Филипп стоял посередине комнаты, держа в руках древнюю китайскую головоломку, известную как Шар Дьявола. В мягко льющемся из окна дневном свете этот загадочный предмет, украшенный резными узорами, точно сиял изнутри и хранил в себе множество тайн.

– Чёрт меня возьми! Не может быть! – произнёс писатель.

Артефакт совершенно однозначно забрала Третья Сестра в Хара-Хото и передала в Орден. Но как он оказался перед его дверью?

Филипп неожиданно вспомнил последнюю фразу дяди о том, что поможет ему. Не о шаре ли он говорил? Тогда, ещё в квартире, перед арестом Петра Ивановича, писатель общался по телефону с Яной, а затем рассказал Майе и дяде всё про Хара-Хото. Вот болван! Опять слил всю информацию. Хотя теперь уже не важно. Мастер Бездны не сможет влезть в его историю. Однако шар каким-то чудом находился теперь у него. Видимо, дядя успел сообщить в Орден, что реликвия нужна Смирнову. Но зачем?

Проклятие! Получается, агенты Ордена продолжают работать. Филипп поморщился при этой мысли, но затем моментально переключился на головоломку.

Он начал внимательно изучать шар, вертя его в руках и замечая, как каждая из внутренних сфер легко вращалась независимо от другой. Филипп крутил предмет, наблюдая, как меняется положение шаров внутри, размещённых, словно матрёшки, один в другом. Шаров он насчитал четыре, и в каждом имелись отверстия, и, как быстро понял писатель, их требовалось совместить, чтобы решить головоломку. Однако в самом центре располагалась ещё одна сфера, где вместо отверстия виднелась вставка с мелким причудливым узором.

В голове всплыли истории, которые писатель читал о китайских мастерах, создававших такие шары. Каждый из них являлся не просто головоломкой, а настоящим произведением искусства, с философской идеей и мудростью. Глядя на шар, Филипп попытался уловить эти идеи, представляя, как люди разгадывали подобные ребусы до него, на что опирались, как выстраивали модель решения.

Внутренние сферы шара виднелись через большое круглое отверстие и были такими же, как внешняя часть: резные и костяные. Разгадка головоломки, казалось, находилась не только в механизме вращения сфер, а и в умении видеть за пределами очевидного, и, учитывая, что предмет выполнен китайскими мастерами, возможно, спешить не стоило, нужно остановиться и прислушаться к внутреннему голосу, понять логику вращения сфер.

Сконцентрировавшись, Филипп сел на стул, сделал глубокий вдох и продолжил попытки.

В каком бы положении он ни старался вертеть шар, сферы упорно вращались в противоположные стороны, не совмещаясь отверстиями.

Ничего не получалось.

Писатель положил реликвию на стол и направился в кухню. Захотелось кофе, а следом пришло чувство голода. С самого утра, как пришёл в отделение полиции, он ещё ничего не ел.

Сделав бутерброд с колбасой и сыром, Филипп запил трапезу горячим кофе и вернулся в комнату. Он вновь взял шар в руки, и внезапно писателя охватило ощущение, что каждая деталь, каждая линия узора на поверхности шара – это не просто украшение, а часть какой-то картины, которую он пока ещё не в состоянии увидеть. Переключившись на еду и отвлёкшись на несколько минут от головоломки, он словно сделал шаг назад не только в физическом, но и в эмоциональном плане, давая мозгу отдохнуть и перезагрузиться. И теперь Филипп будто заново видел перед собой загадочный шар.

Закрыв глаза, он начал тщательно его изучать руками, скользя пальцами по гладкой поверхности и ощущая каждую резную деталь реликвии, холод кости, из которой сделана головоломка, и тихую вибрацию вращающихся внутри сфер. Внезапно он уловил, как указательный палец левой руки приятно лёг в углубление на шаре, точно там была ложбинка специально для этого, а следом средний палец попал в ямку рядом, и через несколько секунд вся рука удобно легла в маленькие лунки узора. Филипп видел их, когда рассматривал головоломку, но не пробовал поместить туда пальцы. Не теряя времени, он положил вторую руку на шар, тут же найдя нужное положение.

Писатель открыл глаза и посмотрел на артефакт с новым пониманием.

Вот оно! Вот то самое положение, при котором все сферы совместятся!

Не ошибся. Отверстия в головоломке совпали, полностью раскрывая самую внутреннюю сферу, где виднелся орнамент, напоминающий переплетённые иероглифы. Головоломка решена!

Однако, присмотревшись, ничего, похожего на число, требуемое для уравнения, Филипп не мог разглядеть.

Не выпуская шара из рук, писатель откинулся на спинку стула, продолжая всматриваться.

Что-то не так. Или он всё-таки не до конца разгадал секрет шара, или просто чего-то не видит?

Сквозь задёрнутые шторы свет мягко обволакивал пространство и предметы в комнате, отбрасывающие мутные тени на стены. Писатель раздумывал, что ещё можно попробовать для решения головоломки, как вдруг взгляд его упал на круглую тень от шара, бликующую почти у самого пола. И, наблюдая за игрой света, Филипп внезапно понял, как нужно действовать!

Он встал, приподнял руки, сжимающие шар, над головой так, чтобы свет лился сквозь головоломку.

Появившаяся на стене тень артефакта заставила писателя радостно улыбнуться.