во всём помочь и поддержать меня. Я же…

А я просто хотела вернуться домой. Обнять маму с папой, залезть на своей кровати под пушистое одеяло, включить любимый плей-лист и забыть о приключениях в этом мире, как о сне. Ярком, необычном, но просто сне, после которого с радостью возвращаешься в привычную реальность.

Я даже носом хлюпнула от набежавших слёз.

«Так, хватит себя жалеть!» — мысленно пнула себя, вытирая мокрые щёки. В моём положении можно позволить не больше минуты слабости. Если совсем расклеюсь, легче от этого никому не станет. Я могла вообще в казиматы к Владыке попасть за нарушение границы и относились бы ко мне не так вежливо и с заботой, как в семье Арратаса. Они у него классные! Чувствуется, что любят и заботятся друг о друге. Вот и мне их хорошего отношения перепало, грех жаловаться.

Я остановилась, глубоко вдыхая морской воздух, и беря себя в руки. Нужно возвращаться обратно. Голову проветрила, прошлое оплакала, остаётся лишь с надеждой смотреть в будущее.

Развернулась и едва не натолкнулась на неслышно подошедшего ко мне пожилого мужчину. Слуга, посланный за мной?! Первой мыслью было, что это Арратас беспокоился и отправил кого-то приглядеть или позвать обратно. Но всё изменила не замеченная сразу палка в его руке. Или весло?!

— Отдохни-ка, красавица! — произнёс незнакомец, взмахивая им и опуская мне на голову.

***

В себя пришла на дне лодки, которую качало на волнах. Голова раскалывалась, сознание мутилось и меня подташнивало то ли от качки, то ли от сотрясения. Я со стоном пошевелилась, пытаясь дотронуться до головы, но лишь безуспешно задёргалась. Оказалось, что руки связаны за спиной.

Мой похититель сидел ко мне спиной, но на звук обернулся и смерил взглядом.

— Уже пришла в себя? Жаль, рано. Не дёргайся и лежи спокойно, а то ещё раз придётся успокоить.

— Кто вы такой? Что я вам сделала?

— Мне? Ничего. Просто тебе не повезло связаться с плохой компанией.

— Какой?! Я здесь никого не знаю!

— Это же ты невеста, перенесённая Девой Лесной для сына известного бывшего дипломата Ириллия?

— Откуда вы знаете?! — удивилась я, как быстро распространяются новости.

— Остались друзья при дворе.

— Вы не похожи на эльфа, — вырвалось у меня, и мужчина засмеялся.

— Люди, эльфы, без разницы — все одинаково любят золото, а я щедро плачу за интересующую меня информацию.

— И чем я вам интересна?

— Ты прекрасный способ отомстить моим давним врагам.

— Кому?

— Ириллию и Арджане. Когда-то из-за этих двоих в муках умер мой сын, пусть приказ отдал и акиф Игенборга. До него я ещё тоже доберусь! Мне пришлось бежать из Асдора и скрываться много лет, но теперь я вернулся и за гибель моего мальчика заплатят все.

— Мне искренне жаль вашего сына и сочувствую потере. Только скажите, в чём моя вина? Я его даже не знала. А вы хотите, чтобы теперь и мои родители оплакивали свою дочь? — попыталась разжалобить его.

Безуспешно.

— Они тебя оплакивать будут в любом случае. Ты уже покинула свой мир навсегда, — не дрогнул мой похититель.

— Можно мне хотя бы сесть? Меня мутит после удара.

— Ладно, давай. Мы уже достаточно далеко отплыли.

Отплыли?! О нет, а я надеялась, что мы стоим, ведь вёсла лежали в лодке. Я извивалась, стараясь приподняться, но руки связаны, тело затекло, и голова дико трещит.

— Я помогу, — смилостивился похититель. Перешёл ко мне и подтянул под подмышки вверх, давая сесть на дно лодки. Спиной опёрлась о перекладину для сидения. От наших телодвижений и перемены положения лодка ещё сильнее закачалась. Сглотнула набежавшую слюну, борясь с тошнотой.

— А это ещё кто?! — изумлённо выдохнула я, когда впереди лодки из воды вынырнул зеленоволосый мужчина, оглядываясь на нас. Оказывается, это он всё это время за верёвку тянул лодку как на буксире.

— Русал. У вас разве нет таких?

— У нас и эльфов нет, только люди. Он служит вам?

— Возвращает долг жизни. Я спас его когда-то.

— Спасли? Значит, вы хороший человек, — попыталась подлизаться к похитителю, умом понимая, что криками и требованием отпустить ничего не добьюсь.

— Не обольщайся, — отрезал мужчина, отходя от меня и возвращаясь обратно на своё место.

Я обернулась, стараясь сориентироваться далеко ли отплыли от острова, но берег позади виднелся уже лишь полоской на горизонте. О скором спасении не стоит и мечтать. Может, вообще решат, что от отчаяния бросилась в пучину с берега?

Будь свободны руки, могла бы попробовать огреть его веслом, как он меня и сбежать на лодке, но и тогда есть ещё русал, с которым мне точно не справиться.

— Может, расскажете о своём плане мести, раз я оказалась его невольным участником? — нарушила воцарившееся молчание. — Вы хотите убить Арджану и Ириллия?

— Убить? — оглянулся на меня мужчина и скривил губы в холодной усмешке: — О нет! Не так быстро, по крайней мере. Для родителей нет худшей кары, чем смерть их детей. Уж это по себе знаю. Я начну с их первенца Арратаса, а потом и всех остальных передавлю. Они у меня кровавыми слезами умоются!

Похититель распалился и постаралась его вернуть на землю.

— Но Арратас не придёт за мной! Мы знакомы всего несколько дней. С чего ему рисковать жизнью ради меня? Он вообще другую любит и только обрадуется тому, что я исчезла.

— Ты о глупышке Мэльдиэль? Мне пришлось постараться, чтобы на неё обратил внимание наследник рода Звёздный Свет Борувэн. Но тут мне и сам Ириллий помог, испортив отношения с первым советником Владыки. Тот только рад был хоть как-то насолить и поспешил объявить о помолвке дочери с новым кавалером. Я сделал всё, чтобы новости долетели до мальчишки и был уверен, что он попытается украсть невесту и поспешит порталом к папочке под крылышко. Мне нужно было, чтобы сняли защиту с острова и был поблизости. Кто же знал, что дурочка заартачится и откажется бежать! Но всё равно всё сложилось лучшим образом. Сами боги мне благоволят!

Ничего себе! Так в разбитом сердце Арратаса ещё и он виноват?!

— А зачем вам надо было, чтобы сняли защиту с острова?

— Чтобы они знали, что даже в их неприступной цитадели, в их чистеньком доме до них дотянется Саламандра! Чтобы знали и боялись, ожидая, когда в следующий раз им нанесут удар. Чтобы нигде не чувствовали себя в безопасности!

За всеми его словами чувствовалась такая жгучая ненависть, что я невольно поёжилась как от озноба. Надо же было так попасть! Обиднее всего, что ни за что страдаю. Я же ему лично ничего не сделала, и он это прекрасно осознаёт, но такой придушит не моргнув и глазом, рука не дрогнет.

Попробовала принизить свою ценность, заявив:

— Я одного только не понимаю, как вы заставите Арратаса прийти за мной? Он же Мэльдиэль любит и не сильно расстроится от моей потери.

— Это не важно. Он всё равно придёт за той, кого ему перенесла их Дева Лесная. Ему свои же не простят такого пренебрежения её даром, — уверенно парировал он.

Едва не зашипела от досады. И даже здесь он меня уделала! Неприятно было согласиться с его правотой. Этот гад всё просчитал!

— И что будет, когда он придёт за мной? — помрачнев, спросила у своего похитителя.

— Скоро узнаешь, — ответил мне и отвернулся, показывая, что потерял интерес к беседе.

Мне и самой было понятно, что ничего хорошего и я замолчала, переваривая услышанное. Пока моё положение выглядело без шанса на самостоятельное спасение. Я связанная и даже перочинного ножичка нигде не припрятано, чтобы верёвки разрезать. Оставалось лишь ждать дальнейшего развития событий и надеяться на чудо.

Когда на горизонте появился корабль, я приободрилась, надеясь, что нас заметят и мне помогут. Но когда мы стали держать курс на него, поняла, что это корабль похитителя. Меня подняли на борт и оставили сидеть на палубе как мешок с картошкой, мало обращая внимания.

Мой похититель, имени которого я так и не узнала, командовал на корабле всеми. Матросы выглядели прилично, были не похожи на сброд из пиратов, как обычно показывают в наших фильмах. Наверное, мой похититель в жизни носит личину добропорядочного гражданина и поддерживает этот образ в людях, которыми себя окружает.

Матросы вокруг меня были точно сообщниками, а не простыми парнями. Ни от одного я не уловила сочувствующего взгляда. Все смотрели сквозь, будто меня и не существовало, занимаясь своими делами. С другой стороны, начни они похабно смеяться и щупать, было бы намного хуже.

Где-то через час я попыталась привлечь внимание своего похитителя, прося воды, но он холодно посоветовал мне заткнуться и ждать, если не хочу получить кляп в рот. Но когда мы приблизились к какому-то острову и на воду стали спускать шлюпку, он дал мне напиться перед тем, как пересадить в неё. Оставалось надеяться, что это было с его стороны милосердие, а не исполнение последней просьбы.

Лодку к скалистому берегу с тонкой полосой песка тянул тот же русал. Мы причалили у арочного входа зева пещеры, уходящей далеко в глубь скалы и теряющейся в темноте. Мой похититель заставил меня выйти на берег и стал подталкивать туда.

— Куда мы идём и зачем вы можете сказать?

— Не спеши, скоро сама всё увидишь.

В глубине пещеры он подошёл к припрятанному за камнем мешку и, пошарив в нём, достал лампу, которую зажёг. Держа её перед собой, а мешок закинув на плечо, стал подталкивать меня вперёд. Пещера разветвлялась на много ходов, но мужчина среди них уверенно выбрал один, заставляя двигаться меня вглубь него. Вскоре дневной свет от входа совсем пропал и сгущающуюся тьму разгоняла лишь лампа. Ход разветвлялся много раз. Я старалась запомнить куда мы поворачиваем, но скоро сбилась. Пол был неровный, я несколько раз спотыкалась, сбивая ноги в тонких домашних туфельках, не предназначенных для таких прогулок, и лишь чудом не упала.

После очередного поворота впереди в неровном свете блеснул блеск металла. Мы пришли в тупик. Небольшое пространство огораживала решётка. Я затормозила, не желая туда идти, но мой похититель схватил меня за руку и заставил пройти оставшееся расстояние, с силой втолкнув меня через открытую дверцу внутрь. Ослабнув, на подгибающихся ногах пробежала несколько шагов вперёд, а потом споткнулась и упала.

Звук захлопнувшейся решётки и скрежет ключа, заставили шевелиться и встать на колени, оборачиваясь.

— Пожалуйста, развяжите мне руки! Я их уже не чувствую, — попросила мужчину.

— Ладно, иди сюда, — сжалился он, окинув меня взглядом.

С трудом поднявшись на ноги, я подошла к решётке и повернулась к нему спиной. Думала, что он развяжет верёвку, но похититель не стал возиться с узлами, подсунув нож и перерезав путы.

— И что дальше? — обернулась к нему, потирая руки.

— Сиди и жди, — ответил он, отворачиваясь от меня.

— Постойте! — воскликнула я, поняв, что тот собрался уходить и уносит фонарь, единственный источник света. Когда тот нехотя обернулся, попросила: — Оставьте свет, пожалуйста.

— А больше ничего не хочешь?

— Хочу. Оставьте ещё воды. Послушайте, лично я вам же ничего плохого не сделала! — жалобно посмотрела на него.

Несколько мгновений мы мерились взглядами.

— Ладно, нарры с тобой! В тебе есть стержень, не истеришь, не плачешь.

Порывшись в мешке, он кинул через решётку к моим ногам бурдюк, и поставил на пол лампу.

— Наклонись ко мне, — поманил к себе пальцем.

Я приблизилась, а он схватил мою прядь волос, накручивая на палец, а потом перед лицом блеснул нож. Ахнуть не успела, когда он взмахнул им, отсекая прядь. Я испуганно отшатнулась, а он поднёс её к носу, вдыхая.

— Покажу твоему женишку, когда появится, чтобы был сговорчивее.

Когда похититель уходил, я больше его не останавливала. Кто знает, какую мою часть он придумает ещё себе на сувениры взять.

Звуки шагов постепенно удалялись и затихали. Я ухватилась за прутья решётки, потрясая их, но они стояли как влитые. Соскользнула на пол, обессилев. До этого момента я старалась держаться, но тут во мне словно закончился завод. Да сколько ещё несчастий должно свалиться на мою бедную голову!

Не погрузиться в полное отчаяние помогала уверенность бандита в том, что Арратас придёт за мной. Он сказал «когда придёт», ни минуты не сомневаясь в этом. Надеюсь, он придумает как нас спасти. Похититель не скрывал, что живыми не отпустит. Я не обольщалась тому, что тот удовлетворил мои просьбы о воде и свете. Это была малость, в которой он мог не напрягаясь уступить. Но если понадобится, не дрогнув будет резать меня на глазах у Арратаса, чтобы причинить тому больше боли. Несмотря на приятное лицо, у него холодные глаза безжалостного убийцы.

Боже, я же только успела познакомиться с родителями Арратаса, как уже пришлось столкнуться с их давним недругом! Но пусть и недолго узнав их, была уверена, что как бы ни погиб сын моего похитителя, он полностью заслужил свою судьбу!

Я оглядела свою камеру. Что ж, долго здесь пленников держать не планировали: в каменном огороженном мешке было сыро и абсолютно пусто, ни лежанки какой-нибудь, ни клозета. Давила тишина, но я не знаю, что хуже: она или время от времени далёкие шелестящие звуки словно от маленьких когтистых лап по камням, заставляющие напрягать глаза в сторону входа.

Время тянулось неимоверно медленно. Устав мерить шагами свою камеру, я села на пол, обхватив руками колени и уставившись на пламя в лампе. Постепенно мои глаза стали слипаться, пережитые приключения дали о себе знать. Я задремала.

Не знаю сколько мне удалось проспать: несколько минут или часов, но что-то разбудило. Я открыла глаза и поняла, что пламя лампы стало слабее. О нет-нет, только не это! Пожалуйста!

Вскочив на ноги, закричала, даже понимая всю бесполезность этого:

— Эй, кто-нибудь! Помогите!!!

Я думала, что страшно, когда осталась одна? О не-е-ет, весь ужас своего положения осознала, пока гасло пламя и я вообще осталась в полной темноте. А потом поняла, что среди уже привычных появились и новые звуки — шум волн, словно море подбиралось ближе и ближе.

Прилив!