Новый год, как и договаривались, они собирались встретить вместе.

Варвара не могла нарадоваться, что в доме появилась София. Девушка сразу расположила ее к себе, и благодаря Софии Николай невероятно изменился.

В канун праздника он привез елку, и Варвара украсила ее игрушками, гирляндами и мишурой. Зажгли лампочки.

— Боже мой, неужели в доме снова елка! — восклицала она.

— Теперь так будет каждый год, — улыбался хозяин.

— Это Бог, Бог помог. Я ходила в церковь, молилась за вас. Спасибо, Господи!

— Спасибо тебе, Варвара.

— А Иван с Кирой приедут?

— Обещали.

— Я накрыла стол на четыре персоны.

— Почему на четыре? Нужно на пять. Ты забыла себя. И не вздумай уйти — встретишь Новый год с нами.

— Благодарю вас. Мне приятно ваше предложение. Я и платье приготовила.

— Вот и отлично.

— А Сонечка когда придет?

— Я скоро поеду за ней. Она у родителей, там ее дочь. Поздравит — и к нам.

— Хорошая она, Николай Львович. Воспитанная, добрая.

— Согласен, — кивнул он, и Варвара заметила, как светятся его глаза. — Вроде бы все готово.

Николай осмотрел елку, убрал от нее небольшую лестницу.

— Мне пора. Приедут Иван с Кирой — пусть не скучают.

Он выехал за Софией. Дорога в дачный поселок была неблизкой, да еще метель запорошила — видимость стала почти нулевой. «Придется добираться долго, — подумал Николай, — но к бою курантов успеем».

Когда до Нового года оставалось два часа, на пороге его дома появились Иван и Кира.

— Заходите, заходите, а то вон какая метель разбушевалась! — встречала их Варвара. — Ванечка, ты как женился — редко бываешь здесь. Отца навещать нужно.

— Ты права. Виноват.

Кира сверкнула на мужа холодным взглядом. Она делала все, чтобы не бывать у свекра.

— А где он? — поинтересовался Иван, когда они зашли в гостиную.

— Не знаю. Уехал на машине, сказал, что скоро вернется. Погода вон как разгулялась — поэтому, наверное, и задерживается.

Варвара никогда ни перед кем не отчитывалась, где Николай, — даже перед Иваном. С хозяином у них были доверительные отношения, и в его личную жизнь она не вмешивалась. Киру Варвара не любила — за высокомерный характер — и считала, что та хитростью женила на себе Ивана. Но домработница ни разу не делилась своим мнением с хозяином.

— Варвара, я вижу на столе пять приборов. У нас еще гости будут? — полюбопытствовал Иван, заглянув в столовую.

— Не знаю. Сказали накрыть на пять — я и накрыла.

— Да, из тебя ничего не вытянешь, даже если ты и знаешь, — вмешалась Кира.

Пожав плечами, Варвара пошла на кухню — там в жаровне у нее пеклась утка.

— Какая-то она неприятная, — сморщилась Кира.

— Что ты, она замечательный человек. Я ее с детства знаю. Больше у нас не было горничных.

— Ладно, — махнула рукой жена, — это ваши дела. Я уже проголодалась.

— Давай подождем.

— А я предлагаю проводить старый год. Выпьем вина, дорогой?

Кира взяла со стола бутылку и два фужера.

— Варвара! — позвала она. — Принеси нам что-нибудь к вину.

Они прошли в гостиную. Когда Варвара принесла на тарелках бутерброды с икрой и мясную нарезку, Иван откупорил бутылку и разлил вино по бокалам.

— Ты такая нетерпеливая. Подождали бы немного.

— Выпьем, дорогой, за успех нашей компании. Подведем итог семейной жизни. А знаешь, лучше бы мы пошли в ресторан. Музыка, тусовка, танцы — весело. А здесь скукотища!

— Вообще-то, это семейный праздник. В Новый год собирается вся семья. Смотри, как отец постарался. Елка — как в детстве. Давно такого не было.

— Почему же твоя матушка сбежала от такого прекрасного отчима?

— Кира, это не наше дело, а тем более не твое. Ты хочешь испортить мне настроение?

— Да нет… — Она отпила вина. — Просто думаю, кто же еще будет с нами встречать праздник. Может, наш босс решил жениться?

Кира развязно рассмеялась.

— Нет, а третий кто же? — не унималась она.

— Кира, я не знаю. Мне самому интересно. Скоро узнаем. Наверняка он не один приедет.

Они выпили еще по бокалу и включили телевизор.

Прошел час.

— Скоро уже президент будет поздравлять, а его все нет. Может, позвонишь ему? — нервничала Кира.

Иван взял телефон и набрал номер.

— Отец, ты где? Мы уже заждались. До Нового года остался час. Хорошо, ждем.

Он отключился.

— Ну что?

— Скоро будет. И он сказал «едем»… значит, не один.

Спустя полчаса Иван увидел в окно, как к дому подъехала машина отчима. Николай открыл дверцу переднего сиденья и протянул руку женщине.

— Кира, похоже, ты была права, — сказал Иван, обернувшись.

Сгорая от любопытства, они поспешили в прихожую. Дверь открылась, и, стряхивая с одежды снег, вошли двое — Николай и София. Иван и Кира замерли. Лицо Киры будто окаменело.

— Что застыли? Деда Мороза и Снегурочку заказывали? — пошутил хозяин, весело поглядывая на Софию, которая тоже растерянно замерла. — Скоро куранты начнут бить. Мы еле успели — такие заносы! Но все-таки не опоздали.

Николай снял с Софии шубку, повесил в шкаф и протянул Ивану руку.

— Кира, здравствуй! — улыбнулась София обворожительно.

— Здравствуйте… — едва слышно протянула та, словно в полусне.

Голубое атласное платье струилось по стройным ногам Софии, на шее на золотой цепочке сверкал бриллиант, темные вьющиеся локоны падали на плечи, а длинные ресницы обрамляли красивые глаза. Николай — в белоснежной рубашке с бабочкой — был элегантен под стать ей. Кира, пришедшая в длинном красном платье, выглядела нарядно, но София была нежна, как фея.

Все прошли в гостиную.

— О, я вижу, здесь уже провожают старый год. И правильно. Чего ждать хозяина? Мог бы и вовсе не прийти, — продолжал шутить Николай. — София, моем руки — и к столу. Все уже готово.

Пока они были в ванной, Кира металась по комнате и засыпала Ивана вопросами.

— Слушай, я ничего не понимаю, — зашептала она. — Что происходит? Она решила через папашу к тебе подобраться? Он же ей в отцы годится! Точно, она подбирается к тебе. Вот сволочь! Я тебе говорила, что она та еще штучка, а ты не верил.

— Кира, успокойся, — пытался угомонить жену Иван.

Появились Николай с Софией под руку. Все прошли в столовую и сели за стол.

— А где Варвара? — спросил хозяин. — Варвара!

Женщина вышла из кухни — уже без фартука, с аккуратной прической, в новом зеленом платье, которое сидело на ней необыкновенно.

— Варвара, да ты красавица! — сделал комплимент Николай. — Присаживайся с нами и не стесняйся.

— Иван, что происходит? Горничная вместе с хозяином и нами за праздничным столом…

— Кира, угомонись. Обсудим все потом. Сделай лицо повеселее и поприветливее. Ты же хочешь, чтобы отец к тебе хорошо относился, — вот и старайся вести себя достойно.

Куранты начали бить двенадцать. Все замолчали. Иван держал бутылку шампанского, которую открыл на последнем ударе, и все, кроме Киры, закричали «Ура!».

— Дамы и господа, с Новым годом, с новым счастьем! — поздравил он всех.

София смотрела на Ивана и не понимала, зачем они с Кирой здесь. Николай не предупреждал, что они будут. «Неужели они так важны для него?» — думала она. Николай будто прочел ее мысли:

— София, мы все знакомы и работаем в одной компании, но ты не знала, что Иван — мой сын.

— Что? — вырвалось у Софии, но Николай не придал этому значения.

— Я воспитываю его с одиннадцати лет и могу называть сыном. И он иногда называет меня отцом. Работа заставляет нас не обращаться по-родственному, и я привык, что Иван называет меня по имени-отчеству. Кира — его жена. Ты всех видела на совещании. А с Варварой вы уже знакомы.

Кира метнула взгляд на Софию и подумала: «Так ты уже и здесь побывала. Шустрая! Ну ничего, еще посмотрим, кто победит». Она мило улыбнулась Николаю Львовичу, сделала ему комплимент и повернулась к Ивану.

Софии трудно было справиться с этой новостью. Она была настолько шокирована, что все мысли в голове перевернулись. Как вести себя теперь? Ведь у нее дочь от Ивана, который даже не подозревает о ее существовании. «И Николай влюблен в меня… Господи, — думала София, — за что мне такое наказание?» Ей хотелось кричать, стучать кулаками по столу, плакать от бессилия — от того, что ничего уже не исправить. От мысли, что она спала с отчимом Ивана, становилось невыносимо. София готова была провалиться сквозь землю. К счастью, никто не заметил ее смятения. Она решила не обращать внимания на Ивана и Киру и расслабиться, чтобы не портить праздник Николаю. Взяв себя в руки, она мило улыбнулась ему. Потом глянула на Киру и тоже улыбнулась. Но Кира приняла эту улыбку как издевательство.

Когда все вышли из-за стола, чтобы переместиться в гостиную, Кира, порядком охмелев, успела спросить:

— Николай Львович, извините, но как так вышло, что наша новенькая, София, сразу приглашена на семейный ужин? Как ей это удалось? Вы не боитесь, что слишком доверяете ей? Я просто хочу вас предостеречь.

— Кира, я принимаю решения — особенно кадровые, — когда уверен в человеке.

— Нет-нет, я не хочу вас огорчать. Понимаю, вы человек опытный и мудрый, но в наше время молодые смазливые девчонки на все способны. А если она вскружит вам голову? — засмеялась Кира. — Вы человек холостой…

— Кира, не говори глупости. Иди к мужу, а то он скучает. А я пойду к Софии. У нас много общих тем.

София разговаривала с Варварой на кухне, когда вошел Николай.

— А вот и я. София, ты не скучала? — спросил он, подойдя к ней.

— Нет. Мы с Варварой рецептами обмениваемся. Она меня учит, что и как готовить.

— Николай Львович, можно я пойду домой? — попросила Варвара.

— Понимаю, тебе скучно.

— Что вы… Просто я устала. И я вам так благодарна! Давно так Новый год не встречала. Завтра приду с утра и все приберу.

— Варвара, не беспокойтесь, — улыбнулась София. — Я посуду уберу и в посудомойку сложу. Отдыхайте и не торопитесь.

— Спасибо, — поблагодарила Варвара и повернулась к хозяину, вопросительно глядя на него.

— Иди, иди отдыхай. Я сейчас вызову тебе такси.

София с нежностью посмотрела на Николая.

— А мы пойдем, погуляем. Вроде метель утихла. Ты не возражаешь? — обратился он к Софии. — Заодно проводим Варвару.

— Конечно, нет. С удовольствием.

— Сонечка, у нас валенки есть. В них теплее будет. Сейчас принесу, — сказала Варвара и поспешила в кладовку.

Через минуту она вернулась с белыми валенками.

— Они тебе как раз будут. А в сапожках замерзнешь.

— Спасибо, Варвара, вы так внимательны.

— Молодежь, мы пошли гулять. Хотите составить нам компанию? — предложил Николаи.

— Нет, — отозвалась Кира, — мы в тепле посидим.

Они вышли на улицу. Фонари освещали расчищенные дорожки и сугробы по бокам, искрившиеся в падающих лучах света. К дому подъехало такси, и Николай с Софией проводили Варвару. Когда они остались наедине, он тут же обнял ее и поцеловал.

— С Новым годом, любимая! Я так долго ждал, когда смогу тебя поцеловать.

София ничего не ответила. Они пошли вглубь заснеженного сада, казавшегося в темноте бескрайним. Слушали, как вдали залпами грохотал салют. Николай сделал шаг вперед и повернулся к ней.

— Мне кажется, ты загрустила. Это так?

— Нет, это не так, — София попыталась улыбнуться, — совсем не так.

Видя его прекрасное настроение, счастливые глаза, она не могла сказать, что в их отношениях все перевернулось — ведь он оказался отчимом Ивана, у них одна семья. «Как объяснить ему? Как признаться во всем? Все рушится на глазах… мое счастье… моя любовь…»

— Николай, я и подумать не могла, что Иван — твой пасынок.

— А что это меняет? Я не успел тебе сказать. Но мне помнится, я вскользь говорил, что у меня есть неродной сын, что я женился на его матери, когда ему было одиннадцать, воспитал его. Когда я развелся, Иван остался со мной — не поехал с ней за границу. Он любит меня, а я — его. Сонечка, что изменилось?

— Я все понимаю. Когда ты говорил об этом, я не придала твоим словам значения. Но что это окажется Иван… я, конечно, даже подумать не могла. Многое бы изменилось, но теперь ничего не исправить.

— Не говори загадками.

— Наверное, и не нужно больше скрывать.

Николай посмотрел на Софию с недоумением. Она глядела в его добрые, искренние глаза и решила: сегодня не стоит его травмировать. Она расскажет лишь часть того, о чем он не знал.

— Когда ты пригласил меня на работу, помнишь?

— Конечно.

— Я долго не решалась идти к тебе. Помнишь?

— Помню.

— Хотя работа меня привлекала, и я хотела ей заниматься… Я не стала тебе рассказывать, что уже работала здесь — но всего месяц, на другом этаже. Тебя я не знала и не видела. Кира и Вадим провели со мной собеседование и приняли меня на работу. Я была так рада… Иван тогда был в командировке в Питере. Когда вернулся, подписал все документы, не видя меня. Кира пригласила меня на день рождения. Все было хорошо, она относилась ко мне как к подруге. Но стоило Ивану обратить на меня внимание — Кира превратилась в волчицу и тут же стала меня выживать. В итоге мне пришлось уволиться.

— Вот в чем дело… Поэтому, когда ты появилась, у нее был шок.

— Да. Она не ожидала, что я сегодня здесь появлюсь. Они оба были в недоумении. И что они сейчас думают — мне страшно представить. Кира явно строит новые планы по моему уничтожению.

— Успокойся. Мне все понятно. Она такая. Я не стал перечить сыну, когда он решил жениться на Кире. Хоть сразу же после знакомства с ней я почувствовал: это не та женщина, которая нужна Ивану. Но…

— Я ничего не могу сказать… и осуждать ее не буду. Она, наверное, искала счастья любыми путями.

— Удивительно! Сколько же в тебе доброты. Впервые встречаю такого ангела.

София опустила глаза. Николай привлек ее к себе, жадно прильнул к губам и обхватил ладонями ее лицо, ощутив прохладу.

— Ты замерзла?

— Нет. С тобой мне тепло.

Он прижал ее к своей груди.

— Наконец-то я нашел женщину, которая убедила меня, что существует на свете нечто более важное, более ценное, нечто выше меня самого. Ты стала моим воскрешением, освобождением от всего. Я все больше убеждаюсь, что без тебя не смогу жить, ибо мир без тебя утратит всю прелесть существования.

У Софии от этих слов замирало сердце. Никто так восторженно, с нотками лирики, так искренне и пылко не говорил ей о чувствах — и она отвечала взаимностью.

— Я тоже благодарна судьбе, что встретила тебя, — произнесла она, не отрывая от него глаз.

— Понимаешь, милая моя, мне с тобой так легко. Я не чувствую напряжения даже тогда, когда должен поручать тебе сложные переводы, с которыми не все справляются. Ты всегда идешь мне навстречу, проявляешь поразительное понимание, и при этом никогда не забываешь, что перед тобой генеральный директор. Никакого намека на нашу близость, хотя чувства разрывают грудь. Иногда я сам не понимаю, чем больше очарован — твоим дивным умом или робкой наготой… — улыбнулся Николай, глядя на Софию.

— Наверное, наготой, — засмеялась она и выскользнула из его объятий.

Но Софию терзала мысль: она так и не призналась, чья дочь Оленька. «Я должна, должна была все рассказать сейчас… А вдруг, узнав, он разлюбит меня? Я потеряю его навсегда… Иван не знает… Пусть это останется тайной. А если Николай когда-нибудь спросит, кто отец Оленьки? Что я отвечу? Опять лгать? Господи, помоги мне выпутаться из этой истории».

Заметив задумчивость Софии, Николай почувствовал, что ее что-то тревожит.

— Софьюшка, ты опять где-то, но не со мной. Та ситуация, о которой ты рассказала, мне понятна. Не нужно переживать — ты открылась мне, и это не должно тебя мучить. Я все улажу. Сегодня праздник, Новый год. Мы вместе, а это хорошая примета.

Они подошли к парадной лестнице, поднялись и открыли дверь. В прихожей уже одетые стояли Иван и Кира.

— Вы гулять? — удивленно спросил Николай.

— Нет, мы вызвали такси и уезжаем домой, — отрапортовала Кира.

— А что так? Не понравилось у меня в гостях?

— Отец, Кире нездоровится, — ответил за нее Иван. — Решили не портить вам праздник. Все было очень вкусно. Варвара, как всегда, молодец!

София глянула на Киру. Злость и ненависть читались в ее глазах, в выражении лица.

— Ну, раз так решили — всего доброго, — сухо сказал Николай. — Провожать не будем, мы уже замерзли.

— До свидания, София, — попрощался Иван, не глядя ей в глаза.

Он открыл дверь, пропустил Киру и вышел сам.

— Да… праздник, как я хотел, не получился. Теперь причина мне ясна. Может, это и к лучшему — Кира могла испортить все торжество. Сейчас мы остались вдвоем и будем праздновать. Согласна? — взбодрился хозяин.

— Ты прав, — ответила Соня и прошла в столовую.

По телевизору шел новогодний концерт. Она убавила звук и села за стол. Николай устроился напротив и разлил по бокалам шампанское.

— Дорогая моя, у меня есть для тебя сюрприз.

— Да? — вскинула брови София. — Я люблю сюрпризы.

Он вышел из столовой, через минуту вернулся и подошел к ней. София смотрела на него с любопытством и нетерпением. Николай преклонил перед ней колено и открыл маленькую коробочку.

— Я понимаю, что поступаю опрометчиво, но хочу воспользоваться моментом. София, для меня будет большая честь, если ты согласишься стать моей женой.

От внезапного предложения София застыла. Она смотрела на Николая не отрываясь. На глазах у нее заблестели слезы — от нежности, от его искренней, непритворной любви.

София глянула на великолепное кольцо, потом на Николая — и была растрогана до глубины души. Он не сводил с нее глаз в ожидании ответа. Этот мужчина, вернувший ей чувство любви, — такой сильный, умный, красивый. Мысли путались.

— Коленька, я не знаю… — ласково произнесла София. — Это так неожиданно… я не думала… я не готова…

— Я знаю. Милая, не отвечай сейчас. Я хочу, чтобы ты подумала и приняла решение не спонтанно. Понимаю, ты не была готова. Это я, как эгоист, думал о себе и принял это решение один. Да, я тороплюсь. Я знаю, что ты молода, у тебя вся жизнь впереди. Но я хочу быть с тобой каждый день. Видеть тебя, чувствовать. В этот Новый год я загадал желание. Долго думал, как поступить, но после той ночи твердо решил: ты — самый драгоценный подарок судьбы. Ты озарила мою жизнь невероятным светом. Каждое утро я просыпаюсь с мыслью о тебе — и это наполняет меня силой и радостью на весь день. Твоя улыбка способна растопить любой лед в моем сердце, а твои глаза — два бездонных океана, в которых я готов тонуть вечно.

Он поднялся и надел ей кольцо на палец.

— Я буду ждать. Ждать столько, сколько ты пожелаешь.

— Коленька, какой же ты… Но…

София хотела признаться ему, сразу поставить все точки над i, но снова передумала. «Зачем портить праздник? Зачем обижать его неприятной новостью? Он такой настоящий, такой искренний и ласковый… — мучилась она. — А я будто плыву по течению и никак не могу приплыть к берегу любви. Течение уносит меня все дальше. Смотрю — вижу берег, но меня будто захватывает водоворот и уносит снова…»

— Можно я поцелую тебя? — почему-то спросил Николай, хотя она никогда ему не отказывала.

— Да, да, да! Много-много раз! — воскликнула София.

Он опустил голову, она поднялась на цыпочки. Их губы соприкоснулись — и волна страсти пробежала по ее телу.